private

      — Выглядишь так, будто снова получила нагоняй от Вермана, — протягивая мне картонную упаковку, гнусно прокомментировала Саша.       — Не такая я уж и хмурая. — фыркнула я, погружая руку в рюкзак в поисках кошелька. — Да где же он, блин?       — Не ищи, я заплатила за нас двоих. — без терпения Саша распаковала свой кусочек пиццы. — Лучше расскажи, как вчера вы добрались с Армином.       Втягивая носом воздух, я проморгалась и отвела взгляд с подруги куда-то в потолок.       — Была очень плохая погода, я решила переночевать у него. — Блаус хитро улыбнулась, медленно пережевывая еду. — Какие-то сны мне последнее время дурные снятся, не выспалась из-за них сегодня.       — Какие сны? — откусив ещё немного от ломтика, Саша уточнила: — Тебе, может, взять больничный и дома отдохнуть? А то выглядишь ты последнее время очень утомленной, вот и сны плохие.       — Мне снилось, что мой неприятель пытался меня задушить.       По странной привычке я почти сразу задержала дыхание, совершенно не желая видеть какую-то не ту реакцию у подруги. Но та вела себя абсолютно спокойно. Похоже, стоит попросить у Армина успокоительных таблеток, последнее время я себя действительно слишком сильно накручиваю по пустякам.       Если опустить всю сложившуюся ситуацию с Энни, Бэном и этим... Остином. Святая Сина, а он-то зачем вообще появился в моей жизни? В прочем, по сравнению с ними, этот сон кажется не таким уж и странным       — Я его знаю? — горячей иглой меня кольнула совесть. Ведь Саша-то ещё не знает о моих делах, я приняла, наверно, опять не самое лучшее решение снова промолчать.       — Нет, у нас с ним сложная история, кое-что не поделили в свое время, сейчас... почти не видимся. — сухо проговорила я.       — Вообще подобные сны говорят о том, что кто-то из вас должен уступить, чтобы закопать «топор войны». Раз сон приснился именно тебе, возможно, тебе и следует уступить. А что именно вы не поделили, или это уже неважно?       «На самом деле, ещё как важно, только вот думать об этом хочется как можно реже» — просквозило в моей голове.       Но я не поддалась искушению горько усмехнуться и поджать с обидой губы - на меня это не похоже. Сегодня уж точно. Энни не имела права говорить такие вещи, да и ее смена позиции может говорить о том, что изначально ей верить не стоило было.       Но нельзя винить себя за те времена, когда ты не знал, как лучше поступить. Эта мысль давала мне сил и немного спокойствия, поэтому я приняла твёрдое решение обсудить на днях всё ещё раз со своим дядей, ибо последнюю нить, связывающую меня с этим треклятым клубом, я оборвала.       — Потом расскажу, долгая история. — бесцветно ответила я и вскоре живо опомнилась, будто бы ни в чем не бывало. — Саш, а лимонад ты не взяла?       — Да какой тебе лимонад, если ты к пицце не прикоснулась. — упрекнула меня Блаус, толкая легонько в бок. — Ешь давай, и так худая, как трость.       Я понуро взглянула на свою порцию и мысленно поблагодарила подругу. Она - одна из тех близких мне людей, которым я могла доверить любые свои мысли. И как мне было тяжело на душе от того, что такие проблемы я скрывала от друзей.       — Спасибо тебе, — еле открывая губы, прошелестела я.       — Да ну, пустяки. Это недорого. — слегка смущенно парировала Саша, сжимая в одной руке лямку рюкзака.       «Хотела сказать спасибо за то, что ты есть. Спасибо тебе за то, какая ты добрая и честная, отзывчивая и искренняя» — слова утонули в бурном потоке благодарности к моей подруге.       Я, криво улыбнувшись, посмотрела на Сашу и увидела её всё тот же тёплый взгляд.       — Ешь давай, что ждёшь? Пицца засохнет, потом зубы сломаешь об этот кусок камня.       Справедливо согласившись, я распаковала свой ломтик. От мыслей в голове подташнивало. Было обидно за себя, ведь я опять облажалась и очень крупно.       Доев в тишине свои порции, мы с Сашей остались ждать начала пары в буфете. Достав из кармана телефон, я шустро переименовала Энни в списке своих контактов.       «Не отвечать сразу».       После учёбы предстоял ещё весьма утомительный рабочий день в приюте. Жан выразил своё желание помочь ветеринарам с разбором заявок. Однако, нам с девчонками предстояло чистить вольеры.       Это порой Сашу даже забавляло, когда мы с Микасой, согнувшись в три погибели, елозили по грязному полу не менее грязной тряпкой. Высокий воротник колючего свитера неприятно щекотал подбородок и шею. Но пока в приюте не установили обогреватели, а от кондиционеров тепла было недостаточно.       Без охоты снимая с плеч осеннюю ветровку, я поёжилась и повернулась к вешалке, стоявшей у входной двери.       Аккерман, закатав повыше рукава толстовки, принялась отжимать ветошь над ведром, когда в комнату не ввалился уставший Жан с двумя пятилитровыми бутылками воды. Время было примерно пол седьмого, а мы до сих пор не могли убрать в комнате персонала. А ведь впереди еще ждал свинарник под названием "Рико сказала прибраться в четверг, а в какой именно, не уточнила, однако укокошит она за бардак всех", который был в приёмочной. Там мы осматривали наших новых четырехлапых друзей, поступивших к нам с улицы, и не только четырехлапых.       Грязь там была страшная. Особенно в вольерах, где какое-то время спали уличные собаки. Весь пол был в разводах, которые сложно отмывались от старого ламината. Вообще, с плитки такие дела убирались всегда легче, но так как приют существует недолго, ремонт мой дядя еще не успел спонсировать.       — Конни где шляется? — недовольным тоном проворчал друг, забирая у Микасы грязное ведро. — Обещал же приехать.       — Его Рико послала в диагностический центр, забрать анализы кота Кеши. Скоро должен вернуться. — пробурчала я, вытирая руки о влажную салфетку. Тело покрылось мурашками от холода в помещении. — За такие труды нам положена хорошенькая надбавка.       — Только обещай, что не потратишь ее в первый же день. — загадочно улыбнулась Саша, когда Армин, попытавшись вытереть пыль с верхней полки шкафа, опасно покачнулся на стремянке.       — Это с каких пор я должна такое обещать? — стушевалась я, отвернувшись от подруги. Высыпав немного Доместоса на подоконник, я принялась усердно тереть покрашенное дерево от грязи, что накопилась тут за последние месяцы.       В комнате все внезапно замолчали, и лишь тихие басы песни из наушников Жана доносились до ушей. Наспех вытерев остатки моющего средства с уже достаточно чистого подоконника, я снова встала к окну спиной, чувствуя исходящий из худой рамы холод.       — Не знаю, но на полуголых мужиков мы больше не будем ездить смотреть. Армин будет ревновать, — вдруг заехидничала Блаус, выставляя книги на протертых полках.       — А... когда такое было? — неумело прикинулся дурачком парень, шумно сглотнув. Я скептически взглянула на Сашу и, не выдержав её самодовольного вида, закатила глаза.       — В тот же день, когда ты сюда впервые пришел, — кратко выдала я. — Саша сказала, что мы обязаны поглазеть на, цитирую, "Красивых мальчиков в боди".       — Ой, Конни, кажись, позвонил, выйду-ка я... — шустро ретировался Жан, чувствуя неловкость всей ситуации. Ну да, ему-то об этом рассказывать... Он уже обо всем знает. Дверь негромко захлопнулась, но я прям ощущала присутствие друга где-то неподалеку, ибо поспешных шагов по коридору слышно не было.       — Ну как, посмотрели? — донеслось весело откуда-то сверху. Ухмыляясь и не краснея, на нас внимательно смотрел Армин, дожидаясь больше подробностей.       — Да, там та-а-акое было! — захохотала Саша, будто именно этого вопроса она и ждала. — Тебе Ник сама не рассказывала?       Да, действительно, каждый день рассказываю, как только садимся чай пить. И детям, и внукам буду рассказывать, а те - своим внукам и правнукам, чтобы все знали, какой у них предок был непростительный алкаш и любитель спустить все деньги на стриптизеров.       — Нет, — скромно ответил Армин, — Что-то очень интересное?       — Да, очень, — отстраненно подала голос Микаса. — Особенно вытаскивать её на улицу было очень весело.       Я укусила себя за внутреннюю сторону щеки. Мне и так нелегко давались воспоминания о том дне, а перед Армином это всё обсуждать было гораздо неудобнее. И Микаса с Сашей еще не знают о личности Банни! А сам Армин не догадывается, что Жан уже в курсе, кто он. Твою же матрешку, какой сюр! И подругам врать не хотелось, но раскрывать чужую личность тоже не стоило, один раз уже развязала себе язык, достаточно. Какое-то двустороннее копьё, никак иначе.       — Давайте потом это обсудим, нам еще очень много убирать осталось. — уверенно заявила я, промывая губку в мыльной воде.       Подруги спорить не стали, да и Армин сам замолчал, снова принявшись за муторную работу.       Кондиционер продолжил шумно работать, испытывая мою раскалывающуюся голову на прочность. За окном стояли густые сумерки. Всматриваясь в собственное отражение на стекле, я сделала ровный вдох и зажала руки в кулаки.       Я ведь не могу вечно скрывать это от друзей, но совсем не понимаю, с чего начать разговор. Пока они ни о чем таком не подозревают, я каждый день даю сама себе слабинку и молчу. С каждым днем мне всё сложнее дается мысль о том, что надо всё рассказать. Чтобы построить хорошие отношения с друзьями, нужно всегда друг другу доверять. Я чувствовала доверие ко мне, однако сама многое скрывала. Я не знала, как они отреагируют на подобную информацию, но что-то мне подсказывало, что, чем скорее я все расскажу, тем раньше наступит просвет.       Я не была уверена, что именно после этого момента пойдет по лучшему сценарию, однако шестое чувство шептало, что именно поддержка друзей мне была нужна сейчас как никогда.       — Армин, ты не против, если я и сегодня у тебя переночую? — вглядываясь в отражение парня, спросила я.       Парень обернулся на мой зов. Раздумывая, что ответить, он слабо помотал головой. Я, не скрывая улыбку, смотрела в его глаза в мутном отражении. Армин только молчал. «Да, и с тобой мне предстоит тоже серьезно поговорить.» — подумала про себя я, устало возвращаясь к чистке старого окна.

***

      От тяжёлых обязанностей волонтёров в приюте мы освободились ближе к девяти вечера. Все были кошмарно измотанными, а кому-то ещё предстояло ехать далеко домой.       Дом моего дяди находился довольно близко к университету и приюту соответственно. Но, так как сегодня я настроилась ночевать у своего парня, нам с Армином предстояло добраться до его района, что был в достаточном отдалении от центра Троста.       Припарковав байк под козырьком какого-то гаража, я поспешила позвонить дяде, чтобы предупредить его о том, что я останусь у Армина на ночь. Тот громко рассмеялся, довольный тем, что заказанная пицца на дом достанется ему одному. Я с завистью пробурчала, что тот жадина, и поспешила забежать в жилой дом, прячась от холодного ветра на улице.       Квартира Арлертов снова встретила нас своим теплом и вкусным запахом выпечки. Я опять удивилась способности дедули после такой серьёзной операции каждый день стряпать для внука.       — Дедуль, я дома! — снимая куртку, зашумел Армин.       После быстрых шаркающих шагов я услышала негромкое:       — Давай быстрее, руки мой и за стол!       — Я не один! — тихо просмеясь, крикнул парень. Не прошло и пары секунд, как из кухни выглянул довольный господин Арлерт в стареньком испачканом фартуке.       — Что же ты сразу не сказал, что Николь придёт! — скрипуче просмеялся дедушка, быстрым шагом направляясь ко мне. Старший Арлерт тепло обнял меня и начал целовать мои щеки, щекоча кожу своей бородой. — Я бы напек больше ватрушек. — с досадой прошептал внуку дедуля.       — Вы извините, что так внезапно! — виновато начала я, когда господин Арлерт заботливо стал помогать мне избавляться от уличной одежды. — Я, наверно, вас утруждаю.       — Не глупи, я тебе рад так же, как и Армину. — махнул рукой дедушка, повесив мою куртку на вешалку. — Быстрее мойте руки и за стол!       Я с немым вопросом спросила у парня разрешения пройти в квартиру, и тот, пожав плечами, взял меня за руку и повёл в сторону ванной комнаты.       Сытный ужин прошёл в тишине. Я не была увлечена в разговор между дедушкой и его внуком, зато была занята уплетанием супа и поеданием теплой выпечки. После утомительного дня сил не оставалось вообще. Когда там выходные? В субботу? А она вообще скоро намечалась?       Погрузившись в свои мысли, я осталась на кухне на какое-то время одна. Не покидало ощущение, что энергетика этой квартиры действовала на меня весьма седативно и положительно. Может, во благо своих нервов, мне стоило гостить здесь почаще?       Помыв после себя посуду, я измученно поплелась в комнату Армина. Дедуля уже как десять минут храпел в зале под вечерние новости на федеральном канале. У меня почему-то возникло желание составить ему компанию в этом деле. Но если я сегодня усну на кресле, завтрашняя я самой себе за это спасибо не скажет.       В комнате Армина горел тусклый свет прикроватной тумбы, а он сам лежал на диване, закинув одну ногу на свою вторую согнутую. В его руках покоилась какая-то потрепанная на вид книжка, похожая внешне на энциклопедию. Сняв с себя верхнюю одежду и оставшись в одной майке на бретельках и трусах, похожих на шорты, я завалилась рядом с парнем, положив голову тому на грудь. Его ровное дыхание щекотало мне нос, а я увлеченно пыталась понять, на какой строчке он сейчас читает.       — Что это? — хихикая, поинтересовалась я. — Титаны, Сина? Это религиозная книжка?       — Почти. — пропыхтел утомленно Армин. — Мифология Элдии.       — Зачем тебе ночью читать про мифологию Элдии? — с досадой поинтересовалась я, капризно поджав губы. — Я же хотела с тобой поболтать, а ты читаешь.       — Меня попросил Профессор Смит, чтобы я выступил перед первокурсниками на празднике Трех Стен. Ты что-то знаешь про персонажей нашей мифологии? — пробормотал у моего уха парень. Я задумалась, глупо улыбаясь.       — Да. — ответила я, поудобнее укладываясь на груди у Армина. — Дядя читал мне стишки перед сном. — Баю-баюшки-баю, не ложися на краю, придет злобненький титанчик и откусит тебе пальчик.       Армин хрипло и тихо рассмеялся, а я приподнялась на локтях, с обидой глядя на этого умника. Смешно ему! Я сейчас устрою этому жуку саботаж настоящий!       — Всё, хватит читать! — ловким движением сняв с парня очки, я вскочила на ноги, и пружины подо мной громко затрещали.       — Ни, верни очки пожалуйста. — жалобно попросил парень, присев на диване. Я, чувствуя повышение адреналина в крови, сделала пару шагов от Армина.       — Так сам возьми, если ты решил, что книга интереснее меня. — надевая на себя очки, прохихикала я, спрыгивая с дивана.       За стенкой всё ещё слышался периодичный храп дедули, а это значит, что моя игра только начиналась.       Армин продолжал смотреть на меня с каким-то вызовом, но именно этого я и добивалась. Он медленно отложил книгу на тумбу и поднялся на ноги.       — Думаешь, не догоню тебя? — заливаясь смехом, бросился ко мне Армин. Я от неожиданности чуть не хрюкнула. Но тоже задыхаясь от смеха, пыталась убежать от парня в этих пятнадцати квадратных метрах.       Но не успела я сделать крюк в сторону дивана, как была поймана в угол у шкафа. Армин, победно улыбаясь, преградил мне рукой путь к отступлению, но не время доставать белый флаг, поэтому, не придумая ничего лучше, я начала щекотать живот и бока парня. Тот быстро начал отодвигаться от моих рук, и я шустро улизнула к дивану.       Однако, на этот раз мой побег не увенчался успехом. Почти добежав до постели, я почувствовала, как рука Армина схватила моё левое запястье, вынуждая меня на ходу обернуться назад. Сердце сделало кульбит, но я слишком поздно начала бояться падения вниз, ведь приземлилась на диван раньше, чем что-то осознала.       Армин, нависая надо мной, продолжал хитро улыбаться. Замерев под гипнозом его глаз, я уже и забыла, как оказалась прижата к постели чужим телом.       Этот неловкий момент длился слишком долго, и я, не выдерживая томного взгляда этого стесняшки, обняла его щеки своими ладонями. Армин, медленно проморгавшись, почти сразу уловил мою мысль и приблизилсяк моему лицу, соприкасаясь своими губами с моими.       Прерывисто и с трудом дыша, Армин отстранился от меня и на рваном выдохе прошептал, снимая с меня свои очки.       — О чем хотела поболтать?       Я разом вытолкнула из себя весь воздух, что аж пузо провалилось, и досадно перевернулась на бок.       — Ты сухарь, — сдерживая улыбку, просипела с обидой я, когда Армин, в секунду растеряв всю свою игривость, протирал футболкой очки. — И не заляпала я их, хватит так усердно тереть.       — Чего это сухарь? Может, чипс?       — Совсем намеков не понимаешь? — нахмурила брови я, медленно переворачиваясь на живот. Подняв свою верхнюю часть туловища на локтях, я с упреком смотрела на парня. Но тот лишь безучастно пожал плечами и присел на край дивана.       — Я просто помню, что ты о чем-то сильно хотела со мной поговорить, — начал умничать Ар... Арлерт! Нашёл время переключить тему! — Даже очки отобрала и заставила шнырять по комнате.       — Во-первых, тебя никто не заставлял. — чувствуя чужое поражение, уже более радостно ответила я. — Во-вторых, да. Хотела посоветоваться с тобой.       — Хватит лежать тут голышом, не боишься простыть? — перебил меня возмущенный Армин, вытягивая из-под меня помятое одеяло и накрывая им меня сверху. — Давай я тебе свои шорты принесу, у нас же угловая квартира, холодно... — начал копошиться юноша, но я его быстро притормозила:       — Давай потом, всё в порядке. — я прикрыла глаза, стараясь сделать глубокий вздох, и почувствовала, как медленно начал отключаться мозг. По клеточкам постепенно, но тем не менее, пугающе быстро. Ух, в моем возрасте бегать ночью бывает небезопасно.       Я плюхнулась на подушку щекой, вызвав противный скрип старых пружин. И вслед за ними затрещали другие, когда Армин, устало потянувшись, сам рухнул всем телом на диван. Я поспешила накинуть часть одеяла на тело парня.       — Имей в виду, я сильно ворочаюсь, — постеснявшись своего странного смеха, схожего с хрюканием, я постаралась прозвучать как можно тише. — Так что один из нас, вероятно всего, останется без одеяла.       — Тогда я тебя обниму, чтобы ты не ворочалась. — Прозвучало, как угроза, честное слово. Но это очаровательное смущенное выражение лица совсем сбило меня с толку.       — Мог бы достать второе одеяло, — отворачиваясь от Армина лицом к стенке, пробубнила я.       — Тогда я бы не смог сделать так, — ощутив на своём животе теплую ладонь, я забыла, что хотела проглотить слюну.       Вторая рука Армина нырнула под подушку, поднимая мою голову чуть выше. В районе плеча я почувствовала мягкое прикосновение влажных губ, что поднимались выше: к шее и щеке. Армин, убрав бережно волосы с моего лица, нежно поцеловал меня в висок и, не дождавшись никакой реакции от меня, молча положил свою голову на моем плече.       Я, пытаясь утихомирить сердцебиение, не издавала звуков и задавалась всё одним и тем же вопросом: Что я сделала с прежним Армином Арлертом?       — Я вообще-то серьёзно, — буркнула с протестом я, — меня до сих пор беспокоит неосведомленность наших друзей, а они ведь уже взволнованны.       — Неосведомленность в чем? — не понял Армин.       — В том, что ты работал Банни, и я, пытаясь тебе помочь, нарвалась на больного извращенца. И я не знаю, как им про это рассказать.       — Не переживай, всё скоро разрешится. Я не позволю тебе попасть в беду из-за меня. — произнёс одними губами он, подтягивая одеяло на мне почти до самой шеи. — Тебе просто нужно отдохнуть, ты слишком устала от всего этого.       — Я хотела сказать, что мне становится стыдно скрывать от друзей свои проблемы, когда они начинают открыто меня допрашивать. Я понимаю, что не имею права раскрывать твою личность, но мне правда нужна твоя помощь. Они хорошие люди, и я уверена, что они не станут издеваться над тобой из-за этого. Просто, Армин, я боюсь, что рано или поздно они всё равно догадаются, а мне тогда будет ещё стыднее.       Закончив мысль, я стала ждать ответа от юноши. Тёплое дыхание касалось моих ключиц и груди. Шли секунды, за ними - минуты, но ничего, кроме хода старых часов и сопения над своим ухом, я не услышала.       Он и правда уснул или только притворяется? Проверять я не стала, только проверила будильник в телефоне и постаралась побыстрее расслабиться в нежных объятиях парня, чтобы самой вскоре уснуть.