И чего я ждал?

      Баки проснулся, но глаза открывать не хотел. Ему было так сладко, так хорошо. Во сне он обнимал Бекку со спины. Она спала на подушке, под которой была бионика Джеймса. Правую ножку она согнула в колене и чуть подтянула ее к своей груди, создавая соблазнительный вид. Её халатик задрался, оголив круглую аппетитную задницу. Белья на девушке не было. Барнс своей правой ногой повторил положение Бекки. Его это завело. Даже через джинсы он чувствовал, какая она горячая. Он погладил ее по голенькому бедру и попке, чуть сжав ягодицу. От удовольствия он закусил нижнюю губу. Джеймс начал целовать спящую красавицу в висок, в щечку, за ушком, в шею, в плечико. Везде, где мог достать. Провел рукой по животу девушки, ощущая как она дышит. Она не реагировала на его прикосновения. Он решил разбудить ее, ведь он так соскучился…       Его ладонь сжала груди Ребекки по очереди, пробравшись под полы халатика. Погладил сосочки, член отозвался моментально, внизу живота тянуло. Ладонь Джеймса проскользнула ниже пупка, погладила гладкий лобок девушки, слегка надавливая на клитор. Она чуть потянулась и что-то промурчала. «Кошечка моя», подумал Баки. И решил воспользоваться ее позой и погладить ее нежное место сзади. Отодвинул от нее ногу, и просунул под ее ножку ладонь. Барнс водил пальцами между ее губок медленно, тягуче. Она чуть сильнее отставила в его сторону попку. Там у нее стало влажно. Он понимал, что она теперь полностью его. То что чувствовал Джеймс, было невозможно описать.       Его девушка лежала рядом такая разнеженная, тяжело дышала, была такая влажная, такая соблазнительная… Он захотел попробовать ее на вкус. Ввел в нее указательный и средний палец, аккуратно, проворачивая их из стороны в сторону. Бекка застонала. Внутри было так горячо и скользко, он не встречал никакого сопротивления, наоборот, она подавалась попкой навстречу его пальцам. Вынимает и проводит пальцами в ее смазке по своим губам и облизывает их. Его сводит с ума ее аромат. — Доброе утро, любимая моя девочка, ты такая вкусная, — шепчет он ей на ушко и кусает мочку. Вводит пальцы резко до упора. — Аххх…мммм…. Ааа… Бакии… — девушка стонет в подушку и чуть оттопыривает попку, задирая ножку повыше, давая Барнсу обзор на свои прелести. Он кусает ее за шею и водит языком по бархатной коже щеки, целуя в уголок челюсти. Баки трахает ее пальцами резко, со чмокающим звуком. Как же он хочет трахать ее не только рукой, но решает подразнить еще. Бекка стонет, дотягивается рукой до руки Барнса и направляет ее ритм, показывая что хочет жестче. Парень добавляет еще палец, она хнычет, запрокинув голову назад. — Даааааа! Любимый, еще!       Баки вытащил бионику из-под подушки, опираясь на локоть протеза, хватает девушку за волосы и тянет ее голову к своему лицу, практически облизывая уголок ее рта, проникая языком. Этот поцелуй настолько развязный и возбуждающий, Ребекка стонет ему в губы и помогает его руке трахать себя. Она настолько захвачена процессом, что даже глаза не открывала. Баки резко вынимает из нее руку и облизывает свои пальцы. Бекка хнычет от ощущения пустоты и прекращения приближения ее оргазма. Она хватает его руку и заставляет сжать ее грудь, показывая, что хочет чтобы он был грубее.       Парень сжимает ее правую грудь до ее всхлипа, оттягивая сосок и пропуская его между пальцев, проделывает тоже самое с левой. Бекка стонет и ерзает задницей о пах Баки, заставляя его дышать чаще. У того уже тоже мокро в трусах. Девушка берет ладонь Барнса и облизывает его указательный и средний палец, играет с ними языком, вводя очень глубоко, и слегка покусывая. — Ты сегодня решила побыть плохой девочкой? — он вынул пальцы у нее из рта и снова играет с сосками девушки. — Под стать своему мужчине! — выдыхает она. — Скажи еще раз, — он кусает ее за плечико. — Мой мужчина… — Что мне с тобой сделать? — Джеймс лижет кожу у нее на загривке, вызывая у нее табун мурашек, она ежится и стонет. Он натягивает ее волосы на кулак. — Баки… я … не могу! — Говори, это приказ! Девушка аж задыхается от еще одной волны возбуждения. — Я хочу чтобы ты трахнул меня, — она зажмуривает глаза и закрывает лицо рукой от того что сейчас сказала… Член Баки уже дергается, яйца поджимаются от ее слов. — Приступаю к выполнению! — смеется Баки, и вводит в ее дырочку 3 пальца, начинает очень быстро ее трахать, она кричит в подушку. По руке Джеймса течет, комнату заполняет чавкающий звук. И тут он добавляет четвертый палец, и просто выбивает из нее крики и стоны. Она мечется под ним. Он двигает рукой как отбойник. И вот стенки ее влагалища начинают пульсировать и сжимать его пальцы, выталкивая их таким давлением. Двигать стало чуть труднее. На каждое движение Бекка стонет, чувствуя его руку как поршень, который ходит в ней, не сбиваясь с ритма. — Скажи, что любишь меня! — умоляет девушка. — Люблю тебя, моя девочка! Люблю! Ты только моя, запомни! Бекка, ты только моя, — он грызет ее шею и плечо, вылизывая на ее коже узоры. — Да, Джеймс, сильнее! Он слушается и начинает выбивать из нее капли, двигая рукой реже, но сильнее, больно приземляя кулак об ее промежность. С последним толчком он выбивает из нее такое количество жидкости, она кончает, с силой сокращая стенки влагалища, что выталкивает его пальцы. Он начинает тереть ее клитор, продлевая экстаз. Она кричит в подушку. Бекку трясет, она елозит по кровати под Джеймсом. И тут же обмякает. — Хочу заниматься этим с тобой каждое утро! — Баки целует ее в загривок, ощущая, как она взмокла. — И день! И ночь! Ее легкий аромат сводит его с ума. Он гладит бионикой ее по голове. Успокаивает, ждет пока она придет в себя и отдышится. Гладя ее живой рукой по животику, груди и по шее поднимаясь к ее лицу. Очерчивает пальцами, которые были в ней, контур ее губ. Дыхание Ребекки становится ровнее, она мурлычет что-то. Джеймс разворачивает ее лицо к себе за подбородок и смотрит в опьяненные глаза. — Моя?.. — Твоя, любимый… так приятно это произносить. — Бекка прижалась лбом ко лбу Баки и развернулась в его руках. Джеймс гладит её личико. Ему не верится. Неужели у него нормальная жизнь. Вот здесь и сейчас? Он в постели любимой, ему не надо идти убивать, никакой заморозки, никакого тока в голову… Мужчина закрыл глаза, почувствовав, что они наполнились влагой. Девушка отстранилась. — Посмотри на меня Джеймс! Он открыл глаза, и в ее взгляде было что-то новое. Какая то новая нежность, преданность. Большие серые глаза, были на мокром месте. Она сморгнула слезинки. У Барнса на душе заскребли кошки. Какая-то мразь из Бостона треплет нервы Бекке. Надо разобраться. Но не сейчас.

***

— Ты любишь оладьи? -Бекка выходит из ванной, вытирая мокрые волосы полотенцем. — Вроде да, — Баки подходит и целует любимую в лоб, потом идет в ванную. — Тогда я приготовлю, пока ты примешь душ. — девушка уходит на кухню. — Если честно, я бы хотел съездить домой переодеться и помыться там, я второй день в этой одежде и белье, — кричит он ей. Барнс умывается и выходит из ванной и идет на кухню. — А потом я бы хотел провести с тобой весь день и ночь. Хочешь? — Звучит заманчиво, но мы же позавтракаем вместе? Я сделаю оладьи по маминому рецепту. — Конечно, милая! — ласково улыбается мужчина. — Чем я могу помочь? — Сядь и не мешай! — фыркает Бекка. Она уже достала яйца, муку, молоко и остальные ингредиенты для оладий и нужную утварь. — Лучше расскажи мне подробнее, чем ты сейчас занимаешься, в плане работы? Джеймс напрягся, но деваться некуда. Обещал не врать. — Я свободный агент, работаю на правительство. Скажем так, это было одним из условий помилования. Меня используют тогда, когда обычным агентам не дотянуться. Чаще — в паре с Сэмом. Особо не жалеют и на меня сваливают всякий пиздец. — Баки сложил на стол перед собой руки и стиснул их в замок. Бекка молча слушала его, стоя спиной к мужчине, замешивая тесто. — Это опасно, но не для меня. Платят прилично, плюс пенсия за службу в 40-х. И я могу быть спокоен за Сэма, ведь я прикрываю его капитанскую задницу на заданиях. А он меня. Так что я не жалуюсь. Но это часто командировки, Бекс. 1-2 дня, 1-2 недели порой, если нужна разведка. Но это крайне редко. Плечики Ребекки напряглись, она стояла без движения, упираясь руками в столешницу. Баки поняв это, подорвался к ней и обнял со спины. — Что такое? — А если с тобой что-нибудь случится? — в голосе Бекки было дрожание. — Ничего со мной не случится, я живучий. — он сжал ее в объятиях. — Баки, я серьезно. Нет варианта менее опасной работы? Я не хочу тебя потерять из-за пули или очередного инопланетянина. — Ребекка, ты так говоришь, словно не знала с кем связалась. Не знала только точно, как я зарабатываю на жизнь конкретно. Девушка тяжело выдохнула. Он был прав. На все 100. Она знала с кем связалась. Ели они почти в тишине, после чего Барнс ушел домой, и обещал вернуться через пару часов. Они договорились сходить на пикник в парк, раз уж стоит такая прекрасная погода за окном. Джеймс очень хотел устроить идеальное свидание, чтобы поднять Бекке настроение. Поэтому купил вина по дороге, различные сыры, виноград, клубнику и что-то из посуды, а также небольшую корзинку для еды. Он хотел отвлечь ее от всего что было. Получится ли у него?