Пламя на кончике хвоста

Трель будильника выдернула Син Цю из такого сладкого и спокойного сна. Он лениво потянулся и оглядел комнату. Едва взошедшее солнце освещало пустые полки и небольшой шкафчик. Ни намека на чье либо присутствие, Син Цю редко пользовался этой комнатой, предпочитая узкой кровати раздвижной диван. Но сегодня на диване спал Чун Юнь. Или чем он там занимался. Зевая, Син Цю вошел в гостиную, ища глазами голубую макушку, но наткнулся только на пустой диван. «Неужели ушел? Может это был сон?» — Чун Юнь? — негромко позвал парень. Он увидел свою черную футболку в белой кошачьей шерсти, шорты лежали чуть в стороне. — Значит не сон. Чун Юнь! — Мяу. — кот выглянул из ванной. Выглядел он взъерошенным с кое-где грязной шерстью, но сухим и вполне довольным. Син Цю долго смотрел на него, пытаясь связать образ любимца с тем парнем. Как минимум смотрели они одинаково: тепло, с непонятной далекой тоской. Чун Юнь вышел из ванной и сел возле входа, рассматривая Син Цю внимательным взглядом, словно оценивал его состояние. — … Доброе утро, - поздоровался Син Цю, он стушевался и робко продолжил. — Довольно неудобно теперь общаться с тобой в виде… кота. Ты так не думаешь? Кот виновато опустил глаза и прижал уши. Он подошел к валяющейся одежде и взял футболку в зубы. Чун Юнь посмотрел на Син Цю и указал на кухню. — Ах, да, прости, — Син Цю поспешно отвернулся и направился на кухню. — Я буду ждать тебя там. Чун Юнь проводил его взглядом и выпустил футболку. Он плавно превратился в человека, стараясь не причинить себе вреда, он глубоко вдохнул, унимая разбушевавшееся сердце, предательский румянец заливал бледные щеки. — Чун Юнь! Я что, зря все это время покупал тебе кошачий корм?! — парень со злостью поставил коробку на стол, немного его рассыпав. — Я надеюсь, тебе хотя бы понравилось! — Прости-прости, — голова Чун Юня показалась из-за косяка, он всем своим видом старался казаться виноватым, но маленькая и теплая улыбка не скрылась. — Это нужно было для сохранения образа. — Для сохранения образа. — пискляво передразнил его Син Цю. Он окинул его взглядом, присматриваясь к шерсти на футболке. — Неужели в кошачьей форме удобнее? — Син Цю поставил чайник, достал сковородку, яйца и овощи. — Так привычнее. — сказал Чун Юнь, садясь за стол. — Просто… Я провел в обличие кота довольно долгое время, да и на улице выживать удобнее. От ушей с хвостом никуда не денешься. Чун Юнь дернул ухом. Син Цю это показалось странным. — Даже дома не хотелось стать человеком? — Хотелось. Но тебе бы не понравилось, если бы твой кот внезапно им стал. Чун Юнь спокойно наблюдал, как Син Цю краснеет и царапает сковородку лопаткой. — Я не об этом! — он поставил тарелки на стол и сел сам. Парень исподлобья смотрел на друга, злобно разрезая яичницу. — Ты же должен был где-то жить. Приятного аппетита. — Я жил на улице. — смущенно начал Чун Юнь. — За долгие годы ты единственный меня подобрал. Син Цю замер. Отрезанный кусочек соскользнул с вилки, а парень поднял на друга взгляд. Чун Юнь уставился на еду холодными глазами, в них блестели капли минувших дней. — Я могу не есть, поэтому тебе не стоило беспокоиться…- вяло протянул Чун Юнь, но Син Цю перебил его, толкнув помидор тому в рот. — Син Цю! — Ну кто говорит с набитым ртом? Боюсь представить, что ты там ел на этой улице, пока я тебя не подобрал. — Син Цю аккуратно отрезал кусочек яичницы. — Спасибо, но ты сам меня тогда вы… — теперь Чун Юня заткнули огурцом. — А ты можешь их убрать? — беспечно спросил Син Цю. Он лениво ковырял свой завтрак, накручивая прядь волос на палец. — А? Кого их? — Ушки с хвостом. — внимательно оглядывает белую пушистую шерсть, что кисточками торчит на ушах, а на хвосте переходит в ярко-синее пламя, как его глаза. — Могу, но без них… некомфортно. — Чун Юнь поежился и почесал за ухом. — Это самая близкая форма к моему истинному обличию. — То-есть у тебя три формы? — с детским восторгом спросил Син Цю. Он даже придвинулся ближе, чтобы уловить каждое слово. — Ну… Эм… Нет? — Чун Юнь отодвинулся дальше. — Боже, почему из тебя нужно все вытягивать клещами? — Син Цю покачал головой и сел на место. Он посмотрел на полную тарелку друга и, понизив голос, проговорил. — Чун Юнь. — Что?.. — такой тон Син Цю не предвещал ничего хорошего. — Ты меня этим обижаешь. — парень кивнул на тарелку, Чун Юнь стушевался и отодвинулся подальше от стола. — Я не голоден. — на всю кухню запели синие киты. Син Цю поднял бровь, одним лишь взглядом говоря: «Серьезно? А вот он так не думает». Чун Юнь смущенно придвинулся обратно, стараясь опустить взгляд как можно ниже. Он взял вилку и постарался ей порезать яичницу. — Ты бы мог взять нож. Парень что-то недовольно пробурчал под нос, продолжая издевательство над едой. Син Цю попросил повторить. — Я и так справлюсь — еле слышно. Он крепче сжал вилку в кулаке. — Ты не умеешь пользоваться приборами? — Вовсе нет! С чего ты взял? — Ты вилку неправильно держишь. — мягкая улыбка и тонкие пальцы разжимают крепкий кулак. Син Цю аккуратно вкладывает вилку правильно. — Вот так. — С-спасибо. — тихо пробурчал Чун Юнь. — Смотри внимательно и запоминай. — Син Цю показал, как пользоваться ножом и протянул его обратно другу. — Вот, молодец. Как так вообще вышло? — Что именно? — Чун Юнь с опаской пользовался новым прибором, слегка отодвинувшись от стола. — Что ты не умеешь пользоваться вилкой с ножом? — он сложил руки на столе и внимательно уставился на Чун Юня. Тот покраснел. — Ну-у, я довольно долго был, кхм, котом и разучился уже, да и раньше ели только палочками. — …Сколько же тебе лет? — Чун Юнь замер, подняв взгляд к потолку, он приоткрыл рот, обнажая маленькие клыки. «Мило». — пронеслось в голове Син Цю. Чун Юнь начал что-то считать на пальцах, бросив вилку с ножом. — Тысяча? — Ты сам не знаешь? — Син Цю, конечно, думал, что Чун Юнь будет старше его в несколько раз, но такой большой разницы он и не предполагал. Что он там говорил? На первый взгляд едва ли старше его? Забудьте. Этот парень буквально мог видеть, как возводился Ли Юэ, знал некоторых личностей в лицо, пока о них пишут в учебниках по истории, он видел эту самую историю. И сейчас это чудо сидит перед Син Цю и не знает, как пользоваться ножом. — Я уже не помню. Это было так давно. — грустно сказал Чун Юнь. Ярко-синие глаза потемнели, он продолжил есть свой завтрак, размахивая хвостом из стороны в сторону. — Спасибо за хороший сон. — хоть как-то прервал неловкую тишину Син Цю. — … Не стоит, это моя обязанность. — смущенно, но с улыбкой проговорил Чун Юнь. — Надо же, теперь у меня есть собственный хранитель сна. — игриво сказал Син Цю, поднимаясь из-за стола, он направился в комнату. — Мне пора в универ. Чун Юнь остался один на кухне. Он спрятал горящее лицо в ладошках и подтянул колени к груди. От одной его нежной улыбки бросало в жар, а под внимательный оценивающий взгляд хотелось подставляться снова и снова. Длинный хвост с глухим стуком бил пол. «Просто невозможно так жить», — думал Чун Юнь, выравнивая дыхание — «Больше тысячи лет все было в порядке и вот опять. Правильно Син Янь говорила, нельзя связываться с людьми». — Чун Юнь! Я ушел! — прокричал из прихожей Син Цю. — Стой! Подожди меня! — парень уже надевал обувь. Он недоумевающе посмотрел на Чун Юня, уже стягивающего футболку. — А ты куда? Прекрати раздеваться! — щеки Син Цю загорелись красным. Он быстро отвел взгляд к двери. — С тобой. — словно это было очевидно, он упустил футболку обратно и странно, будто непонимающе уставился на Син Цю. — Пока я рядом с тобой, никто не посмеет приблизиться к тебе. Звучало вполне убедительно. — Нет, спасибо, мне хватило и одного раза. — Чун Юнь виновато прижал уши. — Прости, но… — Поэтому ничего со мной не случиться, я вполне самостоятельно могу дойти до университета и обратно. Раньше же все было в порядке. — Но Син Цю! Это все равно слишком опасно! — Ты довольно нервный. — Син Цю взял недовольного друга за плечи и развернул к себе спиной. — Сходи искупайся, — Чун Юнь дернулся. — Выспись. А я быстро вернусь. Не переживай. — Син Цю! — Чун Юнь развернулся, чтобы схватить друга, пока тот не сбежал, но тяжелая дверь захлопнулась перед самым носом. Ему не понравилась эта идея. Парень в панике огляделся и бросился к форточке на кухне. Возле подоконника осталась лежать одежда в белой шерсти.

***

Почти все аудитории, в которых были пары у группы Син Цю, находились на первом этаже. Лекцию об истории Ли Юэ вела довольно миловидная старушка в длинном нежно-розовом платье и круглых очках. Она всегда была мягкой и нестрогой, уделяя внимание только тем ребятам, которым действительно нравился её предмет. Син Цю к таким не относился. Он лениво делал конспект, рассматривая зеленеющие листья деревьев на светло-голубом небе. «Волосы Чун Юня похожи на небо». — мысли медленно переткали одна в другую. — «Наверное, они очень мягкие, прям как его шерстка. — Я говорил Сян Лин, что её новое блюдо очень вкусное и выглядело тоже красиво, но её не устроила такая оценка. Сказала, что если посетитель минимум не в восторге, значит, блюдо годится только на помойку. Но оно же было вкусным! — слова пролетали мимо ушей. Син Цю вспоминал ощущение шелковой шерсти на кончиках пальцев. — … Это не твой кот там? Син Цю выдернули из мыслей, и он внимательно вгляделся в окно. На карнизе видел белый кот с ярко-синими глазами. Парень удивленно смотрел на Чун Юня пару минут, кот положил лапку на стекло. Возмущению Син Цю не было предела, он до белых костяшек сжал ручку и тихо прошипел: «Ты просто невозможный!»