Fading Bright Eyes Dark

      Эбби арендовала на день двадцати трех футовую лодку для них троих. Троица планировала остановиться в заливе Сан-Диего, так что им не нужно было ничего слишком причудливого, и Кларк сразу же обрадовалась крытой части лодки, которая обеспечила тень от солнца в безоблачном небе, ведь блондинка уже успела немного порозоветь после вчерашнего пляжа.       Эбби использовала это время, чтобы получше узнать Лексу, с которой, как она ожидала, будущие встречи участятся. Было очевидно, что ее дочери нравилась эта брюнетка, а брюнетке нравилась младшая Гриффин. Эбби еще не была на сто процентов уверена в их точном статусе отношений, но знала, что пройдет совсем немного времени, прежде чем они официально начнут встречаться, если уже не начали.       Женщина наблюдала, как ее собственная дочь осторожно и с любовью заправляет выбившуюся прядь волос за ухо Лексы, поэтому она сделала мысленную пометку сесть и серьезно поговорить с Кларк, как только они вернутся домой.       У них уже был разговор о сексе, когда блондинка входила в период полового созревания, но теперь пришло время для настоящего разговора о сексе. Такого, который она, вероятно, уже должна была иметь с Кларк, но оттолкнула ее, потому что была занята работой, а у Кларк не было серьезных отношений.       Она также сделала мысленную заметку насчет того, какие темы следует освещать в разговоре о сексе, когда речь идет об однополых отношениях.       Эбби действительно не заботилась о бисексуальности своей дочери, и это делало некоторые разговоры более сложными. Что считалось безопасным сексом для двух девушек? Да и если бы Кларк встречалась с парнем, женщина взяла бы для нее презервативы в больничной клинике (Эбби была слишком молода, чтобы быть бабушкой!).       Старшая Гриффин оглянулась на двух девушек, которые вели лодку. Она подняла глаза как раз в то время, когда ее дочь поцеловала Лексу в щеку, посмеявшись над какой-то нелепой шуткой брюнетки.       Да, им определенно стоит поговорить.       Солнце уже клонилось к горизонту, когда они решили завершить катание, приятно измученные долгим днем на воде. Они нашли небольшую, полуоткрытую бухточку, чтобы бросить якорь и немного поплавать, а затем поесть. После ужина каждая из них по очереди села за руль. Очередь Кларк оборвалась, когда она чуть не врезалась в буй. — Я чувствую, как соль кристаллизуется в моих волосах. — простонала Лекса, когда они вошли в дом. — Ты можешь принять душ. — сказала Кларк. Она чувствовала себя такой же липкой от соленой воды, но душ был так далеко, а ей было так удобно на диване... — Я быстро. — вздохнула Вудс, поднимаясь по лестнице.       Как только Лекса ушла, Эбби увидела возможность. Не для разговора, который лучше оставить на то время, когда они будут дома и у них будет много времени, а для более легкого обсуждения. Она села рядом с дочерью на кожаный диван. — Итак, ты ничего не хочешь мне сказать? — спросила женщина с несколько дразнящей ноткой в голосе.       Блондинка не была глупой. Она знала, что ее мать наблюдала за ними весь день, и именно поэтому они держали все в секрете. Но скрыть всего было невозможно. Кларк глубоко вздохнула и села лицом к маме. Она знала, что Эбби поддерживала ее бисексуальность, но все равно было страшно признаться в том, что блондинка официально встречается с девушкой. Но она обещала держать маму в курсе всех событий, и она видела, что та старается быть более внимательной к ней. — Я, эм, думаю, можно сказать, что мы вместе. — неловко произнесла младшая Гриффин. — Ты думаешь? — эхом отозвалась Эбби. — Ты в этом не уверена? — Хорошо, да, — фыркнула Кларк. — Мы вместе, но это все еще ново. Мы даже не ходили на свидание.       Эбби кивнула, ее подозрения подтвердились. — Знаешь, вы двое не очень-то деликатны. — Прости. — смущенно пробормотала блондинка. — О, милая, не нужно извиняться, — рассмеялась Эбби. — Но нам с тобой нужно установить основные правила. — Основные правила? — нахмурилась Кларк. — Да, особенно теперь, когда Рейвен и Аня уехали, — сказала старшая Гриффин. — Правило номер один: никаких закрытых дверей, если вы двое находитесь в одной комнате. — Мама! — Щеки девушки вспыхнули. — Это правило будет актуальным, когда мы вернемся домой. Правило номер два: никаких ночевок. — Но что, если у Октавии или Рейвен будет ночевка? — вздохнула Кларк. — Мы все друзья. Они не могут пригласить только одну из нас.       Эбби на мгновение задумалась, сказав: — Если один из их родителей будет дома, то прекрасно. Я знаю, это звучит нелепо, Кларк, но ты все еще маленькая. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности.       Блондинка хотела разозлиться, но правила были такими, каких бы она ожидала в случае отношений с парнем, поэтому она была рада, что ее мама не относилась к Лексе как-то иначе. В глубине души она понимала, что правила существовали потому, что ее мать заботилась о ней, поэтому девушка согласно кивнула: — Ладно. — И у тебя все еще комендантский час, — напомнила Эбби. — В последнее время я немного расслабляюсь, когда ты с Октавией и Рейвен, потому что я доверяю вам троим. Но если ты с Лексой, то в будни — до десяти, а по выходным — до одиннадцати.       Кларк прикусила губу, не в силах спорить с логикой матери, выдавив: — Что-нибудь еще?       Эбби подумала, потом кивнула: — Да. Я хочу, чтобы ты пообещала, что будешь больше говорить со мной. — О чем? — Обо всем, — ответила женщина. — Держи меня в курсе, где ты будешь, когда тебя не будет дома, как идут дела в школе и все такое, а я сделаю все, что в моих силах, чтобы больше спрашивать и быть рядом. — Хорошо. — кивнула блондинка. Она просто надеялась, что ее мать выполнит свое обещание сделать себя более открытой.       Позже у Кларк возникло искушение нарушить первое правило матери — держать дверь открытой, когда они с Лексой находились в одной комнате. Очевидно, она была не единственной, кто этого хотел. — Фу, я ненавижу глупые логические правила твоей мамы. — простонала Лекса ей на ухо. Они были в комнате младшей Гриффин, сидели на покрытом ковром полу и смотрели фильм на MacBook Кларк. По крайней мере, они начали смотреть фильм. Обе девушки уже довольно давно не обращали внимания на экран, но они даже не целовались, потому что боялись, что Эбби может зайти в любой момент, а если бы они начали целоваться, они бы непременно начали качаться друг друга, водить руками друг по другу... Сомнительная картина для старшей Гриффин.       Вместо этого блондинка рисовала узоры на тыльной стороне ладони Вудс, создавая невидимое произведение искусства с кружащимися облаками и мерцающими звездами. Она назвала это «звездным небом». — Я знаю, — тихо вздохнула Кларк. — Я очень сильно хочу поцеловать тебя. — она поднесла руку Лексы ко рту и прижалась губами ко внутренней стороне запястья.       Лекса повторила вздох Кларк. — Я понимаю эти правила, — выдохнула брюнетка. — Она заботится о тебе, но все же... — девушка разочарованно надула губы.       Кларк рискнула тем, что ее мама войдет и захватит губы Лексы своими в быстром поцелуе. Ей потребовалось все, что было в ее силах, чтобы не углубить поцелуй, особенно когда Вудс издала этот самый звук искреннего удовлетворения. Она вот-вот собиралась отступить. Ей нужно было просто… немного... больше… — Серьезно, Кларк?       Блондинка отскочила при звуке голоса матери. Черт возьми! Правда что ли? Ее мама умудрилась войти в течение тех десяти секунд, когда она впервые за два часа решила поцеловать свою девушку?       Щеки Лексы вспыхнули. Она была в курсе, что Эбби знает о них, но все равно было неловко, что ее застукали за поцелуем с дочерью женщины. — Ты же сказала: никаких закрытых дверей, — начала тараторить младшая Гриффин. — Ты не говорила, что я не могу целовать свою девушку. Это будет новым правилом, да?       Эбби, стоя в дверях, вздохнула: — Конечно нет, — сказала она. — Просто, соблюдай все, что я перечислила. — У нас все культурно.       Эбби сурово указала пальцем на дочь, но в ее глазах мелькнула насмешливая искорка. Она подмигнула Лексе, которая улыбнулась в ответ. — Договорились. — кивнула блондинка. — Я просто зашла пожелать вам спокойной ночи и напомнить, что мы уезжаем завтра рано утром, так что не засиживайтесь допоздна. — Хорошо, мама, — снова закивала Кларк, хотя все итак знали, что обе девушки лягут спать под утро. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Эбби. — улыбнулась Лекса.

***

— Спасибо, что позволила мне поехать с тобой, — сказала Рейвен, когда Аня выехала на скоростную автостраду. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, хотя все, чего она хотела, это чтобы Вудс остановилась и закончила то, что они начали прошлой ночью. Когда Аня ничего не сказала, Рейес посмотрела на нее и заметила, что она сжимает руль до побеления костяшек. — Эй, ты в порядке? — Прошлая ночь была ошибкой, такого больше не повторится. — выдавила девушка, отказываясь оторвать взгляд от дороги, чтобы хоть на секунду взглянуть на Рейвен.       Рейес протянула руку и выключила радио. — А что такого случилось прошлой ночью? — спросила она.       Аня покачала головой и глубоко вздохнула: — Меня не интересуют отношения ни с кем, не говоря уже о девушке, которая на два года младше меня. — Полтора года. — поправила Рейвен. — Неважно, — закатила глаза старшая Вудс. — Это не меняет того факта, что я не собираюсь ни с кем встречаться. — А кто-то говорил об отношениях? — посмеялась Рейес. — Похоже, ты ужасно самоуверенна. — Да ладно, — усмехнулась Аня, подняв брови. — Ты не можешь сказать мне, что тебя интересует интрижка без обязательств. Ты учишься в старшей школе. — Почему ты все напоминаешь мне об этом? Какое это имеет отношение к делу? Последнее, чего я хочу, это отношений. Я не похожа на Кларк и Октавию, которые жаждут такой тесной связи и стабильной жизни. Это не для меня. Я молодая и горячая, и я готова испытать все части своей сексуальности. — Ты девственница. — Что? Нет, это не так! — побледнела Рейес. — Ты была не единственной, кто обращал внимание на все детали во время «правды или действия». — Значит, ты заинтересовалась мной в тот самый день. Интересно. — ухмыльнулась Рейвен. — Нет, — закатила глаза девушка. — Я уделяла пристальное внимание всем новым друзьям Лексы. — Конечно, — промурлыкала Рейес, не веря ей. — Но во время той игры я не говорила, что я девственница. Этот корабль отплыл еще прошлым летом. — Ты не пила, когда Кларк спросила, был ли у кого-то секс с девушкой, и я, кажется, помню, как ты сказала мне вчера вечером, что ты лесбиянка, так что… — Да, — рассмеялась Рейес. — Но прошлым летом я не была уверена в том, лесбиянка я или нет, — объяснила она. — Но позже я поняла, что меня влечет только к девушкам. — Но ты не спала с девушками. — заметила Вудс. — Только не говори мне, что ты поддерживаешь нелепую идею о том, что ты не можешь знать, лесбиянка ли ты, если у тебя никогда не было секса с девушкой. — Нет, совсем нет, — Аня отрицательно покачала головой. — Это не то, к чему я клоню. Я просто имела в виду, что, хотя технически ты не девственница, ты все еще девственница с точки зрения лесбийского секса. — Когда-то и ты была девственницей, — заметила девушка. — Надо с чего-то начинать. — Почему я? — резко спросила Аня, проводя пальцами одной руки по волосам. — Почему ты хочешь, чтобы я была твоей первой?       Рейвен на мгновение задумалась, но потом сказала: — Потому что ты… — она замолчала, подбирая подходящее прилагательное. — Заманчивая. — Заманчивая? Ты сейчас серьезно? — подняла брови Вудс. — Ага, — кивнула Рейес. — Я всего лишь девственница лесбийского секса, потому что ни одна девушка никогда не нравилась мне настолько, чтобы переспать с ней. Я не какой-то мечтательный, несчастный подросток, ожидающий найти любовь всей своей жизни в старшей школе, чтобы потерять свою невинность. Это совершенно не так. Не пойми меня неправильно, но твоя сестра и моя лучшая подруга — исключения из этого правила. — Я же просила тебя не упоминать о моей сестре и сексе в одном предложении. — поморщилась Вудс. — Ты строишь из себя крутую, стервозную, никому не дающую девчонку, но я вижу тебя насквозь. Потому что мне ты дала. И ты позволила мне, потому что я тебе нравлюсь. — улыбнулась девушка, сделав воображаемое падение микрофона.       Аня молчала в течение следующих нескольких сотен миль, и Рейвен была довольна тишиной, сказав свое последнее слово. Она снова включила радио и уставилась в окно на пустынный пейзаж. Эти деревья, плывущие вдоль дороги, были ужасно некрасивыми.       Только когда девушки были в получасе езды от города, Вудс наконец сломалась. Но это не было ответом ни на одно из слов Рейвен. — Я собираюсь заехать к себе, прежде чем отвезти тебя домой, потому что это по пути, а Онтари до сих пор не перезвонила мне, — сказала Аня. — Мне нужно посмотреть, какой ущерб нанесен.       Рейвен только кивнула.       Квартира Ани располагалась недалеко от кампуса школы, который находился за городом, поэтому через несколько минут они въехали в крытый гараж. — В машине слишком жарко, так что поднимайся. — сказала девушка, и это было абсолютной правдой. Машина очень сильно нагревалась, превращаясь в настоящую парилку, а Аня не была уверена, как долго она пробудет в квартире.       Обе девушки молча вошли в трехэтажное здание, молча поднялись по лестнице на третий этаж и молча вошли в квартиру под номером триста двадцать девять. А потом Вудс увидела свою кухню. — Черт возьми...       Глаза Рейвен расширились при виде открывшейся перед ней сцены: плита и окружающая мебель были покрыты черным, вероятно, обугленным пятнами, а на конфорке был сгусток расплавленной пластмассы. — Что, черт возьми, случилось? — подала голос Рейес. — Онтари! — прорычала Аня. Она снова потянулась за телефоном в заднем кармане и позвонила своей соседке по комнате. Услышав голосовую почту после двух гудков (это означало, что соседка отклонила ее звонок), Аня продолжила. — Онтари, тебе следует как можно скорее вернуться в квартиру. Я не собираюсь разбираться с этим дерьмовым шоу. Тебе лучше найти способ заплатить за весь ущерб, или я надеру тебе задницу на следующей неделе! — она сердито нажала клавишу отбоя и разочарованно зарычала. — Аня, посмотри на меня. — отвлекла ее Рейвен.       Когда Вудс повернулась, ее глаза расширились от шока: Рейес стягивала себя футболку. — Ч-что ты делаешь?       Девушка усмехнулась и расстегнула пуговицу на джинсах. — Отвлекаю тебя, — сказала она, небрежно отступая в сторону коридора. — Это работает? — хитро улыбнулась она, расстегивая молнию на джинсах. — Эм ... — Аня моргнула, внезапно задавшись вопросом: от чего Рейвен пытается ее отвлечь? А, точно, ее кухня. — Я вижу, что это работает, — продолжила Рейес. Она оглянулась и заметила две двери. — Какая из них ведет в твою комнату? — М? — спросила Аня, облизывая внезапно пересохшие губы, когда кружевные красные трусики Рейвен выглянули из-под джинсов. — Твоя комната. — переспросила девушка, зная, что это был момент истины. Если бы Аня сказала ей перестать валять дурака и одеться, она бы остановилась и сделала именно это, а потом Вудс отвезла бы ее домой, и через десять лет это было бы не более чем забавная история. Но если сейчас Аня скажет ей, какая дверь ведет в ее спальню, пути назад не будет. Аня пойдет за ней в эту комнату и расскажет ей все о чудесах лесбийского секса.       Вудс тоже это понимала. Она знала, что пришло время принимать решение. Сказать Рейвен, чтобы она оделась, или сказать ей, какая дверь ведет в ее спальню? Она прекрасно знала, что действительно ей стоит сделать, но на этот раз девушка колебалась, прислушиваясь к своей голове, а не к сердцу. Ее голова говорила, чтобы Рейвен оделась, но ее сердце… оно подсказывало выпалить: «к черту все» и просто… Блять.       Она прислушалась к своему сердцу. — Справа от тебя.       Лифчик Рейвен был следующим, что полетело в сторону, и Аня фактически упала в обморок, бросаясь вслед за девушкой.