Часть 3
19 июня 2021 г., 17:11
— Чай Тоджо-сан такой.. расслабляющий. Мне кажется что я словно заново родилась! — воскликнула Каэде, радостно продолжая пить из своей чашки.
— Да, я тебя полностью понимаю, — добавил Рантаро, улыбаясь.
— Большое спасибо. — ответила Кируми с аккуратным реверансом.
Кокичи просто упал лицом в стол. Устал он, бегаясь вокруг, пытаясь оказать Каэде хоть какую-то медицинскую помощь только для того, чтобы понять что она полностью в порядке и ей нужно лишь немного отдыха. Совсем на него не похоже.
— Хочу попасть в другой мир, где столы сделаны из облаков и мускул не существует... — пробурчал он, уткнувшись в стол.
— Ты уверен что сейчас самое время для того чтобы расслабляться? — Спросила Цумуги просто потому что тоже была здесь. — Я имею ввиду, что Монокума сказал, что мы все умрем, если здесь не будет хоть одного убийства. Акамацу-сан не могла этого слышать, так как находилась без сознания.
— Кстати да. Он так и сказал... — поддержал девушку Рантаро.
— Я припоминаю нечто подобное, — добавила Кируми.
— Но мне плевать на это! — возразил Кокичи.
— Оу, нечто подобное и правда было? — спросила Каэде. Ей в ответ было лишь четыре одобрительных взгляда ребят. Она качнула головой в ответ, непринужденно и устало сказав "Понятно". И вдруг выплюнула чай. На пол, конечно, так как плевать чаем в человека это неприлично. Кируми быстро принялась вытирать пол.
— Подождите! Это же на самом деле довольно плохо, разве нет?
— Да, это так! — прокричала Цумуги. — Это плохо, очень плохо! Кто-то может умереть!
— И совершенно волную-юще, что все разделились кто куда, пока Акамацу-чан была без сознания. Так что, вполне возможно что где-то уже было совершено убийство и мы можем этого не знать! — радостно добавил Кокичи, широко улыбаясь.
— Зачем ты сказал об этом?! — Требуя ответа спросила Цумуги.
— Ребята, успокойтесь и давайте подумаем об этом разумно, — вмешался вдруг Рантаро. — Человек, стоящий за всем этим, хочет чтобы мы были обеспокоены и делали поспешные выводы и принимали поспешные решения. Но если подумать об этом, то это всё — довольно тупой план.
— Хм? — одновременно произнесли девочки, а именно Цумуги и Каэде.
— О-о-о, ты имеешь в виду что никто не хочет получить халявный выход из этой импровизируемой тюрьмы, поэтому тут и нет того типа людей, которые могут провернуть непреднамеренное убийство? — вскрикнул Кокичи.
— Нет, я думал более... — Рантаро сделал глоток ароматного напитка, думая, как выразить в словах свою мысль. — Я имел ввиду то, что не будет ли это тратой времени?
— Ты имеешь ввиду... общего времени? — спросила Каэде.
— Я не только об этом, но давайте думать масштабнее: сколько у нас тут ресурсов! У нас есть еда с водой, да и клетка вокруг школы... она была не сразу строена, как и Москва. Сооружение подобного типа, как и наше здание школы требовало довольно много затрат и времени на возведение.
Каэде кивнула и продолжила заинтересованно слушать зеленовласого.
— Кто-то же инвестировал в эту убийственную игру. Поэтому и тупо будет убить нас всех и сразу, когда начнётся бунт на корабле. — Рантаро коротко усмехнулся перед тем как добавить: — Это будет, так сказать, антиклиматично.
— Так ты говоришь что всё это — лишь попытка блефа, дабы заставить кого-то стать убийцей? — влезла Кируми.
— И это сработало бы, если бы не такие назойливые дети как мы! — весело воскликнул Кокичи.
Каэде выдохнула с ноткой расслабленности, которая, впрочем, сменилась ноткой депрессии.
— Я не виню вашу логику, но! Согласно ей мы рассчитываем на то, что за всем этим стоит какой-то поехавший уродец, наслаждающийся наблюдать за страданиями детей в попытках выжить.. — сказала Каэде.
— Эм, сестрёнка..? Тебе действительно нужно это говорить? Сейчас тебя услышали все. И этот поехавший.. у-ум. Тоже. — Спросила Цумуги.
— Ну на правду ведь не обижаются, а это была чистейшая правда. — заявил Рантаро, пожав плечами.
— Ну, так или иначе.. Я думаю он или даже они заслужили быть поехавшими уродцами с того момента, как начали игру где старшеклассники убивают друг друга. Кто знает, сколько ещё грешков за их спинами. — добавил Кокичи уже с менее весёлым настроем.
— Не могу согласиться с твоими словами, но сама мысль мне нравится. — влезла в разговор Кируми.
— Ребят... Серьезно... У нас будут проблемы...!
— Лучше смерть, чем бесчестье! Мы будем остаивать наши слова, даже если умрем за них! — неожиданно воодушевился Кокичи. — АНАРХИЯ!
И затем он убежал.
— Стоит нам его остановить? — спросил Рантаро.
— У него хорошие намерения, — ответила Каэде. И затем она услышала грохот. — Почти.
— Нет... Если подумать логически, он определённо злой напарник, которому ты не можешь доверять и который заигрывает с главным ге.. — вопрос Цумуги был прерван очередным грохотом, который продолжился звяканьем упавших монет. Каэде, мгновенно вскочив, выбежала наружу.
— ... Пойду достану метлу, — вздохнув, сказала Кируми.
Рантаро рассмеялся, говоря, что они могут доверять Каэде удерживать Кокичи в узде, ведь Ома тот ещё придурок.
Но сегодня никто не сдержит высвободившегося гремлина. Каэде, вместо того чтобы останавливать его наоборот подхватила идею парнишки и начала уничтожать всё на своем пути. Даже сам Кокичи был в шоке от такого порыва Акамацу, с которым она разрушала комнаты академии.
А затем он присоединился к ней.
Потому что каждой убийственной игре нужны два человека, разносящие академию на части.
В любом случае их путь разрушения привел их к уничтожению библиотеки.
Каэде уже какое-то время совершенно не давала отчёта своим действиям и пока в другом мире она могла быть вовлечена в какую-то странную авантюру, здесь же это не имело и части смысла.
Поэтому она и понятия не имела что за штуковина была под её ногой, пока разрушала библиотеку и почему она была так важна.
Миу кричала на них из-за уничтожения чего-то важного и Шуичи, который был здесь, спросил, что они делают.
Кокичи и Каэде ответили полную правду.
— Уничтожаем академию назло Монокуме!
— Ищем мономонеты.
Услышав такие ответы, их выгнала рыдающая Миу. Шуичи выглядел очень смущённым и слегка напуганным когда они выходили.
Кокичи от природы был очень уж любознательным человеком, поэтому он напрямую спросил Каэде, зачем ей нужны Мономонеты.
Её ответом было: — Я не могу отдыхать пока тут есть что-то, что я могу найти! Я не могу остановиться пока не найду все коллекционки в игре!
— Так значит это никак не связано с Мономашиной? — спросил Кокичи, качнув головой.
— Что?
— Машина в школьном магазине, дающая тебе разные вещички.
Это был тот самый момент когда в Каэде проснулся инстинкт каждого ветерана протагониста Данганроны.
Она посчитала что никто из её одноклассников не убьет кого-то за то время пока она занята, да и Рантаро с Кокичи дали ей причину верить что мотив "Убейте или все помрете" был дерьмом. Да и ей просто нужно попробовать новую игрушку.
Поэтому она, зажав Кокичи словно футбольный мяч, понесла его в школьный магазин.
Кокичи, который уже сомневался в вмеяемости Каэде отреагировал криком, что его собираются убить.
Единственной, кто это слышал была Маки, которая просто прогуливалась по пустым коридорам. Она даже не двинулась, дабы как-то помочь ему. Маки знала, что эти слезы фальшивы и что Каэде не будет кого-то убивать после стольких попыток всех сплотить. Маки было честно говоря плевать.
Кокичи просто сидел в школьном магазинчике пока Каэде была готова сыграть на все свои деньги.
— Держи, — сказала Каэде швырнув через плечо чашкой в Кокичи.
— Ой, подарочек? Извини, но я уже ненавижу такие подарки, — ответил Кокичи уже допивая чай... из второй чашки. — Это конечно же была ложь!
— Пользуйся на здоровье. — монотонно сказала Каэде, уже потратив почти все свои мономонеты.
Кокичи принял её безразличие как вызов и решил врать все более и более нагло: просто чтобы увидеть от неё хоть какую-то реакцию.
К несчастью для него, разум Каэде был полностью занят мономашиной, поэтому она лишь покачивала на все его слова головой. Даже когда он сказал что её родители это пришельцы.
Это продолжалось до тех пор пока Каэде не поняла что у неё больше нет монет.
Она удивлялась тому, как она могла потратить все монеты хотя её рюкзак был абсолютно пуст и затем она обернулась, увидев Кокичи.
Разлёгшись в гамаке, с головой на подушке он поедал мороженое с гордым названием "Hard-Rock". Укрытый одеялом почти до самого лица, с надетыми модными очками.. он играл с новым набором памятных медалек и картами Камень-Ножницы-Бумага.
Каэде даже не понимала, как он умудрился так быстро установить гамак. Тут ведь даже некуда... Нет. Для начала, как он вообще это сделал? И зачем?
— Оу, ты все? — спросил Кокичи, приподнимая свои очки. Хотя они даже не были солнцезащитными...
— Только если ты не поделишься своими мономонетками.
— Извини, но я морально не могу подпитывать твою зависимость от аркадных автоматов.
— Моя зависимость стала причиной почему ты сейчас лежишь на гамаке, — ответила с улыбкой Каэде.
— Я никогда не говорил, что не буду наслаждаться её последствиями.
— Я это забираю обратно! — предупредила его, Каэде хватаясь за один конец гамака.
Кокичи драматично вскрикнул от дезориентации, но Каэде элегантно подхватила его и аккуратно посадила на пол. Затем она серьёзно начала пытаться понять, как именно он умудрился установить гамак в школьном магазинчике.
— Тебе действительно нужно его забирать? — спросил у нее Кокичи. — Гамак — одна из вещей которые я полюбил и это включая животных и семью. Я не вру!
Желая ответить ему Каэде и не заметила, как дернула за одну из веревок слишком сильно. Она слишком поздно обнаружила, что Кокичи использовал мономашину как одну из опор для гамака и, в итоге, прямо сейчас эта машина грохнулась набок.
Стекло разлетелось и все призы вывалились наружу.
Каэде шокированно уставилась на все эти призы, едва заметив, что Кокичи начал двигаться.
Он снял с её спины рюкзак и очень быстро начал скидывать в него все попавшиеся под руку призы.
В благодарность за это Каэде не только несла его словно футбольный мячик, пока они убегали от разъяренного Монокумы, но и позволила ему оставить себе всё, что ему понравилось, включая и гамак.
