No one will know except the director/Никто не узнает кроме директора

Тук. Тук. Тук. Тук. Ровный ход часов успокаивал все живое в помещении. Фоукс лениво чистил огненные перья, агрессивные лакричные конфетки в вазе мирно дремали, а Альбус Дамблдор чинно сидел в высоком кресле и безотрывно следил за дверью. С минуты на минуту в комнату зайдет Снейп, он даже не сомневался в этом. И отсчитывал про себя время до его прихода. Спокойствию настенных часов подчинился и желтый массивный цветок с крепким стеблем, возвышавшийся на столе профессора. Отрывистый стук в дверь. Директор ухмыльнулся. — Зайдите. — Северус стремительно ворвался в комнату, но заметив спокойствие Дамблдора замедлился. Он быстро оглядел стол профессора, а затем беспокойный взгляд переметнулся на лицо. Неужели не прочитал? — Северус, я получил ваше письмо. — отрезал директор. — Профессор.. — начал было Северус, но директор за секунду прервал его. — Я хочу поговорить немного о другом. Вы знаете, что это за растение? — директор встал из-за стола и указал здоровой рукой на цветок в горшке. За секунду взгляд зельевара из обеспокоенного стал холодным. Каждый студент школы знает, что перескакивать с темы на тему опасно для настроения преподавателя. А значит в чистой перспективе может быть опасно и для драгоценных камней в сосуде факультета. Но Дамблдор изобразил, что не знает этого. — Профессор, если вы хотите поговорить о растениях, то я рекомендую вам обратиться к мадам Грабли-Дерг, у нее уже закончились уроки и она обязательно вас проконсультирует. — лед в голосе и отрешенный взгляд. Директор усмехнулся. Как я раньше не замечал, что младший Малфой так похож на декана Слизерина? — Северус, не тяните время, вы сами знаете, что его у меня осталось немного — Дамблдор улыбался, но Снейпу было не весело. Он тяжело вздохнул и сконцентрировал взгляд на цветке. Немного отошел, чтобы разглядеть листья, затем подошел ближе, чтобы потрогать стебель. На секунду задумался и посмотрел на директора. — Это редкое растение, полуденная мандала. Несмотря на то, что найти и вырастить его сложно, целебной силы оно не имеет, профессор. — заключил зельевар и отошел от стола. — Правда? — притворно удивился Альбус, прислонив руку к груди. — Очень любопытно, а для чего же его тогда используют? — — Полагаю вам известно, что полуденную мандалу традиционно используют во время Турнира Трех волшебников. Одной капли волшебной крови ему хватит, чтобы определить главные линии в жизни человека. Оно прочитает даже то, в чем сам человек себе никогда не признается. — — Верно, Северус. — довольно улыбнулся волшебник, нежно прикасаясь пальцем к лепестку, — Полуденка может рассказать о волшебнике гораздо больше, чем он знает сам. Узнать у ребенка, кого он больше любит: мать или отца. Или представь себе, расскажет ради кого общий друг может остановить свое дыхание на целый час и отчаянно сражаться с русалками. — Поттер. Естественно, Дамблдор хочет поговорить о нем. Все, что угодно лишь бы отвлечь его от того, что Волдеморт поручил Малфою убить его! Но как-бы не так.. — Профессор, я не понимаю к чему этот разговор. Меня гораздо больше интересует, что мы будем делать с заданием Малфоя.. — терпение зельевара закончилось. Он не собирался терять ни минуты на бесполезные уроки травологии. — Малфой! Как хорошо, что ты его вспомнил! — ничуть не смутился директор. — Драко - чудный и очень способный мальчик, который оказался в плохой ситуации без права на выбор. — Северус удивленно поднял бровь. Это с каждой минутой все больше походило на старческий маразм, он отчаянно не понимал к чему клонит старик. — И то, что мы ничего про него не знаем вскроется прямо сейчас — продолжил директор и наклонился над цветком. Он вытащил из кармана крошечный пузырек, наполненный бурой жидкостью и одним махом вылил содержимое в почву. Северус не двигался, наблюдал за цветком. По полупрозрачному стеблю, как по проводку капельницы, быстро бежала кровь, распространяясь по волокнам. Желтый бутон цветка мгновенно стал золотым, лепестки один за другим начали открываться. На первом распустившимся лепестке стало появляться выжженное изображение. Цветок сгорал узором. Темные точки проступали все ярче и чаще, через секунду выжженное лицо было легко узнать. Нарцисса Малфой Они смотрят на тех, к кому неравнодушен ученик его факультета, очевидно. Драко никого не любил так сильно, как мать. Точеное женское лицо задержалось на секунду, а затем сгорело вместе с опавшим лепестком. Мандала не давала долго наблюдать за важными людьми - иначе это было бы опасно. Дамблдор с интересом наблюдал, как проступал рисунок на следующем листе. Широкие плечи, крепко завязанный галстук, волевой подбородок и широкие линии ноздрей. Северус без труда узнал студента своего факультета. Блейз Забини был лучшим другом Малфоя, очевидно, что он ему дорог. Рисунок следующего лепестка проступал стремительнее. Длинное полотно волос, острые черты лица и внушительные мешки под глазами. Люциус Малфой выглядел крайне плохо, но был легко узнаваем. Северус не понаслышке знал о проблемах между отцом и сыном, но даже не сомневался в сильных чувствах Драко к отцу. Оставался один лепесток и никаких идей, кто может быть на нем. Дамблдор зачарованно наблюдал за происходящим. Копна вьющихся волос, маленький подбородок, прямой нос и большие глаза. Северус оступился назад. Этого не может быть. Это ошибка цветка, как в линиях жизни Драко оказалась Гермиона Грейнджер? Дамблдор поднял глаза и как-будто бы прочитал мысли преподавателя. — Цветок никогда не ошибается, Северус. — Дамблдор отвел взгляд в сторону от удивленного декана Слизерина, который за минуты сменил сразу несколько эмоций. — Значит, вы полагаете, что он влюблен в мисс Грейнджер? — с издевкой спросил профессор. Снейп смотрел на него, как на сумасшедшего. Это большая глупость, всем известно, какие отношения у слизеринца с гриффиндоркой. — О, конечно, нет! — отмахнулся от него директор явно недовольный сообразительностью преподавателя, — Драко испытывает очень сильное чувство к мисс Грейнджер. Никому неизвестно кроме него, что это за привязанность. Возможно, она - самый опасный враг или соперник по учебе. — Дамблдор снова любовно провёл по листьям цветка. — Но вот тебе вопрос: что отличает эту студентку от остальных важных людей мистера Малфоя? — Абсолютно все. Это был вопрос из разряда: в чем отличие совы от учебника по зельям, тыквы от домашнего эльфа или тьмы от света. Гермиона была полной противоположностью каждого из них. И самым главным различием было пожалуй... — Вероятно, вы имеет в виду её происхождение, сэр. Гермиона Грейнджер - магглорожденная волшебница. — заключил декан, наблюдая за голубыми глазами. Дамблдор недовольно усмехнулся и покачал головой. — И не тяжело тебе жить с таким ворохом стереотипов в голове, Северус? — он посмотрел на него с укором. — Мисс Грейнджер за добро и свет. Она единственная может спасти его душу.. — директор задумчиво посмотрел на раскрытый конверт на столе. Письмо Северуса не удивило его. Конечно, Волдеморт хочет показать всему волшебному миру беспомощность Дамблдора. Посмотрите, величайшего волшебника одолел студент Хогвартса, пешка Волдеморта. На что тогда способен сам черный маг? Из круговорота мыслей его вырвал холодный голос преподавателя. — Но она последняя, кто захочет это сделать, профессор. — процедил Снейп, смотря в глаза директору. — Какие бы чувства не питал к ней Драко, она его ненавидит. Он - её враг.— — Это верно! Нам предстоит чудовищный объем работы, Северус. — директор хлопнул в ладоши и потёр их будто перед плотным завтраком. — Но результат может превзойти любые ожидания. Если все получится, то мы спасем больше чем одну погибающую душу. —