Глава 1
3 мая 2021 г., 18:43
Коичи апатично лежал на диване и глядел в потолок. Настойчивый шум дверного звонка не стихал. Он пытался игнорировать это. Однако нежданный гость начал вдобавок стучать в дверь. Голова трещала от большого количества выпитого алкоголя, а лишний шум только добавлял раздражения. Ему пришлось нехотя подняться с дивана и открыть дверь. Перед ним на лестничной площадке стоял его друг, с которым он вместе учился в педагогическом университете — Джин Киригири.
Джин с первого взгляда понял, что его друг сорвался и снова начал пить. Он был во всех смыслах помятый и физически, и душевно. Сегодня особенная для него дата. В этот день год назад от отравления угарным газом умерла его девушка. С той поры он пристрастился к алкоголю и пил особенно часто и много. Он неделями не появлялся в университете, после чего его едва не отчислили. Однако магистратуру он всё же закончил и устроился работать в школу. И теперь, когда начался новый учебный год, пришла пора выйти на работу. Внешний вид его друга сам за себя говорил, что завтра он не сможет встать с утра, прийти в академию и учить. Старая душевная боль вновь вернулась, а это означало, как правило, новый запой. Именно поэтому Джин Киригири стоял сейчас на пороге квартиры Кизакуры: борьба за трезвость началась.
— Проходи, — Коичи жестом пригласил его.
Джин не стал утомлять друга нравоучениями. В какой-то мере он очень его понимал. У него у самого была тяжелобольная жена, которая год от года угасала всё сильнее. Смерть переминалась с ноги на ногу на пороге её комнаты, но так и не решалась забрать страдающую душу. Джин жил в состоянии перманентного ожидания смерти жены. Только в подрастающей дочери он видел надежду, которая не позволяла ему опустить руки.
Он пробыл с Кизакурой с вечера до утра следующего дня. Джин позаботился о том, чтобы всё, что пил Коичи было не крепче зелёного чая. А утром он дал ему таблетки от головной боли и для выведения алкоголя из организма. И так молодые учителя после скромного завтрака отправились в школу. Это был их первый год работы, и то, что они начинают его один трезвым, а другой почти трезвым вполне неплохо.
Обсуждение одежды между Мегуми и Чисой прервалось звонком, означавшим начало первого урока. Дверь отворилась, и в комнату вошёл молодой мужчина. Мегуми сидела за последней партой, но сумела хорошо его разглядеть: он был голубоглазый, с приятными чертами лица, с небольшой щетиной и бородкой, с красивыми длинными золотистыми волосами. Его шляпа типа канотье придавала ему романтической загадочности. Мегуми пыталась не пялиться на него так жадно, что с трудом у неё получалось. Очень уж он был привлекательным.
— Доброе утро, ученики. Я — ваш новый учитель литературы. Меня зовут Кизакура Коичи. Для начала я проведу перекличку, заодно и познакомимся.
Сердце Мегуми забилось сильнее, когда из его уст прозвучала фамилия Наривара, её фамилия.
— Я, — вытянув руку, крикнула она.
Он окинул её дружелюбным взглядом, и продолжил перекличку.
— Что ж, теперь я дам вам задание на этот год: к третьему триместру вам нужно подготовить исследование в группах по четыре человека. Я сам вас распределю.
Мегуми закусила губу в нетерпении.
—…в группу номер три входят: Юкизомэ Чиса, Мунаката Кёске, Сакакура Джузо и Наривара Мегуми…
«За что вы так жестоко со мной, учитель!» — мысленно простонала Мегуми. Уже сразу было ясно, что рулить процессом будет Мунаката, выбирать тему будет Мунаката, распределять задания будет Мунаката. А они будут всё это бесспорно выполнять. Демократия и учёт мнений? Неа, не слышали. Ещё и дружка его агрессивного терпеть. Чиса вошла в их компанию: хоть что-то положительное.
— …так же я буду руководить клубом по стрельбе, все желающие могут записаться на листочек, который я сейчас вам передам, буду рад всех вас видеть, — выловила она из потока его речи.
Желанный листочек только начал свой ход с самого дальнего ряда. В ожидании листка, Мегуми слушала, что говорил учитель Кизакура. Смысл слов ускользал от неё, и она просто наслаждалась его голосом. Вдруг с соседней парты Чиса передала ей листок. Записавшихся оказалось не так уж много. Стрельба никогда не входила в круг интересов Мегуми, но раз это поможет ей приблизиться к Кизакуре… Недолго думая, она записала своё имя и фамилию и передала лист дальше. Некоторое время спустя список оказался у учителя.
— Отлично, жду всех записавшихся сегодня после занятий.
Как только закончился последний урок, Мегуми, словно на крыльях, летела на собрание клуба по стрельбе. Стрельбище располагалось недалеко от стадиона. Она пришла туда самой первой. Постепенно стекались остальные ученики. Кизакура опоздал на пять минут, за что первым же делом извинился и произнёс небольшую речь о необходимости соблюдения техники безопасности.
Мишеней было всего шесть на тридцать шесть учеников. Пока Кизакура объяснял первой шестёрке, Мегуми дала волю своему любопытству и поглядывала на него со стороны. Какой же он жизнерадостный, чуткий, внимательный. Когда пришла очередь Мегуми, Коичи вновь подробно разъяснил, как обращаться с ружьём и помог ей зарядить ружьё, показал, как нужно прицеливаться. Их руки соприкоснулись, когда он попытался направить её чуть точнее на цель. Сердце Мегуми забилось чаще, она резко выстрелила. Пуля прошла рядом с центром, но не зацепила его. Коичи заметил едва различимую перемену в поведении своей подопечной.
— Попробуй сама. Если возникнут вопросы, я помогу.
Коичи отошёл помочь другим ученикам. Однако он и за собой заметил, как его повело. Аромат её духов — пряная вишня, такой всеобъемлющий, сладкий и манящий. Он наблюдал издалека, как она с азартом, пуля за пулей, стреляла в цель. Здесь она единственная абсолютная, чей талант никак не связан с оружием. Абсолютная актриса учится стрелять. «Что ж, посмотрим, как далеко зайдут её попытки» — подумал он. Обойдя других учеников, Коичи вернулся к ней. Дважды мишень была пронзена пулями в центре, а все остальные выстрелы были не так уж далеки от «яблочка».
— Учитель, у меня получается?
— Да, результат впечатляет. Скажите, а вы стреляли раньше из ружья?
— Нет.
— Тем более впечатляет. Немного тренировок и вы превзойдёте меня по меткости, — с улыбкой проговорил он.
— Ой, ну что вы, мне ещё до вас далеко, — ответила Мегуми. Щёки её покраснели, а глазами она то кокетливо смотрела на него, то отводила взгляд в пол.
Теперь у Коичи совершенно точно не осталось сомнений: ученица заискивает перед ним. И ладно бы ему было б всё равно, а он оказался околдован этими очаровательными тёмными глазами, в которых радужка не отличимая от зрачка, настолько они тёмные. Её распущенные, слегка волнистые, чёрные волосы ерошил ветер. Её помада цвета черешни была ей так к лицу. Возможно, эта симпатия перерастёт во что-то большее, время покажет.
***
На летних каникулах Мегуми гостила у своей сестры, жившей в Токио. Не любила она оставаться в общаге академии даже на каникулах, при всех плюсах жизни в ней. А жить у двоюродной сестры Фумики было достаточно уютно. Однажды вечером они засиделись допоздна. Беседовали на разные темы за чаем с пирожными. — В последнее время ты буквально светишься от счастья. Уж не влюбилась ли ты? — произнесла сестра давно сидевшее в голове наблюдение. — Ты попала прямо в цель, Фумики, — загадочно улыбаясь, ответила Мегуми. — Да, я влюбилась. Хочешь расскажу, в кого? — её чувство было так велико, что тянуло рассказать о своей влюблённости каждому встречному, однако как минимум из-за возрастного неравенства, надлежало держать всё в секрете. Как максимум, её россказни могли бы вылиться в неприятную сплетню и навредить объекту влюблённости. И, как бы тяжело это не было, приходилось держать язык за зубами. Фумики двоюродная сестра, всегда была дня неё чем-то вроде доверенного лица: ей всегда можно было рассказать тайну, и быть твёрдо уверенной, что её не разболтают. — Он наш новый учитель литературы и классный руководитель. По характеру он напоминает золотистого ретривера. Внешне похож на героя из любовного романа. Фумики с полуулыбкой на губах слушала её рассказ. Ох уж эта юношеская гиперболизация положительных черт объекта влюблённости. «Ну, ничего, это пройдёт» — снисходительно думала Фумики. Сейчас она ученица выпускного класса, ещё немного и она поступит в университет, её поглотит студенческая жизнь, а про учителя она и не вспомнит. — Со мной впервые такое, Фумики, — вглядываясь в глубины зелёного чая, проговорила она. — Моя жизнь такая насыщенная, что раньше у меня не было времени и задуматься, нравится ли мне кто. Моя жизнь разделялась на дом-школа-театр и вертелась в бешеном ритме от одного к другому, словно кукла, которую заводят ключиком. А теперь всё иначе. Теперь всё замедлилось. Словно лепесток сакуры, который едва начнёт опускаться к земле, ветер подхватывает его, и снова уносит ввысь, в воздух, дает ему некоторое время на падение, а потом снова подхватывает и уносит ввысь. Это чувство окрылило меня и дало энергию для творчества. Я словно заново ожила. Фумики в ответ лишь развела руками и произнесла: — Чувство окрыления не вечно, оно проходит очень резко и сталкивает тебя с небес на землю к вот этому, — Фумики пальцем указала на стопку тарелок в раковине, — потом вот к этому, — Фумики указала на швабру в углу, — вон тому, — указала она на ванную, подразумевая стиральную машинку, — ну и в качестве бонуса, — сестра указала на комнату дочери. Рутина пострашнее монстров из мифов: она проглотит тебя цветную, жизнерадостную, яркую, пожуёт и выплюнет черно-белую, вечно уставшую, поблёкшую. Поэтому как бы ни была хороша влюблённость, остерегайся отношений. В тебе есть актёрский талант, и позволить ему затухнуть в бытовухе и замужестве — худшее преступление против себя самой. Таких талантливых как ты — одна на миллионы, гордись этим. — Фумики, я тебе про поэзию, а ты мне про прозу жизни, — с досадой пробубнила Мегуми. — Я хочу, чтобы ты знала, чего лишишься. Как бы там ни было, ты — выпускница. Не забывай об учёбе, чтобы поступить в престижный вуз. Экзамены не за горами! — слегка щёлкнув младшую сестру по кончику носа, сказала Фумики. — Забудешь тут о них, когда из каждого утюга только и речи про экзамены.***
Они сидели в баре субботним вечером и пили пиво. — А ты изменился. Побрился, спиваться перестал, улыбаешься загадочно, — отметил Джин. — Настолько сильно заметно? — Да. Ты как старый пень, который годами не цвёл, а тут по весне резко зацвёл цветочками. Кто она? — Не так уж это и важно. — Почему же? Она смогла за несколько дней добиться того эффекта, которого я добивался два года. Страна должна знать своих героев. — Всё просто, Джин: это потому что ты не стройная, красивая брюнетка. Она ученица из класса, который мне дали в руководство. — Двенадцатиклассница? Но это же несерьёзно. Она закончит учёбу в следующем году, и вы больше не увидитесь. — Как знать, — развел руками Коичи. — Она таскается за мной при любой удобной возможности. И я не хочу, чтобы она прекратила это. Я ощущаю её присутствие по тонкому шлейфу её пьяняще вишневых духов, который остаётся в воздухе там, где она проходит. Она приглашает меня на каждую постановку в театре, где она подрабатывает после школы. И каждый раз я прихожу. Мегуми восхитительна, за какую бы роль она ни взялась, она отыгрывает её так реалистично, что сложно оставаться равнодушным к её персонажам. Джин рассмеялся. — Ты неисправим, Коичи. Если бы не удачно подобранные духи, напоминающее тебе алкоголь, у девушки не было бы и шанса быть замеченной тобой. Я прав? — И да, и нет, — с улыбкой ответил Коичи. — У неё есть другие достоинства, но, как ни крути духи были первым, что меня в ней привлекло. — Она абсолютная актриса, что, если она играется с тобой? — Актриса не лгунья. Впрочем, не будем делать поспешных выводов. За год она проявит себя.
