private

      Резкая головная боль заставила меня даже во сне поморщиться. Чёртов телефон, который я так старательно игнорировала, названивал уже пятый раз.       Я потянулась рукой к соседней подушке, пытаясь нащупать мобильник, но мне удалось найти нечто более интересное. В полудрёме я плохо соображала, плюс ко всему ещё и похмелялась.       Через титанические усилия приоткрыла слипшиеся глаза, казалось с помощью самого надежного клея в мире. Взгляд сразу зацепился за ободок с длинными латексными заячьими ушками, сжатый в моей руке.       Это ещё что за хрень?!       Потирая ладонью лоб, я приняла сидячее положение, поджав под себя ноги. Казалось, мои мозги находились в подвешенном состоянии, и при любом движении головой они ударялись о черепную коробку, вызывая у меня новый приступ боли.       Я нашла под подушкой телефон и поднесла его к уху, отвечая на очередной звонок:

— Ник, скажи пожалуйста, ты где сейчас?! — почти сразу заорала в трубку Саша, оглушая меня. Голос её был заметно встревоженным.

      — Дома у себя. — сухо ответила я. — И не ори ты так.

— Замечательно. А то мы боялись, что ты сбежишь из квартиры.

      — Что вчера произошло?

— Неудивительно, что ты не помнишь. Ты напилась в нюню и орала, что уедешь жить в какие-то грёбанные горы. Мы тебя с Микасой еле-еле в квартиру затолкали. Пришлось забрать все твои ключи и закрыть тебя, иначе бы ты реально уехала в Гималаи какие-нибудь, и концы с концами.

      — Боже мой, какой стыд... — запищала я, прикрывая одной рукой рот.

— Да это ещё ничего, по сравнению с тем, что ты умудрилась натворить. Негодяйка, украла трусы у стриптезёра. Тебя потом пьяную охрана выводила под руки.

      — Что... Что я сделала?! — ещё немного, и клянусь, мои легкие дали бы сбой.

— Эх, как жалко, что ты ничего не помнишь... Ну ничего страшного, Микаса кое-что отсняла для тебя. Мы скоро приедем, жди нас.

      Я сбросила вызов, бессильно падая на кровать. Ощутив кожей какой-то мешающий предмет у себя между лопаток, я медленно перевернулась на живот.       На белой простыне лежала ещё более удивительная вещица - латексные черные, мать его, мужские трусики.       Очевидно мой глаз весь оставшийся день будет дёргаться.

***

Вчерашний день.       — Как отметим сдачу сессии? — разнесся звонкий голос Саши по всему кабинету.       — Можно пива попить.       — Скучно. — парировала Блаус.       Думаю, любой студент, живущий отдельно от родителей, подтвердит мои слова: «Как бы плохо ты не выучил предмет, ты хочешь побыстрее сдать экзамены, а всё ради стипендии.»       — Блин, а что тогда? Только давайте, чтоб по карману не ударило... — неуверенно выпалила я.       В нашем университете все обучающиеся делились на два лагеря. Первый: пижоны на отделении коммерции. Думаю, тут и комментарии лишние. Представьте, даже могут позволить себе два раза в день в столовой покушать.       — Микаса, так ты же встречаешься с Эреном! — внезапно воскликнула Саша, вгоняя в краску Аккерман. — Можешь попросить у него денег по-братски?       Второй лагерь, он же - большинство студентов: бомжи-бюджетники. О-о да, это совсем другой слой населения.       — М-мы не встречаемся. — буркнула себе под нос подруга. — И просить денег я ни у кого не собираюсь, это неприлично.       Кстати, несложно догадаться, к какой категории относимся мы.       — Тем не менее, ты единственная девушка, с которой он так тесно общается. — Саша специально выделила слово "тесно", ехидно улыбаясь. Микаса смущенно отвернулась.       Что мы только не делаем ради четвёрочки, ведь потерять стипуху для нас означало остаться голодным - и я даже не утрирую и не сравниваю.       И, наверно, я - один из самых ярких примеров таких игроков на выживание.       С самого первого курса я изнемогала себя учёбой, оставалась до поздна в библиотеке, всякими мазохистскими способами пыталась задать себе ритм, завязать тугой угол вокруг шеи, не позволяя себе халтурить. И это прекрасно чисто отображалось на моем лице каждый день: раздраженный взгляд, мешки под глазами, отёки.       — Давайте продолжим работу, до вечера мы должны сдать плакаты и флаеры.       — Хорошо, мадам Николь. — с деловитым видом покачала головой Блаус.       — Не называй меня так формально. — фыркнула я на подругу, тем самым вызвав у неё смешок.       Спасением для меня и нас всех стал внезапный набор в волонтёрскую команду по уходу за животными в приюте, который совсем недавно начал спонсировать декан моего факультета.       Так как я училась на специальности ветеринарии, мне там были более чем рады, и моим подругам тоже. Остальным же студентам, которые даже косвенно медицины не касались, поручили бумажную и промоутерскую работу. Все были рады: и организаторы за недорогую рабочую силу, и мы за обещанную надбавку к стипендии.       Ну и еще, конечно же, мне нравилось проводить добрую часть суток с милыми животными.       — А знаете, что? — разрезало тишину ворчание Блаус. Девушка кропотливо вырезала флаеры, сидя на низеньком табурете достаточно долгое время. — Я заколебалась сидеть на горохе.       — Не одна ты. — отвечала Микаса, разминая шею. Послышался характерный хруст. — Я так устала...       Я оторвала взгляд от уже ненавистного мне информационного плаката, над которым я мучилась уже третий час, и посмотрела на подруг своим привычным уставшим взглядом.       — Кстати, почему эту работу доверили нам? — снова завелась Саша, ловко орудуя ножницами.       — Новенькие сейчас убирают главный зал. — Аккерман отложила клей в сторону, стряхивая со стола обрезки бумаги прямо на пол.       — Видел бы тебя сейчас профессор Леви... — ехидно подметила Саша, Микаса в ответ раздражённо фыркнула. — Ой, кстати, он же вчера экзамен у тебя принимал! Как всё прошло?       — Нормально. — ровным голосом ответила Аккерман. — На удивление.       Я до боли в пальцах сжала карандаш в руке и даже услышала тихий хруст. Голова нещадно болела от воспоминаний вчерашнего дня. Не думала, что один препод способен вынести мне мозги за одну только запинку в ответе. Декана Пиксиса на нём нет!       — А у вас? — тихо поинтересовалась Микаса, снова взявшись за тюбик с клеем.       — У нас с Ник экзамен принимал Верман. — Аккерман сочуственно кивнула головой, потупив стеклянный взгляд в стол. — Этот профессор кислых щей хотел мне неуд поставить только из-за того, что я не пришла в "белый верх, черный низ"! — взбунтовалась Блаус, повышая голос. — Хорошо, что хоть наушник в ухе не заметил.       Китс Верман преподаёт у нас акушерство. Этот преподаватель известен во всём вузе под кличкой "докладной". Никогда не признаёт своих ошибок, постоянно повышает голос, при каждом удобном и неудобном случае грозится написать докладную. Я искренне уверена, что у этого человека крыша уже давно собрала чемоданчики и помахала на прощание ручкой.       Я нервно усмехнулась, вновь принимаясь за работу. Плакат был уже почти готов, осталось только добавить немного блесток, которые, кстати говоря, Рико обещала принести ещё полчаса назад.       — Девчонки! — почти вскрикнула Блаус, пугая нас с Микасой. — Мне только что написал Конни. Прикиньте, он сегодня с ребятами едет в стриптиз-клуб.       — Ревнуешь что ли? — неожиданно остро спросила Аккерман.       — Эрен тоже там будет, солнышко. — симметрично ответила Браус, я не сдержала усмешки. — И Жан ещё, кстати, согласился.       — Это хороший повод начать встречаться с Йегером. — предложила я. — В отношениях у него будет возможность смотреть только на тебя одну.       — Да ну вас. — Микаса обиженно хмыкнула, поворачиваясь к нам спиной снова и продолжая склеивать какие-то оригами для украшений холла.       — Так к чему я это... А, точно. Предлагаю сегодня посмотреть на танцующих парней в боди! — восторженно начала Саша, мне же только оставалось переваривать предложение подруги и молчать, не в состоянии подобрать правильных слов для остроумного ответа.       — Саша...       — Да ладно тебе. Когда последний раз ты видела полуголых парней? А тут ещё и мальчики согласились заплатить за нас, когда ещё у нас будет такая возможность? — стояла на своём Блаус. — Тем более, в клубе есть бар, выпить можно и там. Микаса, ты с нами?       — Ага... — тихо-тихо ответила та, не поднимая на нас взгляд.       — Похоже, вы всё за меня уже решили...       Продолжить мысль не удалось. В дверь робко постучали. Я, развернувшись на стуле, стала ждать долгожданное появление нашего руководителя и моих блёсток.       — Здравствуйте. — но вместо Рико в дверном проёме я увидела лишь чью-то белокурую макушку. — Извините, а госпожа Брженска здесь? Мне сказали...       — Ой, ты новенький что ли? Не видела тебя раньше в приюте. — внезапно подала голос Саша, продолжая беспощадно быстро чекрыжить бумагу, вырезая интересные узоры.       — Д-да. — замялся юноша. — Мне сказали взять флешку и... И вот. — парень нагнулся к полу, поднимая небольшую коробочку с разными баночками с блестящим содержимым.       Когда он подошёл к моему столу, я заметила, что рост у него не особо высокий, примерно как и у меня. В глаза невольно бросалась его одежда, идеально выглаженная и чистая блузка и темные, без единого пятнышка, брюки.       — Отлично. — немного сухо ответила я, забирая коробку из рук нового волонтёра и кладя её на угол рабочего стола.       В выдвижных ящиках я быстро нашла заветную флешку и небольшую связку купюр. Церемониться с поручением не стала, наверняка этот парень уже знал, что от него требуется.       — Распечатаешь в кодеке, вот тебе деньги, и сразу сюда. Понял?       — Угу... — коротко кивнул блондин, намериваясь уходить.       Однако, будто по самому ужасному закону жанра, в тот момент произошло то, чего я никак не могла предвидеть.       Развернувшись, парень неудачно задел ногой выступающий угол коробочки, с грохотом роняя её на пол.       В кабинете повисла мёртвая тишина, казалось, я услышала шум крови в собственных венах.       — Йобанный банан... — вырвалось у Саши.       Я с замиранием сердца опустила взгляд на пол, разглядывая перед своими ногами пречудесную картину: все баночки разбились, блёстки рассыпались на ламинате и так ещё перемешались между собой.       Я прикрыла глаза, медленно вздохнула через нос, пытаясь успокоить саму себя, но какое тут к чёрту спокойствие, когда такие недешевые материалы пошли коту под яйца.       — Боже мой, извините! — встрепенулся блондин, в мгновение ока присаживаясь на корточки. Он судорожно водил руками по полу, стараясь схватить как можно больше блестящих крупиц, но по итогу он только пачкал себе руки. — Извините, я не хотел!       — Да ладно, ты же не специально. — попыталась успокить его Блаус, но этой фразой, как не странно, она отрезвила только меня. — Успокойся, ничего страшного.       — Да, ничего страшного... — холодно повторила я, наблюдая прикованный ко мне взгляд блестящих голубых глаз. — Мы тут сами приберемся, а ты езжай в кодек.       — Пожалуйста, извините... — с досадой произнёс юноша, неуверенной поступью направляясь к выходу.       Дверь захлопнулась, и я облегчённо выдохнула, снова переводя стеклянный взгляд на блестящую лужицу около моего стола.       — Бедняжка... — неуверенно начала Блаус. — Так жалко его. Он ведь не хотел, чтоб так всё получилось.       — Да, ты права. — рассыпанные блёстки на полу снова привлекли моё внимание. — Но тут нужно убраться.       — Давайте на камень-ножницы-бумага решим, кто будет мыть полы? — весело предложила Блаус в предвкушении выигрыша. Я горько улыбнулась.       Наверно, больше пиццы в столовой Саша любит только смотреть за тем, как кто-то работает, пока она отдыхает. И сейчас она не хотела лишать себя этого удовольствия.       — Окей. — довольно резво отозвалась я. — Микаса, ты с нами?       — Конечно.

***

      На улице уже начало темнеть, когда вернулся тот самый новенький с распечатанными в кодеке листовками. Мне звякнула Рико и попросила встретить парня на улице и помочь дотащить ему в кабинет тяжелую коробку.       Спускаясь по лестнице на первый этаж, я не сразу заметила поднимающегося мне навстречу блондина. Сердце сразу сжалось, как только я увидела, как ненадёжно он держал тяжелую коробку.       Предупредить его я не успела, ведь в следующую секунду юноша споткнулся о ступеньку, и коробка улетела куда-то в сторону.       На фоне для большей трагичности могла бы играть песня по типу "i believe i can fly", но, к сожалению, в моей голове на тот момент кроме чистейших матов ничего не было.       Распечатанные листовки разлетелись по всей лестничной площадке.       — Как же так... — слёзно заговорил юноша. — Я не хотел... Пожалуйста, извините...       Блондин, присев на ступеньку, стал судорожно собирать бумажки, прижимая их дрожащими руками к груди.       Боковым зрением я увидела, как дрожат его губы и как наполняются глаза солеными слезами.       — Тебе же сказали не таскать всё самому. — упрекнула парня я, хотя где-то глубоко в душе мне его было даже жаль.       — Извините... — только и пробормотал юноша, не решаясь поднять на меня глаза.       — Собери все листовки до единой и отнеси в кабинет Рико. — бросила я напоследок, разворачиваясь и направляясь по лестнице вверх. — И впредь думай о последствиях, когда решишься делать что-то сам.       Открыв дверь в уже родную для нас с девочками комнату, я увидела, как Блаус сидела на диванчике в углу, с деловитым видом разговаривая по телефону через наушники.       Рядом с моим столом стояло ведро с водой и сухая швабра. На полу всё ещё виднелись остатки роскоши.       — Листовки готовы? — только и спросила Саша, вытаскивая один наушник из уха. Я тяжело кивнула.       — Ну, можно и так сказать... — тихо пролепетала я, что-то внутри меня болезненно сжалось.       — Ты что-то хотела мне сказать...? — чувствуя на себе мой недовольный взгляд, Блаус поёжилась.       — Не знала, что ты так ужасно моешь полы. — сложила я руки на груди, укоризненно глядя на подругу.       — Не смотри на меня так, ты похожа на профессора Леви. — шуточно отмахнулась Саша, выключая телефон и складывая наушники в кейс. — Давай собираться, скоро мальчики приедут за нами. Надо будет ещё успеть накраситься и переодеться.       — А шестеро людей в одной машине поместятся?       — Микасу забрал Эрен, они поедут отдельно.       — Хорошо, пошли. Пусть тогда первокурсники тут домывают. — смиренно выдохнула я.       — Узнаю свою любимую Ник! — довольно заулыбалась девушка, поднимаясь с дивана. Подруга, не стесняясь, подошла почти вплотную ко мне, мимолетно чмокая меня в щёку. — Этот вечер ты не забудешь ещё долго. Ты ни в коем случае не пожалееешь, что согласилась, уж поверь мне. Мы отлично проведём время!

***

      Неоновые вывески рядом с баром полностью приковывали мое внимание. Я уже несколько минут не отрывала взгляда от этой стены, специально обманывая себя в том, что в помещении интереснее неоновых вывесок больше ничего нет.       Мне было жутко неловко озираться по сторонам и уж тем более засматриваться на здешних артистов.       Хотя невольно взгляд цеплялся за некоторых.       Тут много танцующих девушек, но есть и парни. Наверно, Сашу съест гордость, если я признаюсь в том, что все стриптизеры тут будто сошли с обложки журнала Playboy.       Рядом со мной сел Жан, со своей фирменной умопомрачительной улыбкой протягивая мне коктейль.       — Выпей, малыш, я угощаю. Тебе нужно расслабиться.       Я с недоверием перевела взгляд с парня на бокал и обратно. По виду похоже на обычное мохито, но с Кирштайном я знакома не первый год, поэтому повод сомневаться имел место быть.       — Ты что-то туда подмешал?       — Само собой, кокаин. — мои глаза распахнулись в удивлении, что на славу рассмешило парня. — Да шучу я. Обычный мохито слабоградусный, не будешь же ты водку сразу пить.       Я зажмурила глаза, залпом выпивая бокал. Освежающий вкус лайма и горькое послевкусие заставили меня довольно улыбнуться.       — Давай ещё раз? — шумно вздохнул парень, доставая из брюк бумажник. — Бармен, налей-ка мне и этой прекрасной девушке куантро.       Коротко или не очень коротко говоря, мы с Жаном просидели в баре ещё полчаса, постоянно вовлекая в наш разговор бедного бармена, который половину наших слов просто не понимал, ибо из-за выпитого алкоголя язык самопризвольно заплетался во рту.       — Думаю, тебя уже девочки заждались...       Жан галантно взял меня за руку и повёл в сторону мягких диванчиков для зрителей. Голова немного кружилась - всё-таки зря пошла на поводу у Кирштайна.       Он заботливо усадил меня на красный бархат между Сашей и Микасой и я, совершенно абстрагировавшись от внешнего мира, стала ждать вместе с девочками начала шоу. Жан, коротко попрощавшись, ушел в другой зал.       Неожиданно выключился свет. В помещении все зашептались. В темноте я увидела внезапно появившуюся вертикальную полосу, которая стала переливаться всеми оттенками фиолетового.       Слишком поздно я поняла, что это был чёртов шест.       Свет прожекторов осветил сцену, на которой я тоже не сразу заметила четверых парней, одинаково разодетых.       Шепот в зале сразу перерос в одобрительные крики и визги, стоило только артистам начать двигаться в такт музыке.       Голова жутко кружилась. Яркий неоново-фиолетовый свет слепил глаза, но я не отрывала взгляда от представления. У каждого из танцоров в руке был зонт, которым они вытворяли такие фокусы, что мне страшно становилось. То перекидывали его через спину, то неожиданно раскрывали, прячась за ним. Но это было цветочками по сравнению с тем, что начало происходить дальше.       А дальше они начали раздеваться.       Не скажу, что я сильно стесняюсь полуголых парней, но почему-то именно в этой ситуации мне стало жутко неловко.       Эти плавные движения руками, когда артист постепенно снимал с себя кожаный жилет, будто дразня публику, и уверенные движения бёдрами в такт музыке. Этот затуманенный взгляд, прикованный к пустоте. Каждый из них был поглощен музыкой и сконцентрирован только на своих чувствах: то, как нужно выступить, и то, как они сами хотели станцевать.       Официант принёс к нашему столику уже оплаченный поднос с текилой, и я сразу в полупьяном угаре опустошила свою рюмку.       — Дамы и господа! — сквозь музыку я услышала обращение ведущего. — Настал момент, которого вы так ждали! На сцене всеми любимый и обожаемый Банни!       Народ поднял шум ещё пуще прежнего. Я думала, что оглохну на два уха, поэтому даже прикрыла область ушей ладонями. Громкие овации смутили и Микасу с Сашей – те недоверчиво переглянулись, а потом снова перевели взгляд на платформу.       На сцене появился пятый танцор, который был заметно ниже остальных четверых стриптезёров. В его руке так же, как и у других, был зонт, только вот моё внимание привлекло нечто более интересное.       Его латексные кроличьи черные ушки на голове. Должно быть, это его отличительный элемент одежды?       Я поднесла руку ко рту, по привычке начиная грызть ноготь на большом пальце. Сердце затрепетало в груди, когда парень соблазнительно медленно и изящно подошёл ближе к тому краю сцены, где сидели мы. Пусть всё и уже и плыло перед глазами, и обстановка вокруг чем-то напоминала картину Ван-Гога, я всё ещё упорно продолжала наблюдать за представлением.       Все девушки в зале снова заверещали, и, похоже, я стала их чертовски прозрачно понимать.       Этот танцор чем-то притягивал к себе всё внимание. Я уже и забыла об остальных стриптизерах, мой взгляд был прикован к этому идеальному для меня во всех смыслах телу.       Молочная кожа, красивые плечи, ровная спина с хорошо заметными натренированными мышцами.       А ещё эти движения. Такие уверенные, четкие, но в то же время чувственные.       Я, как завороженная, не могла оторвать взгляда от этих рук, медленно спускающихся от шеи до торса, по пути растегивая одну за другой маленькие пуговички. Когда этот парень откинул голову чуть назад, я увидела, как еле заметно дрогнул его кадык.       Я могла бы с уверенностью поспорить, что этот парень определённо имел опыт в танцевальной индустрии, ибо его умения были на уровень или даже два выше, чем у других артистов. Хотя, в принципе, танцевали они все более чем достойно.       Во мне смешались противоречивые чувства.       Хотелось, очень сильно хотелось, подойти поближе и рассмотреть этого артиста получше, или даже самой снять с него элементы сценического костюма. Но другое мое полушарие мозга, всё ещё рабочее, буквально кричало о том, что лучше сидеть на попе смирно, ибо в пьяном состоянии много чего хочется, а надо уметь выбирать между тем, что хочется, и тем, что правильно.       К слову, здоровое полушарие мозга быстро сдалось, потому что и минуты не прошло, как внезапно я почувствовала резкий прилив сил и бодрости. Не могу не согласиться с тем, что это было очевидное последствие ранее выпитого алкоголя, но на тот момент, честно говоря, мне было всё равно.       Меня поглотила необоснованная ревность. Находящиеся в зале лица стали мне неприятны, мне хотелось спрятать этого стриптизера от чужих липких взглядов.       Поднявшись с дивана, я уверенной поступью начала приближаться к сцене, игнорируя девочек, которые тщетно пытались меня остановить.       Рука сама полезла в клатч, доставая оттуда полученную сегодня стипендию.       — Я покупаю этого вашего Банни! — прокричала я, резко подняв над головой связку с купюрами.       И совсем скоро музыка притихла.