Омегам не суждено быть счастливыми.

Когда клан Цишань Вэнь добрался до Безночного города, Вэнь Чао приказал запереть Вэй Усяня в подземелье, а сам побыстрее отправился к своей ненаглядной Ван Линцзяо. Правильно, омега подождёт, а его верная спутница нет. Усяня грубо швырнули на холодный пол подземелья, не удосужившись даже снять повязку с глаз и развязать руки. Омега издал приглушённый стон, когда двери камеры наконец закрылись. Уж очень сильно он приложился головой о каменный пол, ещё и бок содрал. — Эй, а руки развязать?! — закричал Усянь. — Не кричите, молодой господин, они вас уже не слышат, — раздался приглушённый голос с другого конца камеры. Вэй Усянь насторожился и сгруппировался — оказывается в камере он находился не один. — Ты кто? — спросил Усянь. — В-вэнь Нин, господ-дин, — заикаясь произнёс юноша. Ещё один Вэнь и Усянь наедине с ним в камере, связанный. Здорово. А если он ещё и альфа так вообще жизнь прекрасна. Вот сейчас что-то и правда страшно стало. Сил сопротивляться нет, руки связаны, глаза завязаны. Вэнь Нин, видя как насторожился его сокамерник, попытался его успокоить:  — Не бойтесь, молодой господин, я не причиню вам вреда. — Охотно верю, — съязвил Вэй Ин, и навострил уши, прислушиваясь к каждому шороху. — Если вы мне позволите, я мог бы вам помочь с руками, — как можно спокойнее сказал юноша. — Хорошо, — немного задумавшись, согласился Усянь, в любом случае выбора-то у него не было. Юноша тихо подошёл к омеге, по его походке было слышно, что тот сильно хромает. Он присел около Вэй Ина и для начала снял повязку с глаз, чтобы его могли видеть. Перед Усянем показался миловидный, совсем юный парнишка, сильно исхудавший и со множеством порезов и ссадин, как на лице, так и на всём теле, которое едва прикрывала какая-то непонятная тряпка. Юноша замер под алым взглядом Усяня, но не отстранился, а лишь снова спросил:  — Вы мне позволите, развязать вам руки? Судя по виду юноши, Усянь догадался, что он такой же пленник, и что его часто истязают и подвергают пыткам, а судя по тонкому цветочному запаху, скорее всего ещё и насилуют. Усянь одобрительно посмотрел на омегу и кивнул. Вэнь Нин развязал верёвки и помог встать Вэй Усяню. Взгляд омеги сразу зацепился за большой живот Вэнь Нина. Парень был на сносях. — Ты? Вэнь Нин смущённо кивнул:  — Уже седьмой месяц. — А кто отец? — осторожно спросил Вэй Усянь, чтобы ненароком не ранить чувства юноши. Парень опустил глаза в пол и тихо сказал:  — Вэнь… Вэнь Чао. Усянь закипел от злости:  — Да как он только так может?! Вы же родственники! — Он… Мы… М-мы оч-чень дальние родственники, — кое-как выговорил Вэнь Нин. — Да какая разница, что дальние. Это же всё равно кровосмешение. Он совсем ненормальный что ли? — разорялся Вэй Усянь. Парень поник, и из глаз хлынули слёзы, он осел на пол камеры и взахлёб начал рассказывать:  — Вэнь Чао жестокий человек, его не сдерживают моральные принципы. Он всегда берёт то, что хочет. Год назад, когда я проявился как омега и у меня была первая течка, он захотел меня. Его не волновало, что я двоюродный племянник его отца. Меня схватили и заперли здесь, а на следующий день пришёл Вэнь Чао и изнасиловал меня. Затем он пришёл ещё раз и ещё, насиловал меня снова и снова, и так каждый день, почти два месяца, а потом я забеременел, и он перестал приходить, но начала приходить Ван Линцзяо, стала истязать и мучить меня. Моя сестра Вэнь Цин пыталась меня освободить, но он и её запер. Где она сейчас я не знаю, но надеюсь, что жива. Она очень хороший лекарь и Вэнь Чао, скорее всего, держит её неподалёку, на случай если ему понадобятся её услуги. Не удивлюсь, что он её шантажирует мной. Но я точно знаю, что когда ребёнок родится, меня убьют, ведь именно так поступают с омегами, когда получают от них то, что хотели. — Не говори так, мы выберемся отсюда, и ты пойдёшь со мной, — уверенно сказал Усянь. — Как, М-молодой господин? — Пока ещё не придумал, но я вытащу нас отсюда обязательно, — сказал Вэй Усянь, а в голове неожиданно промелькнула мысль: «Лань Чжань, где же ты?» — Д-даже если у нас п-получится, мне н-некуда идти, — заикаясь проговорил парень. — Я же сказал, что ты пойдёшь со мной. Мы оба омеги и только вместе сможем выжить. Ты мне веришь? — спросил Усянь, поглаживая Вэнь Нина по плечу. Впервые за долгое время Вэнь Нин обрёл надежду и всхлипнув, кивнул. Неожиданно двери камеры со скрипом открылись и в помещение вошла миловидная девушка в сопровождении нескольких тучных охранников. Вэнь Нин поднял на них заплаканные глаза и его тут же затрясло. Эта девушка была Ван Линцзяо, и она весь этот год издевалась над ним, несмотря на то что он носит ребёнка. Уж очень её злил тот факт, что это ребёнок её любимого Вэнь Чао. Она никак не могла забеременеть, а какой-то омега сразу понёс после нескольких раз. Вэй Усянь понял по взгляду юноши, что тот до ужаса её боится, и сделал кое-какие выводы. Он подскочил на ноги и закрыл собой Вэнь Нина:  — Не подходи к нему. — Ха, вы только посмотрите какой защитник нашёлся! Вот только он мне сегодня неинтересен. Я пришла за тобой, Вэй Усянь. Господин желает тебя видеть, — разглядывая Усяня, ухмылялась Ван Линцзяо. — И что он только в тебе нашёл? — Может то чего нет у тебя, — съязвил Усянь. — Ты, мерзкий ублюдок, да как ты только смеешь открывать свой поганый рот?! — зашипела Ван Линцзяо. — А ну живо на выход, пока я тебе лицо не исцарапала! Вэнь Нин вцепился в руку Усяня и дрожащим голосом начал молить:  — Нет, пожалуйста оставьте его. Он ничего не сделал. — Ну, как это ничего не сделал? Сделал, ещё как сделал. Он родился омегой, и его задача сделать сегодня ночью приятное нашему господину, — парировала Ван Линцзяо. — Нет, пожалуйста, — плакал Вэнь Нин. Он только что встретил человека, который его понимает, а его тут же хотят забрать. Судьба поистине жестока с ним. Усянь нежно посмотрел на Вэнь Нина и тихо сказал:  — Всё в порядке, я пойду, — он наклонился и шепнул парню на ушко: — Я вернусь за тобой. — Что вы там шепчетесь?! — взвизгнула девушка так, что аж в ушах зазвенело. — А ну пошли!Господин не любит ждать. Усянь улыбнулся и подмигнул Вэнь Нину:  — Обещаю. — М-мол-лодой г-госп-подин... — заикаясь произнёс Вэнь Нин и отпустил руку Усяня. Несмотря на то, что Вэй Усянь согласился идти по доброй воле, ему всё равно заломили руки и потащили насильно. — Так, Вэй Усянь, сначала ты помоешься, а то от тебя воняет как от псины, потом тебя осмотрит лекарь, и только потом ты пойдёшь в покои господина. И не вздумай что-либо вытворить. Господин очень не любит непокорных людей, и наказывает их соответственно, — разъяснила Ван Линцзяо. Как она и сказала, Вэй Усяня сначала привели в небольшую комнату, где уже стояла наполненная бочка с горячей водой. Усянь покорно разделся и принялся отмывать от себя засохшую грязь, и запёкшуюся кровь, а Ван Линцзяо всё это время не сводила с него надменного взгляда. После того как он вымылся, ему выдали чистую одежду клана Вэнь. Усяню очень не хотелось её надевать, но это всё же было лучше, чем его грязное и изорванное ханьфу. Ван Линцзяо одарила Усяня хитрым взглядом, и приказала ждать здесь, оставив присматривать за ним двух амбалов. Не успела догореть курительная палочка, как она вернулась с симпатичной, но сильно потрёпанной и вымотанной девушкой. Девушка была невысокого роста, с длинными чёрными волосами, забранными в замысловатую причёску, с пухлыми розовыми губами, и красивыми глазами, цвета ночи, её черты лица Вэй Ину показались смутно знакомыми. Девушка подошла к Вэй Усяню и представилась:  — Я Вэнь Цин, лекарь, вы позволите мне вас осмотреть? Усянь сразу понял, почему её лицо было знакомым, это и есть сестра Вэнь Нина, а они были очень похожи внешне, и поэтому разрешающе кивнул. Девушка подошла к ширме, и хотела пододвинуть её к кровати, но Ван Линцзяо тут же завопила: — Ты, что делаешь?! Осматривай так! «Ей Богу, если она ещё раз завопит, я ей шею сверну» — подумал Вэй Усянь. — Госпожа, — поклонилась Вэнь Цин, — нужно провести полный осмотр этого омеги, чтобы удостовериться, что он здоров и сможет выносить ребёнка господина Вэня, а для этого мне нужно полное уединение. Я не могу проводить осмотр, когда мне мешают. — Ты совсем обнаглела?! Я сказала осматривай так! — надрывалась девушка. — Хорошо, но если я что-то упущу и господин будет недоволен, то вам тогда перед ним и отвечать, — спокойно сказала Вэнь Цин.       Девушка знала достаточно хорошо Ван Линцзяо и поэтому знала, на какое место стоит давить. Ван Линцзяо задумалась, ей не хотелось огорчать своего господина и поэтому она нехотя согласилась:  — Ладно, но только быстро, и не вздумай с ним разговаривать. Вэнь Цин кивнула и задвинув ширму, попросила Усяня лечь на кровать. Омега послушно сделал, что велела девушка, но, когда она подошла к нему поближе, он схватил её за руку, притягивая к себе, а другой рукой закрыл девушке рот, чтобы она не закричала. Вэнь Цин уставилась на него испуганным взглядом, и приготовилась к худшему. Вэй Усянь приподнялся на кровати и тихо шепнул девушке:  — Я видел вашего брата Вэнь Нина. Молодой, красивый парень с большими чёрными, как и у вас глазами. — Усянь должен был её убедить, что он говорит правду, а не пытается ею воспользоваться. Глаза Вэнь Цин расширились от удивления, она-то думала, что Вэнь Чао врёт, что А-Нин жив, но всё равно продолжала надеяться. Усянь медленно убрал руку с лица девушки, и она так же тихо спросила:  — Он жив? — Да, но сильно истощён, а ещё ждёт ребёнка. Его держат в подземелье, — прошептал Усянь. — Я могу вам помочь выбраться отсюда, но для этого ты должна помочь мне. Вэнь Цин недоверчиво посмотрела на Усяня, но ради брата она была готова рискнуть. — Что я должна делать? — Скажи Ван Линцзяо, что я полностью здоров, мне нужно попасть в покои Вэнь Чао. — А ты правда здоров? — подозрительно спросила девушка, видя что Вэй Ин уж больно бледный и болезненно худой. Усянь тяжело вздохнул, и взяв руку девушки, положил её на живот. Вэнь Цин была хорошим доктором и не менее хорошим заклинателем, поэтому сразу почувствовала отголоски, когда-то находившегося во чреве Усяня, ребёнка. — Как давно? — спросила девушка. — Неделю назад, — прикрыв глаза сказал Усянь. — Но ты же понимаешь, если Вэнь Чао тебя… — Вэнь Цин замялась, — может открыться кровотечение и ты просто умрёшь. — Не переживай, он меня не тронет, — Вэй Усянь в этом был уверен, как и в том, что Вэнь Цин ему поверила насчёт Вэнь Нина, и точно поможет. Девушка тяжело вздохнула и согласилась:  — Надеюсь ты знаешь, что делаешь. Тут как раз в очередной раз закричала Ван Линцзяо:  — Ты что так долго?! Он здоров или нет?! Вэй Усянь закатил глаза и поморщился, Вэнь Цин понимающе на него посмотрела. От этого визга уже и у неё голова разболелась. — Да всё хорошо, этот омега вполне здоров, — поспешно ответила Вэнь Цин и отодвинула ширму. — Вот и замечательно, вставай Вэй Усянь и пошли к господину. Омега поднялся на ноги, напоказ поправил свои одеяния, как будто его и правда осматривали, и напоследок подмигнув Вэнь Цин, пошёл за Ван Линцзяо.

***

Весь вечер Вэнь Чао места себе не находил, в ожидании близости с Вэй Усянем. Он уже успел осушить около трёх сосудов с вином, и немного захмелеть. Когда к нему привели Вэй Усяня, он без раздумий набросился на омегу, и вжав того в стену, жадно поцеловал, но не успел он углубить поцелуй, как почувствовал сильное отвращение. Он отпрянул от Усяня и злобно на него посмотрел, затем судорожно втянул воздух и замер, уставившись яростным взглядом на омегу. От Вэй Усяня исходил сильный запах другого альфы. Вэнь Чао разорвал ворот ханьфу и увидел метку на стыке шеи и плеча Усяня. — Этот Лань Ванцзи тебя пометил? — рыкнул альфа. Вэй Усянь довольно усмехнулся и блеснув алым взглядом спросил:  — А что? Не встаёт? В этот момент Усянь был даже благодарен Лань Ванцзи за такую защиту, и впервые понял почему тот так поступил. Укусив его, он одним махом отгородил от омеги всех остальных альф. Усянь знал, как работает метка, поэтому он и сказал Вэнь Цин, что его не тронут. По крайней мере, в постели. Вэнь Чао взбесился, он так грезил о том, как будет трахать этого омегу, а у того оказалась метка. Связь с другим альфой, и он насквозь пропитался его феромонами. Теперь у него точно на него не встанет. Не переносят альфы запаха других альф, порой даже вплоть до отвращения. А запах Лань Чжаня определённо вызвал у него сильнейшее отвращение. — Ты, мерзкая шлюха! Теперь ты даже на это не годишься, — закричал Вэнь Чао и начал душить Вэй Усяня, но тот не собирался так быстро сдаваться, и схватив Вэнь Чао за пах, сжал что было сил. Альфа завопил что есть мочи, и на его крик прибежала Ван Линцзяо с охраной. Усянь сверкнул на девушку алым взглядом, и та застыла от ужаса. — Стоять, а не то ваш господин больше никогда не сможет пользоваться своим жезлом, — стальным голосом приказал Усянь. — Цзяо-Цзяо убей его! — закричал Вэнь Чао. — Молчать! — рыкнул Усянь и сильнее сжал руку. — А-а-а, мерзкая шлюха, отпусти! Больно! От крика любимого Ван Линцзяо вышла из ступора, и быстро нашарив в рукаве свёрток с порошком, выдула его на Усяня. Она часто использовала этот состав на Вэнь Нине и других омегах, чтобы усмирять их, на бет же и на альф он не действовал, только на омег, вызывая слабость и головокружение. Вэй Усянь не ожидал такой прыти от девушки, и не успев задержать дыхание, глубоко вдохнул жёлтый порошок. Его гениальный план летел к чертям собачьим. Эта чертовка оказалась довольно хитрой, а этого Усянь не учёл. Перед глазами сразу всё поплыло, хватка на промежности Вэнь Чао ослабла и тот вырвавшись, врезал Усяню кулаком в живот. От резкой боли омега согнулся пополам, прижимая руки к животу. Вэнь Чао схватил его за волосы и задрав голову снова врезал, только по лицу. Из носа тут же хлынула кровь, но Усянь не закричал и даже не пискнул, а лишь безумно засмеялся. — Бьёшь как девчонка. Ха-ха... — Что ты сказал?! — переходя на визг и снова ударяя Усяня по лицу возмутился Вэнь.       Усянь продолжал смеяться, содрогаясь всем телом, не то от боли, не то от смеха. — Я сказал, бьёшь как девчонка. Ха! Хотя нет, девчонка и то сильнее ударит. Ха-ха! — Избить его!!! — закричал Вэнь Чао своим адептам, совершенно обезумев от слов и оскорблений Вэй Усяня. — А потом убить и скормить останки собакам! Адепты не стали перечить господину и незамедлительно исполнили приказ. Они пинали, ломали рёбра, выламывали руки, резали ножом, потом снова пинали, и снова резали, а Усянь всё никак не собирался умирать. Как искалеченная кукла, истекающая кровью и обезображенная, он только смеялся всё громче и безумнее. — Убейте его уже наконец, — не выдержал Вэнь Чао. — Господин, — заластилась Ван Линцзяо, — а не будет ли для него это слишком великодушно. Он сделал вам так больно, он должен умирать медленно и мучительно. — Что ты предлагаешь Цзяо-Цзяо? — махнув рукой адептам, чтобы те пока остановились, спросил Вэнь Чао. Ван Линцзяо прищурила свои глазки и хищно улыбнулась:  — Давай скинем его на курганы горы Луаньцзан. Пускай с ним демоны и мертвецы позабавятся. Вэнь Чао удивлённо посмотрел на свою пассию, и расплылся в улыбке: — Вот, а я всегда говорю, что моя Цзяо-Цзяо самая умная, — альфа повернулся к адептам и издал приказ:— Сбросить его на гору Луаньцзан, пусть там смеётся сколько сможет, ха! Усянь поднял окровавленное лицо на Вэнь Чао, он из последних сил держался чтобы не потерять сознание от нанесённых ему ран, но он не мог сдаться. Он должен выжить любой ценой, чтобы помочь Вэнь Нину, иначе того тоже убьют, а его ребёнок может вырасти таким же тираном как и отец. Он должен. Он обещал. — Если я умру, я стану твоим самым худшим кошмаром. Я буду приходить к тебе каждую ночь злым духом, и ты будешь молить меня о смерти. Ван Линцзяо всю передёрнуло. Она очень боялась проклятий, и поэтому снова завопила своим противным голосом:  — Что стоите?! Вы слышали приказ?! Один из адептов ударил Вэй Усяня по голове рукоятью меча, и упав лицом в пол, тот снова потерялся во тьме.