Любовь ведьмы

Сидит под деревом столетним Колдун — ему три тыщи лет. А рядом на коленях стонет Девица, краше в свете нет. — Ну что, ведьмацкое отродье, Не надоело слёзы лить? Тебе я дал такую волю, А ты придумала любить… Где прелести твои, где соки? Улыбка, ясные глаза?.. Не слышен смех твой по дубравам, В очах поникла бирюза… Я силу дал тебе лихую — Волшебный дар на сотни зим. Любого смертного могла бы Поработить, чтоб стал твоим. Откуда взялся этот грешник? Чем в душу он тебе запал? Неужто среди всех живущих Ведьмацких козней избежал? — Прости покорнейше, владыка! Прости, ослушалась тебя… Сама не знаю, как случилось, Что парня полюбила я. Он в душу мне запал однажды, Навек пленил меня собой. Лишь стоит мне его увидеть — Теряю разум и покой. А если слышу его речи, То кругом тотчас голова. Я забываю всё на свете И все волшебные слова… В глазах его, что разны цветом, Утонет каждый, кто взглянул: Чуть не лишилась дара речи, Заметив, как мне подмигнул… А волосы, что ниспадают На плечи рыжею волной, Перебирать хочу ночами Под яркой ведьминой звездой. — Послушай, дочь лесов и ветра! Ты сильною всегда была: Любого демона и злыдня Приворожить на раз могла. Воспользуйся своею силой, Что подарили небеса. Тебе всего лишь только надо — Подрезать парню волоса… — Прости, владыка, не смогу я, Хоть привяжи меня к столбам. Я за него — в огонь и в воду! Я жизнь свою ему отдам. Честь ведьмаков я не нарушу. Любовь подальше схороня, Принять смогу любую кару — Всё, что назначит мне родня. Его лишь я прошу не трогать, Не виноват он предо мной: За то, что ведьма полюбила, Платить не должен головой. Колдун подумал, отвернулся: «От чувств девчонку не спасти. За то, чтоб жить она осталась, Парнишку нужно извести…» И ведьмочка об этом знала, И мысли чёрные прочла. Молилась только, чтоб владыка Не рассекретил волшебства. — Я всё решу, — сказала дева И распрощалась с колдуном. Перенеслась в свою дубраву, Укрывшись в месте потайном. В который раз листая книгу, Которой было тыща лет, Девица отыскала вскоре Безумный ведьминский секрет… «Коль не судьба мне стать любимой, То стану другом, хоть чуть-чуть. Хочу быть рядом, слушать речи, В цветных глазищах утонуть!» И заклинанье прозвучало! И ведьма стала ведьмаком: В зеркальном отраженье — парень С бесовским хитрым огоньком… В селенье юноша явился: Высокий, умный, озорной. Девицы тут же растерялись — Тот рыжий, этот золотой. И оба, как один, красивы, И оба, как один, грустны. И этой грустью парни стали Как будто объединены… Их вместе видели на речке, В лесу гуляли допоздна, И не страшились тёмной ночи — Путь освещала им луна. Друзьями эти двое стали, Их не разлить теперь водой. И трудно было расставаться Блондину с рыжей головой. Так месяцы чредой летели, В разлуке трудно было жить: Один любил, другой игрался — Лишь позволял себя любить. Домой однажды возвращаясь, Ведьмак вдруг встретил колдуна: — Не разглядел его ты сущность. Его личина не видна… Его любить — себе дороже. Не парень он. Не человек! Коль беса ты узнать не можешь, Дар потеряется навек! Не тот он, кто с тобой гуляет… Не тот, кто за руку берёт… И никогда ты не узнаешь, Какая сущность в нём живёт! — Что бес он — то давно узнала, —   Сказала ведьма. — Я хочу Всего лишь рядом быть с любимым. Его я душу излечу. Скажи, мы разве выбираем: Кем нам родиться и кем быть? Да, он не ангел, не из рая — Не зря натуру хочет скрыть… Я тоже ведьмою родилась, И вовсе жизнь моя не мёд. Да и ему, поверь, не в радость, Что в теле беса он живёт… — Зачем же в парня обратилась? Неужто нет волшебных чар, Чтоб в сердце дьявольском навеки Ведьмацкий поселился жар? — Он не такой, как все, владыка. Ему по нраву пареньки. Да нет и связи между нами, Не так уж сильно мы близки. Оставь как есть, прошу, не нужно. Пусть будет всё, как я хочу. Когда пойму, что надоела, Былинкой в небо улечу… Махнул седою головою, Прищурил глаз. Прицокнул рот. «С такою ведьмой волевою Любому демону свезёт…» Ушёл колдун своей тропою. Смахнул непрошену слезу. И стало «ведьмаку» понятно, Что лишний в этом он лесу. «Волшебник прав. Не быть нам вместе. Бессилен ведьмин жар пред ним! Предназначение другое. По-разному мы с ним горим!» И снова книгу открывая, Находит нужные слова. Произносить их очень больно, От колдовства уж чуть жива. Берёзы шепчут… Лютни плачут… Пропал ведьмак, и ведьмы нет… В лесу том хороводят бесы, И главный — рыжий сердцеед! Спалить волшебный лес хотел он, Когда пропал любимый друг, Лишь дьявольской надежды лучик Его спасал от адских мук. Когда луна в дубраве правит — У потайного места ждёт. Не то парнишку, не то ведьму Зовёт. И в крике горло рвёт. «Зачем остался в моём сердце? Уж лучше б было пусто там! Вернись, мой друг, каким бы ни был. Вернись!..» И слёзы по щекам… Неделя… Месяц… Два проходят. Тоскует бес, совсем не спит. Уж на исходе его силы — Душа по ведьмаку болит. Луна поляну озарила Волшебным светом. Сердце жжёт… И мурава зашевелилась — То паренёк по ней идёт. Вот встретились глаза цветные С медовыми, и в тот же миг Земля и небеса разверзлись: Колдун из пламени возник. — С отцом твоим договорился: Быть вместе можете теперь. Ведьмак останется бессилен. И пред тобой закроют дверь. Вы оба станете простыми, Не будет силы, волшебства. И жить начнёте, как людишки, Не вспоминая колдовства. Увы, нет у любви законов. Пред ней бессильны божества! Такого свет ещё не ведал, Такого не видал родства… Лес опустел… Пропали бесы… Ведьмацкая тропа давно уж поросла травой. Живут два парня на опушке — Блондин один, и с рыжей головой другой… Лелея счастье меж собой.