afterglow

      Вообще, он сам толком не понимал, почему снова пошёл в ту кофейню. Погода сегодня была получше, подогрева систем без проблем хватило бы на то, чтобы добраться до дома без существенных проблем, да и делать круг в лишние две мили было бессмысленно.       Однако если программа тянула его туда, смысла противостоять не было. То, что люди легкомысленно называли интуицией, для андроидов было таким же рядом сложных вычислений, осуществляемых множеством процессоров на основе прошлого опыта или иной полученной информации, приведших к тому или иному решению. Возможно позже, вечером, он проанализирует все предшествовавшие данному желанию события, но сейчас его больше заинтересовали звуки потасовки, раздававшиеся в переулке, недалеко от кофейни.       Джеймс подошёл поближе и не испытал даже толики удивления, обнаружив там своего старого знакомого ненавистника андроидов, окружённого тремя крепкими мужчинами, медленно зажимающими его в кольцо.       Сперва он решил, что острый язык и отсутствие такта всё же довели мужчину до того, что кто-то из андроидов или поддерживающих не стал терпеть и предпочёл популярно объяснить, почему стоит завязывать с хейтспичем в середине двадцать первого века. Но, приглядевшись, Джеймс понял, что что-то не так. Движения мужчин были слишком слажены, слишком отточены для простой уличной драки. И, несмотря на то, что на лице мужчины из кофейни уже было несколько ссадин, и дышал он часто и прерывисто, никто не собирался расходиться. В тот момент, когда Джеймс заметил, как один из нападающих достал из рукава нож, его тело против воли рванулось вперёд, в самую гущу драки, выбивая оружие в дальний конец переулка. Он успел только заметить шокированное лицо недавнего знакомого, прежде чем тот, осознав, что перевес в количестве пошатнулся, с яростным криком вернулся в драку.       Джеймс понял, что был прав – нападавшие дрались явно не из-за разногласий по поводу андроидов, иначе его появление смогло бы хоть в какой-то мере остудить их пыл. Да и стиль драки и тактика, с которой они атаковали, говорили как минимум о военной подготовке. Что могли не поделить все эти люди в таком странном месте? Джеймс выверенным приёмом сумел избавиться от одного из нападавших, отправив его лежать в мусорные мешки. Тот, что ещё оставался на ногах, попытался добежать до ножа, но мужчина из кофейни поставил ему подножку и вывернул руки, насев сверху. Джеймсу показалось, что сейчас он зачитает права, но вместо этого мужчина метким ударом отправил его в нокаут.       Тяжело дыша, он окинул взглядом пространство. Поверхностное сканирование мужчины на предмет угрожающих жизни травм не дало положительного результата, но это ещё не значило, что он в порядке. В конце-концов, Джеймс не был оснащён медицинскими модулями. Тем временем, человек, отдышавшись, уже поднялся на ноги и медленно прошёл к дальнему мусорному контейнеру. Джеймс непонимающе следил за его движениями.       Присев на землю, тот протянул руку куда-то за угол.       – Вылезай, давай, всё кончилось, – мягким хриплым голосом произнёс мужчина, не отрывая взгляда от того, что скрывалось от Джеймса. Ладонь, которая медленно опустилась в его руку показалась совсем крошечной. Догадка подтвердилась, когда на свет из своего убежища вылезла YK500. Она доверчиво прижалась к человеку, испуганными глазами глядя на раскиданные вокруг тела и на Джеймса в том числе.       – Я вызвал полицию, – сообщил Джеймс.       Мужчина кивнул, не выпуская ладони YK из руки.       – Ну, и как тебя зовут, малявка? – произнёс он.       – Викки, – прошелестела девочка, всё так же не сводя глаз с лежащих на земле нападавших. На случай, если кто-то из них пошевелится, Джеймс не поворачивался к ним спиной и установил приоритетным отслеживание признаков возвращения их сознания.       – Ты была очень храброй, Викки, – мужчина ободряюще улыбнулся и из рассечённой губы у него пошла кровь. Джеймс присел рядом, протягивая платок, который всегда держал в нагрудном кармане. Кивнув, тот молча принял его, прижав ко рту.       – Нет, я испугалась и спряталась, – YK всхлипнула, но не заплакала.       – Нет, – мужчина сумел поймать взгляд девочки и продолжил всё тем же мягким, низким голосом: – Ты смогла вырваться от них и позвать на помощь. Из-за того, что ты была достаточно смелой, чтобы сделать это, я и... – он махнул рукой в сторону Джеймса. – Мы сумели тебе помочь.       – Ты молодец, Викки. Скоро сюда прибудут полицейские, которые арестуют преступников и заберут тебя в безопасное место, – добавил Джеймс. Он снял с плеч пальто и набросил на девочку, заметив, что её ощутимо потряхивает. Либо был сбой в работе компонентов, либо, что более вероятно, похитители не стали утруждать себя отключением терморегулировки, при этом оставив её в домашних пижамных штанах и футболке. Викки подняла на него глаза и Джеймс ободряюще улыбнулся. Губы девочки дрогнули. Ощутив на себе внимательный взгляд, Джеймс столкнулся с изучающими его тёмными глазами мужчины.       Что-то во всём этом было ужасно неправильно, но Джеймс не мог понять, что.       Невдалеке раздался вой сирен и возле переулка остановись две патрульные машины и один старый автомобиль. Из последнего вышли двое – седой высокий мужчина и рядом – андроид. Джеймс с удивлением отметил, что узнаёт его – модель RK800, тот самый, что стоял рядом с Маркусом во время революции. Сам Джеймс был пробуждён уже после, но пропустить видеоролик того знаменательного момента он не смог бы, даже если бы захотел.       Полицейские подошли ближе. Офицеры принялись надевать на нападавших наручники и уводить их в машины. Человек, который приехал на старом Катласе Суприм тоже прошёл вперёд, глядя на девочку, но RK800 смотрел прямо на Джеймса. Моргнув, он перевёл взгляд на мужчину, всё так же сидящего на земле. Диод на его виске один раз сверкнул жёлтым, прежде чем он развернулся к напарнику.       – Срань господня, – выдохнул тот, также переведя удивлённый взгляд с Джеймса на мужчину. Но напарник коснулся его руки, произнеся: «Хэнк». Они обменялись взглядами, после чего тот направился к ребёнку.       – Да ладно, не так уж сильно мне досталось, – интерпретировав их взгляды, мужчина-из-кофейни начал подниматься. Движения его были скованы, но руку девочки он не отпускал.       Полицейский присел возле Викки, пока RK800 – Коннор – анализировал место происшествия.       – Их тачка за углом на пересечении Плам-стрит и Восьмой. Чёрный грузовик.       Полицейский – Хэнк – кивнул, подозвал к себе двух офицеров и отправил их к машине, а сам обратился к YK500.       – Привет, малышка. Меня зовут лейтенант Хэнк Андерсон, я из полиции, – он добился того, что девочка подняла на него глаза. – Тяжело тебе сегодня пришлось, да? Но нам нужна твоя помощь. Можешь сказать, есть в машине ещё кто-то?       Викки отрицательно покачала головой, плотнее прижавшись к мужчине. Джеймс заметил, как тот ободряюще сжал детскую ладонь.       – Я вышла во двор за нашим щенком Палпи, а потом меня поймали и посадили в машину, я не успела закричать.       Лейтенант Андерсон понимающе кивнул.       – Хорошо. Ты очень нам помогла сегодня. А сейчас, давай пройдём к машине. Мы привезём тебя в участок, там уже ждут мама и папа, – на последних словах девочка заметно оживилась. Она посмотрела на мужчину, чью руку до сих пор сжимала.        – Иди давай, – улыбнувшись, он подтолкнул её к лейтенанту и она пошла, подметая грязный переулок длинными полами пальто Джеймса. Мужчина проследил за ней взглядом, пока она не скрылась в машине, и помахал на прощание, прежде чем достать из кармана пачку сигарет и закурить.       К внимательно следящему за всем этим Джеймсу подошёл Коннор.       – OL370, ты можешь предоставить мне видео произошедшего? Это сильно облегчило бы процесс и сократило общее время нашего здесь пребывания.       Джеймс протянул ладонь, перекидывая Коннору файл, на котором было чётко видно, что и как случилось.       – Меня зовут Джеймс, – сообщил он.       – Ясно, – кивнул RK800, ознакомившись с полученным материалом. – Спасибо за помощь следствию, Джеймс, – он повернулся к мужчине. – Мне также нужен ваш ID. Скорая уже едет.       Человек затянулся и смерил Коннора пренебрежительным взглядом.       – Не надо, я в порядке, – он достал из кармана куртки бумажник и протянул андроиду удостоверение.       – Вы уверены, мистер... Винтерс? – RK800 вернул документ назад.       – Я бы знал, будь что-то серьёзное, – отмахнулся он. – Заживёт.       На заднем плане Джеймс услышал смешок лейтенанта Андерсона.       Коннор помолчал пару секунд прежде чем кивнуть.       – Мы свяжемся с вами, если понадобится что-то ещё. Спасибо за то, что не остались в стороне.       Он направился к оставшемуся автомобилю.       Вслед за ним прошёл и лейтенант. Джеймс заметил, как в салоне тот рассмеялся, как раз прежде чем машина скрылась из поля видимости.       – Какие-то они ебанутые, – раздалось сзади.       – Мистер Винтерс, вам определённо нужна медицинская помощь, – безапелляционно заявил Джеймс, окинув взглядом мужчину.       – А тебе нужно твоё пальто, но я же не доёбываюсь, – он повёл шеей, заметно стиснув зубы. Внимательно посмотрел на собеседника и тяжело вздохнул: – Хуй с ним, зови меня Эд, – внезапно заявил он, протягивая руку.       – Куда звать? – поинтересовался Джеймс, пожимая руку. Она оказалась нетипично горячей и этот контраст температур вызвал у него странные ощущения.       Мужчина весело хмыкнул.       – В кофейне должна быть аптечка. В теории я могу сам обработать вам раны, – предложил Джеймс.       – «В теории»? Звучит нихуя не убедительно.       – В теории я знаю приёмы самообороны, и как сегодня выяснилось на практике, весьма хорошо. Тот факт, что моя повседневная работа не подразумевает использования таких навыков, не значит, что я владею ими в недостаточном объеме.       – Нихуёвая такая самооборона. Если вам всем встраивают приёмы спецназа, то я рад, что этот ваш Маркус предпочитает петь.       – И всё же...       Эдвард вздохнул и закатил глаза. Проанализировав мужчину, Джеймс пришёл к выводу, что адреналин, который выработался во время драки, скоро схлынет, и вот тогда человеку определённо станет хуже, если сейчас не предпринять меры.       – Хуй с тобой, пошли, – мужчина, словно на автомате, вытер кровь, текущую из губы. Сукровица никак не останавливалась.       В тишине они прошли разделявшие их с кофейней пару домов. Джеймс на ходу анализировал состояние Эда по внешним факторам, ожидая, что в любой момент тот может почувствовать себя хуже, но беспокойство не оправдалось. Когда они вошли внутрь, звякнул колокольчик на двери и бариста – тот же, что и в прошлый раз – окинул их взглядом, в котором читался немой вопрос.       – Добрый день. Можно ли одолжить у вас аптечку? – Джеймс улыбнулся настолько дружелюбно, насколько мог.       – Д-да, конечно, присаживайтесь, – бросив на них ещё один настороженный взгляд, парень скрылся в помещении для персонала.       Мужчина сел за дальний от дверей столик, скрытый от входа колонной, видимо, чтобы не пугать потенциальных посетителей. Дождавшись, когда бариста принесёт аптечку и, поблагодарив его, Джеймс подошёл к Эдварду. Человек смерил его таким взглядом, что Джеймс понял – одно лишнее движение или слово, и он уйдёт.       Отчего-то этого не хотелось.       Он поставил аптечку на стол, подвинул стул и сел напротив. Выудив очищающие салфетки, он протянул парочку Эдварду, чтобы он самостоятельно занялся руками и сбитыми костяшками, в то время как Джеймс осторожно придвинулся ближе и сосредоточил свое внимание на ссадинах на лице. Очевидно, его помощь в переулке была весьма своевременной, если его программа прогнозирования не ошибалась, анализируя все замеченные травмы.       – Ну так… – нарушил тишину голос Эдварда. – Какого хрена ты ввязался?       Джеймс удивлённо посмотрел на него, прервав собственное занятие. Тот явно думал о том же, что и андроид, но в демонстративной небрежности, с которой он бросил эти слова, можно было прочесть больше. Джеймс решил, что лучшей тактикой общения с этим человеком будет говорить правду.       – Сперва я подумал, что ваши ксенофобные высказывания всё-таки нашли своих слушателей, – он получил от мужчины тяжёлый взгляд из-под бровей, и продолжил. – Однако я заметил, что у одного из нападавших был нож. К тому же численное преимущество было не на вашей стороне, – он продолжил стирать кровь с ссадины на брови – если сделать всё по инструкции, даже шрама не останется. – Происходящее показалось мне несправедливым и я решил вмешаться.       С губ Эдварда слетел смешок.       – Нам определённо повезло, что идиоты не успели достать что-то покрупнее ножа, – он зашипел, стоило Джеймсу задеть стянувшуюся рану на ушной раковине.       – Я бы тоже хотел задать вопрос.       – Валяй, – мужчина монотонно принялся стирать кровь из-под ногтей.       – Почему вы вступились за ребёнка-андроида?       Джеймс задумался об этом в тот же момент, как YK500 вылезла из своего укрытия. Да, Эдвард не казался одним из тех людей, которые ненавидят андроидов по умолчанию, но всё же после их первого столкновения это вызывало вполне справедливые вопросы.       Теперь пойман врасплох был уже Эдвард. Он замер и с искренним удивлением в голосе спросил:       – С хуя бы мне дать им забрать ребёнка? Ты ебанулся?       Такая реакция повеселила Джеймса, но он не стал этого демонстрировать. Определённо, мужчина становился интереснее с каждой проведённой вместе минутой.       – Но ведь это ребёнок-андроид, – продолжил выпытывать Джеймс.       – И чё? – казалось, он действительно не понимал, что либо где-то в его поступках кроется логическая ошибка, либо его моральный компас находится в весьма нестандартных отношениях с собственными убеждениями. – Какая нахуй разница, если это ребёнок.       – Я не совсем понимаю вашу логику, – честно признался Джеймс.       Эдвард тяжело вздохнул, словно для него всё было предельно ясно, и Джеймс не понимает самого очевидного.       – Ты – ведро с болтами, она – ведро с болтами поменьше, – начал он объяснять медленно, словно на месте Джеймса сидела та самая YK. – Но ты, – он ткнул пальцем в грудь Джеймса, задевая край тириумного насоса, отчего программа оперативно выдала предупреждение, – Ты – охуевшая двухметровая шпала, а она – ребёнок. Чуешь разницу?       Джеймс не «чуял», но предположил, что где-то тут скрывалось человеческое желание защищать тех, что меньше и слабее. Мотивы были ясны и обрисовали характер мужчины с новых сторон. Джеймс обнаружил, что завороженно наблюдал за начавшей проявляться глубиной, но, касательно мотивов, сам не мог себе объяснить, зачем ему это.       Он даже не стал принимать на свой счёт «охуевшую шпалу».       – Да и к тому же, не из-за робо-девочки меня попёрли с прошлой работы, – добавил Эдвард.       Вот оно что. Стоило догадаться.       – Мой рост – метр восемьдесят пять, – поправил он, отодвинув в сторону горку испачканных кровью салфеток, и потянулся в аптечку за заживляющим гидро-гелем.       – Да похуй, – отмахнулся человек, с подозрением глядя на то, как Джеймс выдавил гель. – Я и сам могу, – возразил он, когда чужая ладонь начала приближаться к лицу.       – Вы видите здесь зеркало? – вежливо поинтересовался Джеймс.       Крайне недовольно, после продолжительного молчания, но Эдвард сдался. Окинул взглядом помещение и с настороженностью сосредоточился на руке Джеймса.       Пальцами он медленно нанёс холодный гель на мелкие ссадины. Лицо напротив и без того было полно подобных маленьких незаметных шрамов, ни к чему прибавлять новые. Ещё на его лице были морщинки, родинки и пигментные пятна. Джеймсу нравилось рассматривать человеческие лица, нравилась их уникальность: в этом плане люди были удивительными, несли всю свою историю с собой, демонстрируя всем окружающим и позволяя прочесть её тем, кто знал, куда смотреть.       Джеймс попытался было прочесть историю Эдварда, но запнулся о его глаза. Внимательные, почти чёрные.       Он нанёс ещё полоску геля на самую большую ссадину, не отрывая взгляда. Не торопясь, принялся тщательно обрабатывать по краям. Чужое дыхание потяжелело. Заиграли желваки, дёрнулся кадык.       Внезапно Эдвард вздрогнул и отстранился, словно от удара.       – Так, всё, харе, – сказал он. – Само заживёт.       Но Джеймс всё ещё видел перед собой эти чёрные глаза, в которых зрачок почти затопил радужку. Кажется, он начал понимать, откуда взялись выражения про «омуты глаз» и «зеркала души».       Он выудил из аптечки пачку бактерицидных маскирующих пластырей и всё-таки заклеил те из ссадин, что побольше. Пластырь сразу изменил оттенок, подстраиваясь под тон кожи Эдварда, становясь практически незаметными.       – Через три часа вам надо будет нанести новый гель, – сообщил он человеку.       – Не учи учёного, – буркнул он, сметая весь мусор со стола в мусорное ведро. – Не первое моё родео.       – Я заметил, – бросил Джеймс, поднимаясь. Выглянул за окно и вспомнил, что на ближайшее время остался без пальто. Придётся заказывать такси, если он не хочет застыть статуей на полпути к дому.       – Заметил он, – огрызнулся Эдвард, оттряхнув ладони и бросил взгляд из-под бровей. – Ладно, жестянка, бывай, – вышло почти дружелюбно. – Твоя задница сегодня оказалась полезной.       Джеймс выгнул дугой бровь. Когда нейронные связи Эдварда всё же донесли до него смысл им же самим сказанного, он только вздохнул и потёр глаза.       – Ты меня понял, – раздражённо бросил он, и в его голосе были слышны неприкрытые нотки усталости.       Джеймс действительно понял. Это был способ сказать спасибо, не говоря это вслух. Вероятно, он понимал, что вмешиваться в драку против троих – плохая идея. Но всё равно вмешался. И признавал, что без своевременной помощи Джеймса, сам он сейчас лежал бы среди мусорных баков, а малышка Викки снова оказалась бы в руках похитителей.       – Спасибо, что проявили участие, – он, правда, считал поступок человека почти героическим. Может даже без "почти".       Эдвард развернулся и взмахнул на прощанье рукой, прежде чем скрыться за дверями кофейни.       Повернувшись, чтобы вернуть аптечку, Джеймс столкнулся с двумя торопливо отводящими взгляд бариста.