Доберман

      Хонджун был рад вернуться в свою квартиру. Она была его сокровищем. Он долго искал себе что-то подобное. Квартира располагалась на верхнем этаже, имела три комнаты, кухню, две ванных комнаты. Но самая большая прелесть её заключалась в том, что с заднего входа был выход на крышу. Территория была большая. И Хонджун не пожалел сил и средств, чтобы обустроить её под свой дизайн. Он постелил газон, сделал дорожки, поставил беседку, стулья, мангал. И это место стало любимым (кроме бара) местом сбора друзей, а также его личным гнездом, где он любил проводить время просто сидя на скамейке и смотря на вечерний город.       Хонджуну нравились цветы и садоводство. Это любовь досталась ему от матери и была усилена её примером. В детстве он часто помогал матери ухаживать за садом и за годы хорошо наловчился в этом. Сад в родительском доме был сказочно-прекрасным! Казалось цветы там цвели круглогодично. Белые цветы сменялись яркими, превращаясь в радугу и становясь красно-жёлтыми волнами! От созерцания этого великолепия замирало сердце.       Постепенно на крыше, которую Хонджун уже считал своей собственной, он стал также выращивать цветы, заботясь о них, как о детях.       Но в последние дни он нашёл совершенно другой цветок, редкий, волшебный, как роза с другой планеты! И этот цветок пленил Хонджуна. Так сильно, что он ни на минуту не переставал думать об этом цветке. И как все редкие цветы были капризными, этот цветок не отличался покладистым характером. Хонджун не знал, как подступиться к нему, не знал, как рассказать о своих чувствах. Но случай помог ему. И более того этот прекрасный цветок согласился встретиться с Хонджуном! На самом деле ему в тот момент хотелось оказаться на своей крыше и прокричать во весь свой голос «да!»       Хонджун никогда к свиданиям и отношениям не подходил так серьёзно, как в этот раз. Он не только пересмотрел кучу предложений, куда можно пойти вдвоём, но и ещё проверил всевозможные маршруты, кафе, рестораны. Но самое сложное для него оказалось – как вести себя с этим капризным цветком, как показать себя?       Во время их пикника Хонджун понял, что его пассия не любит раболепства. Что ж, это хорошо, так как парень не любил притворства и не чувствовал в себе силы, что сможет быть послушным рабом. Но в то же время он боялся показать свой взрывной и вредный характер, от которого уставали даже его друзья. Он находился в сложной для себя ситуации, но не планировал отступать.       Хонджун, увидев Сонхва в день их встречи, был готов прямо сейчас его схватить и увезти в свою квартиру, запереть и не отпускать… из кровати… Он понимал, что плохо себя контролировал. Да и Сонхва посылал двусмысленные сигналы, позволял приближаться к себе, прикасаться, обнимать. Почему такая перемена? Об этом он подумает потом, а сейчас просто получал удовольствие.       И прощаться с ним Хонджун совсем не желал. Но остатки разума кричали «уходи, пока всё не испортил!» И всё-таки Хонджун не сдержался и попросил о поцелуе. Ах, какой это был поцелуй! Его губы даже спустя три дня всё ещё помнили тепло губ Сонхва, помнили их вкус, их мягкость. Он жаждал ещё одного поцелуя, он жаждал объятий с Сонхва, он не мог терпеть!       Однако, мы желаем, а обстоятельства решают. В университете ему вдруг пригрозили, что он может остаться на повторный курс, потому что преподавателя не удовлетворила его работа. Плюс ещё родители собрались устроить небольшой отпуск себе и попросили его присмотреть за домом. А весна самое сложное время для садовода. Плюс ещё забота о трёх кошках и двух противных собакенов. Когда родители взяли первого щенка, Хонджун с братом просто покачали головой, вздохнули и смирились. Но когда родители через год взяли ещё одного, то Хонджун просто взорвался! Он высказал родителям всё, что думает о собаках, собачниках и как точку в предложении добавил, что помогать с уходом за ними не будет. Но, конечно же, это были всего лишь слова. Он не мог отказать родителям. И скрипя сердцем и зубами, в выходные он собрал свои вещи и приехал в родительский дом, погружаясь в характерную какофонию дома, в котором живут собаки и кошки.       Хонджун безумно хотел увидеться с Сонхва, но у него не было свободного времени. Не приглашать же его на прогулку с собаками? Да и в университете ему кинули задание, которое он должен успеть выполнить до четверга, иначе ему не светит проходной балл. Поэтому дни парня стали скучными и выматывающими: ранний подъём и прогулка с собаками, поездка в универ или библиотеку, написание работы, возвращение, готовка, опять прогулка с собаками и сон. Однообразие выводило Хонджуна из себя. Он стал в разы раздражительнее и более резким на язык, огрызаясь на всех, будь то друзья или контролёр. Да и писать Хонджун мог Сонхва только вечером во время прогулки. И судя потому, что Сонхва стал отвечать ему на сообщения, Хонджун предположил, что его прекрасный цветок расстроен.       В пятницу, получив положительный результат за работу, Хонджун более радостный вышел на прогулку с этими шумными и хрюкающими собаками, достал телефон, набрал сообщение Сонхва, но вопреки его ожиданиям получить ответ, он получил звонок. Растерявшись, парень чуть не выронил телефон из рук.       – Привет, Сонхва! Как твои дела?       – Привет? – голос был холодный, как тогда на пикнике. Но Хонджун всё равно был рад его слышать, а потому улыбнулся. – Ты гуляешь?       – Да, вышел на час.       – Понятно.       Телефонный звонок оборвался и Хонджун с удивлением посмотрел на гаджет. И что это значит? Или..? Хонджун быстро набрал номер телефона, только бы ответил.       – Сонхва! Так отключаться это как-то некультурно!       – Учить меня вздумал?       – Почему ты злишься?       – Почему ты игнорируешь меня? – Хонджун раскрыл от удивления глаза. И даже задумался над вопросом.       – Я не игнорирую! Я пишу тебе сразу же, как появляется свободная минута и с учётом твоего расписания.       Сонхва хмыкнул, но ничего не сказал.       – Я писал тебе, что сейчас живу в доме родителей. Они уехали отдыхать и попросили присмотреть за домом, садом и собаками. И гуляю я сейчас как раз с собаками. Скинуть тебе фото?       Сонхва опять молчал, а Хонджун не знал, что добавить.       – Сонхва…       – И в выходные ты занят?       – Родители вернутся в следующую пятницу, поэтому…       – Я могу приехать к тебе?       От услышанного вопроса Хонджун просто потерял дар речи. Неужели он ослышался?       – Ко мне? Сейчас?       – Ты против?       – Нет! Я буду рад! Я просто подумал, что ослышался, – Хонджун нервно хохотнул. – Если хочешь, то, конечно, приезжай. Я скину тебе адрес. Но сейчас уже поздно. От тебя сюда ехать почти два часа…       – Не забудь скинуть адрес, – прозвучало в ответ и телефонный разговор был завершён. Хонджун стоял как вкопанный. Очухался только, когда собаки стали с силой тянуть его вперёд. Не зная, чего ожидать, но и не желая рисковать, он написал адрес родительского дома. Получил уведомление о том, что сообщение его прочитано, но ответа так и не получил. В голове стали бегать мысли: а если он на самом деле приедет? Будет разочарован? Ему будет скучно? У Хонджуна на кухне кроме корма для животных ничего нет, так как он либо питается на улице, либо берёт лапшу быстрого приготовления. Да и дома не очень чисто. Что же делать? Бежать домой? Потом в магазин? Но пока он дойдёт до магазина, тот уже успеет закрыться. Телефон пиликнул – новое сообщение: «Буду завтра в 11. Приготовим обед».       – Обед? Ох! Ну и как его понимать? В каком смысле обед?       Хонджун закрыл глаза, снова останавливаясь, но собаки стали тянуть его вперёд, не понимая причины остановки хозяина. Парень вздохнул, продолжил прогулку, но мыслями был уже в завтрашнем дне. Что ему делать? Чем впечатлить гостя? Собаками, кошками, цветами?       Хонджун посвятил остаток вечера уборке. Он никогда так дотошно не прибирался ни дома, ни в квартире, но у него было чувство, что его цветку нравится чистота и порядок, хотя оснований для этого предположения не было. Да и Хонджун не знал, как Сонхва отнесётся к животным? Может он тоже не любит собак? Или кошек?       Его мысли прервал звонок, от которого парень подпрыгнул, выругался, чем напугал собак и они басисто залаяли, бегая вокруг него, пытаясь найти угрозу. Естественно, Хонджун, пытаясь обойти их, наступил одной на лапу и упал. Он чертыхался как самый отъявленный хулиган на себя, на собак, на всю эту ситуацию. Подойдя к домофону, он увидел знакомую машину у ворот, нажал кнопку. Приказав собакам занять своё место, Хонджун вышел на улицу.       Сонхва припарковал машину под навесом, вышел из машины. На нём была тёмно-синяя рубашка из лёгкой ткани с приталенным кроем, джинсы слим, туфли. Хонджун от наслаждения чуть ли не присвистнул – настолько божественно и горячо выглядел в этой одежде Сонхва.       – Привет, – поздоровался Сонхва, внимательно смотря на хозяина, протянул руку. Хонджун немного заторможенно подошёл, ответил на рукопожатие, потом приблизился и легонько поцеловал гостя в щеку.       – Я рад, что ты приехал.       Сонхва наградил его ласковой улыбкой, открыл заднюю дверь, протянул вначале один пакет с продуктами, потом второй, и ещё два взял в свои руки. Хонджун смотрел на количество увесистых пакетов.       – Зачем нам так много еды? Или к нам ещё кто-то присоединится?       – Много? Только основные продукты, чтобы приготовить обед. И на ужин тебе останется. – Мозг Хонджуна сразу невольно отметил это «тебе», что говорило о нежелании гостя задерживаться у него. – И немного фруктов и капкейков. Любишь сладости?       – В умеренном количестве.       Хонджун кивнул головой, приглашая парня зайти в дом. У порога их поджидали две собаки: одна палого окраса, другая более тёмная. Морщинистые морды выглядели угрожающими, глаза следили за гостем, но сами собаки стояли как статуи.       – Бо! Ба! Друг! – отдал команду Хонджун и одна из собак не спеша подошла к гостю, обнюхивая его обувь и штаны. Сонхва поставил один пакет, достал из кармана прикорм и протянул собаке. Та обнюхала руку с вкусной косточкой и слизнула её своим синим языком. Сонхва улыбнулся и погладил собаку по лапе.       – Обожаю собак! Такие умные и преданные!       – Правда? – Хонджун удивлённо смотрел на гостя. Потом вспомнил про свои обязанности, протянул парню тапочки и пригласил на кухню. Разбирая пакеты, Хонджун поинтересовался, что они будут готовить.       – Суп с лапшой и мясо с овощами. Я надеюсь, ты не против? Я не очень люблю тяжёлую пищу.       Хонджун был согласен съесть все, что приготовит Сонхва. Потому что разве любимый может сделать что-то ужасное? Оставив на столе только необходимые продукты, Сонхва огляделся.       – Может быть у тебя будет запасная рубашка или футболка?       – Да, конечно, пойдём.       Хонджун повёл его на второй этаж, зашёл в третью комнату, которая была практически пустой, не считая кровати, стола, кресла и шкафа. На кровати, свернувшись в плотные клубочки, спали две кошки. Сонхва улыбнулся им, а Хонджун, открыв шкаф и быстро оглядев его, протянул серого цвета футболку.       – Думаю, эта будет как раз.       – Не такой уж я огромный.       – Нет, но ты шире меня в плечах, – Хонджун слегка пожал плечами. Сонхва положил футболку на кровать, стал расстёгивать пуговицы на рубашке, не отводя взгляда с Хонджуна, который в своё время не отводил взгляда с пальцев Сонхва. Когда пальцы спустили к третьей пуговице, Хонджун сглотнул и вышел из комнаты. Сонхва улыбнулся со смешанными чувствами. Он немного расстроился, что Хонджун убежал (всё-таки это слегка ударило по его самолюбию), но и был рад, что Хонджун не сводил всё к физической близости. Хотя Сонхва был не против. Не то, что бы он был помешанным на сексе, но просто не видел смысла слишком сближаться с человеком, если они не подходят друг другу в постели. Сонхва не был тем романтиком, которые готовы были подписать обет воздержания и только держаться за ручки. И как бы не был интересен человек, Сонхва разрывал с ним отношения, если его что-то не устраивало в каком-либо аспекте и тем более, если партнер не мог принять особенности и желания Сонхва.       Хонджун был на кухне, в задумчивости опершись на стол и теребя нижнюю губу.       – О чём задумался? – Сонхва оказался неожиданно близко, прикоснулся к руке около губы, отвёл её в сторону.       – Ох! Как ты тихо ходишь! – Хонджун вздохнул, перехватил руку парня, сжал его тонкие, длинные пальцы, поднёс к своим губам, поцеловал. Сонхва чуть не запрыгал от радости от такого неожиданного, приятного, романтичного действа. – Я и готовка – две вещи не совместимые. Я хочу тебе помочь, но боюсь, что всё испорчу.       – Чем же ты питаешься?       – Ем в кафе, ресторанах. Два раза в неделю приходит экономка и готовит мне.       – А сам не пытался научиться?       – Стоит ли подвергать опасности себя, продукты, кухню? – Хонджун улыбнулся, а Сонхва рассмеялся.       – Я научу тебя. Начнём с овощей. Вначале все подготовим, нашинкуем, а потом уже будем варить. Возьми морковку и почисти её.       Хонджун взял морковь, покрутил её в руках, задал вполне логичный вопрос:       – Почему ты сразу не купил мытые и нарезанные овощи?       – Почему ты такой капризный? Не знаешь, как её чистить?       – Это не тот навык, без которого я бы не смог прожить.       Сонхва с удивлением посмотрел на хозяина дома, улыбнулся, подошел к нему и, обняв со спину, положил свои руки на его, готовый показать основные принципы в очистки овоща. Но такое положение, наоборот, отвлекало Хонджуна. Ощущая спиной тепло парня, он просто не мог сконцентрироваться.       – Аккуратнее с ножом, – прошептал Сонхва прямо на ухо. Хонджун передёрнул плечами.       – Не шепчи мне на ухо.       – Хорошо, – снова шёпот и легкий поцелуй в ухо. Хонджун растерялся. Неужели Сонхва его соблазняет? Или смеётся? Проверяет его выносливость?       Сонхва отошёл, принялся нарезать куриное филе на ровные кусочки и, пока Хонджун возился с тремя морковками, подготовил остальные овощи. А Хонджун иногда краем глаза наблюдал за Сонхва и поражался тому, как органично тот смотрелся на кухне. И от этой мысли ему стало невероятно тоскливо. Он впервые в своей жизни подумал о том, что хотел бы каждый день своей жизни, до самой смерти видеть эту картину: Сонхва на кухне за готовкой. Хотел иметь возможность обнимать парня, отвлекая от готовки, мешать ему. В голове Хонджуна вырисовывалась идеалистическая и романтическая картинка предполагаемого будущего.       – Что-то случилось? Ты поранился? – Сонхва заметил задумчивый взгляд Хонджуна. Тот показал головой:       – Просто мысли.       – Выкинь их из головы, – тёплая улыбка, от которой трепетало сердце безумно влюблённого парня.       – Что теперь мне делать с этой морковкой? – перевёл разговор на другую тему Хонджун.       – Порежь её полукольцами.       Хозяин кивнул, положил овощ на доску, стал примериваться. Сонхва подошёл к нему снова со спины. Хонджун дёрнулся от неожиданности, медленно выдохнул, развернулся и, обхватив парня за шею, крепко поцеловал. Сонхва моментально ответил на поцелуй, обнимая парня в ответ, прижимая своими бедрами его к столу.       Хонджун, которому снился их первый поцелуй, был сейчас ненасытным, как заблудившийся в пустыне путник, нашедший, наконец-то, оазис. Он целовал жадно и немного грубо, царапая зубами губы Сонхва, проталкивая свой язык в чужой рот. Сонхва в ответ посасывал чужой нахальный язык, растворяясь в чувствах. Но он заставил себя отстраниться от этих губ и попытался улыбнуться, смотря в эти тёмные, почти чёрные, глаза:       – Давай закончим с обедом.       Хонджун кивнул, вернулся к забытому овощу, и наблюдая за движениями Сонхва, подумал о том, что фраза «давай закончим с обедом» звучит так, будто требует продолжения, например, «и продолжим» или что-то в этом роде. Но старался не отвлекать себя этими идеями, продолжая старательно нарезать полукольца моркови.       Спустя полтора часа они закончили с готовкой, накрыли на стол. Запах стоял восхитительный!       – Ты великолепен! – похвалил Хонджун, пробуя суп. – Я под впечатлением!       Сонхва явно смутился, но постарался скрыть это.       – Давно готовишь? И для кого? Если не секрет.       – Начал увлекаться этим примерно в то же время, как нашёл Мини. И сейчас готовлю для него и его друзей.       – Ты любишь его.       – Да. Просто… Когда я увидел его, он был в ужасном состоянии. И мне стало так жалко его, что… хм… не знаю даже как объяснить.       – Ты ухаживаешь за ним, как за собакой.       Сонхва приподнял одну бровь, но взвесив все варианты, понял, что это самое точное определение его чувств к брату.       Ребята продолжали разговор, узнавая друг друга лучше, высказывая свои мысли на тот или другой вопрос. После они перебрались к гостиную. Хонджун забрался на диван с ногами, включил телевизор, чувствуя себя сытым и довольным. А Сонхва, смотря на парня, мысленно сравнивал его со львом, который лежал на холме, довольный и уверенный в безопасности своей территории.       – Не могу понять…       – Что? – Хонджун лениво перевёл взгляд на парня.       – Какой ты на самом деле? – Хонджун молчал и Сонхва решил уточнить: – Сегодня наша третья встреча и в каждую из них ты другой. В первую был такой капризной цацкой, – Хонджун хохотнул от прозвучавшего сравнения, – во вторую уверенный в себе соблазнитель, а сейчас как победитель по жизни.       Хонджун рассмеялся над сравнениями. Всегда интересно узнать, что о тебе думает твой возлюбленный. Но сравнения были необычными.       – Я не люблю места, лишённые комфорта и удобств, поэтому был не в восторге от этой палаточной поездки. Но не бросать же друзей. А на первом нашем свидании я… хм… хотел произвести на тебя впечатление? И рад, что результат достигнут.       – Думаешь?       – Не обманывай меня, – Хонджун переместился, оказавшись лицом к лицу Сонхва, медленно проехался взглядом по его лицу, шею, груди, спускаясь ниже.       – Не любишь природу?       – Люблю. Но, например, скверы, парки, заповедники или дикую природу, но с домиком, где есть свет и тёплая вода. А такие вылазки, где даже руки не помыть – это не для меня.       Сонхва кивнул, соглашаясь с парнем. Он и сам был такой, но его больше всего смущала и отталкивала грязь.       – Идём, – неожиданно поднялся Хонджун, протягивая руку, – я покажу тебе сад.       Они вышли на улицу, обогнули дом и взору Сонхва открылся красивый, в какой-то мере даже сказочный сад с удобными тропинками, скамейками, беседкой по середине и разнообразными кустами и цветами. Хонджун стал рассказывать, что большая часть цветов распустится примерно через месяц-полтора, наполнив сад яркими красками. С увлечением рассказывал о своём увлечении, которым был обязан своей матери. Они подошли к одной из клуб, на которой практически распустили пионы ярко-розового цвета. Сонхва наклонился, ощущая их резкий аромат. Цветы были прекрасны. Он услышал щелчок и, обернувшись, увидел, что Хонджун его сфотографировал.       – Если ты против, я удалю фотографию.       – Если тебе нравится, оставь.       Сонхва улыбнулся, снова наклонился к цветку, прижимаясь своей щекой к бархатистым и холодным лепесткам.       – Tu es ma fleur*       Сонхва подошёл к Хонджуну, обнял его, поцеловал. Хонджун в ответ обхватил парня, не прекращая их поцелуй. Одной рукой он гладил шею Сонхва, погружая свои пальцы в его серые мягкие волосы, перебирая пряди, сжимая их в своём кулаке. Другая рука скользила по плечам, спине. Опустилась на поясницу, слегка надавливая, заставляя Сонхва прижаться ближе.       Хонджун не совладав с желанием, опустил руки на ягодицы парня, сжал их. Сонхва громко выдохнул. Отстранившись от губ своего любимого, Хонджун произнёс:       – Сонхва. Я говорил тебе, что настроен серьёзно. Я, наверное, влюбился в тебя с первого взгляда. И я хочу, чтобы ты принял мои чувства. Ты будешь встречаться со мной?