Встретимся в новом мире

— А как отмечали Рождество в вашем мире? — спросил Го Хен. Он сидел за столом в своей кухне, Чжу Баи в это время мыл посуду, стоя к нему спиной. Ему пришлось выключить воду, чтобы обернуться и переспросить. Го Хэну же пришлось повторить вопрос. — Я не думаю, что в этом плане наши миры сильно отличались, — пока Чжу Баи отвечал, он вытирал руки полотенцем, хотя грязная посуда в раковине ещё оставалась. Они договаривались, что моет её тот, кто не готовил. Го Хэн вечером заказал еду и красиво разложил по тарелкам, и, хотя Чжу Баи наверняка догадался, в целом сошло за готовку. Тем более, что Чжу Баи доставку заказать не мог: он экономил для того, чтобы оплачивать учёбу. Го Хэн подозревал, что поесть в гостях тоже было его способом экономии, но вообще не был против. В будущем у Чжу Баи будет более оплачиваемая и престижная работа, а сейчас Го Хэн готов был его поддерживать, даже предлагал переехать к нему. Но, кажется, Чжу Баи ему ещё не доверял. Хотя что Го Хэн сделает? Запрет его дома? Это было бы довольно накладно. — У нас Рождество отмечали так же, как и у вас. Никак. Действительно, в городе появлялись ёлки, игрушечные белые медведи в колпаках, гирлянды и даже кассиры и продавцы носили красное и колпаки, но следующий день после Рождества был рабочим, и отмечали праздник чисто номинально. Подарки были, но, в отличии от других стран, не отдыхали долго. Тем более сейчас, когда экономика восстанавливалась и нужно было много и усердно работать. — Я подумал, что ты мог бы приехать и мы посидели бы, посмотрели что-то, — вкрадчиво заговорил Го Хэн. — Провели бы это время вместе. Чжу Баи поморщился так, что Го Хэну показалось — его раскусили. Конечно, не кино они посмотрят. Он планировал вместе поесть чего-то вкусного, тоже заказанного, потом полежать в ванной, потом перейти в спальню. Возможно, конечно, найдётся время и для фильма, кто ж против. Но Чжу Баи охотнее соглашался просто провести время вместе, чем на прямое предложение заняться сексом. — Я планировал, что мы в Новый год будем вместе, — признался Чжу Баи. На новогодние праздники обычно давали несколько дней выходных. Чжу Баи проходил практику в больнице, но его как практиканта на новый год не беспокоили особо, ещё успеет в праздники наработаться. — А Рождество же не праздник… Если хочешь, я могу двадцать пятого после смены к тебе зайти. Го Хэн тут же напрягся. Подозвал его к себе, вроде как погладить, на колени посадить, хотя и собирался попутно надавить и выяснить, это что там за планы у него уже. Но Чжу Баи уже знал эти уловки и остался стоять около раковины. Пришлось подойти. — А двадцать четвёртого? — нависнув над ним, спросил Го Хэн. Чжу Баи оперся о раковину и отвернулся, глядя в сторону. Немного смущённо он признался: — В клубе праздничная программа. Я уже договорился туда идти. — Договорился? — переспросил Го Хэн. — В клуб? — Я сто раз там был. — Кажется, Чжу Баи знал, что так и будет, и поэтому ничего не говорил. Го Хэн развернул его лицо к себе за подбородок. — А меня не позвал, потому что уже договорился с друзьями? Я даже знаю, с кем… — Да, — Чжу Баи закатил глаза и отмахнулся от его руки. — Что не так? Я же оставил для тебя все новогодние праздники. Даже на практике подработок не брал, хотя там платили бы хорошо! Я сказал, что смогу приехать к тебе двадцать пятого после смены. Что не так? Могу я хотя бы один вечер с друзьями в клубе провести? — Хорошо, — сдался Го Хэн, хотя и ни на шаг не отступил. — Я с тобой. — Я только что сказал, что мои друзья тебя не любят. — Но я же с тобой буду. Им придётся потерпеть. Не полезут же они при тебе драться. Мне это важно! Я хотел Рождество с тобой провести! — Это даже не праздник! — напомнил Чжу Баи. Го Хэн упрямо нахмурился: — Возможно в каком-нибудь из миров это самый огромный и важный праздник, и очень важно проводить его вместе! Я сдохну от волнения, если ты в клуб пойдёшь! Они не будут за тобой присматривать так, как я. — Посуду сам домоешь, — Чжу Баи вывернулся из того угла, в который его загнали, и направился к коридору. Возможно, собирался уже пойти домой. Го Хэн совсем растерялся, схватил его за запястье, тут же понял, что наверное это неприятно, и чтобы как-то сгладить — наспех обнял, прижал к себе, погладил по волосам. Он не знал, что стал бы делать, если бы Чжу Баи сопротивлялся, но тот молча стоял и ждал, а значит, можно было уговаривать: — Я ни с кем не договаривался! Я думал, что мы будем вместе… Поэтому я так растерян. Прости меня. Пожалуйста, возьмите меня с собой. Все на моей работе с любимыми людьми отмечают, а я не хочу быть один в этот день! Чжу Баи проворчал что-то. Сердца у него нет, если он после такого откажет, а сердце у него было. — Они меня весь вечер клевать будут, если я приведу тебя, — попробовал он, как последний аргумент. — Я беру их на себя! — тут же вызвался Го Хэн. — Пусть меня лучше подъебывают. К тому же… я оплачу клуб. Это был прямо очень сильный аргумент. Алкоголь в клубах стоил довольно дорого. В нынешних условиях Чжу Баи и мог себе его, пожалуй, раз в год только позволить. А ещё потом такси до дома, сам билет, все вот эти вот расходы. Наверняка у него на это было, но не лучше ли, если за это заплатит Го Хэн? Раз уж собрался идти с ним. — Как-то неловко, ты же хотел дома посидеть, а я тебя в клуб тащу… — попытался все-таки отказаться Чжу Баи. Го Хэн тут же зацепился за это: — Значит, все-таки дома отметим? — Нет, я уже настроился на клуб. *** Двадцать четвёртого декабря Чжу Баи так же должен был работать, но до пятнадцати часов. Потом ему, вроде бы, даже хватало времени заехать домой, переодеться, пообедать без спешки и уже ехать в клуб. Он отказался, чтобы Го Хэн за ним заезжал, потому что пока не знал точно, откуда поедет: с работы или из дома, поэтому они условились встретиться уже в клубе. Днём Чжу Баи написал ему: как хорошо, что Го Хэн не стал за ним заезжать, потому что на работе его задержали, и в клуб он поедет сразу оттуда, а поест что-то по дороге. Ещё тогда Го Хэн подумал: «Хаха, его так и на ночь оставят», не воспринимая подобные мысли всерьёз. В конце концов на следующий день Чжу Баи в двенадцать часов снова нужно было прийти на работу. И вот Го Хэн стоял в клубе, у столика друзей Чжу Баи, и читал сообщение: «Прости, кажется я тут на всю ночь. Не езжай в клуб, я завтра с утра к тебе зайду». Друзья достали телефоны после него, и Го Хэну хотелось верить, что Чжу Баи хотя бы написал ему первым. Одному дома все ещё не хотелось оставаться, поэтому он все равно сел на диван рядом с Да Джианом, который оказался посередине между Го Хэном и Ван Линг, и даже как-то подтянулся, словно готовился их друг от друга защищать. — Это из-за тебя? — спросила Ван Линг. От неё тоже не скрылось, что около столика Го Хэн прочитал телефон и расстроился. Тот налил себе шампанского из бутылки, которая уже стояла на столе. На сцене выступала рок-группа, какая-то из не очень знаменитых, но пели бодро. Танцевало пока мало народа. — Намекаешь, что я снова его запер? — спокойно отозвался Го Хэн. — А сюда тогда зачем припёрся? — Ради алиби, — предположила Ван Линг, тоже подтянула к себе бутылку и налила в бокал шампанского. Да Джиан напряжённо вслушивался в их разговор. У Чжу Баи были друзья и в институте, которые не знали, как у них с Го Хэном отношения начались, и потому ничего против него не имели. Но, конечно, эти двое были ему ближе и отдохнуть он договорился с ними. — Скажи ещё, что подозревать тебя беспочвенно, ведь ты ничего и никогда ему не делал. Ван Линг отпила из бокала, глядя в сторону. Го Хэн про себя подумал, что пусть сейчас наговорится, потом молчит весь вечер. Или и вообще как всегда обидится и уйдёт, а он останется в клубе. Да Джиан его тоже не любил, но ради Чжу Баи хотя бы сдерживался. — Во всяком случае, ты мог остаться дома, раз он не сможет прийти, — возразил Да Джиан неловко. — Зачем вообще было за ним увязываться? Изначально ведь без тебя договаривались пойти. — Ну да, ну да. Знаю я эти клубы, — усмехнулся Го Хэн. — Я расскажу, что было бы. Вы бы только отвлеклись, он бы кого-нибудь заинтересовал, и его бы увезли или трахнули бы в туалете клуба. Что поделать, он красивый, много лишнего внимания привлекает. Да Джиан теперь повернулся к нему с возмущением во взгляде. Ван Линг внезапно только хмыкнула, как раз песня закончилась, и это стало хорошо слышно. Глядя на сцену, она заметила: — Ну да, тебе же постоянно приходится его ото всех защищать. Защищал-защищал, а от себя как-то не получилось его уберечь. Защитник херов. Это было неприятно, Го Хэн подумал: «Да чего она начинает? Я ещё даже не выпил». И настолько ли сильно он хотел оставаться тут, лишь бы не быть одному дома, или все же плюнуть на все и уехать? Да не, зря он что ли так долго одевался, волосы ставил, музыка вон отличная играет. Так что Го Хэн решил, что самое время довести её, и в том же тоне ответил: — Конечно, защищаю. Ты не представляешь, как тщательно я его защищаю. Каждый раз, когда я его вижу и остаюсь с ним наедине, я так тщательно его от себя защищаю, иначе у него и сил бы не оставалось с вами праздновать. Так что поблагодарила бы, что я держу себя в руках и не тащу его ебать с порога. *** Чжу Баи думал, что праздники это что-то светлое, что в больнице должно быть не так уж много народа, и люди свои болезни отложат до будней. Именно поэтому он рассчитывал, что правда посидит до середины дня, помогая с пациентами, а потом спокойно поедет домой. Но и начало дня не было тихим, может быть потому, что Рождество тут и правда не праздновали, и потому позволяли себе болеть и травмироваться, ведь завтра снова на работу и не лучше ли взять больничный. А ближе к концу смены оказалось, что один из однокурсников Чжу Баи не может выйти на ночную смену в травмпункт. Он жил в общежитии, и его соседи уехали, но случайно забрали ключи с собой, и он не мог теперь выйти, потому что не мог запереть дверь комнаты в общежитии. И на вторую половину дня Чжу Баи пришлось идти помогать в травматологии, но на следующий день его обещали заменить. И он сначала не понимал, зачем он нужен так уж позарез в травме, что его так отчаянно не хотели выпускать. Праздники же. Очень скоро он узнал, что праздники это самое травмоопасное время: драки, поножовщина, попытки самоубийства, поскользнулись на льду и неудачно упали. С чем только к ним ни поступали. И Чжу Баи, который оставался с мыслью, что смена пройдёт тихо, а он будет только ассистировать докторам, вскоре сам зашивал раны, выписывал бумаги, и вообще его принимали не за практиканта уже, а за настоящего доктора. Это льстило, но наслаждаться этим чувством было совсем некогда. Он постоянно перемещался из кабинета в кабинет, и везде ему находилось дело. Уже за полночь его перехватил в коридоре один из врачей и сказал: — Слушай, сходи ко мне в кабинет. Мне надо перекурить хотя бы, они бесконечным потоком идут. Там ничего страшного, обычная драка. Намажь его чем-нибудь и пусть домой идёт. Чжу Баи успел только кивнуть и то машинально. Даже не задумавшись о том, что будет там делать. Если это кто-то после драки, то это может быть буйный и пьяный пациент. Не поэтому ли его сливают на стажёра, чтобы самим не мучиться? Поэтому в указанный кабинет Чжу Баи заходил с опаской. А когда увидел на кушетке Го Хэна с разбитым лицом, то первой мыслью было: «Они сговорились». — Ты меня и на работе достанешь? — негромко начал Чжу Баи, закрывая за собой плотно дверь. Го Хэн обернулся и на его лице появилось реальное удивление. Как и побои тоже выглядели реально: разбитый нос, который начал расползаться синим по лицу и под глазами. На компьютере были открыты медицинская карта и рентген, Чжу Баи отвернулся к ним, потому что ему стало неловко. — Мне казалось, ты в другом отделении, — заметил Го Хэн растерянно. — Что случилось? — Чжу Баи старался не смотреть на него, сел за стол, проверил, давали ли Го Хэну обезболивающее. — Тебе никаких таблеток не давали? Уколов не ставили? — От чего? — не понял Го Хэн. — Насчёт лица?.. Ну, я подрался. — Разве ты не должен быть дома? — Разве ты не должен был написать, что не приедешь, до того, как я уже приехал? — возразил Го Хэн. Чжу Баи развернул кресло к нему, но старался смотреть в сторону. На нем была синяя медицинская форма с коротким рукавом. Он и правда был неотличим от доктора сейчас, жаль платили все-таки как практиканту. — Прости, — наконец произнёс Чжу Баи. По нему было видно, насколько ему неловко. — Тебя в клубе побили? — Угу, твоя прекрасная, добрая и заботливая подружка, — проворчал Го Хэн, отвернувшись. – Запустила в меня бутылкой… за шутку… — Какую шутку? — серьёзно спросил Чжу Баи голосом матери, проверяющей оценки. Теперь Го Хэн и не думал поворачиваться. Нужно было признаваться, ведь Ван Линг ему в красках расскажет, что именно Го Хэн там ей наплёл. И даже не получится соврать, что она за музыкой что-то не так расслышала. Потому что там был Да Джиан, и он, конечно, мягче общался с Го Хэном, но если что с радостью поддержит Ван Линг. В голове Го Хэна эти двое уже с двух сторон уговаривали Чжу Баи уходить от его абьюзера, который после всего, что произошло, позволяет себе шутить про изнасилование. — Я не понимаю, — Чжу Баи смочил в чем-то химически-пахучем марлю и стал стирать кровь с его лица. — Когда я тебя увидел тут, я подумал, что там была толпа здоровых парней, ты уже не стоял на ногах и тебя застали врасплох. Ван Линг, конечно, очень боевая, но все ещё девочка. Я не понимаю, как она могла тебя избить. И при этом я видел её вичат, она все ещё в клубе, и, кажется, отлично проводит там время. Она не выглядит как человек, который дрался. Я не злюсь, но, обманывая меня, ты ничего не добьёшься. Ты сделал это специально, чтобы сюда приехать? Я даже на работе не могу побыть один? — Нет! — Го Хэн понял, что если он молчит, то ситуация становится хуже. Его так бесило, что про него все ужасного мнения, хотя он ничего плохого не сделал. Сегодня. — Спроси своего друга. Просто… просто когда в меня полетела бутылка, я на секунду подумал, что может быть, в некоторой степени, я этого и заслуживаю. Может быть, она и права, и меня нужно было не только бутылкой огреть. И Го Хэн выдавил из себя самый несчастный взгляд, на который был способен. Он сомневался, сработает ли на Чжу Баи, все же иногда у того был иммунитет и он не всегда поддавался, но сейчас Го Хэн был абсолютно искренним и рассчитывал на принятие. Чжу Баи придвинулся ближе, встал между его ног, осторожно обнял его голову и погладил по волосам, сверху заговорил: — Прости. Именно поэтому мне и не хотелось, чтобы ты туда шёл. Го Хэн думал возразить, что тогда предупреждать надо было до того, как он оказался в клубе, но сейчас не хотелось ссориться. Он подумал, что его желание все равно сбылось. Ужасно, но сбылось. Они с Чжу Баи в этот день одни, друг с другом. Ещё и завтра получается все-таки выходной, и они смогут весь день пролежать дома. Родители Го Хэна увозили его к бабушкам и дедушкам в деревню на Новый год, и это было неплохо. По крайней мере там было спокойно и сытно. А вот в рождество Го Хэн всегда оставался один, потому что это не было праздничными днями, зато были всякие вечеринки, друзья собирались вместе выпить. И Го Хэна бросали дома, чтобы он не мешался. По телевизору показывали счастливые семьи, отмечавшие вместе эти праздники. Показывали, как случаются в эти дни чудеса. А для Го Хэна у мира чудес не нашлось. Максимум хорошего, что было — под утро ему приносили помятый кусок торта из гостей, и то не всегда. И ему хотелось провести это время с Чжу Баи. Больше он не хотел быть в этот праздник один. Да, стоило пораньше об этом заговорить, но Го Хэн раньше сам не представлял, как для него это важно. Да, стоило объяснить, почему именно в этот день Чжу Баи должен остаться с ним, и это больше не выглядело бы эгоистичным собственническим желанием Го Хэна, но он все ещё не привык кому-то показывать свои слабости. Но сейчас он был счастлив, что получилось все равно по его. Хоть и через жопу. Чжу Баи отстранился, показал ему смоченную в чем-то марлю и, словно ребёнку, пояснил: — Я сейчас обработаю твои раны и ты пойдёшь домой. Перелома или сотрясения нет, просто ложись спать. Часов в восемь я приеду. — Я могу в коридоре тебя подождать, — предложил Го Хэн. — Нет, давай хотя бы кто-то из нас сегодня поспит дома в кровати. С Ван Линг я поговорю. — Не надо, — поморщился Го Хэн. — Я не буду ругаться, просто объясню, что мне больно видеть тебя в таком состоянии. И что если бы ты был таким, каким они тебя представляют, то она бы сидела в соседнем кабинете. — Да ладно, я уверен, что ей стыдно. Мне вот очень стыдно. Помни, пожалуйста, что мне очень стыдно. *** Го Хэну было нормально. Голова болела, конечно, но он ощущал себя счастливо, потому что все равно смог побыть с Чжу Баи. Он вернулся к утру в квартиру, когда было ещё темно. Умылся, разделся до трусов и залез под тёплое мягкое одеяло. Он чувствовал себя так, словно все в жизни сбылось, и несмотря на то, каким он был раньше, мир дал ему все. Пусть он ложился спать один, утром Чжу Баи придёт в его квартиру, сам. И уставший, вымотавшийся, так и не выпивший толком, Го Хэн заснул довольно быстро. Проснулся, когда в комнате было уже светло. Чжу Баи залезал под одеяло. Го Хэн не слышал, как он открыл дверь и как прошёл в комнату, но движение почувствовал, потянулся обнять, не открывая глаз, прижал его к себе и сонно возмутился: — Почему ты в одежде? Раздевайся. — Ты сказал Ван Линг, что едва держишься, чтобы не изнасиловать меня, — произнёс Чжу Баи, и Го Хэн тут же резко проснулся. Его обожгла мысль, что ему этого не простят. Что сейчас будет ссора, что Чжу Баи уйдёт, оставив его одного, трубку брать не будет, разговаривать с ним откажется. Но сейчас, спросонья, он не мог подобрать слов, чтобы оправдаться. Сказать, что Ван Линг соврала? Не поможет, у неё свидетели. Сказать, что не то имел ввиду? А то Чжу Баи не в курсе, что он имел ввиду. Чжу Баи сидел в кровати, на нем была рубашка и светло-голубые штаны, но не рабочие. Он смотрел на Го Хэна грустно и, кажется, тоже пытался подобрать слова. Го Хэн наконец выбрал нужные: — Можешь тоже меня ударить. Я уже говорил, я заслужил. — Просто не шути так при них, — вздохнул Чжу Баи. — Оставь эти шутки для меня. Тогда Го Хэн понял, что его пронесло. Просто на пробу снова протянул руку, погладил Чжу Баи по коленке, тот не отстранился, он словно бы ждал ответа. — Я был пьян, — попытался Го Хэн. — Ты был в отделении сегодня. Я видел, ты не пьян. — Она первая начала. — Говорить, что я выгляжу как жертва? — Я не так сказал. Она сказала… — Все-все, — успокоил Чжу Баи. — Я всю ночь не спал, я устал. Я не хочу лезть в ваши разборки. Я сказал Ван Линг, что не против таких шуток в свой адрес. Она бросила трубку, но хотя бы злится теперь на меня, а не на тебя. В конце концов, я им не родной… Го Хэн не выдержал, потянул его к себе обнять, шёпотом заговорил: — Да что ты такое говоришь, ты нам всем родной. Мы все за тебя сильно переживаем. Не придумывай. Я точно с тобой буду всегда, ты сам знаешь. А теперь, если ты не против, то ты мог бы раздеться и мы бы отметили… — Я устал и хочу спать, — отказался Чжу Баи. Го Хэн замолчал, кивнул. Он все ещё смотрел настороженно, но до него постепенно доходило, что такие пустяки Чжу Баи ему простит. Он не уйдёт. Поспит, отдохнёт и не будет против, если Го Хэн «не сдержится», но пока что ему надо поспать. — Хорошо, — согласился Го Хэн. — Тогда просто раздевайся и ложись в кровать. Что тебе сделать на завтрак?