И чего я ждал?

      Баки вылетел из подъезда в ярости. Глубоко вдохнул носом, пытаясь успокоиться и не раскрошить бионикой все что попадётся. Он провёл ладонями по лицу, словно смывая ее слова. Живой рукой зажал переносицу, бионикой оперся на стену дома.       Он не понимал, что сделал не так. Надо было вырвать у неё телефон и поговорить с этим «никто»? Наорать, чтоб пришла в себя? ПОЦЕЛОВАТЬ и заставить с собой считаться? Потребовать правду? Какая правда, когда ты сам коробка с говёными подарками? Барнс решил пройтись пешком вокруг квартала и успокоиться, за руль в таком состоянии — плохая идея. «Стоп, а если этот хрен опасен для Бекки? Надо выяснить все, пока не случилось какой-то херни как всегда. Только надо и мне рассказать ей о себе все. Потому что, если вскроется правда потом — она меня пошлёт. А если пошлёт сейчас и не станет слушать? И отвернётся, узнав правду… сука так много вопросов…»       Джеймс шёл по улице, ведя внутренний монолог. Он не понимал, как поступить так чтоб ничего не испортить. Стив, наверняка, бы заставил его пойти сейчас, и во всем признаться. А потом, будь что будет. И к тому же, если Бекка скрывается от этого типа, вероятно бывшего, наверно есть причины его избегать. И он такой непонятливый, терроризирует ее по телефону. «Ебнуть бы его и концы в воду. Черт…» в любом случае, Баки решил что этого мудака отвадит, при любом раскладе с Беккой. Так ему будет спокойнее.       И вот он вернулся в место, с которого начал, её подъезд. «Будь что будет», с этими мыслями Баки занёс руку, чтобы постучать и услышал голос Бекки…

***

Как только дверь за Барнсом захлопнулась, Бекка уронила голову на руки и разрыдалась. «Какая же я идиотка, господи, ну почему я всегда веду себя как сука???.. Джеймс ведь беспокоится. И почему этому конченному Дейву приспичило именно сейчас до меня добраться?! Сколько можно, куда мне блять уехать? Как же все достало, Господи.» Бекка набирает последний пропущенный номер. — Детка, ты все-таки решила дать нам шанс? — Нет, я звоню повторить что между нами все кончено. Оставь меня в покое! И я не помню, чтобы ты сильно меня останавливал. Я помню только одно хорошо — то как ты разбил мне нос и губы, все лицо, помню как ты ударил меня ногой в рёбра, пока я лежала на полу в своей крови! И все это, за то, что я не хотела быть с тобой и рожать тебе, после того что ты сделал со мной в прошлый раз, тварь! Я мечтаю чтобы ты сдох в муках, мразь, а я спляшу на твоей могиле!!! Только попробуй… — Слушай сюда, курва мелкая! Ты не будешь со мной так говорить, поняла? Иначе я найду тебя и сделаю то, что должен был сделать ещё год назад. Поняла меня? А теперь будь лапочкой, расскажи что на тебе? — мужчина на том конце выплевывал каждое слово. Он был зол, и судя по всему слегка пьян. — Оставь меня в покое, я ненавижу тебя! Я лучше сдохнуть чем буду с тобой! — кричит Бекка. — Я могу тебе это устроить, детка! — и гудки… Девушка швырнула телефон на диван.       Джеймс слышал все слова Бекки и внутри у него вскипело что-то, он толкнул дверь, и в пару движений добрался до Бекки и упал перед ней на колени и схватил ее, сидящую на стуле в охапку. Она ревела навзрыд. Она уткнулась ему в плечо и рыдала так, что глаза Баки тоже стали влажными. Ему хотелось уберечь ее, окружить коконом и спрятать ото всех. Не дать кому-либо ее обидеть. — Девочка моя, маленькая, все будет хорошо! Ты в безопасности, я тебя не оставлю… — Барнс целует ее заплаканное лицо и утешает, гладя ее по спине и личику. — Я здесь, я не дам тебя в обиду! Все хорошо, все хорошо, малышка! Я убью любого, кто тебя обидит. Слышишь? Почему ты не рассказала сразу, что тебя преследует бывший? Бекка пытается что-то сказать, но выходят какие-то всхлипы. — Тшшшш, я рядом. — Джеймс встаёт и подхватывает Бекку на руки, несёт в спальню. Аккуратно кладёт на кровать. Идёт на кухню, наливает стакан воды, по пути закрывая входную дверь на замок, и возвращается к ней. — Попей, — он помогает ей, убирая волосы с лица. Забирает стакан и ложится рядом, полностью подобрав девушку под себя. Она ещё плачет, всхлипывает, но истерика закончилась. Она сжимает воротник его куртки так, словно он ее спасательный круг. Баки гладит ее по спине и убаюкивает. Через какое-то время Бекка засыпает. Джеймс, аккуратно спихнул с себя ботинки, стараясь не разбудить девушку. Обнял ее покрепче и закрыл глаза. Он старался не думать о том, что ей сделал бывший парень. Иначе он не сможет себя сдержать, найдет и свернет шею этому ублюдку. «Дыши, сержант, дыши…» Примерно через час Бекка начала просыпаться. — Джеймс… — шепчет она, не меняя своего положения в руках Баки. — Да, милая? — парень целует девушку в лоб и замирает с прижатыми к ее коже губами. Момент истины. — До щелчка у меня был парень, Мэтт. Мы встречались пару лет и обсуждали что хотим пожениться попозже, как встанем на ноги. Я любила его, наверно. А потом, его растворило. И я осталась одна. Я же не знала что это обратимо. Я два года оплакивала его. И помнишь, я говорила что работала в больнице ночным администратором? — Да. — Ну вот, после того как я смирилась со пропажей Мэтта, я познакомилась там с посетителем. Он каждый вечер навещал маму. Мы подружились, в ночных сменах ужасно скучно обычно. Он составлял мне компанию, а я ему. Я не заметила как мы начали встречаться. Он просто появился в моей жизни в нужный момент. Поддерживал меня. Спустя полгода, он предложил жить вместе. Я решила что пора двигаться дальше и согласилась. Постепенно он отобрал мою свободу. Сначала разогнал оставшихся друзей парней. Ревновал ко всем абсолютно, обвинял в изменах. Я идиотка оправдывалась. Потом, он избавился от моих подружек. К одной приставал, что она перестала сама со мной общаться. Вторую обвинил в дурном влиянии на меня. Я такая дура была… я думала что я не проживу без него, что я буду одна. Я так боялась что он меня бросит. Он убеждал что любит, дарил подарки, ухаживал, ублажал во всех отношениях. И мы постепенно перестали видеться с моими родителями, он находил причины не звать их к нам, и сам не ходил со мной в гости. — Потом умерла его мать, и все стало гораздо хуже. Он стал выпивать. Я пыталась дать ему понять, что он ведет себя ужасно. Он часто кричал, хватал меня за руки. Мог выкинуть еду, что я готовила. Еще он начал унижать меня. Убеждал что я бездарная, никчемная, уродина, толстая, фригидная никому не нужная. И как только он наиграется — он меня выкинет. А если я буду рыпаться, он выложит в интернет видео, где мы занимаемся сексом. Или сожжет дом моих родителей с ними внутри. Мой отец не знал, что на самом деле происходит. Только пару раз пытался с ним поговорить, на что была неадекватная реакция Дейва и последующий за этим скандал. — Я уходила от него однажды. В тот раз он забрал меня с работы и насильно привез к нему и держал дома 5 дней. Все это время он насиловал меня. Почему я не звонила в полицию? Звонила. Приходила. Он коп и его отец коп. Они обвинили меня в алкоголизме и богатой фантазии. Ведь они на хорошем счету. Идеальные послужные списки. Уже потом я наткнулась на медицинскую карту его матери. Она регулярно попадала с переломами, ушибами, сотрясениями. Якобы падала с лестницы и тд. И тут я поняла, что его отец такой же. И мама Дейва умерла от кровоизлияния в мозг после падения. Я поняла, что я — следующая. На словах про насилие, Баки стиснул челюсти так сильно… Он твердо решил избавить мир от подонка. — Через месяц после моего «возвращения», я узнаю что беременна. Я не могла допустить даже мысли, чтоб родить ему ребенка. Я нашла место, где аборт можно сделать анонимно. После аборта я пошла в ночную смену. Я проревела там почти все время. Когда я утром пришла домой, он ждал меня в кресле абсолютно пьяный. Оказалось, меня в консультации видела жена одного из его сослуживцев, о чем ему сразу доложили. А уж копу пробить, что я там делала — не составило труда. — Он орал что я убила его ребенка, и теперь он убьет меня. Он сломал мне нос, и два ребра, и разбил лицо. А на следующий день, когда я очнулась, отвез меня в больницу, со словами — «моя девушка упала с лестницы, я обнаружил ее утром.» Я побоялась писать заявление и подтвердила его слова. Он ни разу не навестил меня. Однажды оставил записку медсестре «Мне не нужен порченый товар». И я поняла что я свободна. Я не рассказала родителям правду. Когда я оправилась, я решила уехать в большой город и затеряться. Взяла новую фамилию и начала новую жизнь. Остальное ты знаешь. Бекка отстранилась от Джеймса, чтобы сесть повыше. Он придвинулся к ней и посмотрел ей в глаза, в свете уличных фонарей из окна, она была так красива и невинна. Он чувствовал её боль, знал что такое не принадлежать себе физически и морально. Знал что такое насилие. Баки плакал, он не знал как сделать так, чтобы Бекка обо всем забыла. Ведь он свое не забыл. Он гладил её щечку правой рукой, сжимая ее тело и пряча ото всех бионикой. Как бы много он отдал, чтобы этого с ней не случилось… — Джеймс, все прошло… — девушка провела пальцем по дорожке от слезы на его правой щеке. — Я это пережила и живу дальше. Просто он нашел меня. Баки перехватил ее руку, и начал целовать запястье и пальчики, ладошку. Прижимая к своим губам и щеке. — Я не допущу, чтобы он причинил тебе боль. Я убью его, если понадобится. — Он того не стоит. — Он может найти новую жертву. Ты это понимаешь? Кто-то пройдет через всё что и ты. — Понимаю. — Бекка уткнулась лбом в шею парню. — Я позабочусь о нем. Ребекка побоялась спрашивать, как именно. Он ведь не просто бывший военный. — Ведь я тоже должен тебе кое-что рассказать. Не могу больше скрывать это от тебя… — еле выдавил из себя Баки. Отодвинулся на край кровати спиной к Бекке и сел. — Ты женат и у тебя трое детей? — ухмыльнулась Бекка. — Кое-что похуже. — Пятеро детей?! — Бекка знала, к чему он ведет и ей так не хотелось заставлять Баки ковыряться в его прошлом. — Бекс! Нет… я не ветеран. Ну, то есть я воевал, только во второй мировой. С Капитаном Америка против Гидры. Я Зимний Солдат. Бывший. Я обманывал тебя все это время, боясь отпугнуть. Я хотел… Я… не знаю как ты меня простишь за вранье, я… все что было между нами — правда… и я… Бекка прервала его, обняв со спины. — Джеймс, я все знаю со дня знакомства. — Как?! — Барнс впал в ступор и непонимающе хлопал глазами. — Я вспомнила твое лицо, я где -то тебя видела. Потом вспомнила где, погуглила. Убедилась. — И что, тебя ничего не смутило?! — Баки уронил голову в ладони, опираясь локтями о колени. — У всех есть прошлое. К тому же ты такой смазливый, я не смогла не влюбиться, — она шепчет ему это, стискивая его плечи в объятиях. Баки показалось, что он ослышался… влюбиться… что? — Ты влюбилась в меня? — он разворачивается к ней корпусом, и смотрит в ее большие добрые глаза. — Чуть-чуть, — смеется девушка. Баки сгребает ее в охапку и прижимает к своей груди так сильно, что у неё перехватывает дыхание. — Я люблю тебя, Ребекка, люблю больше всего на этом свете. Слышишь? Боже, как же приятно это говорить… — улыбается Барнс своей самой теплой и обезоруживающей улыбкой. Девушка смотрит ему в глаза и видит, что это чистая правда. — Я тоже тебя люблю, мой Баки, — она забирается к нему на колени обнимает за шею настолько сильно, насколько у нее хватает сил. — Ты моя любимая, вот кто ты мне. Я никогда раньше не любил никого, как тебя. Когда ты рассказала, как тебе было больно, мне словно сердце вырвали. — он целует девушку в висок, в волосы, в макушку, целует все ее личико, держа его в руках. — Прости меня за обман, я обещаю, я не буду лгать тебе больше. Я просто не знал, с чего начать. — Я люблю тебя, сержант Джеймс Барнс. И полностью принимаю. Кажется Баки нашел покой. Он держал девушку в объятиях и просто наслаждался ее запахом, ее ровным дыханием, сердцебиением и милой болтовней до рассвета.