Навсегда связана...

***

Анну разбудили солнечные лучи, едва коснувшиеся глаз. Стоило ей посмотреть на мирно спящего и обнимающего ее повелителя, как события прошлой ночи хлынули в ее голову бурным потоком. Объятия, поцелуи… два сердца, которые так долго неизлечимо болели любовью, наконец, воссоединились. Полная нежности улыбка поползла по лицу Анны, через секунду сменившаяся ужасом. - «Аня, что ты наделала?!», — здравый разум забренчал колокольчиками, повторяя одну и ту же мысль. Вскочив с кровати, наспех одевшись, она выбежала на балкон. Дымка рассвета отступала, - «Как ты могла поддаться чувствам?», — оправляя подол, корила себя Анна. — «Что может быть между султаном всей османской империи и учительницей из России?!», — Голова кружилась от роя мыслей. — «Но… значит, может быть…», — ядовитый голос, как еще один колокольчик, который всегда говорил правду отразился эхом в огненном сердце и наболевшей душе. Никто даже не мог представить, как сильно она его любила. Лишь во снах, она открывала израненные чувства, забываясь в объятиях и поцелуях мужчины. Она вспомнила все прикосновения в реальности, за границей табу, и приятные мурашки разбежались по телу. — Опять решила от меня сбежать, Голубка? — из своих раздумий её вывел бархатистый голос. Девушка резко развернулась, наткнувшись на оголенный торс мужчины. — П-повелитель…я… — только и смогла пролепетать учительница. — Куда же подевалась твоя норовистая суть? — улыбнулся султан. От него не укрылся быстрый подъем Анны. В глазах мужчины плясали бесенята, затягивая вновь в свой омут. — Мах… — воскликнула девушка, но тут же осеклась. - «О Господи! Кто тебя за язык тянул?!» — Анна хотела только поддержать игру, но теперь это стоит ей жизни. Под строжайшим запретом, ни одна живая душа, не имевшая на то позволения, не могла произносить имя повелителя. — Что ты сказала? — Анна с удивлением воззрилась на мужчину. Все тот же приятный голос и ни капли гнева. — Я… — девушка не успела толком ответить, как повелитель оборвал ее несвязную речь поцелуем, обвив руками талию учительницы. Анна вновь и вновь рассыпалась, будто на тысячи хрупких кусочков, которые повелитель собирал воедино, трепетно, с особой нежностью даря поцелуй. В немне было той страсти и желания, что остались в памяти, о той сладкой истоме прошлой ночи. Как долго он ждал, грезил, когда Его Голубка назовет его по имени, без титулов и обязательств. — Теперь, ты от меня не упорхнешь? — оборвав поцелуй, спросил султан. Анна посмотрела в его глаза, светящиеся, будто из самых недр души. В одном лишь взгляде она нашла продолжение собственной любви. Невесомо девушка коснулась ладонью щеки повелителя. — Ни за что на свете! - улыбнувшись, она, наконец, дала ответ. Махмуд обнял ее, и тихо-тихо прошептал то, что так мучительно давно жило в нем. — Я тебя люблю…