Бриллиант без оправы

      Дети — цветы жизни, но не стоит забывать, что и у розы есть шипы. Дети прекрасны в своей открытости, непосредственности и любознательности, но в то же время они могут быть по-настоящему жестоки, возможно, даже не осознавая этого. Именно с самых малых лет начинает формироваться личность, представление о хорошем и плохом. Юное сознание, как уникальнейший алхимический элемент, пластичный и гибкий, легко изменяемый, податливый. Основы закладываются в семье, дополняются знаниями извне. В итоге из сыпучих лёгких частичек могут получиться закалённая сталь или хрупкое стекло, красивая, блестящая, но ядовитая ртуть или застывающий и твердеющий со временем бетон. Казалось бы, сознание ребёнка должно быть лишено предрассудков, но живём мы в мире стереотипов, а значит и юное невинное создание будет им подвержено с рождения. Самые страшные психологические травмы, комплексы и страхи родом из детства.       Чонгук, сам будучи ещё ребёнком, детей недолюбливал. Первые пять-шесть лет своей жизни вроде бы всё было хорошо, легко и весело. Родители любили его всем сердцем, и он отвечал им со всей возможной искренностью. Он был очень активным и милым ребёнком с большими оленьими глазками, счастливой кроличьей улыбкой, задорным детским смехом. Родители баловали и радовали его, и малыш Гуки хотел радовать их в ответ. Ещё неумелыми рисунками, найденным в парке жёлудем, пойманной и бережно укрытой в маленьких ладошках бабочкой, причудливой ракушкой, вынесенной на берег приливом, гладким, отполированным волнами камушком. Такие простые вещи, которые не стоят и воны. Им в принципе невозможно дать цену, потому как они бесценны.       Доброта и открытость, искренность и желание познать целый мир. Всё это было в Чонгуке. Воспитатели в детском саду, каждый ребёнок в его группе, пожилая соседка омега с пушистым шпицем, продавец сахарной ваты в парке — все они были его друзьями. Беззаботная пора, наполненная счастьем, которое таится в самой глупой мелочи. И было ещё очень далеко до определения своей природы, но Гуки было всё равно, кем он будет в дальнейшем. Альфа, бета или омега — это не имело значения, ведь в первую очередь нужно быть хорошим человеком, а всё остальное уже вторично.       А потом началась школа и весёлого стало меньше. Безусловно не сразу, но довольно быстро Чонгук столкнулся с такими понятиями, как конкуренция, неравенство, зависть, подлость.       Первое из них закладывается в сознание корейских детей с рождения, если не впитывается с молоком при кормлении младенцев. Много работай, стань успешным, добейся признания, зарабатывай деньги — только так и никак иначе. Известное высказывание про «рай в шалаше» корейцам совершенно не подходит. С деньгами семье Чон повезло, они ни в чём не нуждались. Рай был в тёплом и уютном доме с прекрасным садом в престижном районе Пусана. Отец-альфа занимал высокую должность в крупной строительной компании, поэтому папа-омега мог себе позволить посвятить первые годы после рождения сына его воспитанию, а уже после вернулся к любимой работе. Они ни в чём не отказывали Чонгуку, но очень чётко закладывали в его голову мысль о том, чтобы чего-то добиться и иметь, нужно приложить усилие, просто так блага с неба не упадут. И с осознанием этой простой истины у Гуки не было проблем. Ему нравилось учиться и получать новые знания. Он не был лучшим учеником в школе, но стабильно держался в первой десятке.       Помимо этого, Чонгук полюбил спорт, регулярно участвовал в межшкольных соревнованиях. Лёгкая атлетика, футбол, волейбол, баскетбол, тхэквондо — он попробовал всё. Тренеры хвалили его, отмечали прекрасные физические данные, прочили блестящую спортивную карьеру, если должным образом сконцентрироваться на чём-то одном. Гуки не мог выбрать, ему нравилось всё, нравилось показывать хорошие результаты и побеждать, да и становиться профессиональным спортсменом ему не хотелось. Он ещё не знал, кем хотел бы быть. Его творческая натура тоже не дремала и хотела получить свой кусочек счастья. Рисовать Чонгуку тоже нравилось, и с каждым годом его картины становились лучше и лучше. С музыкальным слухом было всё в порядке, Гуки красиво пел, участвовал в школьных постановках и фестивалях. Огромная нагрузка, постоянная занятость, работа на результат, и что немаловажно — всё это осознанный выбор ещё совсем маленького человека.       Золотой ребёнок, многогранная личность с огромным потенциалом, предел которого ещё даже близко не обозначен. Со стороны могло показаться, что всё это давалось ему легко, на самом же деле за успехами крылся упорный труд и целеустремлённость. Родители им гордились, учителя были довольны и не скупились на похвалы, одноклассники завидовали. Сдружиться с кем-то по-настоящему у Чонгука не получилось, потому что его же успехи ему ставились в укор. Были приятели по клубам и секциям, знакомые, но вот так, чтобы друг за друга горой, понимать друг друга с полуслова, вот так не было. Особо по этому поводу Гуки старался не расстраиваться, хотя и бывали трудные времена, хотелось иметь хотя бы одного человека, с которым можно было откровенно поговорить, ведь с родителями не всем можно поделиться, несмотря на прекрасные отношения в семье.       Худший период — пубертат, переходный возраст, период становления и проявления истинной природы. Тело меняется, гормоны шалят. Пошлые разговорчики в школьных коридорах, предположения и догадки, кто проявит себя, как альфа или омега, обилие различных феромонов, какой-то нереальный бум на внешности и сексе. Это напрягало. Чонгуку всё ещё было всё равно, кем быть, родители тоже никогда не давили своими суждениями и просто любили сына за то, что он у них есть. Но вот общественное мнение игнорировать становилось сложнее. Благодаря интенсивным тренировкам, отцовским генам и огромной любви к банановому молоку, Гуки имел крепкое, атлетическое телосложение, он был одним из самых высоких и сильных учеников в классе и параллели. Красивое лицо, за исключением, пожалуй, слишком большого носа и шрама на щеке, хотя для альфы это особого значения не имело. Целеустремлённость и упорство, желание всегда и во всём быть первым. Никто не сомневался, что Чон Чонгук — будущий альфа. И он сам тоже поверил, ну а кем ему ещё быть с такими данными?       Чаще всего половое созревание наступало в возрасте тринадцати-пятнадцати лет, у кого-то раньше, у кого-то позже. Гуки запаздывал. Врачи заверяли его и родителей, что это нормально, что он здоров, а организм развивается в своём темпе, поводов для беспокойства нет. Чонгук и не беспокоился, было слишком много других занятий и дел, на которые можно потратить время и силы. Он мысленно уже свыкся со своей будущей ролью и всячески старался соответствовать гордому званию сильного пола. Старательно учился, чтобы на выпускных экзаменах не оплошать и не упустить свой билет в светлое будущее. Продолжал посещать тренировки, совершенствовал тело и дух, привозил домой грамоты и кубки с национальных первенств. Между делом увлёкся созданием коротких видеофильмов и фотографией. В отличие от своих школьных товарищей не разменивался на попытки завязать какие-то романтические отношения, хотя, ещё будучи без точного статуса, неоднократно был предметом внимания омег и получал записки с признаниями и шоколад на День Святого Валентина.       А потом наступил самый худший день в его жизни. В этот день Чонгук проснулся с высокой температурой, а вместо терпкого и подавляющего аромата крепкого кофе или сандала комнату заполнил лёгкий сладкий цитрус. Кажется, пахло мандаринами. И в первые минуты бодрствования осознание было где-то далеко, тело вело себя иначе, какая-то несвойственная ему тяжесть и вялость заполнила каждый атом. Жуткая сухость во рту и тянущая боль внизу живота, переходящая в очень неприятные спазмы. Подступающую панику подгоняло ощущение влажных пижамных штанов и простыни. Чонгук закричал. На его зов буквально через минуту подоспел папа, мгновенно понимая происходящее. С тёплой улыбкой он тут же притянул сына в объятия, успокаивая и ласково поглаживая по спине, приговаривая, что всё будет хорошо, что всё в порядке, бояться не нужно. Через полчаса вызванный семейный доктор сделал стабилизирующий гормоны укол, рекомендовал пить побольше жидкости и как следует отдохнуть грядущие пару дней, и напоследок, словно гвоздь забил в крышку гроба, поздравил Чонгука с обретением статуса «омега». Это была катастрофа.       Лекарство подействовало, как и должно было, Чонгук вскоре уснул, а по пробуждению его накрыла тихая истерика. Он ревел в подушку, чтобы никто не услышал, оплакивал, сам не зная что. Не было ровным счётом ничего плохого в том, чтобы быть омегой, и он это понимал. Но когда твои ожидания не оправдываются — это больно и неприятно. На протяжении последних нескольких лет Чонгук был уверен в своей истинной природе, он готовился стать альфой, сильным и смелым, успешным и достойным. Его поведение полностью соответствовало поведению альфы, да он и выглядел, как альфа. И что теперь? Как с этим всем быть дальше? Как в школе-то показаться?       С жестокостью своих одноклассников и травлей Чонгук сам напрямую не сталкивался, повезло, некую неприкосновенность и уважение всё-таки за свои таланты он имел, да и придраться было не к чему, были более подходящие кандидаты. Да, дети жестоки в своей прямоте. Избыточный вес или наоборот излишняя худоба, ношение очков или подростковые прыщи на лице, некрутая модель телефона, дешёвая куртка и поношенная обувь, слишком или недостаточно умный. Найти повод не проблема, покажешь слабину, живого места не оставят. И это дети, те самые цветы жизни, которые пытаются растоптать своих потенциальных конкурентов за место под солнцем на ранних стадиях. Чонгук сам в подобном никогда не принимал участия, но и не вмешивался, его это не касалось. По своей натуре он был неконфликтным, мягким, наверное, даже, хотя видимый образ непробиваемого, целеустремлённого парня говорил об обратном. Поэтому идти в школу с новым статусом он боялся.       А его занятия тхэквондо? Ещё несколько дней назад он на равных тренировался с альфами, бетами и такими же ребятами без статуса, а теперь всё, на равных больше не получится. Другая группа, другой наставник, совершенно другой уровень, ведь он омега. Это просто нелепо!       А если подумать о не таком уж и далёком будущем, лет через пять-десять ему семью создавать и детей рожать, то есть он сам физически сможет выносить ребёнка. А чтобы появился ребёнок, нужен альфа и секс, и, о господи… Стыдно-то как о таком даже думать. Чонгук ещё ни разу не целовался, а первая течка его буквально заставила кричать от ужаса. И нет, он не был настолько невинным и непросвещённым. Мастурбировал, как и все подростки, но как-то обезличено, перед глазами не было образа раскрепощённой, соблазнительной омеги, про брутального альфу и говорить нечего, ему такое в голову прийти попросту не могло, ведь Чонгук сам позиционировал себя альфой. Сегодняшний день всё перевернул вверх дном. Всё стало очень сложно и непонятно. Ему вообще никто не нравился, он ни разу не был влюблён. Хотя ладно, он самую малость был влюблён в Тони Старка, но господь всемогущий, это же совсем другое! Кто бы смог устоять перед обаянием и харизмой Железного Человека?! Разумеется, Чонгук словил краш. Но персонаж из комикса и кинофильма недосягаем, а реальность пугает своей неизвестностью. Что будет дальше? Все сопутствующие биологические процессы и потребности организма омеги, течки на регулярной основе и много других прелестей. Сущий кошмар, вот, что будет дальше.       Выть хотелось от безысходности и неотвратимости, и Чонгук скулил всё в ту же мокрую подушку, потому что несправедливость и злая шутка, сыгранная с ним судьбой, рушила привычный уклад. Принять себя омегой никак не получалось, хоть он и понимал, что изменить ничего нельзя.       Родители были добры и ласковы, они гордились им и поддерживали сына, несмотря на, как думалось самому Чонгуку, проигрыш в гендерной рулетке. Это придавало сил и дарило некое успокоение. А через пару дней после «худшего дня всей жизни» нужно было возвращаться к занятиям. Первая течка, как правило, протекает в лёгкой форме, сигнализируя о готовности организма ко взрослой жизни. Что ж, Чонгук сигнал принял к сведению, но не был готов ко всему остальному, поэтому обсудив с папой нюансы, записался на приём к врачу, чтобы подобрать подходящие блокаторы. Распространённая практика, чтобы ничто не отвлекало от затяжного забега за лучшее место под солнцем. Чонгук бегал очень быстро, был выносливым, и то, что он омега, не меняло ровным счётом ничего.       Как же малыш Гуки ошибался.       Класс встретил Чонгука оглушительной тишиной и ошарашенными взглядами. Он не привык быть в центре внимания, точнее именно такого внимания, оценочного не в хорошем смысле слова. Поздравлений и поддержки не было. Чужой среди чужих и чужой среди своих. Омеги, которые недавно строили глазки, восприняли его, как потенциальную угрозу и конкурента. Приятели-альфы явно недоумевали, потому что, Чон Чонгук, чёрт возьми, что ты за покемон такой? У одноклассников тоже были ожидания, и они не оправдались.       Слухи и сплетни, шепотки и мерзкое хихиканье за спиной. Его обсуждали и осуждали за то, чем Чонгук управлять не мог. А впереди ещё полтора года в старшей школе. Без пяти минут взрослые дети нашли повод и новое развлечение. Не обращать внимания, игнорировать подколы и подначки сложно, почти невозможно. Огрызаться, ввязываться в перепалки или драки ужасно некомфортно по множеству причин. Если дойдёт до учителей, то дойдёт до родителей, те будут огорчены, будут переживать, а если попытаются вмешаться — станет ещё хуже. Поэтому Чонгук предпочёл абстрагировано терпеть. К счастью, уколоть или задеть пытались словесно и морально, всё-таки заслуженный обладатель чёрного пояса из подростковой драки точно вышел бы победителем.       Общественное мнение, хочешь не хочешь, будет оказывать влияние, даже если быть на сто процентов уверенным в своей правоте, рано или поздно зародится зерно сомнения. Искать всеобщего одобрения является нормальным желанием, если только в погоне за ободрением ты никому не наносишь вред, в первую очередь самому себе.       Википедия говорит о том, что система стереотипов представляет собой социальную реальность. А сам стереотип — это заранее сформированная оценка, основанная на предыдущем опыте, принятый образец чего-либо. Также можно сказать, что стереотип — это традиция. Почему-то у многих складывается впечатление, что стереотип — это плохо. Но запускать фейерверки на праздник — это традиция. Что в этом плохого? Нет, в большинстве случаев это очень даже весело, если чётко соблюдать технику безопасности. А когда идёт дождь, никто не ждёт, что на улице будет сухо, все знают, что будет мокро и влажно, поэтому если собираются на прогулку, берут с собой зонт. Зимой в морозы принято тепло одеваться, чтобы не заболеть. И это тоже стереотипы. Всё это помогает людям осознавать реальность, опираясь на опыт предыдущих поколений, сэкономить время и ресурсы организма на повторной оценке действительности. Подводя итог, стереотип, традиция, образец, стандарт — эквивалентные понятия и в большинстве своём скорее полезны, нежели опасны.       Стремление упорядочить и подогнать всё и всех под один стандарт не лишено смысла, если бы это удалось, жизнь, наверное, была бы проще и определённо скучнее. Да, человечество бы очень много потеряло, если бы не пыталось вывести яблоки со вкусом бананов, или апельсины со вкусом лимона. Если бы никто не выходил за рамки, цивилизация бы давным-давно ушла в упадок, а обезьяна так никогда бы и не взяла в руки (лапы?) палку, никто бы не изобрёл первое колесо, а бедный-несчастный Плутон не лишился бы статуса планеты, потому что про него никто бы вообще так и не узнал. А говорят, размер не имеет значения. За Плутон очень обидно, и весь сыр-бор из-за того, что он карлик. Дискриминации подвергаются даже далёкие планеты, что уж говорить об окружающих нас людях.       В случае Чонгука размер тоже имел значение. По стандартам корейской красоты омега должна быть невысокой и стройной, талия у неё должна быть тонкой, желательно, чтобы альфа мог легко обхватить двумя руками, ключицы чётко выделенные, руки изящные, пальцы музыкальные, ноги длинные, попа, как орех, а волосы только в трёх местах и все на голове. Волосы густые и гладкие, ресницы длинные и пышные, брови — форма на любителя, но чтоб были обязательно. Глаза большие и выразительные. Губы пухлые и чувственные, скулы точёные и острые, нос аккуратной и правильной формы. Улыбка ослепительной и обворожительной, зубы ровные. Кожа гладкой и белой, как снег.       Так вот, малыш Гуки не вписывался в стандарты. Да и малышом его уже назвать было нельзя. Он был примерно одного роста с альфами своего возраста, а вот плечи у него были шире и мышц больше. С волосами, губами, глазами, ресницами и бровями всё было в порядке, а нос всё ещё был слишком большой. Скулы надёжно прятались за по-детски пухлыми щёчками. Родители говорили, что он похож на крольчонка, когда улыбается. Мило, но не сексуально. А омега должна быть сексуальной, чтобы привлечь альфу. Всё это Чонгук ежедневно видел в зеркале, он понимал, что его тело, которым раньше так гордился, нетипично для омеги. Добрые одноклассники не забывали регулярно ему об этом напоминать, каждый раз стараясь задеть побольнее. Откуда в детях столько злости?       Постоянный стресс и давление окружающих, огромная нагрузка по учёбе, приём гормональных препаратов, как итог — проблемы на лицо. Буквально. Ко всему прочему добавилось акне. Хуже просто и быть не может.       Со спортом было покончено, в продолжении тренировок Чонгук больше не видел смысла. Родителям своё решение объяснил тем, что хотел бы полностью сконцентрироваться на учёбе, как-никак выпускной класс на носу. Те похвалили сына за усердие и старания, но напоминали о важности отдыха и досуга. В действительности же Чонгук пытался избавиться от мышечной массы и похудеть, приблизиться к стандарту, и, может быть, тогда всё изменится, он наконец впишется. Экспресс диета, очень похожая на голодовку, закончилась обмороком, который чудом удалось списать на переутомление.       Сил не было ни на что, оценки стали хуже, прыщей больше, килограммы уходили, а талия руками никак не хотела охватываться. И да, Чонгук проверял своими силами, потому что, что? Верно, руки у него тоже были большие! Отстранённое, пофигистическое лицо в школе, дома за закрытыми дверями своей комнаты беззвучный плач в подушку. А поделиться своей болью можно лишь с молчаливым ушастым Куки, любимой игрушкой из детства. Плюшевый розовый кролик слушал, всё понимал, но сказать что-то или помочь ничем не мог.       Столкнувшись со стереотипами, Чонгук проиграл. Весёлый, открытый, привыкший всегда побеждать, золотой ребёнок превратился в замкнутого, нелюдимого, колючего подростка с кучей комплексов за какие-то полгода. Сознание проявило свою гибкость и лояльность к мнению большинства. Некрасивый, нескладный, никому не нужный омега, говорили они, и Гуки тоже в это поверил.       Разные мысли посещали юную, беспокойную голову, тёмные и мрачные в том числе. Они казались заманчивыми и простыми, но поступить так жестоко со своими родителя он бы никогда не посмел. Поэтому он продолжал искать выход, пытался сделать свою жизнь проще. Привыкший всего добиваться самостоятельно, и проблемы решать тоже, Чонгук не пошёл за советом к папе, он всё придумал сам. Решение оказалось простым и очевидным: последовать своим же отговоркам и сосредоточиться на учёбе, все силы вложить в подготовку к выпускным экзаменам, слушать музыку в перерывах между уроками, а не тупых, ограниченных одноклассников, поступить в один из престижных Сеульских университетов, уехать туда, где тебя никто не знает и стать наконец-то тем, кем ты захочешь. Освободиться. Отличный план, прям как в третьем Железном Человеке, протокол «Чистый лист». Спасибо, мистер Старк!       С диетой было покончено, на кой чёрт гнаться за недосягаемым стандартом, кости от этого меньше не станут. Да и для чего это нужно, точнее кому? Чтобы понравиться какому-то эфемерному альфе? Получить одобрение от человека или людей, которые для тебя ничего не значат? Что-то логики здесь никакой не прослеживается. Очень кстати Чонгук вспомнил, что у него тоже есть стандарты. И ни один знакомый альфа под них не подходил. У него перед глазами наглядный пример отношений, построенных на взаимном уважении, доверии и любви, вот к чему нужно стремиться.       Возвращаться в секцию тхэквондо не было никакого желания, поэтому Чонгук занимался самостоятельно, вновь стал бегать по утрам. Прежнюю форму навряд ли удастся нагнать так быстро, но трудолюбия и усердия ему не занимать. Он никогда раньше не испытывал дискомфорта, находясь в своём теле, ему нравилась рельефность, тонус и сила в мышцах. Так что же изменилось? Ничего, кроме уточнения в медицинской карте и официальных документах — «Ω».       Учёба выравнивалась, насмешки игнорировались, прыщи затухали, единый экзамен и выпускной неумолимо приближались. Он очень старался стать прежним собой, но как будто кнопку на пульте заело, отмотать назад не получалось. Родители любили его любым, а одноклассники почему-то хотели задеть и унизить, посмеяться. В поисках ответа на «почему же так?», находилось только «потому что», сомнения в своей нормальности не желали никуда деваться.       И ведь он такой не в единственном экземпляре, Чонгук специально искал в интернете. Даже среди знаменитостей, общественных деятелей и политиков встречаются нетипичные альфы и омеги, хотя всё больше среди западных, там с этим попроще, видимо. Напрашивался в целом очевидный вывод: у кого-то очень жёсткие рамки и узкие взгляды, а значит, не видать им открытия ещё одного карликового Плутона, да и летающие машины ещё не скоро появятся, хотя Илон Маск и старается. Одному противостоять толпе сложно, да и далеко не всегда нужно. Мир станет проще и лучше только в том случае, когда его перестанут заключать в рамки. Бриллиант без оправы не перестанет быть бриллиантом, а картина без рамы не утратит свою красоту и смысл, книга без обложки не лишится содержания. А если говорить о человеке, отбросив гендер, всё также остаётся человек. Альфа, бета или омега — значения не имеет, ведь в первую очередь нужно быть хорошим человеком, остальное уже вторично.       Юный Чон Чонгук продолжал размышлять и пытаться найти ответ на вопрос, который люди пытаются решить уже не одно столетие. Двойственность стереотипов просто убивала веру в человека. Работодатели хотят найти хороших сотрудников с нестандартным подходом, свежую кровь, которая поразит всех своими идеями. Креативность нынче в моде. Но почему-то нестандартная омега вызывает столько негатива одним своим существованием. Ну не любишь ты мороженое с мятным шоколадом, так не ешь, не смотри даже на него в магазине, пройди мимо, не сотрясай воздух впустую, оно, между прочим, от тебя тоже может быть не в восторге.       Адекватный человек, а Чонгук причислял себя именно к этой категории, в первую очередь будет искать изъян в себе. Он пробовал, пытался найти причину, пробовал подогнать себя под нужные рамки, и ничего не получилось. Плохо было только ему, а поток хейта не прекращался, его продолжали убеждать в своей ущербности. Может быть, тогда ему просто не повезло со школой и одноклассниками? Может быть, в университете будет по-другому?       Последние полтора года были слишком тяжёлыми для Чонгука, столько переживаний и пролитых слёз. Он всегда стремился быть сильным, и только благодаря этому смог вынести и выдержать это давление. Не сломался, не согнулся, хотя к земле притягивало сильно. Временами хотелось забиться в тихий тёмный угол, свернуться в клубочек, как котёнок, и остаться там навсегда, чтобы никого не видеть, и чтобы никто не трогал.       Он пережил единый экзамен, получил хорошие баллы и поступил в Сеульский Национальный Университет. Готовился к переезду, вновь боялся неизвестности, и в то же время с нетерпением ждал перемен. Он не создавал для себя радужных иллюзий и не питал глупых надежд, он готовился трудиться и усердно работать, получить нужные навыки, стать успешным и востребованным архитектором, создавать инновационные проекты, удивлять людей. И не тем, что Чон Чонгук — нестандартная омега, а тем, что он мастер своего дела. Он знал, что вдали от дома будет сложно, ведь там он будет совсем один. И снова океан вопросов и страхов: сможет ли он с кем-то подружиться, впишется ли в новый коллектив, справится ли с нагрузкой? Школа оказалась пройденным этапом, впереди новая ступень. Чонгук усвоил все уроки, пережил свою катастрофу и самый худший день, смирился со своей природой, продолжал пытаться быть самим собой и нравиться в первую очередь себе, вот только осадочек всё равно остался.       На выпускной Чонгук не пошёл, проводить лишние часы с уже бывшими одноклассниками и давать ещё один повод над собой поглумиться он не хотел. За ним не ухаживали альфы или беты, не было свиданий, первый поцелуй всё ещё был при нём, никто не покушался. У него не было пары для выпускного, Чонгук внезапно не обзавёлся чувством стиля и краситься тоже не умел. Разобравшись в себе, он кое-что понял. Прикол в том, что, оказывается, его это не беспокоило, да, ему было и так нормально, комфортно, но почему-то всё это жутко волновало других.       Всё это оставалось позади, и слёзные прощания с родителями, и крепкие объятия, а впереди три с половиной часа в пути.