к вам

      Проснувшись, я вспомнил события той ночи: мне захотелось снова почувствовать это тепло, но нужно вернуться в суровую реальность, где ты не получишь ничего, кроме боли и надругательств. Нашарив на столике пакет и очки, рука наткнулась на какую – то записку: она была маленькой, но то, что было написано на ней, заставило быстро мое сердце биться: на крафтовой бумажке красивым почерком было выведено: «Как проснёшься, зайди ко мне в офис».  Мои глаза уставились, прочитывая фразу снова и снова. Неужели я в чем – то успел провинился? А вдруг он узнал, что было вчера…Лишь от этой мысли в сердце колит, а в горле начинает ныть. Что мне делать? Врать не вариант, господин не любит, когда ему лгут, а признаться…Нет, не смогу. Он лишь посмеется над этим, растопчет мои чувства в грязь, а я окончательно разобьюсь о свои же холодные, грубые осколки, порожденные теплом. Слезы покатились по щекам: делать нечего, придется идти.       На протяжении всего моего пути я пытался вытереть слезы, но они предательски стекали, не останавливаясь; еще мгновение и рука поднимается, чтобы постучать; раздается тихое «входи». И передо мной снова стоит так полюбившийся мне образ: широкие плечи, накрытые пальто, стройные сильные ноги, элегантные руки, движение которых хочется ловить каждую секунду, и ровная, грациозная осанка, что так и кричит о вашей величественности; не в силах удержать это восхищение, я тихо проскулил. Вот вы поворачиваетесь, и я вижу…нет, это не то, что я ожидал: нет той коварной и надменной улыбки, тонких изогнутых бровей, что всегда сведены в знак недовольства, а глаза…я их не узнаю, чувствуется беспокойство, будто что – то терзает моего господина. Я замер в растерянности, не смея подойти ближе. Вы медленно приближаетесь, не отрывая от меня взгляда; я поднимаю на вас глаза, не понимая, что происходит; ваши руки медленно обхватили мои плечи сзади, я вздрагиваю, все еще смотря на вас, а потом…притягиваете меня к своей широкой груди, склонив свою голову. Стойте, я ничего не понимаю: что случилось с вами? Но как только руки не спеша опустились на мою талию, слышу тихое «прости». Весь мир раскололся внутри меня, слезы катятся по моим щекам; эти прикосновение, похожи на ту самую тень, неужели…Так хочу прикоснуться к вам, почувствовать ту нежность, но боюсь, тогда вы сами кладете мои руки на свою талию, а я резко сжимаю их, лишь бы не потерять эту крупицу счастья. Раздаются всхлипы, слезы капают на вашу рубашку, но вы лишь шепчете: «Ну же, не плачь, я рядом». Разорвав объятья я взглянул на вас: мягкая улыбка освещает ваш лик, это так прекрасно. Ладонь медленно приподнимает пакет с моей головы, открывая губы: разве вы хотите…Я не успел опомниться,опомниться как вы подарили мне легкий, но долгий поцелуй; такие теплые мягкие губы, что нежно прикасаются, руки, что с заботой поглаживают меня — и это все, что мне нужно, я не могу удержаться и отвечаю вам со слезами на глазах. Ваши руки легли на мое лицо, а мои — на вашу шею; так легко стало на душе, исчезла вся боль, что копилась во мне, вы забрали, выпили ее, я вам так благодарен. Разорвав поцелуй, я быстро опускаю голову, не смея на вас взглянуть, но вы поднимаете ее и тихо вторите: «Прости, если сможешь», а я лишь робко отвечаю, осторожно прижимаясь к вашей груди и утирая соленые слезы: «Я вас давно простил».