Выпей.

      Игорь шел как в тумане, хотя коридор был довольно просторный. Конечно, такой богатый человек, как Сергей Разумовский, может позволить себе занять лишнюю квадратуру в центре города. Он шел, чтобы предъявить доказательства в том, что Разумовский и является Чумным Доктором, возомнившим себя Богом. Хотя, по правде сказать, в глубине души майор Гром хотел предложить Сереже бежать, он сможет его перевоспитать, такого чумного и такого дикого.       Пройдя Марго беспрепятственно, Игорь остановился у двери в рабочее помещение владельца кампании. Он сделал глубокий вдох, хотел даже заявиться эффектно, в своей манере, вышибая двери с ноги. Но это вряд ли окажет на Сергея должный эффект. Решил зайти вовсе без стука… Он же его не на свидание пришел приглашать.       Только майор зашел в кабинет, он сразу столкнулся носом с резким запахом крепкого дорогого алкоголя. Такой на аперитив к шаверме не купишь на бедную зарплату. Такой даже Прокопенко пьет только на новый год и день полиции.       Игорь увидел, как Сережа беззаботно раскинулся на диване. Его рыжие волосы сбились на голове, видно, что он перемял ею не одну подушку. Эти рыжие волосы так контрастно оттеняют белую мраморную кожу, создавая благородный вид. А это худощавое тело, какой же он подтянутый. Он не худой, уж точно не дохлый, он тонкий и эстетичный. Коренной петербуржец-то умеет подмечать тонкости красоты в любой фигуре.       Стоит отметить, что Игорек не ластится к каждому смазливому мужику, он вообще предпочитает барышень с пышными сис…формами. Но этот чертяка словно завораживает своим взглядом. Его глазища так и утягивают далеко в свои глубины. Такой стеснительный и воспитанный, скромный, …пьяный, а еще убийца.       — О, майор Гром, Вы как всегда вовремя. Полиция у нас такая пунктуальная, — Сережа говорил заплетающимся языком, взгляд его устремлен куда-то сквозь майора, словно вовсе не на него, — не ожидал Вас сегодня увидеть, какими ветрами занесло в столь поздний час?       — Днем ты не был таким сладкоголосым, — сказал обычным грубым, низким голосом Игорь, присаживаясь на диван.       — А Вы все такой же закрытый и неприступный, неужто настолько тягостна работа среди своры городских псов-ищеек?       Игорь не знал, как начать разговор, ведь Сережа был, что называется, в сопли, хотя, с другой стороны, не окажет сопротивления при аресте, меньше возни…       — Я при исполнении, полегче с такими выражениями.       — Ох, майор, это ведь тоже статья, не при исполнении Вы, отстранили Вас. Вы думаете, я такой глупый? Отнюдь.       Глаза Разумовского бегали с козырька кепки до скул, со скул на губы, на них особенно задержался взор. Игорь даже неловко поерзал под таким бесстыжим взглядом, не зная куда деть себя. Его и пугал, и притягивал одновременно этот бесноватый.       — Почему ты до сих пор на работе? Не удобнее ли праздновать дома? Ну или ресторан, клуб, где вы все богачи отмечаете успех?       — Игорь, Игорь, Игорь. Это и есть мой дом, — Сережа раскинул руки в стороны, показывая, что все это принадлежит ему, — ты у меня в гостях, это своего рода экономия времени, не находишь? Мне не нужно тратить время на поездки на работу, стоять в пробках, я всегда здесь.       Глаза Разумовского горели в прямом смысле, радужка была заполнена жидким золотом, черный зрачок был окружен закатным солнцем. Игорь готов был поклясться, что, когда он пришел, они были карие, практически черные.       — Выпьешь со мной? — Сережа протянул бутылку какого-то дорого шампанского, в соблазнительном предложении, но Игорю нужна ясная голова, чтобы не сорваться и не наделать глупостей, поэтому он отказался.       Безумный взгляд Разумовского потупился на горлышко бутылки, он заглянул в него, будто в глубокий колодец, он пожал плечами и сказал сам себе: «а я выпью», пригубил прямо с горла.       — Что это у тебя? — Сережа закинул ногу на колено Игоря, почти выбил из его рук какую-то потрёпанную тетрадь.       — В полиции настолько все плохо с финансированием, что вам выдают такие альтернативы блокнотам? Я могу проспонсировать, да здравствует наша полиция, самая гуманн…       — Заткнись, — Игорь дернул за ногу Разумовского на себя, заставляя замолчать.       — Выпей, — тихо сказал Сережа.       Не ясно, что больше притягивало майора: запотевшая бутылка холодного алкоголя или широкая и вальяжная улыбка Сережи. А может его тонкие губы, он их, черт, каждую секунду облизывает.       — Я уже отказался, я не хочу. Насильно в глотку будешь мне заливать? — Игорь не хотел так прямо грубить Разумовскому, но от такой обстановки в горле пересохло еще на входе.       — Я сказал выпей, — Сережа разделял каждое слово паузой, акцентируя внимание на последнем. Улыбка с его лица постепенно сползала, заменяясь маской злобы.       — Нет.       В одно мгновение Сергей сорвался с места, ловко взбираясь на колени к Игорю, вжимая его в спинку мягкого дивана. И все это не расплескав содержимое бутылки. Разумовский цепко схватил под нижней челюстью шею майора, мягко, но требовательно сжимая. Его длинные тонкие пальцы легко обхватили по окружности такую длинную шею. Он ощущал быструю пульсацию сонных артерий.       — Я предлагал, теперь заставлю, — его голос срывался на шепот. Сережа с силой запрокинул голову Игорю назад, приподнимая лицо вверх, — открой рот, будь послушным мальчиком, — он сжал рукой шею сильнее, угрожая расправой.       Игорь не видел перед собой ничего, кроме безумных глаз Сережи, они буквально искрились огнем, и этот огонь мог сжечь абсолютно каждого. Такой застенчивый всегда, такой властный сейчас.       На автомате Игорь открыл рот, позволяя залить насильно в него дурманящую жидкость. Это шампанское приятно обожгло язык, губы и десна, мелкие пузырьки приятно покалывали слизистую.       — Глотай, — отдал приказ Разумовский.       Игорь сглотнул инстинктивно, пропуская алкоголь в глотку. Он ощутил, будто пьет жидкий огонь, настолько оно было холодное.       — Какой послушный.       Сергей бросил на диван бутылку, не переживая о сохранности их двоих. Его волновали только губы Игоря, именно к ним он припал. Он целовал его откровенно, постыдно и грубо. В его поцелуе ощущалась власть, он будто брал, а Игорь отдавал все без остатка. Губы майора онемели от такого напора, ни одна девушка не вытворяла такого, что делает сейчас рыжий демон. Он смело двигается, трется об живот Игоря, а руки самого майора лежат на талии Разумовского. Он настолько тонкий и хрупкий, что Игорь может одним махом перевернуть его на спину и уйти, но у него не хватит ментальных сил на это, его воля подавлена, а разум отключен.       Руки Разумовского покинули шею и направились к плечам, на спину, скинули куртку и забрались под футболку. Никакого сопротивления Игорь не оказывал, этим Сергей и пользовался. Поцелуй разъединился на пару секунд, потому что оба уже не могли дышать. Они уткнулись друг другу в лоб, Сергей улыбнулся и вновь украл поцелуй такого слабого майора Грома.       Сквозь джинсы слишком явно проступало достоинство Сергея, упираясь в живот Игорю. Его член давно требовал внимания, но все оно уделялось губам Грома. Сергей распускал руки, но только проходя по торсу. Он следил как под его пальцами перекатываются напряженные мышцы, как в такт двигаются бедра Игоря, как самозабвенно он отдается ему.       Сергей повалил Игоря в сторону, все так же оставаясь сидеть на его бедрах. Разорвал поцелуй и принялся расстёгивать ремень на темных штанах Грома. Находясь в тумане, он не терял своей недавно приобретенной ловкости, словно ему помогали верховные силы, ну или же потусторонние…       — Ты даже не сопротивляешься, не то чтобы я этого хотел, пришел бы тогда раньше, — Сергей начал расстегивать свой ремень.       — Повода не было, — осипшим голосом ответил Игорь.       — А сейчас есть?       — Есть, Чумной Доктор.       На мгновение Сережа остановился, и улыбка пропала с лица. Он завороженно смотрел на Игоря, пытаясь предугадать, что тот будет делать дальше, но после пары секунд размышлений безумный оскал вернулся, глаза вновь загорелись, а сам Разумовский наклонился за новым поцелуем. Теперь он вел себя мягко и нежно, как провинившийся котенок. Но не без грамма непослушания, он умудрился укусить Игоря за нижнюю губу. Даже след останется.       — Ты ремень ослабил, чтобы вот так на мне валяться? — какой же у Грома бархатный голос, у Сергея от него дыхание спирает.       — Все тебе да тебе, я же возьму свое, — недвусмысленно промурлыкал Разумовский и в один шаг оказался на уровне бедер майора.       Он поцеловал член сквозь белье, слегка прикусил и принялся вылизывать вдоль, доводя до безумия Игоря, терпения не хватало выносить пытки чумного. Сергей пальцем сдвинул белье вниз, оголяя член.       — Ну здравствуй, майор Гром младший.       Игорь покраснел и закрыл руками лицо, под ладонями неразборчиво прозвучало: «фот йебанутый».       Комната наполнилась звуками мокрого отсоса, Сергей не стеснялся проявлять интерес к такой интимной части тела майора, а также он постарался удивить своей увлекательной особенностью — отсутствие рвотного рефлекса — заглатывать глубокого в глотку. Он помогал себе руками, двигаясь вверх-вниз по члену Игоря, отполировал его языком вдоль и поперек. Под конец он крепко сжал член у основания, начиная быстро двигаться, отчего Игорь чуть не кончил прямо в рот Сереже.       — Хватит с тебя, моя очередь, — с губы Разумовского свисала тонкая ниточка слюны, которую майор украл, не сдержавшись.       Сережа рывком развернул Игоря, укладывая его поперек дивана на спинку, с силой наклонил кпереди и пристроился сзади.       Наспех скинул брюки, вылил добротное количество прохладной смазки на член, распределяя рукой. Приставил член к заднепроходному отверстию майора и легко толкнулся вперед.       Мышцы задницы Грома резко сжались вокруг крепкого члена Сережи, отчего тот чуть не застонал вслух. Разумовский наклонился к уху Игоря.       — Расслабься, тебе же лучше будет.       Вот в очередной раз он уже так, вроде и ласковый, приказами его слова не назовешь, но это и одновременно угроза, он грозится последствиями.       Игорь послушался «совета», позволяя Сереже двигаться в его собственном темпе. Разумовский медленно вошел полностью, Игорь выгнул спину высоко вверх, но под жесткой рукой рыжей бестии прогнулся изящной дугой книзу.       Сергей вышел полностью и вошел еще раз. Еще несколько таких бережливых движений, и когда Игорь перестал выгибаться кошкой, начал двигаться все быстрее. Крепкие пальцы вцепились в ягодицы Грома, оставляя на них темные следы. Обычный хриплый голос Игоря оказался звонче новой монеты, его гортанные стоны отзеркаливались от бетонных стен. Безумие охватило разум Сергея, в него будто что-то вселилось, он набрал нереальный темп, в прямом смысле выбивая всю дурь из майора. Вся задница Грома была усыпана красными следами от шлепков, колени горели из-за того, что ему приходилось терпеть не только свой вес, но и навалившегося Сережу. Дискомфорт причинял разлившийся алкоголь, который раздражал и без того растерзанные колени.       Еще через минут двадцать Сергей ощутил, как на его члене сжимается Игорь, замирая в недвижимой позе. Разумовский поспел за Громом и кончил на спину, издавая приглушенный стон расслабления.       Сережа своим халатом вытер следы их непреодолимой страсти и, обнимая, уложил на себя на диван.       — Говоришь, Чумной Доктор? , — горло у Сережи саднило, он все это время сдерживал стон, из-за чего горло начало болеть, — если есть силы, можешь меня арестовать.