Истинная Наследница Слизерина

— Это шоколад, не бойся, — сказал тот. — А кто это был? — спросил Гарри. — Это дементор. Он искал в тебе Сириуса Блэка, — ответил он. Запах весьма знакомый, но я пока понятия не имею как он связан. До Хогвартса мы уже доехали спокойно.

***

В Большом зале на пиру, нас уже ждали. Так приятно вернутся обратно в школу с новыми приключениями. Так же приятно осознавать, что здесь тебя ждут. И вот сидим за столом, как Поттера окликнул Малфой со своими тупицами: — Поттер, говорят, что сознание потерял? — Отстань от него, Малфой! — заступился за него Рон. — Но откуда.? — Забудь, — ответила Гермиона. — Малфой, как не стыдно! — обратилась к нему я. — Если ты хочешь, чтобы на тебя обратили внимание, хоть иногда меняй словечки свои. Он нагло улыбнулся, просмотрев мне в затылок. Пытается привлечь внимание, как это мило. Дамблдор вышел к своему месту, где он обычно что-то рассказывает. — Приветствую всех! — сказал директор школы. — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года в школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Как вам известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства Магии. Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — Очень весело будет в этом году, — прошептала я. — Закончу на более приятной ноте. Счастлив представить двух наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя Защиты от темных искусств. — Люпин? — переспросила я. — Алекс, что случилось? — спросила Гермиона. — Он сказал Люпин? Она кивнула. *- Привет, я Римус… Я Сириус… — Рад тебя видеть… — С Днем Рождения!.. — Надеюсь, что мы еще встретимся с тобой… «* Я кажется знаю, кто стер мне память. Северус ты попал. -… вместо профессора Кеттлемберна, наш специалист по УзМс, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Вполне довольна этими новостями. С этими приятными словами начался пир. На столе появилось очень много еды. Я все не могла спустить глаз с профессора Люпина. Все то он фигурируется у меня в воспоминаниях, но кто он? Кстати, даже очень приятно, что теперь УзМс будет вести Хагрид. Он действительно это заслужил, так хорошо ладит с животными, это прекрасно. После пира, направились прямиком в гостиную с другими гриффиндорцами. При входе в башню Полная Дама спросила у них пароль. — Входите, входите, — раздался из-за спины голос Перси. — Новый пароль — «Фортуна Майор»! Сложноватый пароль однако, и вправду запомнить сложно. Вошли в гостиную, девочки пошли в спальни по одной лестнице, мальчики по-другой. Войдя на другой день утром в Большой зал, ребята первым делом увидели Малфоя. За каникулы Малфой стал прям симпатичным, стал повыше, мне это нравится, жалко, что не по умнел. — Ребята, не обращайте на него внимание, он любит когда на него обращают внимание, поэтому задирает, — подбадривала их, особенно Гарри. — Идите за стол. Я с Малфоем встретилась взглядами. Он улыбнулся. Я присоединилась к ребятам, севши рядом с Фредом. — Вот возьми расписание уроков для третьекурсников. — Джордж потянул несколько кусков пергамента. — Очень интересное расписание, — возразила я. — Слишком много всего. Гермиона углубилась в расписание уроков. — Прекрасно! Сегодня у нас несколько новых предметов, — радостно сообщила она. Мы с Роном заглянули к ней в пергамент… — По-моему, Гермиона, они что-то напутали с твоим расписанием, — Рон заглянул ей через плечо. — У тебя по 10 уроков в день. Сколько в учебное время не умещается. — Гермиона будет учиться по особой программе, — сказала я усмехнувшись. — Она справится. У Рона округлились глаза. — Что у нас сейчас первым уроком? — спросила я, допивая чай. — Прорицание на самом вверху Северной башни, — сказал Рон, смотря в расписание. — Туда идти минут десять, не меньше. Допили чай, попрощались с близнецами и пошли к выходу. К Северной башни идти и идти. — Может будет лучше, если я вас туда аппарирую? — спросила я. — Просто я уже устала. — Может ты и права. — тихо пробубнил Рон. — Ну ладна, если хотите, то можно и пойти, но я просто предложила. — Алекс, я буду не против, — сказала Герми. Я взяла за рукав Рона, Рон взял Гарри, а Гарри Гермиону. Представив место куда надо аппарировать, мы появились там. После первой аппарации может не много закружится голова, но у них явно все хорошо, не говоря уже о Роне. На тесной площадке столпился весь класс. На площадку не выходила ни одна дверь. Рон толкнул Гарри и указал на потолок — там была круглая дверца люка с бронзовой табличкой «Сивилла Трелони, — профессор прорицания». — Как же мы туда попадём? — спросил Гарри. — Сейчас увидишь, — ответила я. Внезапно дверца люка открылась прямо к ногам Гарри опустилась серебристая верёвочная лестница. Класс притих в изумлении. — Гарри, вперёд, — улыбнулась я. И Гарри полез первым, сразу за ним полез Рон, после присоединился весь класс. — Добро пожаловать. Как приятно видеть вас наконец в вашем физическом облике. — Садитесь, деточки, садитесь. — Профессор приглашала учеников, как дорогих гостей. Толкаясь, стали рассаживаться: кто в кресло, кто на пуф. Гарри, Рон и Гермиона сели вокруг одного стола, я же села в кресло. Тут мягче и удобнее. — Меня зовут профессор Трелони. Многие ведьмы и колдуны, как бы талантливы ни были в своей области, скажем, внезапных исчезновений, не способны рассеять туман, застилающий будущее. — Профессор переводила взгляд с одного возбужденного лица на другое. — Этот дар дается немногим. — Все очень интересно… — пробубнила я. — А теперь я попрошу вас разбиться на пары, взять с полки чашку и подойти ко мне. Я вам налью чай, вы сядете и будете пить, покуда на дне не останется гуща. Левой рукой поболтаете ее круговым движением, затем перевернёте чашку на блюдце, подождите напарнику. Оставшиеся на стенках чашки чаинки кое-что ему скажут. Растолковать увиденное поможет учебник «Как рассеять туман над будущим», страница четыре и пять. — Ой, сейчас будет интересно! Я сделала, так как она сказала. Выпила чай, перевернула чашку, а теперь ждем. Я не стала ни с кем обмениваться, а сама все проверить. — Ну что же тут у вас получилось? — обратилась ко мне профессор Трелони. Я перевернула чашку, подождала пока появятся чаинки и: — Я вижу… вижу Солнце, что означает… — пролистав книгу до нужной страницы. — Означает «большое счастье». Трелони проверила, и похвалила. Гарри и Рон быстро выпили обжигающий чай. Как сказала Трелони, опрокинули на блюдце и обменялись ими. Оба открыли учебники на указанной странице. А я понаблюдаю за происходящим. — Нашел, — сказал Рон. — Посмотри, Гарри, что ты видишь в моей чашке. Гарри пытался сосредоточиться. — Кажется, вижу, — наконец сказал он. — Что-то вроде неясного креста… — Гарри склонился над учебником. — Это значит, что тебе, к сожалению, ждут… всякие «беды и испытания.» А еще, кажется, солнце. Но солнце, наоборот, означает «огромную радость»… Понятно, значит, ты скоро будешь страдать и чувствовать радость.