Элементаль

      В зловещем мраке яркими полыхами взметались вверх языки рыжего пламени, исчезая, а затем появляясь в других местах и повторяя вновь и вновь свою бешеную и кратковременную пляску, после которой мутилось в глазах.       В кратких вспышках света в глаза бросался темный невысокий, вернее даже маленький, силуэт. Его нечеткий контур мелко дрожал, то и дело менял свое положение, но при очередном появлении языков пламени белым выделялось буквально фарфоровое детское лицо, обрамленное темными волосами. В больших, но безжизненных, серых глазенках отражалось безумное пламя, что, пропадая, вновь окунало ребенка в странный ступор, от которого по маленькой спинке пробегали тысячи и тысячи мурашек, пропадавших лишь только с новым появлением огня.       Очередные вспышки очертили яркую линию, окружая ребенка, оставшись гореть у самой земли. Маленькие язычки пламени дорожками побежали к центру круга, очерчивая еще один маленький прямо у ног мальчика, который со слепым, каким-то туманным, не настоящим ужасом в глазах наблюдал за тем, что творилось около его ног.       В темноте зажглось еще с десяток маленьких огоньков, они, изначально расположенные в совершенно хаотичном порядке, медленно поплыли по воздуху, выстраиваясь в одну линию, прямо напротив маленькой, такой незначительной в сравнении с ними, фигурки ребенка.       Пламя изменило свой цвет, в центре помещался огонек неестественного голубого оттенка с красным кончиком. Он медленно разрастался, увеличиваясь в размерах, разгоняя тьму вокруг себя, пока не открыл взору мальчика темную фигуру в плаще, из-под капюшона которого виднелась лишь зловещая улыбка, на нее отбрасывало свои кривые тени магическое пламя. Вскоре уже все огни увеличились, открывая подобное картины. Некоторые улыбки имели уже и носы, усы, бороды или кривые, но гладковыбритые, подбородки.       Еле слышный гул стал медленно наполнять пространство, усиливаясь, превращаясь уже в несносную какофонию низких голосов.       Языки пламени, плясавшие на ладонях странных людей в плащах, вытянулись в длинные и тонкие светящиеся нити и, устремившись к центральной, собрались в пылающую переливами пламени стрелу.       Мальчик громко ахнул, а в следующий миг в его грудь, чуть левее ее середины, вонзилась та самая пламенная стрела, заставив ребенка драть горло в безумном крике. Огонь медленно рассеивался, струями утекая в зияющую в груди ребенка дыру, медленно затекал туда магическим светом, растекался по жилам своим жаром. Очередной нечеловеческий крик разрезал полумрак, когда жар, вместе с кровью, достиг головы мальчика. Из глаз полился ярчайший магический свет, прежде серая, радужка пылала переливами адского пламени, которым лишь мгновение назад полыхала стрела.       — Пламя, -в бреду выпалил Иан, резко поднявшись на локтях. Его тело колотило крупной дрожью, на лбу, шее и даже ключицах блестели достаточно крупные капли пота, буквально градом катившиеся по смуглой коже. Легкие разрывало неровное сбивчивое дыхание.       Парень еще несколько раз прокрутил весь сон, даже мельчайшие подробности которого не ускользали из памяти — ведь все это — тень далеких событий.       Принц выдернул свою руку из-под чего-то теплого и удивительно мягкого, дабы смахнуть со лба испарину, но это что-то, сладко причмокивая, немедля схватило руку обратно, обвивая сильное мужское запястье бледными и тонкими пальчиками.       — Что за? — негодующе выдохнул огненный маг, разглядывая спящую на коленях у его кровати Делию. Светлые волосы волшебницы, выбившиеся из хлипкого пучка, разметались по кроваво-красному покрывалу, образовывая своими завитушками причудливый узор. Веки девушки время от времени подрагивали, а во сне она стонала и что-то совсем уж невнятно бормотала.       — Веди себя тише, — где-то за тенью занавески прошептал Эйден. Воздушный маг был в привычно-помятом состоянии, но на удивление бодрый, при наличии залегшей под глазами синевы. — Она только заснула.       Иан вопросительно выгнул одну бровь.       — Просто не ори, — посоветовал блондин, разминая костяшки пальцев. — Дело есть.       Иан театрально обрушился обратно на подушку и, положив свободную руку на живот и напустив на себя показной важности, всем своим видом показал другу, что слушает он его наивнимательнийшим образом.       — Туман.       — Как узнал?! — всполошился принц, но вовремя спохватился, не успев разбудить Делию.       — Этой ночью, пока эта милая леди ни в какую от тебя не отходила, я решил составить Дану с Таном компанию на ночном патруле. Ближе к южной границе стоит черная взвесь, заклинания в ней исчезают. Не надо долго думать что это такое. Нужно немедленно выдвигаться, — угрожающе отчеканил блондин, перебирая в длинных пальцах бахраму с ворота своего балахона.       — Значит выдвигаемся, — подытожил принц, уверенно кивнув рыжей головой.       Лия сладко причмокнула и в очередной раз пробормотала что-то непонятное, но во всей этой каше звуков был один достаточно членораздельный — имя огненного принца.       — Буди ее, — с какой-то опаской пробубнил воздушный маг, отодвигаясь вглубь комнаты.       — Не за чем, — совсем тихо проговорил Иан, вновь поднимаясь на локтях и с силой выдергивая свое запястье из плена женских ручек, брезгливо потер след от них. — Смотри.       Принц взмахнул рукой — от нее отделились сотни слабых и нестабильных искр огненной магии, готовых потухнуть в любой момент. Огоньки выстроились четырьмя относительно ровными квадратами, по одному углу которых пересекались в одной единственной точке — центре новоиспеченной карты.       — Узнаешь? — довольно ухмыльнулся принц.       Еще несколько искр отделилось от его длинных пальцев и образовали внутреннюю стенку одному из квадратов.       — Напряжем фантазию, представим, что это лес, тогда, логичнее считать, что эта часть — Земля. А где-то тут, — он опустил палец на искристое полотно, и по нему побежали три голубые искорки, вычерчивая абсолютно хаотичные траектории движения. — где-то тут мы.       — И-и? — протянул Эйден, так и не уловивший нити повествования еще в самом начале рассказа.       — Смотри — вот тут, — он в очередной раз разорвал искристое полотно, а на месте разрыва заполыхала огненная дорожка. — проходит граница между владениями Воды и Земли. Если верить старым картам, раньше и над нами все было покрыто водой, и редко когда она разрывалась строениями — они над ней парили. Первой Вода поглотила Землю…       — Знаю, — с некоторым раздражением перебил Эйден — история тысячелетней войны была ему знакома, как никому другому. А почему? Просто он присутствовал на уроках вместе с будущим огненным монархам, а зачастую и задания преподавателей выполнял за него же.       — Ну так вот, сейчас уровень почвы земляной стороны куда выше уровня водной — значит просто пешком туда не пробраться. Телепортация в те районы слишком рискованна, думаю, не надо объяснять почему. Я предлагаю идти здесь, — очередная огненная дорожка прочертила карту от середины «водной стороны», до пересечения четырех границ. — Этот путь и без того опасен, а с неумелым магом с бесконтрольной силой все может стать в разы хуже.       Эйден демонстративно фыркнул.       — Что-то не так? — невинно вскинул брови рыжий.       — Ты идиот, — кратко изрек паж, присаживаясь на корточки рядом со спящей девушкой. — Сила, может, и бесконтрольна, но до невозможности велика. Взгляни, — парень аккуратно убрал прядку светлых волос со лба Делии. — Помнишь чему нас учили? Аура мага — показатель его силы. У нее она сверкает ярче солнца в погожий день! Да и если бы не она, ты бы сейчас тут не стоял, — после недолгой паузы уклончиво добавил маг.       — А подробнее? — напрягся принц, развеивая рисунок из искр.       — Помнишь что произошло после нашего…кхм… Помутнения?       — Честно? Нет, — с абсолютно искренними до умиления круглыми глазами поспешил Иан заверить друга.       Блондин сдул с носа светлую прядь       — Если кратко, то Делия тебя спасла, — «Пусть сама и виновата в этом,» — уже просебя добавил он.       Дело заключалась в следующем: гигантская волна была ничем иным, как порождением силы Делии, вернее, бесконтрольности ее силы, тут Иан был прав и отрицать подобное было бы просто глупо. Перенервничавшая девушка вызвала волшебное цунами, которое разрушило половину Вечного города, выборочно щадя самые ветхие домики его жителей. Но об истинной причине происшествия сочли целесообразным умолчать, представив большинству несколько иную версию событий.       — Зеркала Старейшины потеряли стабильность, — коротко и трагично изрек блондин. — мощный импульс магии, высвободившийся в этот момент, обратился гигантской волной, которая обрушилась на город. Твое счастье, что тогда, в погребе, ты был истощен. Любое соприкосновение с этой водой враждебной магии грозило бы тебе верной смертью, но, определенно к счастью, хорошо, что мы с Таном были… Эм… Не в себе.       Глаза принца начали медленно наливаться пламенем — он в деталях вспомнил события минувшего дня.       — Ясно, ясно, — захохотал Эйден. — Она шла доставать тебя из погреба, — парень щелкнул спящую Лию по носу. Тот сморщился и недовольно фыркнул. — Но не успела, мы вышли, когда в окно увидели ту волну и… Последнее, что я помню о том моменте, как эта махина швырнула ее на двери погреба, а потом бурлящий поток хлынул вниз. Честно, ей повезло, что она осталась цела, а то, что тебя-дуралея неблагодарного выловила оттуда, так вообще. Как только вы всплыли, мы с Таном сотворили воздушную подушку и двинулись во дворец. Старейшина предлагала помощь целителей, но, ты и сам понимаешь, они могли сделать лишь хуже.       Иан в ответ задумчиво промычал, опустившись на колени рядом с другом. В памяти огненным клеймом вспыхнул размытый, но постепенно яснеющий, образ, что появился из тьмы: округлое личико с острым носиком и скулами, которое обрамляли длинные светлые волосы, отражающие рыжий магический свет.       Немая пауза продлилась некоторое время. Юноши застыли на коленях рядом с мило сопящей девушкой, на лбу которой звездой горела ссадина, а щеки были усеяны мелкими царапинами. Светловолосый ангелок мирно сопел во сне, иногда неуверенно бормоча, но вновь погружаясь в сладкую негу, стиравшую любые грани между сном и реальностью. Веки временами подрагивали, а месте с ними и белесые бровки, следом девушка негодующе фыркала и отворачивала голову на другой бок.       У Иана в голове промелькнула запоздавшая мысль, буквально загоревшаяся в его голубых, на данный момент, глазах.       -Э-эй, — насторожился блондин.       Глаза принца в очередной раз сверкнули, а потом, словно распробовав напиток, он причмокнул, надувая губы трубочкой, он аккуратно приблизился к маленькому ушку Делии и, набрав полные легкие воздуха, начал дуть.       Лия заворочалась, заохала, начала шумно и часто дышать, размахивать руками и уже более внятно бубнить, проклиная все на свете. Иан еще раз вздохнул и выдохнул, но на сей раз сильнее.       — Ах! — девушка подорвалась, распахнув заспанные и распухшие глаза. В их уголках собрались маленькие слезы, реснички слиплись, а на щеках заиграл гневный румянец. Она придирчиво оглядела все, что ее окружало, негодующим взглядом окинула блондина, который сдавленно хихикал, а потом повернулась в другую сторону и, без лишних эмоций, предисловий и прочего, выказав на лице лишь нечто подобное облегчению, смешанному с восторгом, кинулась на огненного принца. Но не с кулаками, как многие успели бы подумать, происходи все это хоть чуть медленнее, а с объятиями, да такими крепкими, что уже через пару секунд Иан хрипел и безуспешно пытался оторвать от себя Лию.       — Так рада, — наконец выдохнула она, ослабляя хватку, уже просто повиснув у парня на шее.       Рыжий и блондин обменялись парой-тройкой абсолютно недоумевающих взглядов, потом пошли хамско намекающие на то, что на объятия лучше ответить. Принц, воспользовавшись тем, что выражения его лица девушка просто-напросто не видит, плотно прижавшись к его груди и обнимая за шею, скрючил лицо величайшего соизволения, будто оказал всем невероятную услугу, обняв Делию в ответ.       И, кто бы что не подумал, очередной немой сцене суждено было быть, но не в том виде, в котором она получилась в итоге. Она оказалась не такой уж и безмолвствующей. Картинно утерев слезу, на ребят с объятиями кинулся Эйден, весело гогоча и приговаривая про мир, дружбу и патоку, веселый маг активно мял своих друзей.       — Ну вот и отлично, — протарахтел наконец он, вставая на ноги и отряхивая светлые свободные штаны и затягивая полотняный пояс на легкой ситцевой рубахе, что вместе с волосами была подвешена потоками воздушной магии и, если шевелюра походила на ореол, что рисуют Святым на иконах, то рубаха имела куда больше схожестей с парусом, чем на то надеялись изобретатели этого предмета одежды.       — Я договорился с Тристаном. Он ничего не скажет Даниэлю и Дэлфин.       Этой ночью мы покинем Вечный город. В полночь должен рухнуть северный свод (своеобразный метод ухода из пещеры? А?), мы должны успеть к этому времени собраться и не вызвать лишних подозрений. Нельзя рассказывать о целях нашего «визита».       — Чего?! — Делия уверенным движением оттолкнула огненного принца, который, к слову говоря, не торопился разрывать объятий, и вскочила с пола. — Как?!       — У тебя есть выбор, — раздраженно начал Иан, поняв, что этого разговора избежать уже никак не удастся. — Ты можешь остаться здесь, поклявшись лишь в одном — никогда и никому не говорить о том, что происходило под сводами этой пещеры…       — Или отправиться в путь вместе с нами, — закончил за друга Эйден, ибо тот замялся и конец проговорил уже шепотом.       — Зачем? — хлопнула девушка пушистыми ресничками.       — Тогда, в День Поророчества, была совсем не простая встреча, — закатив глаза нашел в себе Иан силы продолжить. — все это было направлено лишь на то, чтобы Старейшина Андервуд, вернее его магия, обнаружила три необходимых звена, что требуются для исполнения пророчества. Судьба то, или же банальное невезение, но избранными оказались именно мы. Нам ничего не известно о том что нужно делать, что нас ждет. «Ответы сами найдут вас» — единственное, что сказал старикашка тем утром, — последняя часть монолога вместила в себя невозможное количество негодования. — Единственным реальным невезением я считаю тебя, — более спокойно и назидательно произнес принц.       В воздухе прозвучала звонкая затрещина. Иан удовлетворенно улыбнулся, потирая почерневший след, что, впрочем, вскоре сменился обычным покраснением, тряхнул головой и, как ни в чем не бывало, продолжил:       — Не пойми неправильно. В таком приключении ты опасный, жизненно опасный, балласт, который не рекомендуется прихватывать с собой. Твоя сила необузданна. Какой бы ты ни была милой куклой, — очередная оплеуха прозвенела в воздухе, — Я не хочу рисковать.       — Нет ты будешь рисковать! — зло прошипела Делия, потирая покрасневшие пальцы. — Я не в восторге от этого общества, Ваше Высочество! Но вы меня выдернули из череды серых будней, так верните же обратно, а не бросайте где попало!       — Эй! Эй?! — неестественно высоко воскликнул воздушный маг, наблюдая, как в глазах обоих его приятелей заплясали дьявольские огоньки, а на руках разгорались магические сферы. — Очнитесь! Что вы творите?! — хватая их за руки произнес он. — Неужели вы, два идиота, других слов у меня нет, не понимаете, что разделиться не получится. Никогда! Нас избрала высшая магия, уз которой разорвать невозможно. Не мне тебе это объяснять, Иан!       — Ты прав, — сдался принц, на руке которого нехотя гасла сфера.       Делия молча опустила голову, избавившись от своей сферы, а вместе с этим смирившись и со всем происходящим.       — Я, — ее голос дрогнул, она зажмурилась, словно прогоняя наваждение, а потом стрелой вылетела из покоев Иана, уверенно вынеся высокие створчатые двери магической волной. Тяжесть каменных осколков обрушилась на старое полированное дерево, оставляя совершенно неприглядные дыры и царапины.       — А я уже готов обдумать ее кандидатуру в качестве взрывника, — задумчиво протянул рыжий, нагло ухмыляясь. Это было последним, что услышала девушка.       Делия раздраженно шагала по холодному полу дворца, уверенно шлепая по нему босыми ногами, сандалии остались где-то в покоях, а обратно возвращаться совершенно не хотелось. Высокие своды, в этой части замка обшитые резными деревянными панелями, тем не менее, услужливо отталкивали от себя сей нелицеприятный звук, раскидывая его эхом по всему коридору. Одни узоры на стенах неизбежно сменялись другими, а между тем они все не кончались и не кончались, будто коридор был бесконечным. А вдруг и правда? Лишь изредка стены разрывали узкие проходики, укрытые непроглядной тенью.       Наконец, выбившись из сил, девушка сбавила обороты и уже куда медленнее зашагала все в том же направлении, смутно припоминая, что скоро будет выход в другое крыло парка, а там зеркала Старейшины и она сама. Замок для Лии стал родным достаточно быстро: мягкосердечная старушка все равно посвещала ее в таинства магии, пусть и не давала никаких практических уроков. Как ни удивительно, знания эти и беседы помогали, вселяли нечто странное, теплое в глубины души, давно отчаявшейся найти свой собственный уголок.       Эти раздумья вновь погрузили Делию в пучину воспоминаний, сначала она видела себя совсем маленькой, сидящей в маленькой кроватке и боязливо наблюдающей за тем, как Элайза дыханием поджигает дрова в камине. Она особенная. Волшебница, но скрывает свое дарование, тратит его на мелкие домашние нужды вместо того, чтобы делиться им с людьми, в то время, как ее маленькая, пусть и приемная, дочурка, выросши, грезит обуздать новоприобретенную магию, но ни в коем случае ее не прятать, а, наоборот, показывать всем.       Одна картина сменяется другой, вспоминаются горести и детские разочарования, невероятно смущающие поступки, совершенные в детстве и те, которые так хотелось бы совершить, но, жизнь идет, мы растем, многое становится нам недоступным, а ведь иногда так хочется вновь окунуться в детство, когда все близкие рядом, когда тебе не нужно много для счастья, когда счастье есть то, что все любимые с тобой.       Из груди девушки вырвался судорожный сожалеющий вздох — судьба плетет интриги, как мать косы.       Наконец, цвет стен изменился — янтарный коридор любезно принял в свои рыжие объятия смятенную девушку. Неподалеку уже позвякивало железо — где-то недалеко находилась оружейка, там только и делали, что гремели бесполезными панцирями, выуживая из-под них тренировочные мечи. Как оказалось, в замке был тренировочный зал, который практически никогда не пустовал, посовав туда носик, Делия уяснила одно — в Вечном городе всем до чертиков надоела магия, а вот брутального мордобоя действительно не хватало, а тренировки хоть немного помогали утолить его жажду.       За углом что-то звякнуло, спустя секунду послышался веселый подбадривающий смех нескольких голосов. Лия уверенно вынырнула из поворота и направилась прямо к смеющимя, стараясь замаскировать все то, о чем она раздумывала последние несколько минут.       — Приве-ет, — лучезарно заулыбался девушке один из стражников — парень примерно ее возраста, а может и младше. На таком высоком и тощем, форма на нем не сидела абсолютно, будучи мешковатой, вообще напоминала нечто среднее между обычной простыней, что неумело подвязали, и арабскими балахонами, в которые натянули до шеи и прорезали дыры для рук. — Я заходил ночью пару раз. Моя очередь патрулировать была. Ты не спала, — с каким-то сожалением выдохнул он, похлопывая Делию по плечу. Она, сдавленно улыбнувшись, обратила на него взор бирюзовых глаз, которые помимо густых ресниц обрамляла еще и чернота, залегшая после бессонной ночи.       — Пустяки, — заверила она его, похлопав парня по плечу в ответ.       — Так нельзя! — схватил он ее за оба плеча и сильно встряхнул.       — Да что ты, — саркастично ответила Лия, смело взглянув в лицо молодого стражника, а тот поспешил отвести взгляд.       — Тебе не понять.       — А ты попробуй объяснить.       — Приставучий ты, — усмехнулась Делия. — От жизни каждого из нас троих зависит многое, мне только что открыли на это глаза. До этого я шла, повинуясь слепым порывам сердца, а теперь, кажется, место в нем займет эта простая истина. Есть узы, которых не разорвать, есть цепи, звений которой никогда не разогнуть.