Мой любимый лучший друг

- Вы не имеете права этого делать!- выпалила я.- Убивать человека из-за денег? Какой бред! Что, у каждого, кто в коме, есть куча родственников, способных вываливать огромные деньги за его пребывание в клинике? А если нет, то его отключают от всяких там аппаратов?- мой язык заплетается, да и наверняка я выгляжу так, словно приехала в больницу после пьяной вечеринки. Но дело в том, что сейчас в моей голове, которая кружится, нет никакой ясности. Опухшие глаза слипаются не потому, что мне хочется спать. А ноги подкашиваются от бессилия и осознания того, что скоро короткая история жизни для Дэвида может так нелепо закончиться. - Ева,- предостерегающе произнёс Риччи, взяв меня за плечи сзади. - Нет, Рич, не надо,- я не повернула головы в его сторону.- Вы...не должны так поступать. Не должны лишать Дэвида жизни, слышите, доктор? Я вам этого не позволю...- я многое хотела бы добавить, но увидела Дебру, которая вышла из операционной.- Вы! Это всё из-за Вас, миссис Уилсон! Вам всегда было плевать на Дэвида! Это из-за Вас он в таком состоянии! Мам,- обратилась я к матери,- Нужно засудить их к чёрту. Пусть все узнают, что эти изверги делали с собственным ребёнком. Мне захотелось справедливости. Такой, чтобы понесли наказание не только родственники Дэвида, но и врачи, которые только разводят руками и никак не могут помочь ему. - Дорогая,- осторожно сказала мама,- Ты же сама знаешь, что если мы сейчас поднимем всю эту бучу - Дебру и Дага лишат родительских прав. И тогда Дэвида возьмёт какая-нибудь благотворительная клиника, в которой... - Не возьмёт,- неожиданно оборвал её доктор Джонсон.- Благотворительные клиники не берут больных, находящихся в коме. Именно по причине...цены́ содержания подобных клиентов. Тем более, когда нет никаких...- он взглянул на меня, но всё-таки продолжил,- Никаких гарантий. Дебра, идёмте со мной, поговорим. Возможно, главврач согласится взять Вам кредит..? Будете выплачивать из своей зарплаты некий процент ежемесячно, и... - Я не собираюсь уреза́ть свои доходы,- сквозь зубы процедила миссис Уилсон. - Ежемесячно?- возмутился отец.- Доктор Джонсон, Вы минуту назад говорили, что не знаете, сколько Дэвид пробудет в таком состоянии. - Много пробудет,- неожиданно вместо врача ответила Дебра.- На аппарате жизнеобеспечения он хоть годами валяться будет, если вы будете наивно давать деньги клинике всё это время. Да,- женщина обернулась ко мне: в её карих глазах, где-то за ширмой гневного раздражения стоит отрешённое понимание,- Чтоб ты знала, наивная идиотка. Дэвид не очнётся. Ты и твои родители можете хоть все свои деньги вбухать в его содержание здесь, в больнице, если хотите. Но из подобной комы не выходят. Будь уже, наконец, реалисткой. Сними розовые очки,- и, не дожидаясь ответа, пошла в сторону реанимационных палат. - Спасибо, доктор,- говорит мама, пока я перевариваю слова Дебры и смотрю ей вслед.- Мы...решим, что делать. И завтра...обязательно ответим. - Не затягивайте с этим,- Джонсон кивнул и пошёл прочь, оставляя нас в пугающей тишине. - «Решим, что делать»?- спросила я, резко повернувшись к матери.- Что значит «решим»? Нужно попросить помощи. У бабули, например, она ведь никогда нам не откажет! - Ева, это не маленькая сумма. И никто не знает, выйдет ли Дэвид из комы или...нет. Ты ведь слышала доктора? Он может пролежать так несколько лет, а уже через полгода мы переезжаем в Лондон. Родная... - Мам, мы не можем просто так сдаться. Ты...как ты себе это представляешь? Просто взять и...убить его? Дебра - это Дебра. Но ты...Пап,- я посмотрела на отца и на Риччи,- Рич. Я должна. Должна осознать, что шанс на то, что Дэйв выйдет из комы - один на миллион. Должна понять, что проще всего будет отпустить его. Но не могу. Просто не могу смириться с тем, что его может не стать. Весь день и всю ночь после нахождения в больнице я думала лишь об одном: только бы он выжил. И плевать, что мы никогда не будем вместе, как пара. Плевать, что скоро нас разделят километры. Только бы Дэвид преодолел эту чёртову болезнь, вышел из комы и был счастлив. В другой стране или на другом континенте - плевать. Я хочу, чтобы он. Был. Счастлив. Под моими уговорами родители «сломались» и одолжили у бабули ещё немного денег, но только при условии, что на шесть месяцев. Если Дэйв не выйдет из комы к нашему переезду, то моей семье придётся перестать снабжать клинику деньгами, а мне - смириться с тем, что это конец. Так я провела в реанимации больницы почти два месяца. Каждый день я разговариваю с другом, читаю ему книги, сдерживая слёзы. И каждый раз, уходя, слёзно молю его проснуться. Но Дэвид не просыпается. Не приходит в себя. У меня же не опускаются руки, я не собираюсь мириться с тем, что могу больше никогда не увидеть его улыбку, не услышать его голос. - И миссис Кларк сказала, что в аттестате мне точно обеспечена пятёрка,- я улыбнулась, уже который час с вдохновением рассказывая школьные истории находящемуся в коме Дэвиду.- Я...знаю, что Эмма к тебе частенько захаживает. Надеюсь, она не слишком навязчива? Если да, то...хотя бы намекни, и я больше не позволю ей даже близко подходить к тебе. Сама буду караулить возле твоей палаты днями и ночами, если понадобится,- я провела Дэвида ладонью по заметно отросшим после операции волосам и встала со стула.- Мне уже пора. Что тебе завтра прочесть? Марка Твена или...Джека Лондона?- тихо усмехнувшись, я направилась к выходу. В палату, как раз когда я собралась уходить, скользнула молоденькая медсестра лет двадцати на вид. Она подошла к больничной кровати, на которой лежит парень, и принялась менять капельницу, чудом не путаясь во всех этих проводах и трубках. Я остановилась и, понаблюдав за ней, не удержалась: - Может, Вам помочь? Мне тоже хочется сделать что-то полезное для Дэвида, а не только читать ему книги и рассказывать истории из школы. - Не может быть,- сказала медсестра, даже не повернув головы в мою сторону, но глянув в экран монитора, на котором зелёные линии давления и кардиограммы скакнули, сбивая равнодушный ритм. Девушка принялась с силой жать кнопку вызова медперсонала над кроватью Дэйва, а я, бросив свою сумку куда-то в сторону, подбежала к ней и принялась смотреть в монитор. Уже через минуту в палату вошёл доктор Джонсон. - Вам лучше выйти,- дежурно обратилась ко мне медсестра, но врач решительно мотнул головой и обратился ко мне: - Останься. И вообще, Ева, подойди сюда,- попросил он.- Возьми Дэвида за руку и попробуй...поговорить с ним,- я послушно села рядом с кроватью и взяла друга за руку, а Джонсон вновь стал вглядываться в показатели на мониторе и неторопливо, отчётливо произнёс, чуть наклонившись к Дэвиду,- Эй, парень. Если ты нас понимаешь и слышишь, то постарайся подать хоть какой-нибудь знак. Ну же, Ева, давай. Я не сторонник интуитивной медицины, но на знакомых и близких такие больные реагируют лучше. - Дэвид,- произнесла я, крепче сжав руку парня,- Это я - Ева. Если...если ты слышишь меня, прошу...Подай знак. Любой...- я улыбнулась, поняв, наконец, что Дэйв может выйти из комы.- Родной мой...Самый лучший. Дэвид, слышишь? Умоляю, приди в себя. Мне так тебя не хватает...- слёзы покатились по моим щекам, и я, не вытирая их, провела свободной ладонью по щеке друга.- Если ты сейчас очнёшься, то я...я обещаю, что не буду читать тебе занудные книги дни напролёт, а когда тебя переведут в другую палату, то притащу ноутбук и мы будем смотреть твои любимые фильмы. Эй..? - Трубка мешает?- вдруг спросил доктор у Дэвида.- Смотри-ка, это хорошо. Значит, дышишь сам. Потерпи-ка немного...- Джонсон принялся убирать бинты, которыми крепится дыхательная трубка, а я прикоснулась губами к пальцам Дэвида.- Продолжай говорить и не отпускай его руку,- обратился врач уже ко мне и посмотрел на медсестру,- Кислородную маску мне принеси. Живо! Та-ак,- врач медленно потянул трубку на себя, извлекая её из дыхательных путей Дэйва, который едва заметно поморщился, после чего закашлялся, давясь слюной. Доктор Джонсон надел на лицо парня кислородную маску и стянул с рук перчатки.- Надо же. Молодец, парень. Всем бы такую волю к жизни, а..? - Дэвид,- я почувствовала, как на смену постоянному напряжению приходит облегчение. Опустив голову, я чуть разжала свою ладонь, в которой находится ладонь Дэвида, и судорожно выдохнула. Ещё немного, и я просто грохнусь в обморок. - Ты в порядке?- врач коснулся моего плеча. - Да...Я...Мне нужен свежий воздух,- ответила я, выпуская из своей ладони ладонь парня.- Скоро...Скоро вернусь,- и поспешила к выходу из палаты. Перед глазами всё расплывается, но я нашла чёрный выход, вышла на задний двор больницы и села на холодные ступени крыльца. Стало чуть легче дышать, а картинка перед глазами прояснилась. Тогда я задрала голову вверх, посмотрела на чёрное небо и рассмеялась. Из моих глаз не прекращают течь слёзы, но я смеюсь, потому что Дэйв выкарабкался. Он будет жить. Просидев так минут тридцать, я кое-как пришла в себя и достала телефон из кармана пальто, чтобы поделиться радостной новостью с родителями и Риччи. Первые обрадовались и пообещали вернуться из Лондона пораньше - к концу недели, а одноклассник на радостях почти сразу же примчался в клинику и набросился на меня с вопросами, которые касаются Дэвида. И я взахлёб отвечала, делясь своими эмоциями. - Ты просто обязан будешь рассказать, каково это,- Рич хмыкнул, глядя на друга, который по-прежнему глаз не открывает, но явно слушает, что ему говорят.- Потому что мать мне уже весь мозг сожрала своими идиотскими книжками и статьями на тему комы. Ну, ты её знаешь, у неё пунктик на всей этой потусторонней чуши. Кстати, я магнитолу новую купил в тачку, заценишь, думаю,- Купер, кажется, от радости несёт вообще всё без разбору, широко улыбаясь: всё же Дэвид - его лучший друг ещё с дошкольного возраста, и теперь Риччи, как и я, смог выдохнуть впервые за несколько месяцев. Следующий день (как и последние несколько месяцев) я не смогла посвятить учёбе. На уроках я даже не пыталась делать вид, что слушаю учителей: то и дело отворачивалась к окну, забывала достать из сумки тетради и ручки, и вообще, мыслями я была в больнице, с Дэвидом. Последним уроком была физкультура, поэтому мне ничего не помешало сделать то, что я хотела сделать ещё с самого утра - поехать к нему. Посмотреть, наконец, в его глаза, если это сейчас возможно. И в идеале - поговорить с ним. Хотя мне достаточно просто увидеть друга, убедиться, что он в норме. А остальное...Остальное - потом. Сейчас Дэвиду нужно набираться сил, чтобы жить, как раньше. Ведь всё будет, как раньше..? Когда автобус подъехал к нужной остановке, я буквально помчалась к клинике, на ходу обещая себе, что больше никогда не стану ругать Дэйва по пустякам и, тем более, никогда не позволю нам обоим серьёзно поссориться. Отныне всё будет иначе. Он заслуживает этого. Войдя в палату, я сбросила с себя пальто и села на стул рядом с кроватью Дэвида. - Я сегодня сбежала с физры,- усмехнулась я, доставая из сумки учебник по биологии.- А ты говорил, что в одиночку у меня этого не выйдет,- снова усмехнулась и, открыв книгу, перелистнула на нужную страницу. Так я не заметила, как прошёл час: в тишине, прерываемой мирным писком приборов, подключённых к Дэвиду, и звуком перелистывания страниц книги. Я привычно убрала мешающую длинную прядь волос за ухо и потянулась к сумке, чтобы достать бутылку с водой. - Дэвид,- только и смогла произнести я, заметив, что парень уже приоткрыл глаза и теперь смотрит на меня. От радости не обратив внимания на то, как учебник сполз с моих колен и рухнул на гладкий пол, я вскочила на ноги, взяла Дэйва за руку и наклонилась над ним.- Я так рада...Я...Ты пришёл в себя,- сумбурные мысли путаются, и слова, которые я хотела бы сейчас сказать, обрывками теряются в глубине сознания, а изо рта вылетают только бессвязные фразы.- Дэвид...Риччи...Придёт...И скоро...Только нам...- я уже несколько раз резко и со всей силы хватанула воздуха, отчего голова легко закружилась и появилось ощущение, будто мне это снится.- Прости...Я слишком волнуюсь...Чёрт...Мне столько...столько нужно тебе сказать...Но ты...ты должен набираться сил. Поправиться и выйти отсюда. Прошла неделя с тех пор, как Уилсон открыл глаза. Правда, он всё ещё не сказал ни слова: только смотрел на нас с Риччи, слушал наши рассказы и спал. Спал Дэвид очень много. И вот сегодняшним, субботним днём он, наконец, смог сказать первое слово. Я только вошла в палату и стянула с себя шарф подаренный другом на Рождество, как услышала тяжёлое и осипшее: «Прости». Не требуется никаких объяснений: мне понятно, за что Дэйв извиняется. - Это ты меня прости,- тихо сказала я.- За...испорченное Рождество. Я не должна была так себя вести. Не должна была...Эм-м...Просто...Давай забудем всё плохое и начнём...с чистого листа, что ли..? - Я...я...- кислородная маска не даёт Дэйву нормально говорить. Я это сразу поняла и осторожно сняла её с лица парня.- Я себя чувствую...Таким...бесполезным,- поделился он, делая между словами паузы секунд по пять или десять.- Как я и...говорил тогда. Почти. Овощ. А если я...так и останусь..? Лежать. - Не говори глупостей, прошу,- ответила я, сжав его ладонь в своей.- Твоему организму нужно время. Помнишь, что сказал Джонсон? Мы должны надеяться на лучшее. Дэвид, ты пережил операцию, ты пережил кому. И теперь ты идёшь на поправку. Почему тебе так сложно поверить в себя?- вдруг, опустив голову, я поморщилась и выдохнула, собираясь с силами, чтобы сказать то, что мучает меня с самого Рождества.- Дэвид..? Есть...ещё кое-что. Родители запретили мне говорить с тобой об этом, но...- я подняла голову и снова посмотрела на Уилсона.- В Рождество, перед тем, как потерять сознание, ты...Ты сказал, что не знаешь ни меня, ни родителей. Ты смотрел на нас так, словно видел впервые. В общем, я обо всём расспросила Джонсона. И он...сказал, что...при опухоли головного мозга вполне возможна потеря памяти. Ты...Дэвид, ты знал об этом? Знал, что в один момент ты можешь забыть меня и...вообще...какой-то определённый отрезок своей жизни..? Дэвид, выдохнув, закрыл глаза. - Да,- осипше отозвался он.- Да, Ев. Я знал. Док говорил. Что может...могут быть проблемы с...памятью. И ещё...координацией. И со зрением,- в этот момент я прижала ладони ко рту.- Прости. Я не хотел...тебя пугать. Просто...Просто...думал, может быть, этого не будет. Я ведь не...Я забывал только...мелочи всякие. Вроде того, как...ну, знаешь. Где припарковал машину или...не всегда мог...сразу сообразить...какой сейчас месяц. Но...если честно, то...мне казалось дикостью, что я мог бы...забыть тебя или...Риччи. Кого-то из близких. - Но это уже случилось, Дэвид. В Рождество. - Я надеюсь, что...такого больше...не случится. Никогда. Потому что...Ев...Я не хочу...Не хочу тебя забывать. И то, что с...нами произошло...Это было...Знаешь, самое лучшее, что может пережить...подросток. - Даже не думай, Уилсон. Я не позволю тебе со мной прощаться. Мы переживём такое ещё не один раз, можешь не сомневаться. Нацепив на лицо Дэвида кислородную маску, я села рядом и принялась наблюдать за ним. В моей душе по-прежнему живёт надежда. Надежда на лучшее.