Художники

Пусть пища и была уж слишком омерзительна, порой от нее даже хотелось вырвать, но это все же была пища. Конечно, я мог бы не есть эту мерзкую стряпню и жить от встречи с Владимиром до встречи, но… В этом были и свои минусы. Первым и основным являлась непостоянность пищи. Вова редко приносил мне нормальную еду, а это значит, что пришлось бы много голодать. Второй минус вытекает из первого. Если долго не есть, то могут нарушиться некоторые процессы, да и в целом, это негативно скажется на организме. Излишнее голодание приведет к худению, а это, в свою очередь приведет к издевкам и избиениям. Наверняка тупоголовые смотрящие расценят это как акт протеста против баланды, которой нас кормят. Ну и наконец, третий минус. Конечно, мне все равно придется приходить в столовую, дабы не возникало проблем. Допустим, если я голодал неделю, то запах и вид пищи будет сводить меня с ума. В таком состоянии любая омерзительная еда кажется вкусной… Возможно, я не смогу оторваться от пожирания этой мерзкой пищи. Это приведет к перееданию, которое выльется в другие проблемы… Вообщем, у меня нет возможности отказаться… Пока я обдумывал все это, моя тарелка опустела и я какое-то время черпал воздух. -Эй, Потерянный, ты что, крышей уже поехал, хехе? —Спросил меня 40 летний мужчина, сидящий за соседним столом. Я не знал его имени, да и оно не особо было мне интересно. -А у него ее и не было! —Банальная, старая и уже надоевшая шутка. Но, другие узники умирали со смеху. Видимо для кого-то это было настолько смешно, что он падал со скамьи и продолжал смеяться. …Но вот смех прекратился и наступила тишина. Сквозь все эти вопли, весь этот смех каждый услышал постукивание резиновой дубинки по стене. Это был Эдгар. Он следил за порядком и ему очень не нравилось когда заключённые вели себя слишком громко. Стройный, среднего роста, одетый с иголочки парень лет 22 стоял на входе в столовую. Его лицу были присущи аристократичные черты, но сам он, насколько я знаю, к роду аристократов не принадлежал. -Кто зачинщик? —Гробовая тишина в столовой. Те, кто лежали на полу со смеха так там и остались, боясь пошевелиться. Им оставалось лишь надеется на то, что их не заметят. По лицу Эдгара было видно, что он зол. -Кто зачинщик? Спрашиваю последний раз. Лучше признайся сам… Иначе будет хуже. —Его голос был тяжёлый и басистый. Когда он говорит нечто подобное, то это значит, что у виновных нет и шанса скрыться с места преступления. Эдгар словно дикий лев, который выследил добычу и уже собирался напасть на нее. -Я виноват, господин Эдгар. —Тот 40-ка летний мужчина встал. Вместе с ним, встал и тот, кто продолжил его шутку. -Хорошо… Идите сюда. —Обратного пути уже нет. Они знали, что сейчас будет, но старались оттянуть момент. Двое виновных шли медленно, но это было бесполезно. Наконец, дойдя до смотрящего и находясь на против него, виновные начали вымаливать прощение. Они оба упали на колени и обняли ноги Эдгара. Но он лишь сурово взглянул на них, после чего пару раз ударил дубинкой по ним. Когда виновные оказались на удобном для удара месте, Эдгар начал избивать их. Он бил сначала одного, потом второго и так на протяжении 10 минут. Они кричали, молили о пощаде, но смотрящий был безжалостен. Все это время в столовой никто не издавал никаких звуков. Лишь двое провинившихся и Эдгар, читающий им лекцию о том, как важно думать о других и не забывать о правилах приличия… Наконец, избиение закончилось, а вместе с ним, словно по команде, зазвенели часы. Настало время спать, совсем как в детском саду. Пообедали и спать. Три часа в царстве Морфея… Ну разве не счастье? К слову, совсем недавно я осознал одну вещь: мы больше отдыхаем, нежели работаем. Хотя, оно и неудивительно. Что могут делать «сумасшедшие маляры, скульпторы, картинисты и писатели»? Какую работу им не дай — они превратят ее в искусство… Но все же, для некоторых из нас она нашлась… Эта самая работа. Но сейчас не о ней. Большая часть узников в это время действительно спит. Из раза в раз я пытаюсь присоединится к числу избранных, но выходит не всегда. Вот и сейчас, у меня совсем ничего не получалось. Всякого рода мысли лезли мне в голову. Я размышлял о утренней прогулке, о информации, что была мною добыта, Владимире и его словах, инструктаже для новичка… Лишь сейчас я заметил одну странную деталь: «Обычно, заключённые должны пребывать в пятницу, но для этого пришлось строить отдельную камеру в соответствии со стандартами карантинной зоны и т.д…». —Для чего нужны такие ухищрения? Это же лишь очередной заключенный, которому предстоит гнить тут также, как мне и другим узникам. Может, он болеет чем-то очень заразным? Или это какая-то наследственная болезнь? Или, быть может, приобретенная? В нашем бескрайнем мире огромное множество заболеваний, которые передаются разными путями. Некоторые из них заразны, некоторые смертельны… Или, может, Владимир специально сказал мне это, чтобы отвлечь внимание от того факта, что узник приезжает в субботу? И все же, довольно странно, что он опаздывает с приездом… Но, почему тогда было решено оставить это время? Работа почти завершена? Если бы заключенный был обычным, он прибыл бы сегодня в 04:03? Да уж, странновато это все… Я настолько был погружен в собственные размышления, что даже не заметил, как пролетело время и часы, расположенные в главной комнате, отбили сигнал. Из громкоговорителей тут же раздался басистый голос Билла. -Время спать закончилось… —Сказал смотрящий резко запнувшись. Наверняка он хотел добавить одно из своих излюбленных оскорблений: «Сосунки» или «Маменькины сынки». Несмотря на то, что смотрящие зачастую не сдерживаются, в этот раз Билл воздержался. Возможно, на это были свои причины. -С 15:00 до 20:00 у вас работа. Вперед и с песней! —Вымолвил смотрящий и повесил трубку громкоговорителя на место. Узники начали потихоньку просыпаться. Большинство из них, потирая сонные глаза, куда-то шло. Некоторые узники были счастливчиками и они работали в саду… Другим же повезло меньше — им предстоит работать в прачечной… Хотя, в этом есть и свои плюсы. Некоторые не имели работы вовсе. Несмотря на то, что я и относился к ним, это было верно лишь наполовину: у меня не было официальной работы, но моя работа заключалась а сборе информации для Владимира. Работу подобного рода не совсем можно считать честной, однако в ней были как свои плюсы, так и минусы. Например, в отличии от тех, кто официально трудоустроен, я получаю зарплату. Обычно это сигареты, возможность задать вопрос, изредка еда. Также плюсом было то, что у меня был более свободный и гибкий график — я могу встретиться с Владимиром в любое время, для этого ему лишь нужно произнести мою кличку и место встречи… Конечно, есть и минусы. Одним из таких является то, что мне приходится выполнять часть работы своего бизнес-партнера. Например, сегодня мне предстоит драить сортиры. Около получаса времени было потрачено на бессмысленные прогулки по коридорам. Порой по пути мне встречались другие узники, но они были слишком заняты чтобы составить мне компанию в ожидании работы. Оставшиеся десять минут я ждал у места встречи. Я не любил опаздывать, но и приходить сильно заранее также не было моим любимым делом. Как и всегда, Вова немного опоздал. Я не смел его корить за это, ибо всё-таки мне нужно это сотрудничество больше, чем ему. Если же всё-таки случилось, что опоздал я, то это превращалось в трагедию. Все время пока я работаю мне будут проводить беседу о том, как важно держать слово и приходить вовремя. Мой партнер прибыл на место через семь минут после назначенного времени. Конечно, такое пустяковое опоздание не было чем-то важным учитывая то, что мне предстоит гнить в этом мерзком месте на протяжении всей моей оставшейся жизни. Вова вручил мне все те вещи, что мне пригодятся на месте работы: ведро, пару тряпок, перчатки, моющие средства… Я открыл дверь в уборную. Омерзительный, резкий и сильный запах мочи, кала и пота учуял мой нос. От всего этого разнообразия вони мне хотелось блевать… В первые разы. Сейчас же, на моем лице не было никаких эмоций. Туалет был универсальным местом. Что тут только не происходит. Некоторые приходят сюда покурить, некоторые заняться любовью, кто-то — поесть нормальной пищи, а кто-то за тем, за чем это место предназначено. Нередко здесь совершаются темные делишки: продажа запрещенных вещей, избиение врага или, что хуже всего, прием наркотиков. Когда охрана находит такого клиента, она устраивает обыск по всем камерам и ни дай Бог, у тебя найдут что-то запрещённое. Пять кабинок в мужской половине и пять в женской… Плюс по две раковины, по одному зеркалу… Работы предстояло немало. Похоже, я нашел себе занятие на ближайшие часа два а то и все три… Я питал надежды, что не будет засоров, ибо в случае обнаружения таковых, мне придется их прочищать…