Стены

Зима в этом году холодная. Пусть, городок маленький, и от снега его очистили довольно быстро, конечно, не без помощи руки мэра, крупные белые хлопья всё падали и падали на землю, покрывая все деревья Сторибрука своей красотой. Белый цвет сугробов в паре с ярким солнцем дико давят на глаза, что не может не бесить. Девушка идёт как можно быстрее, пытается перебрать ногами интенсивнее, чтоб не превратится в льдышку. Вот уже месяц она живёт в доме Миллс. Изначально, был уговор на жилье в небольшом, можно сказать, летнем домике семейства, что находится на заднем дворе особняка, но, как уже было сказано ранее, зима холодная, и как только та начала тягать сопли, Миллс старшая расположила девушку в гостевой комнате. Комнате, что находится через стену спальни Миллс, и имеет дверь между двумя помещениями. Раньше эта была детская Генри, но парень вырос, и не только вытянулся ввысь, да так резво, что обогнал мать, но и понахватался принципов, что спать через стену с матерью, слишком унизительно для уважающего себя парня. Дурак. Четвертый раз чуть ли не падая на тонкой корке льда, начинает пыхтеть. Поворот на нужную улицу и в глаза тут же бросается чужая машина около дома. Машина матери... Остановившись на секунду сжимает в руке шапку, что не одевала из-за неудобства. Но деваться некуда, идёт. На крыльце яростно топает ногами, сбивая снег с массивных сапог. Открыв дверь своим ключом входит. Стягивает обувь, перчатки. В коридор выходит брюнетка. - О, милая, ты уже дома. Хмурится подросток. Недовольна. - Да. Всё не может привыкнуть к "дому". Миллс подходит ближе, поднимает руку и хватает застёжку куртки. Тянет вниз. - Опять ты шапку не надела. Только переболела. Кладёт тёплые руки на красные от мороза щеки. Трёт. Девушка подросла, на сантиметров пять выше мэра. Опускает голову чтоб удобнее было. Кареглазая улыбается. Приподнимается и в нос легонько целует. Так по детски. Но в животе бабочки летают, грозясь рёбра проломить. - Здесь... Она? - Да. Приехала час назад... Стянув куртку цвета хаки вешает на вешалку. - Зачем? Кареглазая плечами пожимает, кивает, за собой зовёт. Входят на кухню. Женщина, мать званная, крутится у плиты, вынимает противень с духовки. - О, доченька! На столе в столовой уже накрыто. Много блюд. Очень много. Едят молча. Генри уехал с друзьями на неделю в домик в лесу, к нему девушки присоединятся позже, через пару дней. Сейчас Миллс и Вики на нервах. Одна мать, видимо не замечая, или делая вид, что не замечает, болтала без умолку. Потом, вспомнив о десерте убегает. Карие глаза заглядывают в голубые. Улыбается так нежно как только может. Поддерживает. - Вуаля! Перед девушкой появляется пирог. Пирог. Малиновый. Миллс подавилась чаем, а этой особе всё не почём. - Ты чего не ешь? Вкусно же! Набрав на ложечку ещё угощения, отправляет, в рот. - Он с малиной... - Ну да. Блондинка пожимает плечами странно смотря на дочь. - Вкусно же. - У меня аллергия на малину. Сильная. Я от одной ягоды помереть могу... Рука с ложечкой останавливается на полпути ко рту. - Да? - Да. Женщина пожимает плечами, закидывает ещё кусочек. - Как давно? Сверлят голубые глаза ненавистного человека. Кое как сдерживает себя, дабы не... Что-то плохое чтоб не сделать. - С детства. - М... Правда? Брюнетка слишком громко ставит чашку на стол. - Зачем вы здесь? - Приехала к дочери, а что? Голубоглазая женщина начинает много говорить. Очень много. Обо всем. Как ей было весело в Вегасе. С каким прекрасным мужчиной она познакомилась, и что тот стал бы ей прекрасным отцом. - Заткнись! Про отца явно лишнее. - Ты совсем охамела?! На мать кричит, ты посмотри на неё! Девушка запускает пятерню в рыжие волосы. Дышит глубоко. Часто. - Зачем ты здесь? Что тебе нужно? Деньги? Помощь? Что?! - Ну... Деньги бы не помешали. Отпив немного сока хмурится. - Зачем? Объяснить не может. Мнётся. - Закати рукава. - Чего? Обе женщины смотрят на подростка как на говорящего осла. - Рукава. Закати. Выше локтя. - Не... - Сейчас! Не слушает. Встав с места обходит стол. Силой толкает стул, поворачивает к себе. Хватает тонкую руку, закатывает рукав. - Как я и думала. Маленькие точки, места от иголок покрывали буквально всю территорию руки. - Опять за наркоту взялась? Выровнялась. Медленно назад отходит. Опять.