Пламя на кончике хвоста

Чун Юнь скоро прожжет дыру в кухонном окне. Он до боли в глазах всматривался в темный ночной переулок, пытаясь увидеть малейшее движение тени. Он сидит уже больше двух часов, наблюдая за недвижимой ночью, нервно выжидая гостью. Наконец, в свете фонаря показался черный носик, а затем два ярко-красных глаза. Они горели огнем, светясь в темноте. Черная кошка легко запрыгнула на карниз, а с него уже в любезно открытую форточку и квартиру. Чун Юнь нервно выдохнул. Такой родной и знакомый запах старой подруги всегда успокаивал бушующие мысли и взволнованное сердце. Всегда, но не сегодня. Казалось, что от Чун Юня буквально исходит раздражение и нервозность, он то и дело дергал ушами и хвостом. — Ты сегодня нервный. — сходу заметила Синь Янь, усаживаясь возле друга. — Случилось чего? — Демон подбирается все ближе. Нужно что-то придумать. — тихо, почти шепотом, чтобы не разбудить Син Цю. Синь Янь лишь фыркнула на тихий голос друга, демонстративно показав язык в сторону гостиной. Она не любила Син Цю, это было сразу видно, ведь он отобрал у нее лучшего друга. — А ты все печешься об этом человеке. Будь с ним аккуратен. — она перелезла на колени Чун Юня, внимательно обнюхивая его и смешно морща нос. Теперь от человеческого запаха ему не отмыться. — С ним другое дело. — Как скажешь, — она фыркнула, по-дурацки ударив его лапой. — но если он предаст тебя, как Сяо, не иди ко мне плакаться. Просто скажи, и я ему голову откушу. — Синь Янь! — повысил голос Чун Юнь. Такие радикальные методы его не устраивали. — Это было несколько тысяч лет назад, нечего об этом вспоминать. — Да ты гонишь! — она вскочила и вцепилась когтями парню в колени. Он недовольно шикнул. — Такое… такое просто не прощают и не забывают! — Не кричи. — Чун Юнь не любил поднимать эту тему, в принципе вспоминать свое прошлое. Оно горчило и жгло старыми шрамами глубоко в сердце, не заживая даже после тысячи лет. — Ты можешь разбудить Син Цю. — Оу, точно, как я могла забыть. — она нахмурилась и отвернулась. Ну что за детская ревность? — Он на самом деле неплохой парень, ты даже не пыталась с ним поговорить. Просто сбежала тогда. — Чун Юнь постарался в примирительном жесте погладить черную кошку, но та ловко увернулась и недовольно посмотрела на парня. — Не хочу иметь дел с людьми. — Но со мной же ты познакомилась. — он слабо улыбнулся. — Ты был мертв. — воздух резко кончился. Дышать было трудно. Эта фраза, словно стрела, прошла сквозь разум, оглушив ненадолго Чун Юня. Он нервно вдохнул, прикусив губу. — Прости. — тихо сказала Синь Янь, упираясь лбом в застывшую ладонь. — Я не хотела… — Ничего страшного. — вдох. Выдох. — Это было слишком давно, все в порядке. Черная колючая шерсть щекотала руку, розовый мокрый носик обнюхивал когтистые пальцы, но Чун Юнь не замечал жестов заботы, он просто старался дышать, успокоиться и прогнать вставшую перед глазами картину черного удушающего дыма. — Синь Янь. — она подняла на друга удивленный взгляд. — У меня есть просьба. — Что случилось? — Можешь, — в горле встал ком. — Можешь найти его? Они, не шевелясь, смотрели друг на друга. Чун Юнь со странной мольбой и отчаянием, а Синь Янь с враждебностью. Долгие минуты прошли, прежде чем она зашипела на всю квартиру: — На кой черт сдался тебе этот недоумок?! — кошка перепрыгнула на стол, шумно приземлившись и уронив салфетки на пол. — Если он ТАК сильно тебе нужен, то позови его сам! — Я не могу. — с хрипотцой, надрывно и холодно. Синь Янь тут же успокоилась, шерсть улеглась. — Ты же знаешь, что я не могу. Но я боюсь, без него нам не справиться. Мы с тобой обычные бакэнэко, даже второго хвоста нет, понимаешь, против Они* мы как дети. Нужен тот, кто действительно сможет его убить. Просто, — Чун Юнь сел возле стола, утыкаясь лбом в столешницу. — Я больше не хочу никого терять. От гнева Синь Янь не осталось и следа. Она положила свою лапу на синюю макушку, аккуратно поглаживая. Чун Юнь сидел неподвижно, только слегка дергающиеся уши и плечи могли выдать его сбитое дыхание и едва сдерживаемые слезы. Так старательно глубоко спрятанные воспоминания и чувства снова вылезли наружу, заполняя собой мысли, заставляя вновь все переживать. Жар. Боль. Крики. Угнетающая темнота. — Я найду его. — Спасибо. — почти неслышно.

***

— Ты уверен, что это хорошая идея? — Абсолютно. — Син Цю внимательно разглядывал плоды своих трудов. Точнее их совместных. Чун Юнь наконец смог убрать свой хвост и нормально надеть штаны, а вот из-за ушей у них разгорелась целая война, в которой пострадали ваза и подушки, но Чун Юнь выиграл, поэтому уши остались, прекрасно замаскированные под ободок. — Может, я, как обычно, стану котом? — Чун Юнь старался натянуть голубую толстовку как можно ниже, пытаясь спрятать уже исчезнувший хвост. — Нет уж, дорогой Чун Юнь, мне надоело ходить по улице и выглядеть сумасшедшим. Да и потом, это новый опыт, новое приключение. Боюсь, ты совсем окоченеешь в четырех стенах. — Син Цю подталкивал застывшего Чун Юня ближе к входной двери. — Я не особо хочу выходить в таком виде… — он вцепился в стены руками, загораживая путь. — Ну правда, Син Цю, люди меня не поймут и сожгут. — Боже, Юнь-юнь, на дворе двадцать первый век, никто тебя жечь не будет. — Син Цю сильнее навалился на хрупкие плечи, и они оба упали на пол рядом с ботинками. — Ай… Максимум, спросят что за материал и попросят фотографию. — Мне все равно не нравится… — Син Цю уселся на Чун Юня сверху, пресекая любую попытку бегства. Он слабо вырывался, пытаясь руками спихнуть друга, но парень перехватил их и прижал к полу. — Я куплю тебе мороженое. — Чун Юнь вмиг застыл, удивленно глядя на Син Цю. Что за дешевый подкуп? — Договорились. — Син Цю быстро слез, помогая подняться Чун Юню. К счастью у Син Цю и Чун Юня были похожие телосложения, поэтому найти одежду не составило труда, единственное, что вызывало затруднения это когти. — Я не могу их убрать. — разводил руками Чун Юнь. Почти вся обувь Син Цю из-за них оказалась маленькой для когтистой лапы, но, к счастью, у него оказалось нечто подходящее. — Самая удобная обувь, что я когда-либо носил в своей жизни. Нога будто порхает в ней, такой легкости передвижения я еще нигде не встречал. Бог сам благословил эту обувь для простых людей, чтобы они почувствовали хоть крупицу Рая на земле. Поверь, тебе понравится, даже с твоими когтями будет удобно! — И поэтому они лежали в шкафу? — Понимаешь, нужен особый случай, все-таки парадная обувь. — у Син Цю в глазах черти плясали. Не в буквальном смысле, конечно, иначе у Чун Юня были бы проблемы, но не заметить этот озорной огонек невозможно. Син Цю аккуратно открыл коробку и, словно на сокровище, любовался на ее содержимое. — Чун Юнь, это кроксы. Черные кроксы лежали в той самой коробке, почти новые, с идеальным ровным рисунком ярко-красных перчиков чили. Такое чувство, будто их еще ни разу не надевали. Син Цю с любовью провел по черной резине и предоставил пару Чун Юню. Он смотрел косо, подозрительно поглядывая на парня, но все же решился надеть их. И Чун Юнь растворился в этом мягком ощущении комфорта. Он блаженно прикрыл глаза. — Это лучшее, что я носил на своем веку. — Я же говорил. — Син Цю довольно улыбнулся и буквально за ручку повел Чун Юня к входной двери. — Пойдем, любимчик Бога. Погода этим теплым днем действительно радовала, ласковое солнце согревало макушки парней, Чун Юнь старался держаться как можно ближе к Син Цю, невольно пряча белые уши. Син Цю же радовался, что может подольше подержать Чун Юня за руку. Если же раньше люди смотрели на Син Цю как на дурака из-за разговоров с котом, то теперь страдал Чун Юнь, потому что не мог укрыться от внимательных взоров старушек и молодых мамочек, что с осуждением смотрели. Они косились на него, а затем резко поворачивались к своим детям, что-то шепча им на ухо. Чун Юнь прижался к спасательному плечу. — Ого! Как реалистично сделаны, это механика? — девушка отпрыгнула, когда Чун Юнь сначала дернул ушами в её сторону, а затем повернулся сам. — Ну и ну! А можно сфотографироваться? — Боишься? — горячее дыхание Син Цю опалило белую шерсть. Чун Юнь нахмурился. — Ну, я не против. — девушка подошла к нему с телефоном и попросила посмотреть в камеру. Куда смотреть Чун Юнь не понял и просто посмотрел на экран. Выглядел он довольно взъерошено и удивленно, даже ободок немного съехал, из-за чего их маленькая маскировка раскрылась. Девушка поблагодарила парней и двинулась дальше. — Ну и бред. — Чун Юнь сдернул ободок и вернул его хозяину. — Зачем вообще так делать. — Это необычно и интересно, если бы ты увидел… Бакэнэко с собачьими ушами, ты бы не сделал фото? — Мне кажется это слишком грубо… Да и потом существуют разные тануки*. — они продолжили идти дальше по улице. — Ах… Ну да, тебя ничем не удивишь. — Син Цю неловко улыбнулся. Живя с Чун Юнем, Син Цю совсем забыл о другой половине магического мира. Конечно же на этой земле есть разные существа, принимающие абсолютно любой облик, и никто из них не удивится обычному псу-оборотню. Чун Юнь старательно отгонял от их квартиры различных духов, призраков и демонов, чтобы ни одна тварь не смогла помешать их спокойной жизни. «Какую же огромную работу проделывает Чун Юнь каждый день…» — Син Цю разглядывал юношеские черты лица друга, мягкие короткие волосы, пушистые белые уши, перевел взгляд на толстовку, вспоминая хрупкие бледные плечи. Син Цю мысленно дал себе пощечину за такие развратные мысли. Он должен держать их под контролем, не давая вырваться наружу, а сам раздевает взглядом. — Добро пожаловать в магазин! — Син Цю обвел рукой все богатство современного продуктового мира, довольно смотря на Чун Юня. У того аж слюнки потекли. — Что ты хочешь приготовить на ужин? — Я бы съел рыбы. И нужно миндальное тофу. — Чун Юнь крепче сжал узкую ладонь, принюхиваясь. Пахло специями. Острыми, солеными, пряными, слабыми и не очень, где-то чуялась горчица, из другого угла доносился пряный аромат свежей выпечки с корицей. Свежее мясо кружило голову Чун Юню, он постарался успокоиться и отвлечься на что-то другое. Холодильник. — Син Цю. — Да, Юнь-юнь? — Я хочу мороженку. Корзина, что они взяли у входа, довольно быстро наполнилась разными вкусностями. Пара пакетиков специй, чай, кофе, мороженая рыба, упаковки мороженого, молоко, овощи и куча других вещей, которых в холодильнике у Син Цю не водилось со времен переезда. — Никогда бы не подумал, что для здоровой и нормальной еды нужно так много. — Син Цю с удивлением посмотрел на полную корзину продуктов. Он огляделся в поисках Чун Юня. — Чун Юнь! — Син Цю, что это такое? — в руках Чун Юнь держал венчик. — Венчик, им смешивают разные продукты. — Син Цю улыбнулся детской любознательности друга. — Он нам нужен? — он игрался с прутьями. — Не думаю… — А это что? — Чун Юнь потащил Син Цю в другой зал. — Это тоже венчики? — Они механические, их называют миксеры. — … Зачем? — … Я не знаю.

***

Звонкий смех Син Цю и тихое хихиканье Чун Юня развеяли тишину квартиры. Пакет был слишком тяжелым, поэтому они несли его вместе, а после устало упали на пол возле входной двери. Продукты из пакета немного выпали, но парни не могли подняться от сбившегося дыхания и смеха. — Это… Это просто ужасно, Син Цю! — Чун Юнь легонько толкнул Син Цю в плечо. Парень не мог успокоиться, перекатываясь то на один бок, то на другой. — Как ты мог такое сказать?! — возмущался Чун Юнь сквозь короткие смешки. Он смахнул прилипшую ко лбу челку и уставился на Син Цю. — Это того определенно стоило! — Син Цю хотел подняться, но снова тяжело упал на пол, хитро поглядывая на друга. — Не хочешь повторить без посторонних глаз? — Син Цю! — красные щеки сделались еще гуще. — Как ты теперь ей будешь объяснять, что я не твой парень? — А я должен? — невинно спросил Син Цю. Он окончательно успокоился и сел возле Чун Юня. Если подумать, то Син Цю не был бы против такого парня. Невинность Чун Юня действительно забавляла, неловкие, но милые касания, уютные вечера в его компании, забота, которую Чун Юнь дарил ему ежедневно. Прижатые уши и дергающийся хвост при каждом двусмысленном намеке, так и хочется дразнить его все больше, а может зайти дальше глупых шуток и розыгрышей, например невинного поцелуя перед подругой. Син Цю наблюдал за разгорячившемся Чун Юнем, чья кофта немного задралась, обнажая бледную полоску кожи. Он поймал себя на мысли, что хотел бы забраться под эту самую кофту руками. — Смотри, чтобы слухи не пошли. — серьезно сказал Чун Юнь, наконец, поднимаясь. Парень взял пакет и направился на кухню. — Тебя это сильно беспокоит? — Син Цю подобрал оставшиеся продукты и двинулся за другом. — Не то чтобы… Но я боюсь, у тебя могут быть неприятности. Будь осторожен. — Син Цю задумался. Его не особо беспокоили последствия его маленькой выходки, ведь еще не известно, останется ли он доучиваться в этом университете, но Сян Лин точно не осудит его выбор. На их маленькое представление она просто резко вскрикнула, порадовалась за друга и поспешила узнать имя его суженного. Лицо Сян Лин, когда она услышала «Чун Юнь» было просто великолепно. Она стояла пару минут разинув рот, переводя взгляд то на Чун Юня, то на его уши, и только потом с умным видом сказала: «Так ты назвал своего котика в его честь! Они и правда похожи». Действительно похожи, оба до ужаса очаровательны. — Не беспокойся, у меня все схвачено. — Син Цю наблюдал, как Чун Юнь убирает продукты в холодильник, оставляя парочку ингредиентов. — Зачем это? — Хочу приготовить миндальное тофу. — Чун Юнь перелил молоко в маленькую кастрюлю и насыпал сахар. Все это дело пошло на плиту. — Это миндальное молоко с сахаром-кандисом. Сейчас нужно это нагреть. — А зачем оно? — Прости, я забыл спросить. — Чун Юнь виновато посмотрел на Син Цю, продолжая помешивать жидкость. — Ты не против, если сегодня придет Сяо? Он… Должен помочь нам с демоном. — Сяо любит миндальный тофу? — быстро сообразил Син Цю. — Да. С ним довольно трудно поладить и… Это чтобы его задобрить? — Кажется, Чун Юнь сам не уверен в своей затее, но продолжал упорно помешивать закипающее молоко. — Раньше он его действительно любил. — Я не против, если ты и со мной поделишься. — Разумеется. Настроение сразу пропало. Син Цю словно сквозь туман наблюдал, как Чун Юнь закидывается в кастрюлю еще что-то, бережно помешивает, обжигает кончики пальцев, когда собирается перелить массу в прямоугольный контейнер. Возможно, сегодня они, наконец, расправятся с демоном и Чун Юнь вернется домой. И они больше не увидятся. Сердце болезненно закололо от этих мыслей, но Син Цю гнал их прочь. Он просто человек, который попал в беду, а Чун Юнь оборотень, который ему помогает. Даже Сяо ближе ему по духу, чем он. И Чун Юнь готовит для него тофу. — Нужно чтобы остыло. — Чун Юнь поворачивается и нежно улыбается, вмиг рассеивая хмурые мысли. Весь мир Син Цю сжимается до этого теплого взгляда и протянутой руки. — Может, что-нибудь посмотрим? Чун Юнь сам выбирает фильм. Садится на привычное место, почти в самом углу дивана оставляя больше места для Син Цю, роняет на его плечо голову и внимательно смотрит фильм. «Как он может так спокойно себя вести, когда сегодня наш последний вечер?» — Син Цю острее ощущает жар от его кожи, голубые волосы кажутся более колючими, а уши еще мягче, словно все ощущения Син Цю вмиг стали намного ярче, пытаясь запомнить каждую проведенную секунду с Чун Юнем. «Кажется, я схожу с ума». Наверное, он прав, ведь когда горячее дыхание опаляет кожу, мурашки проходятся по телу, а все внимание переводится на это мгновение. Пока белые уши не дергаются, и Чун Юнь не соскакивает с дивана. С шумом и тихой руганью «что-то» упало на кухне, шуршание легкой ткани, Чун Юнь подпрыгивает на месте, принюхиваясь и уже закрывая собой Син Цю. Но из кухни неторопливо выходит черная кошка с ярко-красными глазами. — Синь Янь! — Чун Юнь опускает плечи и расплывается в улыбке. — Не ожидал, что вы так рано придете… Чун Юнь перевел взгляд на окно, за ним уже темно. — Ой… — с легким смешком он поворачивается к Син Цю. — Когда успело стемнеть? — Ты, видимо, задремал. — Син Цю глубоко дышит, пытается унять сердце и убрать предательский румянец. Он смотрит на Синь Янь, что с ненавистью уставилась на кухню. — Я привела твоего ненаглядного. — бросает она, не отводя глаз. — Проходи, давай. — Спасибо, Синь Янь… — безрадостно говорит Чун Юнь, он тут же отводит Син Цю себе за плечо, когда к ним выходит Сяо. С последней встречи он почти не изменился. Те же пронзительные янтарные глаза, аккуратно уложенные темно-синие волосы, только одежда совсем другая. Нет той традиционной летящей накидки и шелковых одеяний, только белая майка, свободные штаны, и отсутствие копья. Он внимательно наблюдал за Син Цю, сложив руки на груди, но не решался поднять взгляд на Чун Юня. — Привет, Сяо. — Здравствуй. Напряжение так и чувствовалось. Чун Юнь хмуро смотрел на парня, изредка дергая хвостом, пока тот стоял, словно скала. Он обвел скучающим взглядом по квартире, иногда поглядывая то на Синь Янь, то на Син Цю. — Я бы хотел попросить твоей помощи… — Ты мог просто позвать меня. — Сяо перебил Чун Юня, наконец, посмотрев ему в глаза. В янтарной гуще теплела надежда, что с треском разбилась о лед во взгляде оборотня. — Тогда твоей подруге не пришлось бы искать меня по всему городу. — Неправда! Ты всегда ошиваешься рядом с этой квартирой. Каждый раз, как я ни приду, ты все время сидишь на крыше! Ты даже меня достал, не понимаю, как Чун Юнь тебя терпел и до сих пор терпит. — Синь Янь. — с угрозой произнес Сяо, но кошка даже не отреагировала, лишь злобно фыркнула и показала язык. — Давайте не будем об этом сейчас… — примирительно произнес Чун Юнь, виновато посмотрев на Син Цю. Он взглядом пытался сказать: «Я потом все объясню». — Сяо, тут такое дело… — Они, что следует за этим парнем? — он кивком указал на Син Цю. — Ты не можешь с ним справится? — … Один нет. — Чун Юнь глубоко вздохнул. — Можешь нам помочь? Сяо не ответил. Он обошел Синь Янь, приблизился к Син Цю и внимательно его оглядел. Ни одну деталь не оставил, растрепанные волосы, красные щеки, белую и синюю шерсть на домашней одежде, такой же недоверчивый янтарный взгляд. Он бросил тоскливый взгляд на Чун Юня и пошел вдоль стены. Аккуратно прикоснулся к вырезанному в углу символу. — Можешь помочь мне? — парень затаил дыхание. Сяо остановился, оборачиваясь на мягкий голос. — Хорошо. — Чун Юнь выдохнул с облегчением. Он и не заметил, что совсем перестал дышать от напряжения. — Давайте присядем, чтобы все обсудить. Чун Юнь сел прямо на пол, утягивая за собой Син Цю. Сяо же решил сесть на диван, а Синь Янь сесть поближе к Чун Юню. — Я долго думал, как нам лучше сделать… В общем, Синь Янь, ты остаешься с Син Цю, на случай, если что-то случится и мы не справимся. Я и… — Ты хочешь один пойти с ним за этой тварью?! — вскочила Синь Янь. Взгляд загорелся недобрым огоньком. — Он — Адепт, Я — бакэнэко, с нами все будет в порядке, а вот Син Цю нужна защита если что. — Я не принцесса. — Ты человек. — холодно сказал Сяо. — Чун Юнь, тоже остаешься. Все замерли. Син Цю ошарашенно смотрел, как гнев и негодование то вспыхивали, то угасали в ярко-синих глазах друга. Он даже встал, чтобы быть выше Сяо. — Я не успокоюсь, пока собственными глазами не увижу его смерть. — твердо сказал Чун Юнь, у Син Цю даже мурашки пробежались от его тона. — Я с ним расправлюсь и вернусь доло- — Иду с тобой, и это не обсуждается. — перебил его Чун Юнь. Сяо старался сохранять спокойствие, но было видно, как его все это раздражает. Безрассудное поведение Чун Юня, бессмысленный риск своей жизнью, ради чего? Ради этого человека, что сидит, весь сжавшись от напора собеседников? — Ты понимаешь, чем рискуешь? — Я и больше отдам, если надо. — Чун Юнь опустился на место. — Из нас всех, только я и Синь Янь можем выследить его. Мы знаем его запах, вид, повадки. У бакэнэко очень острый нюх, если ты не знал. — Отлично, тогда Синь Янь идет, а ты остаешься. — Не надо меня оберегать. — спокойно сказал Чун Юнь, а взглядом готов убить. — Сами справимся, Синь Янь тут нужна. — Меня спросить не хотите?! — прокричала кошка. Она возмущенно распушила хвост и воинственно уставилась на них. — Прости… Так ты… — Еще пару часов с ним я не вынесу. — она кивнула в сторону Сяо и демонстративно отошла к Син Цю. — Отлично. Значит, ты и Син Цю остаетесь в квартире, пока мы с Сяо выслеживаем и убиваем демона, есть вопросы? — Довольно… простой план. — неуверенно произнес Син Цю. — Самое интересное у нас с Сяо. Синь Янь тебе поможет, если мы с Сяо не вернемся, то она может отвести тебя в наш клан. Там точно безопасно. — Или к Чжун Ли. — подал голос Сяо. —… Или к Чжун Ли. — неохотно повторил Чун Юнь. Син Цю пытался уложить в голове всю информацию. Слишком быстро она поступала, и в голове образовалась каша. Но из-за одной фразы дыхание сперло, а все мысли вылетели из головы. «Если мы с Сяо не вернемся» — Погоди, погоди, — Син Цю схватил Чун Юня за руку, словно тот сейчас исчезнет. — В смысле «если не вернемся»? Паника. Огромными красными буквами на лбу у Син Цю. Чун Юнь может не вернуться. — Син Цю, — Чун Юнь взял лицо друга ладони, они были немного влажными от волнения, но все еще теплыми и мягкими. — Это маловероятно, но все может быть. Не переживай, со мной Адепт, который несколько тысяч лет защищал Ли Юэ. Кажется, он сам не особо верил в силу Сяо, но успокоить Син Цю надо. Со скрипом, но это все же сработало, и Син Цю невольно ослабил хватку, отпустив Чун Юня. — Мы обязательно вернемся. Чун Юнь напоследок глянул на Син Цю тем самым полным любви и нежности взглядом, потрепал Синь Янь за ухом, и жестом показал Сяо следовать за ним. Син Цю соскочил с места, бросаясь на кухню, но пустую темную комнату освещал свет луны из открытого настежь окна. Несказанное «люблю тебя» растворилось в пустеющей голове.