Fans

                        Эпиграф Madness (Muse) / Безумие (Мьюз) I, I can't get these memories out of my mind (Я, я не могу выбросить эти воспоминания из головы,) And some kind of madness has started to evolve, mmm. (Какое-то безумие начало развиваться во мне. Хмм.) And I, I tried so hard to let you go (И я, я так старался дать тебе уйти,) But some kind of madness is swallowing me whole, yeah. (Но это безумие поглощает меня с головой, да...) I have finally seen the light (Я наконец-то увидел свет,) And I have finally realized what you mean. (И осознал, что ты значишь.) And now I need to know - is this real love (Сейчас мне нужно понять — это настоящая любовь) Or is it just madness keeping us afloat? Mmm (Или же безумие удерживает нас на плаву? Хмм.) And when I look back at all the crazy fights we've had (Когда я оглядываюсь на наши сумасшедшие схватки,) It’s like some kind of madness was taking control, yeah (Кажется, что нами овладевало безумие, да...) And now I have finally seen the light (И вот теперь я наконец-то увидел свет,) And I have finally realized what you need (И я осознал, в чем ты нуждаешься.) Now I have finally seen the end (Теперь я наконец-то вижу исход,) And I'm not expecting you to care, (И я уже не жду от тебя участия,) That I have finally seen the light (Но я наконец-то прозрел) And I have finally realized (И осознал - ) I need to love! (Мне нужно любить!) I need to love! (Я нуждаюсь в любви!) Come to me, trust in a dream, (Так приди же ко мне, доверься мечте,) Come on and rescue me! (Приди и спаси меня!) Yes, I know, I could be wrong, (Да, я знаю, я могу быть не прав,) May be, I'm too headstrong. (Может, я слишком упрямый.) Our love is… madness. (Наша любовь и есть безумие.) Глава 1 Ожиданные гости       Приятный молодой человек протянул ему бокал с французским бордо и обворожительно улыбнулся: – Северус, ты закончил дела на сегодня, не так ли? Северус не спешил отвечать. Бронзовые часы со змеями – подарок от бывших коллег по случаю его официального увольнения из Хогвартс, вот уже год как украшавшие каминную полку нового дома, давно пробили семь раз — что в традиции более, чем половины мира означало конец рабочего дня. С чистой совестью можно было присесть в одно из глубоких кожаных кресел коньячного цвета в своей небольшой, но по-английски респектабельной гостиной, и, глядя на огонь, как тот в медленном, почти эротическом танце обращает в пепел дрова, распить бутылочку дорогого вина или чего покрепче… Можно было… И все же Северус хмуро уставился на протянутый ему бокал и медлил, решая про себя, закончил ли он дела или есть еще над чем поработать? – Ты выглядишь уставшим, monami. Так и было. В последнее время он так много общался с книгами – в основном с ними только и общался – что и сам стал похож на ссохшийся фолиант, с весьма обширным содержанием, в неприметной потертой обложке. Лицо бледное, как сухие выцветшие страницы, с устало-скорбным выражением, и поверх него легкая сеточка морщин: вокруг глаз, которые слишком много видели, и более глубокие меж бровей и на лбу – от частых тревожных мыслей. Неопрятные отросшие волосы наскоро собраны в хвост. Белый воротничок сорочки выглядывает из-под темно-синего сукна мантии, уже не профессорской, но не менее строгой. У теперешнего Северуса Снейпа был вид затворника-иезуита, живущего постом и молитвой о скорбях всего мира. Даже его знаменитый взгляд Ужаса Подземелий, когда-то грозящий котлами и адским пламенем, казалось, потух, превратившись в окаменелый пепел. Перед статным молодым визави в элегантной мантии по французской моде стоял усталый стареющий англичанин, трудоголик и аскет, с опущенными плечами. – Северус? – Допустим. Есть повод? – прошелестел он, наконец. – Неужели нам нужен повод, чтобы вместе выпить бокал вина?.. Судя по молчанию, Снейп всерьез задумался над этим вопросом, и визави, избегая отказа, поспешно добавил: – Повод действительно есть. Смею напомнить – прошел ровно год, как мы начали нашу успешную совместную… Последние слова потонули в каменном гуле – пустой нетопленный камин загремел, затрещал, задрожал, вспыхнул зеленым пламенем и исторг из своего пыльного жерла гостя. Который тут же споткнулся о каминную решетку и плюхнулся к ногам Снейпа и его оторопевшего визави: – Мистер Поттер? Он самый вскочил на ноги и забегал глазами от одного мужчины к другому. – Кажется, я поторопился с тостом. Учитывая вашу репутацию, мистер Поттер, там, где появляетесь вы – начинаются неприятности. Упрек вместо приветствия явно смутил Гарри – он покраснел и попятился назад к камину: – Эм-м, вы правы… Прошу прощения, что помешал… мистер Снейп и мистер… э-э… – Льорис, – заговорил Снейп, расправляя плечи и гордо вздернув подбородок. – Мой деловой партнер. Партнер бросил на Снейпа полный досады взгляд и поджал губы. – Извините, что помешал, мистер Льорис, я не знал, что вы тут… что у вас тут… торжество… – Гарри едва не споткнулся о злосчастную решетку снова и только сейчас, ощупывая полку над камином, сообразил, что среди часов со змеями, пары тяжелых подсвечников, стопки книг и колдографии самого Снейпа, гордо запечатленного в Ордене Мерлина первой степени за рукопожатием с Министром, что среди них нет банки с дымолетным порошком! Визави Снейпа тоже это заметил: – Как вы вообще сюда попали, мистер Поттер? – Через камин… – Оно и удивительно, ведь камин заблокирован! – Не знаю, как и кем он заблокирован, я просто бросил порошок и попал сюда… – Это я так настроил свой камин, – отрезал Снейп к пущему неудовольствию делового партнера. – Раз уж попали, проходите, Поттер. Месье Льорис как раз предлагал отметить годовщину нашего успешного совместного предприятия; вы могли бы выпить с нами. Гарри замотал головой: – Нет-нет, не сейчас! Мне нужно поговорить с вами. Мне очень срочно нужно поговорить с вами. Сэр. Пожалуйста. От такой новости Снейп скрестил на груди руки и на миг зажмурился – то ли молясь, то ли чертыхаясь. Потом повернулся к Льорису: – Не мог бы ты нас оставить. Это был не вопрос, это было прощание. Коротко ответив: « До завтра, monami», – визави направился к двери, по пути бросая злые взгляды на того, кто испортил ему этот пятничный вечер. И торжество. – Что ж, Поттер, садитесь, – Снейп протянул ему оставленный Льорисом бокал, – и выпейте, вам станет легче. – Спасибо, сэр! – в два счета проглотив дорогое вино, Гарри плюхнулся в кресло и растерянно уставился на Снейпа, устроившегося напротив. Как всегда – собранный, строгий и закрытый: нога на ногу, руки на подлокотниках и нечитаемый темный взгляд. – Итак… Что привело вас в мой скромный камин? И ядовитый. – Вы читали газеты? Cнейп сдержанно кивнул. – Мне просто некуда было идти, – с отчаянием признался Гарри. – Хотя… Вы тоже можете выставить меня… Ваш партнер прав, где я – там неприятности. – Ничего нового для меня. Продолжайте по сути дела, и, ради Мерлина, пропустите вступительную часть с извинениями, жалостью к себе, ко мне, и благодарностями за то, что я не выставил вас вон. Заметьте, пока не выставил. Гарри грустно вздохнул. Только что он готов был мчаться и бороться, а сейчас на него навалилась безмерная усталость. Хотелось прикрыть глаза, обмякнуть в этом удобном кресле и заснуть… Да, заснуть, чтобы потом проснуться и обнаружить, что все плохое ему просто приснилось и… – Поттер? – Снейп ждал объяснений. – Не знаю, как это случилось. Не знаю, что мне делать. Я ни в чем не виноват, но мне никто не верит. – Допустим, я вам верю, – Снейп изогнул бровь, призывая Поттера далее следовать его рекомендациям. – Спасибо, сэр, – Гарри шмыгнул носом, подбирая нюни обратно: – Меня обвиняют в том, чего я не делал. Клянусь вам всем, чем угодно, Мерлином, памятью родителей, квиддичем, своей палочкой, не делал! Все эти истории с пробами, клубами… Гермиона в Мунго, мой друг погиб, и подозревают меня! Я хотел пойти в Аврорат сам, чтобы все рассказать, как есть. Потому что я не виноват, и зачем мне тогда прятаться? Но мне сказали… меня предупредили… что там настроены… в общем, они бы закрыли меня и слушать не стали… Будто в подтверждение гарриных слов, в двери дома постучали. Громко и требовательно. Как ужаленный, Поттер вскочил на ноги: – Это за мной! И начал аппарационный разворот, но Снейп не позволил его закончить, вцепившись Гарри в плечо: – Стой! Тупой кретин! А если там купол? Тебя размажет как кровавую соплю. Иди наверх, и ни звука, пока я не позову. Понял? – А если будет обыск? Снейп пригласительно взмахнул рукой в сторону двери: – О, ну это, разумеется, все меняет. Тогда, может, сам им откроешь? – и посмотрел на Поттера так, как в старые совсем не добрые времена. От этого взгляда бывший гриффиндорец быстрее снитча взлетел по лестнице на второй этаж и там затих. Хозяин дома очистил и убрал гаррин бокал, смахнул пыль и сажу с зеленого персидского ковра и отправился открывать. За дверью дожидались двое крепких магов в штатском, с явными аврорскими замашками. – Мистер Снейп, сожалею, что вынуждены побеспокоить вас, но не знаете ли вы, где в данный момент находится мистер Гарри Джеймс Поттер? Мы разыскиваем его по приказу Министра. – Понятия не имею. Крепкие министерские парни переглянулись: – Наши радары засекли его в этом районе. Мистер Поттер обвиняется в ряде тяжких преступлений, и разыскивается для срочного перемещения в Аврорат. Любой маг, укрывающий мистера Поттера или помогающий ему скрыться, будет виновен… – Я по-прежнемуне имею понятия, где он, – повторил Снейп таким ледяным тоном, чтобы у министерских пугал подмерзли яйца. – Вы отвлекаете меня от сложного эксперимента. Он уже собирался захлопнуть дверь, однако, авроры явно не желали отступать: – Если мистер Поттер свяжется с вами или вам станет известно о его местонахождении, вы должны немедленно сообщить… – Всенепременно. Самолично доложу господину Брустверу. А теперь, извините, у меня эксперимент. Служу Британии. Услышав имя большого начальника из уст героя-мерлиноносца, авроры тут же растворились в воздухе. Расщепи их Мерлин на тысячу пикси! Массивная дубовая дверь, обитая железом, снова была заперта, запечатана и зачарована; любой, кто решился бы на взлом или таран, мгновенно получил бы от двери Парализующее проклятие недельного действия, а в случае проникновения… изобретательности хозяйских ловушек позавидовал бы сам Дамблдор, в свое время неплохо постаравшийся в доме Блэка. Камин тоже был переблокирован, и только тогда, убедившись в полной надежности своего убежища, Снейп пересек гостиную и поднялся по лестнице, на верхних перилах которой от любопытства уже повис, если верить аврорам, чуть ли не главный злодей Магбритании! Как деградировал мир... – Спасибо, сэр, но у вас могут быть неприятности… – Вы не находите, что они уже здесь? – съязвил Снейп. – Проникли в мой камин, ввалились ко мне в дом, бегают по лестнице… Мм? А еще до этого… – Я же попросил прощения! Несколько раз! Года два мы вообще не виделись! Чем я мог навредить, когда меня не было в вашей жизни? Или я успел что-то натворить на торжестве в честь победы… – Ваша щедрость велика, но не безгранична, да, Поттер? Вы дали мне целых полтора года передышки… – Но вы же сами!... Еще тогда, на том приеме в Министерстве, помните, вы сказали, что я всегда могу обратиться к вам, если понадобится помощь! А сегодня вы сами сказали мне остаться… – А вы теперь делаете, что вам скажут? В таком случае, Поттер, поцелуйте меня в… – Не понял... То есть я спросил вас, вы ответили – оставайся, а я должен был уйти? Или я должен был уйти, не спрашивая? Или вообще не приходить? Потому что тогда на приеме вы… – Заткнись. – … имели в виду не то, что имели… – Ради Мерлина, заткнись, Поттер! Так мы мало продвинемся в решении ваших проблем, которые грозятся стать и моими тоже. Авроры разыскивают вас за РЯД весьма ТЯЖКИХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ. Поттер-р… В кого от тебя отскочило на этот раз? – Да я сам не понимаю… – Ничего нового для меня. Давайте начнем с того, что вам все же понятно. Спустимся в гостиную, там толстый ковер, будет не так больно падать и кататься по полу – сегодня Вы уже смогли в этом убедиться. – Кому? Зачем? Снейп на ходу вытащил из кармана волшебную палочку: – Мне. От ужаса, когда я узнаю, во что вы меня втягиваете. Встаньте здесь, да, вот здесь, и не сопротивляйтесь, не тратьте понапрасну силы, просто откройте мне свое сознание… – Как?! – Гарри отскочил подальше от указанной на ковре точки — то ли цветка, то ли звезды в самом центре - прячась за кресло. – Вы что, хотите меня легиле… легиментировать?!! – Легилементировать. Разумеется. Как иначе мне узнать доподлинно, что же с вами произошло? – Я сам все расскажу! – Исключено. Я не доверяю словам. И, откровенно говоря, мыслям тоже. Единственный верный способ что-то выяснить – это веритасерум. Но зачем же переводить ценное зелье, когда вы такой никчемный окклюмент? Гарри покраснел до корней волос… да что там, и под корнями тоже! – Но сэр… там могут быть вещи… очень личные… – Да. А еще там могут быть вещи крайне важные, которые вы неправильно поняли или не заметили вовсе. Гарри обреченно закрыл глаза. Откровенно говоря, очень хотелось… никогда… их… больше… не открывать… Что он там думал про уснуть? Сейчас самое время! И, желательно, летаргическим сном! – Я начинаю подозревать, Поттер, что кое-что из инкриминируемого вы все же совершали, – Снейп поморщился от отвращения, предвкушая, в какое дерьмо ему придется погружаться по самое не хочу, если верить газетам. Гарри отчаянно замотал головой – нет, не правда! – Тогда посмотри на меня! Вот влип! От Азкабана с дементорами убегал, думал, Снейп – это хорошая идея, а сейчас, с этой его гребаной легилеменцией, не понятно, чьи пытки страшнее! Но куда еще деваться, Гарри попросту не представлял, и потому, превозмогая себя, глубоко вдохнул и… полетел по уже знакомым ему темным тоннелям, все глубже и глубже проваливаясь в ледяной мрак то ли времени, то ли памяти, то ли души – на самое дно черного-пречерного колодца...