Мой ласковый и нежный зверь

Женька снова перекинул ногу на ногу и тут же поймал недовольный взгляд сидящей рядом женщины. Подтянув к себе злосчастные конечности, он сел ровно и тут же непроизвольно задергал коленом. «Да едрит-мадрид!» — парень со вздохом поднялся и медленно заходил вдоль стоек регистрации, стараясь не уходить далеко от дверей, из которых вот-вот появится Потапов с чемоданом. Вот и закончилось общение на расстоянии: завершив дела и подготовив себе смену, Потапов возвращался обратно, теперь уже навсегда. Он успел-таки до начала июля, поэтому фактически ушел в отпуск с последующим увольнением, чтобы они наконец-то смогли отдохнуть вместе подольше, учитывая, что Женька и сам сейчас находился в заслуженном тяжким трудом отпуске. Конечно, отдых от работы не освободил его от подготовки к сессии и производственной практики, но, тем не менее, теперь парни могли посвятить друг другу больше времени, чем в трудовые будни. Прошлый приезд Потапова вдохнул новую порцию силы духа, за спиной Женьки снова выросли крылья. Он сдал новехонький отчет Кудряшову и закрыл сессию без троек. Даже той злобной профессорше, которая грозилась уничтожить парня прямо на экзамене, нечего было предъявить: он смело отвечал на каверзные вопросы, вызубрив предмет на десять с плюсом. Скрипнув зубами, женщина высокомерно поправила очки на переносице и старательно вывела в зачетке отметку «Хорошо». Могла бы снизойти и до пятерки с такой-то подготовкой парня, но Женька только в мыслях укорил ее за упрямый характер и принял четверку как должное. Пропуски есть пропуски, накосячил — впредь будет умнее. Кажется, они оба запомнят друг друга: студент, все же выучивший предмет на всю жизнь, и мстительная профессорша, поставившая отметку выше, чем намеревалась. Пару раз в неделю на выходные Женька приезжал в гости домой. Скорее, к Лике, чтобы поучиться вместе и обсудить похожие предметы. Они в самом деле подружились: бездоказательные укоры и едкий сарказм в сторону брата испарились в одно мгновение, и Лика все чаще просто шутила, радуя Женьку хорошим чувством юмора и отзывчивостью. Мать изредка заглядывала в комнату, когда слышала громкий непринужденный смех, улыбалась и возвращалась в зал, не тревожа их уединение. Однажды в университете им пришлось стоять чуть ли не спиной к спине, чтобы защититься от нападок каких-то стерв, которые попытались задеть Лику тем, что она — безотцовщина, а потому неполноценный человек. Конечно же, в толпе свидетелей девушки выразились иначе, но даже изумленный Женька догадался о смысле брошенной скользь невинной фразы. Они явно выводили ее на негативные эмоции, и Женька поспешил встрять между ними, в надежде исчерпать конфликт как старший брат, но не успел: в сторону злодеек посыпались издевательские обзывательства, точно так же завуалированные невинными фразами, что даже Женька заслушался. «Что ж, — подумал в тот момент парень, гордо наблюдая за сестрой и улыбаясь уголком губ, — все-таки не зря мы с самого детства любили читать. Вон, как шпарит! Они, наверное, даже половины не поняли!» Позже Лика попросила его никогда не вставать на ее защиту, аргументируя тем, что учится выживать в жестоком мире. С тех пор Женька больше не пытался встревать в сестринские конфликты — бесполезно, она вполне способна постоять за себя самостоятельно. Кажется, в этом они похожи друг на друга как никто. Свой очередной день рождения Женька снова провел перед экраном ноутбука с бутылочкой пива за легким трепом с Потаповым, но на выходные мать все же зазвала его домой. Они собрались за столом и, как ни странно, весело отметили Женькин праздник хоть и маленькой, но теперь уже дружной семьей. Подвыпившая мать впервые выглядела более-менее счастливой, разглядывая собственных детей с непривычной теплотой во взгляде и не встревая в их громкие споры по поводу учебы, просмотров фильмов, чтения книг. Она просто слушала, а Женьке казалось, что наконец-то в их доме воцарился лад и спокойствие. Не веря собственным глазам, парень пару раз обернулся на молчаливую мать и тихо интересовался: — Мама, все хорошо? Та кивала головой, делала глоток вина и махала рукой: — Я в норме. Не обращай внимания. Болтайте, я просто послушаю. Что ж, видимо, и она почувствовала, что в кои-то веки за обычным праздничным столом витает уют и гармония. Наконец, двери багажной зоны распахнулись, и оттуда повалили первые пассажиры с рейса из Хабаровска. Женька встал на видное место, выискивая взглядом знакомое лицо. Прилагать особых усилий не придется: голова высокого и крепкого красавца в любом случае будет возвышаться над всей этой толпой. Парень за всю жизнь еще не встретил человека выше Потапова. Он такой один. И вот, как Женька и ожидал, из дверей выскользнул он — в нежно-голубой рубашке с короткими рукавами, синих джинсах, с солнцезащитными очками на макушке. Он почти сразу поймал Женькин радостный взгляд и тут же улыбнулся, ускорил шаг и направился сквозь толпу навстречу, толкая перед собой чемодан. Женька бросился вперед, и как только они сравнялись, тут же заключили друг друга в крепкие объятия. — Ты совсем не удивился, когда меня увидел, — с неприкрытым разочарованием пробормотал Женька. Ведь готовил сюрприз и не сказал, что встретит. — Я скорее удивился бы, не увидя тебя здесь, — отозвался мужчина, а потом отстранился и добавил. — Я уже хорошо тебя выучил, но это не значит, что ты стал предсказуем. Я сам бы поступил точно так же. На улице бушевал июль. Таксист открыл все окна нараспашку, устроив сквозняк. Шаловливый ветер трепал воротничок голубой рубашки, забираясь за шиворот, а Потапов спокойно смотрел в окно и едва уловимо улыбался. Женька бросал на него быстрые взгляды и тут же отворачивался. Сдержаться бы, чтобы не протянуть руку и не сжать ладонь, так расслабленно лежащую между ними. Потапов не подавал виду, но Женька тоже хорошо его выучил: облизывание сухих губ, сглатывание слюны, поглаживание костяшек большим пальцем в кулаке. Он жаждал прикосновений и тоже усердно себя сдерживал. Уже в квартире Женька приготовился выпрыгнуть из слегка взмокших шмоток, в надежде упасть голым на диван и насладиться прекрасным телом долгожданного любовника, как вдруг Потапов откатил от себя чемодан и пробормотал: — Может быть, прогуляемся по городу, пока день на дворе? Женька встал как вкопанный, в удивлении уставился на мужчину, который даже не стал снимать обувь, и тупо вымолвил: — А? «Гулять? Сейчас?! Мы же так давно не виделись!» — ему даже обидно стало. Он так сильно соскучился по тактильным ощущениям, что после невинного предложения пройтись внезапно почувствовал себя настоящим извращенцем. Потапов выглядел уравновешенным и непринужденным, ни тени возбуждения в глазах. Неужели только Женьку надвое разрывает от желания уединиться в постели? — Конечно, — он очнулся и быстро затараторил, стараясь выбросить из головы пошлые мысли, — пойдем погуляем. Мы давно вместе не гуляли. В Новый год был последний раз, да? Куда ты хочешь? Можем, проехаться до набережной… Потапов вдруг расхохотался, и Женька изумленно застыл. Что происходит, в конце концов? Мужчина подошел ближе и притянул ошеломленного парня к груди: — Какой же ты милый! — он вдруг мягко чмокнул его в губы и снова посмеялся. — Я твои мысли насквозь вижу, Женечка. «Какие гульки, Медведь! Ну-ка быстро раздел меня и завалил на диван!» — Дима! — парень в отчаянии хлопнул ладонью по крепкой груди — не больно, но так сильно, чтобы проницательный амбал почувствовал его гнев. — Хватит уже читать мои мысли! Так нечестно! — Я не читаю мысли, я просто чувствую тебя душой, — с теплотой в голосе отозвался Потапов, а потом перекинул парня через плечо, словно мешок картошки, и направился в сторону дивана. — Ну-ка пошли со мной. Проверю, как ты соскучился. Потапов опрокинул парня на диван, и возмущенному Женьке после такого небрежного отношения к себе захотелось с силой отпихнуть ухмыляющегося мужчину, но стоило Потапову стащить с себя рубашку и продемонстрировать рельефные мышцы на груди, как запал взбунтоваться мгновенно угас. Женька заскользил восхищенным взглядом по плечам, груди, бедрам и судорожно сглотнул, желая лишь одного — коснуться упругих мышц пальцами, губами, языком, почувствовать их собственной грудью. Потапов расстегнул ремень, скрипнул ширинкой, продолжая рассматривать притихшего парня: — Ждешь, пока я тебя сам раздену? Женька все же поднял взгляд выше и с вызовом уставился прямо в лицо мужчины: — Нравится твой стриптиз, не хочу отвлекаться. Потапов и впрямь раздел его сам, а следом заставил молить об оргазме. Видимо, «мстил» за дерзость, но парню стало все равно, насколько развязно он выглядит, пока в исступлении шепчет опухшими губами «Возьми меня! Возьми меня прямо сейчас!». Потапов откликнулся на просьбу только с третьей попытки: уложил парня на живот, приподнял бедра и неторопливо вошел в него сзади. Он двигался очень аккуратно, плавно и осторожно, но возбужденному парню хватило нескольких секунд, чтобы задрожать в мощном остром оргазме. Он вскрикнул и вцепился напряженными пальцами в простыню, продолжая постанывать от каждого движения, которое задевало распухшую простату. Казалось, оргазм все еще не отпускает его, тело совершенно ослабло, не слушаясь его. Женька едва не захлебнулся от наслаждения, с трудом сдерживаясь, чтобы не вырваться из крепких рук. Потапов внезапно накрыл его спину своим телом, сжал запястья, придавил к дивану: — Тебе не больно? — Нет, — на стоне выдохнул Женька. — Ты дрожишь… — Просто я… мне… Потапов шевельнул бедрами разок-другой, поясница Женьки непроизвольно изогнулась в ответ на приятные импульсы, снова загулявшие по изможденному телу. — Ах! — Люблю, когда ты так всхлипываешь, — хриплый шепот в ухо. Зачем же он так сладко бормочет?! Это же так сильно возбуждает! — Дим… — он сжал пальцы Потапова в своих, прислушиваясь к подкатившей теплоте в паху. Вот снова! Он с ума сегодня сойдет! Женька зажмурился, задержал дыхание, сознание полностью сосредоточилось на очередном оргазме. Изо рта вырвались жалобные стоны, и он окончательно обмяк под тяжелым взмокшим телом беспощадного мужчины. — Уже два, хочешь сказать? — послышался нарочито обиженный возглас. — Так нечестно. У меня сегодня точно будет только один. — Будет… три — один… и инфаркт… если ты… сейчас же… не остановишься… После подобной угрозы Потапов ускорился за спиной и почти сразу кончил, словно только этого и ждал все время, но растягивал удовольствие и не желал отрываться от возбужденного парня. Склонившись к лицу Женьки, он мягко поцеловал его губы и судорожно выдохнул: — Никаких мне тут инфарктов. Ты мне живой нужен. Надеюсь, я удовлетворил твое желание уединиться? — Более чем, — расслабленно выдохнул парень, усиленно стараясь не вырубиться от усталости. — А теперь спокойно полежи рядом… и позволь мне вспомнить, как дышать… Потапов рухнул на постели и послушно затих. Женька никак не мог перевернуться с живота на спину, бессильно растянувшись на пятне собственной спермы. Сейчас столь незначительное неудобство не смогло бы сдвинуть его с места. За последние полчаса он изрядно вымотался — и эмоционально, и физически, потому что всегда отдавался Потапову со всей искренностью в душе. Наверное, он с легкостью вырубился бы прямо сейчас, если бы теплая ладонь мужчины не скользнула по спине: — Женя, не засыпай. Нам правда нужно прогуляться. Парень обернулся через плечо и сонно пробормотал: — Тебе куда-то нужно? — Нам. Нам куда-то нужно, — Потапов взглянул на наручные часы. — У нас остался час. Так что давай-ка освежимся и вызовем такси. — Не скажешь, куда мы едем? — Пусть будет сюрпризом, — подмигнул ему мужчина и потопал в ванную. Прохладный душ привел затуманенные мысли и разгоряченное тело в порядок, и уже через полчаса они ехали на другой конец города в такси. Женька не выпытывал место назначения: все равно через пару минут он обо всем узнает. Потапов не из тех, кто будет долго томить. Такси припарковалось у подъезда панельной пятиэтажки, Потапов протянул деньги и выскользнул из салона. Женька попрощался с водителем, захлопнул дверцу и оглядел двор. Район был ему незнаком. Это точно не дом, где Потапов прожил детство и юность. У подъезда их встретила женщина: — Добрый день, Дмитрий. Хозяйка не смогла приехать, поэтому я сама проведу вам экскурсию по квартире. Готовы? — Готовы, — улыбнулся Потапов и взглянул на удивленного парня. Женька только сейчас начал понимать, что происходит: Потапов привез его посмотреть на потенциальную квартиру, в которую они возможно вскоре смогут переехать. Парень молчал всю дорогу на третий этаж, не в силах даже глубоко вдохнуть, не то что задать волнующий вопрос. Так скоро? Потапов словно воспарил духом, едва вернувшись обратно в родной город. Он не стал откладывать обещания в долгий ящик, а сразу же занялся их реализацией. Женьку очередной раз покорила бесспорная готовность мужчины идти дальше, вперед, не оглядываясь на несчастное прошлое. Казалось, он готов построить настоящую семью. С ним, с Женькой, с парнем, которого действительно любит. Женщина открыла дверь ключом, попросила их разуться в коридоре и пригласила в квартиру. — Пойдем, — Потапов мягко подтолкнул оробевшего парня внутрь и кивнул на зал. — Присматривайся, изучай, задавай вопросы. — Дим, я… я никогда раньше не выбирал квартиры… — запротестовал было Женька, окончательно растерявшись. — Тогда слушай внутренний голос: нравится или не нравится. Ты это почувствуешь. Походи, потрогай стены, выгляни в окно. Готов ли ты к такому виду из окна? Приятна ли тебе атмосфера в комнате? Я пока изучу санузел, а то у меня в гостинке он был слабым звеном. Не хочу заново обжечься. Имей в виду, — Потапов притормозил на пороге зала, — это первая квартира. Мы сегодня успеем посмотреть только три. Так что не делай поспешных выводов. Мы не торопимся. Мужчина ласково улыбнулся ему и скрылся в ванной, а Женька шагнул в зал, мягко ступая по линолеуму, словно в страхе навредить чужим апартаментам. В чужой квартире он находился впервые. Однажды он так же подумал о квартире Потапова, когда впервые попал к нему как гость, но сейчас язык не поворачивался назвать ее чужой: гостинка стала для него вторым домом. В материнской квартире он родился и вырос, в квартире Потапова познал уважение, счастье и любовь, а это дорогого стоит. Он побродил вдоль стен, посмотрел на бежевые обои, навесной потолок с люстрой, подошел к окну и выглянул во двор. Квартира показалась ему достаточно уютной для них двоих. Они вполне могли бы здесь поселиться, но большего он не почувствовал, и внутренний голос, про который говорил Потапов, молчал как партизан, никаким образом не подавая заинтересованности. — Кухня небольшая, — разочарованно цыкнул Потапов, подкравшись сзади, и тоже посмотрел в окно. — Зато санузел свежий. Менять или докупать ничего не придется. Ну что? Как тебе? Женька пожал плечами: — Вроде хорошо. — Чего так неуверенно? Для нас все будет хорошо, — бодро хмыкнул Потапов, — после нашей конуры-то. — А мне нравится наша «конура»… — обидчиво буркнул парень. Потапов устало вздохнул и развернул парня к себе лицом: — Женя, ты ведь понимаешь, почему я ищу новое жилье… — Понимаю, — Женька не дал ему договорить, потому что и впрямь понимал: желание положительных перемен, создание уюта в новых отношениях и потребность жить в квартире с удобствами, ведь они оба это заслужили, — и поддерживаю твое решение сменить место жительства. Я только хотел донести до тебя мысль, что твое нынешнее жилье меня тоже устраивает. Я совсем не привередливый. Потапов внимательно изучил его лицо и вдруг выпрямился: — Раз здесь мы закончили, поехали смотреть дальше. Вторая квартира напомнила Женьке родную хату: то же расположение на лестничной площадке, то же расположение комнат, кухни и санузла, только этаж первый и без балкона. Парень ничего не сказал, но из-за смутного чувства дежавю испытал легкое отвращение к квартире. Пусть здесь совсем недавно сделали косметический ремонт с заменой проводки, теперь Женька определенно понял, что хотел бы увидеть среди изученных квартир — их непохожесть на его предыдущие места жительства. Он точно хотел бы абсолютной новизны. — Дальше? — подмигнул ему Потапов, и Женька с уверенностью кивнул: — Дальше. В конце концов они ведь не торопятся влезать в ипотеку и всего лишь изучают рынок. Последняя на сегодня квартира оказалась на восьмом этаже десятиэтажной панельки. В коридоре, снимая обувь, Женька еще ничего не почувствовал — по обыкновению принюхался к запаху свежего ремонта, и на этом органы чувств снова уснули — но стоило пройти в зал, как парень застыл в задумчивости. Нет, его не покорили изящные обои, имитирующие мрамор, и матовый бежевый натяжной потолок. Нет, он не восхитился красивой люстрой и арочному исполнению прохода между коридором и гостиной. Нет, он не удивился огромному пустому пространству зала. Он всего лишь начал мысленно обставлять мебелью все вокруг. Автоматически. Он заходил вдоль стен, присматриваясь к углам: вот тут идеально поставить угловой диван, а напротив — повесить огромную плазму, чтобы смотреть сериалы после работы; вот здесь напрашивается шкаф с книгами или стеллаж с цветами, фотографиями, фигурками; вот тут можно установить стол с абажуром и заниматься уроками. Женька молча обошел зал, затем кухню и коридор, не в силах остановить собственное воображение, и успокоился только на застекленном балконе. Западная сторона позволила наблюдать закатное солнце: «Как же здесь было бы здорово пить горячий чай зимними вечерами!» Теплая ладонь легла на его плечо. — Вижу, тебе нравится, — Потапов смотрел ему в глаза без осуждения, понимающе. — Из всех просмотренных сегодня квартир, — тяжело сглотнул Женька и тоже всмотрелся в глаза мужчины, — эта ведь… самая дорогая? — Верно, почти на «лям»(9). Я все квартиры выбирал в одной ценовой категории, вот только на десерт выбрал ту, которую едва ли смогу себе позволить, но мне понравилось ее месторасположение и ремонт. В конце концов за спрос денег не берут… — Но если мы затянем по времени, ее купит кто-то другой, — пробормотал Женька и закусил губу. — Жестокое мероприятие. Я не ожидал, что мне… — …захочется внезапно переехать в новое место? — Потапов закончил фразу за него. Женька кивнул и присел на стул, который, по всей видимости, остался от прошлых хозяев. — Скажи честно, ты хотел бы здесь жить? — Дим, ты же сам сказал, что не можешь себе позволить… — Себе не могу, но мы ведь вдвоем, — Потапов присел на корточки перед ним и продолжил. — Женя, мы должны вместе выбрать то место, где захотим с удовольствием провести жизнь. Выбор должен быть не только эмоциональным, но еще и разумным, безусловно. Кредиты меня уже давно не пугают, просто ипотека по данной квартире займет больше времени, чем на гостинку. К тому же я ведь не один. Ты тоже будешь жить здесь, и половина квартиры станет твоей. Официально, по документам. Дикий шок в глазах Женька не сумел скрыть. Он не ослышался? У него в кои-то веки появится собственный угол? Серьезно? Ведь в родной квартире, где он жил с матерью и сестрой, ему ничего не принадлежало. Даже гель для душа и бритву до определенного момента покупала ему мать, пока он не начал приносить доход в семью после трудоустройства. Потапов не шутил, и Женька понимал всю серьезность сказанных им слов. Это будет их личное место, любовное гнездышко, которое они обустроят по собственному желанию. Получив долю в квартире, Женька станет полноправным владельцем и понесет ответственность за быт. И не только это… Теперь они не просто пара сожителей, а настоящие супруги. Семья, пусть и без штампа в паспорте, разве это имеет значение? Квартира для обоих — гарантия связать жизни друг друга воедино, и Потапову, судя по его грандиозным планам, тоже необходима уверенность в том, что завтра он проснется не один. Как у него случилось однажды. У парня даже руки задрожали: имеет ли он право жить так, как хочет? Потапов в ту же секунду обхватил его холодные пальцы и продолжил: — Мне будет нужна твоя помощь, очень сильно будет нужна, Женечка. Поэтому я хотел бы, чтобы мы стали совладельцами. Я был бы рад понимать, что ты наконец приходишь к себе в дом, а не в гости. Чтобы ты расслабился и успокоился от мысли, что теперь в этом городе тебе всегда есть, куда пойти. — Я не знаю… — Женька не выдержал, и слезы непроизвольно покатились по щекам. — Я так рад, что ты мне доверяешь. И я правда готов помогать. Чем угодно. Помогать выплачивать ипотечный кредит… — Весь кредит я возьму на себя, — тут же возразил мужчина и тепло улыбнулся. — Насчет ипотеки тебе не придется волноваться. — Хорошо, тогда… тогда я буду покупать продукты, химикаты, мыльно-рыльные принадлежности, платить за коммуналку, разбираться с управляющей компанией, — он шмыгнул носом и пробормотал. — Я так хочу быть полезным, но… Я все еще какой-то неправильный, — он усмехнулся сквозь слезы и помотал головой. — Мне бы сейчас обрадоваться и воспарить духом, а я сижу и думаю о том, достоин ли всего этого? Правда ли я могу претендовать на место под солнцем? Кто я такой? Всего лишь сломанный мальчишка, ничего из себя не представляю. Могу ли я желать себе счастья? — Женька поднял мокрые глаза на молчаливого мужчину и тихонько спросил. — Наверное, никто из моей жизни не критикует меня так жестко, как я сам. Скажи, это когда-нибудь закончится? — Не люблю обещать того, что не в моих силах, но я тебе так скажу, — проговорил Потапов после некоторого молчания, — если даже не закончится, когда-нибудь ты научишься принимать себя таким неидеальным, а еще поймешь, что вокруг тебя тоже живут неидеальные люди. Сломанные, как ты говоришь. Кто-то борется с собственной сломленностью, порой до самого конца и безуспешно, еженедельно копается в мыслях с помощью мозгоправов, читает умные книги; а кто-то принимает себя таким и шагает дальше. Все зависит от тебя. Что выберешь ты. Единственную мысль, которую я хотел бы навсегда выбить из твоей головы — что ты не достоин лучшей жизни. Ты как никто другой ее достоин. А еще если ты думаешь о том, что не достоин меня, прошу — выкинь эту дрянную мысль прямо здесь и сейчас. Мы преодолели с тобой очень сложный путь, чтобы оказаться в этой точке. Да, боялись, да, сомневались, но вот мы здесь, вместе выбираем новый дом и оба знаем об истинных чувствах друг к другу. Хватит бояться и сомневаться, Жень. Нас бы тут не было сегодня, если бы осталась хоть одна причина расстаться. У меня на примете еще несколько хат, завтра можем поездить снова, изучить, присмотреться. Но ты прав, затянем — можем потерять этот вариант. Если чувствуешь, что оно — то самое, значит, выскажи мне свое желание прямо, и я пойду утрясать все возможные вопросы. — А что с работой, Дим? — тут же спросил парень. — Ты вернешься к Кудряшову? Потапов с улыбкой мотнул головой: — Нет. Долго думал, но нет, не вернусь. Я нашел себе другое место, собеседование прошло онлайн еще в Хабаровске. Они обещали подождать и даже дали мне неделю отдохнуть после увольнения. Буду юристом, в одной фирме. Даже на испытательном сроке зарплата будет выше, чем была у меня, как у инспектора, а дальше будет только расти, — мужчина виновато взглянул на Женьку. — Знаю, у нас с тобой были шикарные планы провести вместе отпускной месяц и как следует погулять, но в свете последних событий… мне бы все-таки надо поскорее трудоустроиться… Женька тут же замахал руками, перебивая его: — Дима, если ты так решил, значит, так и будет. Ты лучше меня знаешь, как правильно. Я нисколечко не расстроен, если ты об этом. Для меня счастье, что ты уже рядом, в одном городе со мной. — Даже в одной квартире, — улыбнулся ему Потапов и многозначительно подмигнул. — Более того, в одной кровати. Ну так что? Мне поговорить с риэлтором насчет квартиры или будем искать дальше? Чего хочет мой любимый человек? Женька осторожно выглянул в окно, снова изучил голые стены огромного зала, а потом перевел серьезный взгляд на любимого и кивнул: — Хочу жить тут, с тобой. — Слава яйцам! — со смешком прокряхтел Потапов, вставая с корточек, а потом мягко потрепал парня по голове и направился обратно в зал. — Пойду побеседую, а ты пока подумай, куда будем ставить мебель. «А я уже все придумал…» — пронеслось в голове парня. Он поднялся со стула и посмотрел на город с высоты птичьего полета: наступает новая эра в его жизни. Кажется, в кои-то веки все приходит в норму — и в сфере личной жизни, и в семье, и в работе с учебой. Чтобы заново ощутить вкус к жизни, ему всего лишь нужно опереться на родное крепкое медведевское плечо. И он справится со всеми проблемами и невзгодами. А после они заехали в приют для животных и выбрали самую пушистую и самую ласковую кошку из представленных. Потапов держал на руках рыжую бестию и с веселым смехом поддавался ее настойчивым поцелуям, а Женька наблюдал счастье в глазах мужчины и впервые чувствовал приятную наполненность души. Словно он наконец-то пришел в нужную точку. Словно наконец-то обрел стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Ему больше нечего бояться, потому что с этого дня он больше не одинок. ________________________ (9) Лям – разговорный синоним слова «миллион».