Трио

- Спокойной ночи, Серёж! - Спокойной, Марго! – помахал ей счастливый до безумия Разумовский, одетый в свою прежнюю пижаму. На самом деле, друзья ещё до его выписки и до начала небольшого ремонта в его доме, забрали часть его гардероба, так что теперь Сергей ходил счастливый и довольный в собственной одежде. Казалось, он вообще забыл о том, где был ещё сегодня утром. Когда он удалился спать – ему предоставили для этих целей диван в гостиной – Волков закрыл дверь на кухню и вопросительно посмотрел на подругу, которая последнее время то и дело посылала ему знаки, мол, останься, надо кое-что обсудить. - Ты хотела поговорить? - Да, Олег, - Высоцкая сразу стала серьёзной. – После всего пережитого, вместе с нелёгким лечением и массой впечатлений и лекарств, у Серого мозг в первые дни будет с разной периодичностью выдавать такое, что, думаю, не лишним будет подежурить. А то он так не станет спать. - Может ему снотворное дать? – пожал плечами Олег. - Я бы не давала. Снотворное не даёт проснуться. Мало хорошего в таком сне, когда ты всю ночь живёшь в бредовом видении и просыпаешься только утром. - Я понял, это – не вариант. Да и тебе выспаться надо. - С чего это? – Марго удивлённо вскинула брови. - А, по-твоему, спать пять часов в сутки - это норма? Хорош врач! Нет, Марго, все будут спать. У меня сон чуткий, я сразу проснусь, а тебе не страшно: ты спишь так, что пушками не разбудишь! Разве что будильником. - Это да. Ладно, - она махнула рукой, уже окончательно смирившись с перспективой провести ночь в кои-то веки спокойно. – К тому же, он должен чувствовать защиту, а я на защитника не тяну. - Тем более. Не волнуйся, я сам за Серым ночью прослежу. Спокойной ночи. Спустя час квартира погрузилась в полную тишину и темноту. После такого насыщенного дня, ночь казалась до странности спокойной. Это было так непривычно. Когда они втроём сидели на кухне, у каждого из них было полное ощущение того, что всех этих долгих лет не было и всем троим до сих пор слегка за восемнадцать. Однако, когда стрелки начали приближаться к двум часам ночи, прожитое вновь напомнило о себе. Олега разбудил задавленный крик и всхлипы. Насколько мог быстро, он вскочил с кровати и выбежал из комнаты. Серый метался во сне, сжимая руки в кулаки, и совершенно отказывался просыпаться, как бы Олег не старался его разбудить. Кошмар оказался более цепким, чем он ожидал, и только после лёгкой пощёчины Разумовский всё-таки проснулся и тут же сел, огромными глазами оглядываясь по сторонам. Волкову пришлось его встряхнуть, чтобы Сергей пришёл в себя. - Всё хорошо, слышишь меня? Разумовский кивнул и вытер рукавом лицо. - Ничего, плохие сны у всех бывают, - это единственное, что он смог придумать успокаивающего и, казалось, это сработало. Но Олег по себе знал: после такого, когда тебя оставляют одного спать – это хуже всего. - Подвинься. Устроиться было сложно. Диван был довольно узким, поэтому Олегу как и в детдоме пришлось мириться с тем, что до смерти перепуганный Сергей фактически спал на нём; чуть съехав, разве что, к спинке дивана, но головой пристроившись прямо у на груди Волкова, зажмурив глаза и сжав лежавшую там же, у самого носа худую руку в кулак. Всё, как и раньше. Олег с детского дома не мог избавиться от ощущения, что в такие моменты на нём спит не человек, а лисёнок, который, наконец, нашёл свою защиту. И не важно, что дышать тяжело. «Всё-таки ты ещё такой ребёнок, Серый.» Когда Серый засопел, Олег сцепил пальцы в замок, пристроил их на спине Разумовского и, наконец, позволил себе заснуть. Он лишь на пару секунд задержал взгляд на потолке. Свет луны, пробивавшийся сквозь листву за окном создавал настоящий театр теней, и сонное сознание в этой какофонии уловило фигуры плывущих китов. Фантазии плавно перешли в сон, и скоро Олег уже не мог сказать, видел ли он это на самом деле.

***

Прошла, пролетела неделя. Ну, почти неделя. Если быть точными – шесть дней. Незаметно наступила осень. За это время наши друзья зря времени не теряли. Марго, немного приведя в порядок психическое самочувствие Разумовского, чтобы ему было проще адаптироваться к свободной жизни, принялась за себя. Ей срочно нужна была работа, и как раз 31 августа Елена Михайловна предоставила ей возможность наняться на должность преподавателя в институт, где работала сама Прокопенко. 3 сентября Марго должна была пойти на собеседование. Что же касается её «старших братьев» - тут дело обстояло чуть хуже. Почти сразу после выписки Сергей принялся выяснять, как вернуть себе «Вместе», и результаты пока не сильно обнадёживали. Единственное, на что они втроём могли рассчитывать, - это поддержка Прокопенко. Однако, в суде, как оказалось, помимо предоставления постановления из ГУ МВД, Разумовский должен был выступить с речью, чтобы убедить судью в своей адекватности и однозначной безвредности для общества. Дня два писали речь. И ещё день репетировали. Как оказалось, это было сложнее всего. Сергей был хорош во многом, в чём угодно, но только не в ораторском искусстве. Через два часа его попыток прочесть текст убедительно и без запинок, Марго и Олегу начало казаться, что они присутствуют на поминках, где лектор уже либо на половину пьяный, либо на гране обморока. Когда Разумовский с горем пополам закончил, Высоцкая не выдержала: - Радость моя, это не заупокойная месса, не реквием, это речь. Которую ты должен прочесть, по возможности, убедительно. А не говорить так, будто они должны тебя сопроводить в последний путь. - Марго права, Серый, не надо так зажиматься. Тебя никто убивать не собирается, - поддержал Олег, которого, в отличие от Марго, ситуация скорее веселила, чем пугала. - Спасибо, успокоил! – кажется, Сергей не разделял его благостного расположения духа и даже слегка разозлился. – Могу напомнить, я учился не на оратора. Я – программист. Выразительность – это… это не моё. Я с трудом провёл презентацию «Вместе», чего вы от меня сейчас хотите? Там будут уже сидеть не те, кто воспринимает меня, как гения и миллиардера, который создал социальную сеть. Я теперь – маньяк-убийца, и не знаю, что им в голову взбредёт, и как они станут трактовать мои действия и слова! - Серый, не надо психовать. Прочти с начала и постарайся думать, что слушаем тебя мы. Разумовский прочёл. Восстановилась короткая неловкая тишина, пока Марго театрально не вздохнула: - Какое счастье, что я завтра иду на собеседование! - Ты не с нами? – удивился Олег. - Марго, умоляю, пойдём с нами! – взмолился Разумовский, но девушка замотала головой. - О не-ет, Серый! Мне одного раза хватило с тобой в суд смотаться. Точнее, за тобой. Теперь очередь Олега. И твоё счастье, что он едет не на заседание, а лишь на переговоры. И кстати об удачных переговорах. Что ты завтра собираешься надеть? - А лучше оденься сейчас. И мы посмотрим. Сергей пожал плечами. Он был недоволен тем, что Марго с ними не пойдёт, но раз уж так сложилось бунтовать было бесполезно, поэтому молча отправился переодеваться. Выбирал он из того, что друзья привезли из его дома. Однако стоило ему показаться им в новой одежде… Их реакция была неописуемой. Олег прикрыл глаза рукой, кусая губы, чтобы не засмеяться. Сергей обиженно сложил руки на груди, отказываясь понимать, что могло быть не так с ярко фиолетовым костюмом в леопардовое пятно, надетым поверх тёмной с отливом рубашки. - Что сейчас не так? Марго оказалась единственной способной говорить. - Серёж, давай начистоту. Костюм прекрасен. Но В ЭТОМ твоя затея обречена на провал. - Почему? - Ты в нём похож… на сутенёра. При этих словах Волков не выдержал и расхохотался. - Прости, но Марго права. - Предатели, - проворчал Сергей. – Ладно, что тогда мне надо одеть? - Надеть, - поправила Высоцкая. - Марго! - Так, хватит, - осадил Олег, уже немного успокоившись. – Серый, пойди переоденься в то, что скажет Марго. Если уж говорить образами, то «Томасу Шелби» в твоём лице судьи поверят скорее. А так тебе ещё приплетут подозрение в незаконной торговле запрещёнными веществами. Я где-то видел у тебя хороший костюм.

***

Рано утром Марго, Олег и Сергей вместе покинули двор и на тротуаре у проезжей части разошлись в разные стороны: Высоцкая – к такси, а Разумовский и Волков в сторону здания Городского суда. Там шёл самый обычный день. В коридорах толпилась масса народу, каждый со своими проблемами. В такой толпе легко было затеряться даже с такой заметной шевелюрой Разумовского. Тот, одетый в приличный тёмно-серый костюм, в белой рубашке и до блеска начищенных ботинках, почти не выделялся из общей толпы, а волосы сейчас были зачёсаны назад и обильно покрыты лаком, так что привыкшие к обычному его внешнему виду люди не обращали на друзей внимания. Или молчали, не желая привлекать внимания к себе: слишком угрожающе смотрелся высокий плечистый Волков рядом с интеллигентным на вид и худым Разумовским. Они долго ждали своей очереди. Прошло уже около двух часов. Олег сидел относительно спокойно – только посматривал на посетителей. А вот с Сергеем дело обстояло гораздо хуже. Мял пальцы, каждые пять секунд смотрел на экран телефона, то ли время проверяя, то ли ожидая звонка или сообщения от Марго. Однако, девушка молчала: как раз в это время она сидела на собеседовании в родном институте. Спустя два часа ожидания Разумовский не выдержал, вскочил и хлопнул дверью туалета в конце коридора. Открыв кран с холодной водой, он плеснул горстью себе в лицо. «Спокойно! Спокойно!» - твердил он про себя. Разумовский упёрся дрожащими руками в раковину и поднял глаза на зеркало. Кто бы знал, как он сейчас боялся идти в зал суда! Так мало того, что надо целую речь прочесть! Ещё и непрошенные воспоминания в голову лезут с последнего заседания. Только был он тогда не в качества истца, а как обвиняемый, к тому же окружённый конвоем. Он очень плохо помнил тот день: его не отпускала паника с тех пор, как он очнулся в СИЗО и понял, что натворила Птица. Но всеобщую ненависть присутствующих и беспомощность в глазах Марго не запомнить было сложно. Разумовский закрыл глаза и опустил голову, стараясь дышать спокойно. Дверь сзади издала тихий скрип. Щёлкнула зажигалка. Потянуло дымом от сигареты. Разумовский поморщился и покосился на Волкова. - Когда ты уже бросишь эту гадость, - проворчал он. – Тоже мне, спортсмен. Волков, не ответив ни слова, открыл форточку. Разумовский на это только фыркнул. Волков улыбнулся. - Вечно тебе всё не так. Серый, заканчивай нервы трепать себе и мне. Всё будет хорошо. - Слушай, откуда у тебя такое нечеловеческое хладнокровие! – воскликнул Разумовский. - Тихо! – Олег понизил голос. – Не кричи, мы тут не одни. - А то я не знаю. Сколько ещё можно ждать?! Сергей прикрыл глаза рукой. На нервах немудрено было начать раздражаться. С рецидивом его «диагноза», после оповещении о гибели Олега, Разумовский совершенно замкнулся, привычные эмоции почти полностью притухли, видимо, перетянутые Птицей. И то, что происходило теперь, было как заново вставать на коньки: контролировать себя он не мог. Пока. Олег это понимал и не обижался. - Серый, говорить речь – это как выступать на сцене: главное – начать. Поверь моему опыту, люди лучше всего запоминают начало и конец любого выступления, а в твоём случае это – основное. Выдохни, сделай вид, что совершенно не заботишься о чужом мнении – раньше это у тебя хорошо получалось.

***

В коридорах института гуляла прохлада, окна в аудиториях были открыты. Студентов почти не было: сейчас шло время пятой пары и большинство учащихся отправились домой, за исключением тех, кто остался на дополнительные пары. Маргариту одолевал приступ ностальгии с тех пор, как она сюда пришла. Здесь всё было знакомо, даже запах. Высоцкая не удержалась от того, чтобы закрыть глаза и на мгновение вернуться в годы своего студенчества. Через пару мгновений ей почудилось, что она слышит знакомые голоса и смех, хотя, конечно, это была только иллюзия. Она так погрузилась в свои воспоминания и ощущения, что не обратила внимания на быстрые приближающиеся шаги. Марго несколько бестолково посмотрела на студентку, которая врезалась в неё. - Извините, пожалуйста! Коротко остриженная светловолосая, высокая, крепкого телосложения, с тяжёлой спортивной сумкой через плечо, девушка неловко посмотрела на Марго. Высоцкая улыбнулась: - Ничего. Студентка быстрым шагом отправилась дальше по своим делам, кажется, забыв о неприятном инциденте. Марго заинтересованно посмотрела ей вслед, уж больно ей понравился внешний вид и манера студентки. - А, - сзади к Марго подошла Елена Михайловна, только что покинувшая деканат. – Это Лерочка Макарова, выпускница наша, на шестом курсе учится. Спортсменка, отличница, прекрасная девочка. - А она из какой группы? - 609, как раз тебе их отправим. - Погодите, - девушка нахмурилась и принялась листать страницы с расписанием её лекций и семинаров. – Это же офтальмологи, зачем им психиатрия и психология? - Риточка, - улыбнулась Елена Прокопенко. - В любой сфере медицины есть место психологии. А 609 – хорошая группа, ребята там серьёзные, ответственные, одна Макарова чего стоит! Только у нас там учится один мальчик из богатой семьи. У родителей бизнес, их положение несколько осложняет процесс обучения у многих преподавателей. Какое-то время ходили слухи о том, что они одного из педагогов вывезли в лес, и с тех пор от него ни слуху, ни духу, но доказательств этому маловато. В общем, ребёнок сложный, «золотой», но ты не волнуйся. Если что, мне скажи или с ребятами поговори. - Поверьте мне, Елена Михална, - вздохнула Маргарита. – Последнее, что меня может напугать, это миллионер бизнесмен-мафиози. Я с одним таким уже две недели под одной крышей живу. Женщина добродушно засмеялась. - Как он, кстати. Я бы хотела с ним побеседовать, очень уж интересно посмотреть на результат, как ты управилась с раздвоением личности. - Я ему скажу, - кисло улыбнулась девушка. – Только, в зависимости от результатов сегодняшнего заседания. Фёдор Иваныч сказал, что, если ему дадут разрешение на продолжение своей «деятельности» и право распоряжения прежним имуществом, – в том числе и сетью, – ему придётся сильно поднапрячься, чтобы вернуть хорошую репутацию. И я очень боюсь, что это будет сложнее, чем мы можем себе представить.

***

Под вечер небо затянулось облаками, дул лёгкий ветер, но несмотря на подпорченную погоду, Разумовский после выдержанного испытания защиты пребывал в некой эйфории. Когда Сергей вошёл в зал суда – у него зуб на зуб не попадало, а недоверчивые и настороженные взгляды судей только усугубляли положение. Но, как и тогда, на презентации «Вместе», он смог взять себя в руки, хотя бы сделать вид, что всё в порядке. Сейчас же Разумовский потерял всякий контроль своего восторга, да до такой степени, что Олег почти всерьёз начал опасаться, что прохожие вызовут полицию или дурку - смотря до чего додумаются сперва. Но, как Волк ни старался, успокоить друга уже не мог; Лис, казалось, совсем забыл о том, где они находятся. Когда они зашли в ближайший сквер, подальше от патрульных, Сергей чуть не до неба подпрыгивал, не зная, куда девать себя от счастья, и, наконец, - походу, решив, что в одиночку радоваться неправильно, - не придумал ничего лучше, как запрыгнуть на Олега сзади. Волков, конечно, такой подлости не ожидал, и они рухнули на газон под клёном. Лис засмеялся, как ни в чём ни бывало, тогда как Олег, злой, морщась от неприятных ощущений, стряхнул с себя непрошенную ношу и, приподнявшись, уселся у корней клёна, потирая руку и раздражённо глядя Разумовского, который, встав с травы, принялся выплясывать нечто невразумительное под несуществующую музыку. Именно в этот момент их нашла Марго; это было не сложно, учитывая, как они шумели, а сквер был как раз недалеко от здания суда. - Что тут происходит? - Марго! Сергей стиснул её в объятиях так крепко, что Высоцкая всерьёз испугалась встретить смерть на десятки лет раньше, в городском сквере – тупо и бессмысленно. Олег, глядя на её выражение лица, скептически улыбнулся. - Добро пожаловать в клуб победителей, или чем опасна победа в суде. - Серый, задушишь! – прохрипела Марго и беспомощно посмотрела на Волкова, но тот, кажется, помогать не собирался, а Разумовский тем временем начал путанно вопить что-то про прекрасный день. Олег зажал уши руками. - Марго, я больше не могу! Угомони этого сумасшедшего! - Да что у вас случилось? Почему он опять сошёл с ума? - Марго, у меня получилось! – впервые членораздельно проговорил Разумовский, вцепляясь руками себе в волосы. - Я гений! Он снова стал плясать, а Марго обалдело посмотрела на Олега, ища поддержки. Тот покачал головой. - И это ещё ничего. Я чуть руку из-за него сломал! А ему – хоть бы хны. Пляшет и пляшет. Дурдом на выезде. Марго рассмеялась. - Ахахаха, Олег, в точку! Тут остановился Сергей и внимательно посмотрел на друзей. - Я всё слышу, между прочим! А в следующий миг случилось то, чего никто не ожидал. Теперь воздух огласил визг Марго, которая внезапно ощутила, что земля исчезла у неё из-под ног, а руки Разумовского сомкнулись на талии. - А-а-а, Серый, отпусти! Где-то внизу раздался низкий хохот Олега. - Не бойся так, Марго. Вот он на меня запрыгнул полчаса назад – так мы вдвоём и рухнули. А если пока ничего не случилось, то нечего и бояться. Серый сильнее, чем кажется. Иначе я зря гонял его последнюю неделю.