Истинная Наследница Слизерина

— А теперь моя очередь. — Наморщив лоб, Рон уставился в чашку Гарри. Вижу тёмное пятно, похожее на цилиндр. Рон перевернул чашку. — А теперь точь-в-точь желудь. Давай посмотрим, что это значит. — он пробежался по странице учебника. «Неожиданная радость». Рон опять перевернул чашку. — А теперь вижу какое-то животное. Допустим, это голова… похожа на беге. нет, скорее на овцу… Гарри прыснул, профессор Трелони обернулась. — Дайте-ка взгляну, — сказала она, укоризненно глядя на Рона. Подошла к нему и взяла у него из руки чашку Гарри. Весь класс притих, ожидая ее объяснений. От увиденного она отбросила чашку: — У тебя грим! — Что? — не понял Гарри. — Это значит, огромный пес, несет беды, кладбищенское приведение! Оно сулит смерть, — пояснила я. После законченного урока по прорицанию, мы поспешили на трансфигурацию. Зайдя в кабинет, я села на любимое место, а Гарри сел в самом конце класса. Мы сидели тихо, даже как мертвые, ее это немного смущало. Никто практически не заметил как МакГонагалл превратилась в полосатого кота. — Что сегодня такое со всеми вами? — спросила МакГонагалл, приняв под звук легкого хлопка свой обычный облик. — Это, разумевается, неважно, но еще никогда не было, чтобы превращения в кота и обратно не вызвало аплодисментов. А я могу превратиться в оборотня, правда вам это не понравится. Будете бояться, но я не опасна… так что. не суть. Гермиона подняла руку: — Дело в том, что у нас первый урок было прорицание, мы гадали по чаинкам. Ну и… — Ну и кто должен умереть? — спросила она. — Я, — ответил Поттер. — Ну что ж! — МакГонагалл буравила Гарри взглядом. — Так вот знаете, Поттер, Сивилла Трелони с первого дня появления в школе ежегодно предсказывает скорую смерть одному из студентов. Никто, однако, до сих пор не умер.

***

Урок трансфигурации окончился, и гриффиндорцы вместе со своей голодной публикой устремились в Большой зал. Я уже соскучилась по еде. Урок по прорицанию был немного странный, и в какой-то момент как-то «страшновато». Трансфигурация прошла не плохо, она анимаг, показала, что она кошка. Это уже ясно давно, еще с первого курса. Мне бы тоже хорошо было бы если была я анимагом. У меня совсем другая сущность. К этой сущности я уже привыкла. После обеда у нас по расписанию УзМс. Мы шли через луг. Впереди меня шли три знакомые спины, выпендрежники. Лесничий ожидал учеников перед дверью хижины. — Скорее идемте! — закричал он, когда ученики подошли метров на десять. Мы немножко прошли вперед. — Прошу всех встать вдоль изгороди! — распорядился Хагрид. — Чтобы всем… э-э… было хорошо видно. А теперь первым делом откройте книжки… — И как их открыть? — изумился Малфой. — Погладьте по корешку, — естественно сказал Хагрид. Малфой погладил по корешку, что книга замурлыкала. Уже в момент около Хагрида стояло существо. — Это Гиппогриф, — восторженно сказал Хагрид. — А погладить можно? — спросила я. Все так посмотрели на меня, то ли с испугом, то ли с отвращением, аж противно. — Перво-наперво запомните, — сказал Хагрид. — Это зверь гордый. Никогда ему не грубите. Сначала нужно подойти к нему, поклонится, потом жди. В ответ поклонится, можешь его погладить. Если на поклон не ответит, не тронь и скорее отойди подальше. Кто хочет первым? — Я хочу! Хочу! — воскликнула я. — Хорошо. Я перешагнула маленький заборчик, подошла к Гиппогрифу. Я поклонилась, и отошла жду ответа. Гиппогриф ответил мне на поклон. А я с большим удовольствием погладила его. После меня подошел Гарри. Гиппогриф ответил ему, Хагрид посадил Гарри на крылатого друга, что тот взлетел. Спустя время гиппогриф приземлился обратно. Все взорвались аплодисментами. — Держу пари, — обратился Малфой к клювокрылу, — ты ничуть не опасен! Ты глупый, огромный, уродливый зверь! — Малфой, твою мать! — крикнула я, злобно. В какую-то долю секунды сверкнули стальные когти, и Малфой издал душераздирающий крик Хагрид бросился к Клювокрылу, не без борьбы надел на него ошейник. — Я умираю! — громко стонал Малфой. Я подошла к нему: — Какой же ты идиот! Хагрид же быстро рванул к главному входу вместе с Малфоем на руках. — Его надо немедленно выгнать! — кричала Паркинсон. Крэбб и Гойл угрожающе заиграли мускулами. — Закрыли рты! — крикнула я на слизеринцев. — Еще раз услышу какие-то оскорбления в сторону Хагрида, я вас убью! Вы меня знаете, Малфой тоже! Слизеринцы заткнулись моментом. На секунду у меня сверкнули глаза красным цветом. Я подошла к Гарри: — Пойду к Малфою. Мне надо с ним поговорить. Гарри кивнул. Я пришла в больничное крыло. Малфой там выл. Подойдя к нему: — Малфой, ты жалок. — Принцесса… — Зачем? Хотя можешь не говорить! Не хочу слышать! — Но. — Драко Люциус Малфой, не подходи ко мне и не говори! — Принцесса… — Хотела бы я говорить по-идиотски, чтобы объяснить тебе на родном языке. Я ушла, не собираясь договорить с ним.

***

Утром в четверг у слизеринцев и гриффиндорцев было подряд два урока зельеварения. Малфой явился на второй, сразу же подойдя ко мне: — Что мне сделать, чтобы ты простила меня? — Ой, кто здесь? Предлагаю тебе чаще думать. Это полезно и иногда помогает. Он дерзко двинул стул и ушел к друзьям. Урок продолжился как только вошел Снейп: — Садитесь скорее. Малфой поставил котел на огонь рядом с котлами Гарри, моим и Рона и уселся за стол напротив нас. — Сэр, — обратился он к Снейпу, — у меня болит рука, я не могу нарезать корень маргаритки. — Уизли, нарежьте Малфою, — не взглянув на Рона, приказал Снейп. Я придержала Рона. — У мистера Малфоя есть вторая рука, который он спокойно может все сделать, — возмутилась я. — Я поражаюсь вашим желанием продолжать учиться и избегать настоящей работы, мистер Малфой. — Мистер Уизли, почему вы не выполняете мои указания? — А с чего бы это мистер Уизли должен нарезать мистеру Малфою? Почему бы вам не помочь своему ученику? К тому же вам все равно заняться нечем. Я улыбнулась нахально. Не хотите по хорошему, будет по плохому. Снейпу ничего не осталось, как нарезать самому. — Вот и прекрасно! — победно улыбнулась я. Снейп от злости пристал к Невиллу, сказав, что он должен сделать зелье которое превращает его жабу в головастика. Я подошла к Гермионе: — Помоги Невиллу так, чтобы Снейп не заметил. Она кивнула. За последние дни я поняла, что это Снейп стер мне память. — Идите все сюда, — позвал Снейп, поблескивая глазами. — Поглядим, что будет с жабой Долгопупса. Правильное сваренное зелье превратит ее в головастика. Если же Долгопупс испортил варево — а я в этом не сомневаюсь, — его жаба сдохнет. — Фу, как не красиво! — возмутилась я. — Вы же профессор, выражайтесь правильно. Снейп взял Тревора, зачерпнул ложечкой каплю зелья — оно было теперь зеленое — и влил жабе в рот. Тревор сглотнул — хлоп! — превратился в головастика. Снейп же с кислой миной вытащил из кармана пузырёк, капнул на Тревора какой-то жидкости, и головастик снова стал жабой. — Минус 5 очков Гриффиндору, — объявил Снейп. — А где справедливость? — проговорила спокойно я. — Либо вы молчите и садитесь на место, либо… — Вы сами просили помочь Малфою, а тут товарищ нуждался в помощи и мы не можем ему помочь? Охренеть, профессор, у вас случаем нет ПМС? Просто вы сначала говорите одно, а потом меняете мнение на другое. — Мракс, — прошипел он. — Я. — Вы задержитесь после урока! — прошипел он. — Не шипите, вы вроде не змея. — И минус 5 очков Гриффиндору за оскорбление профессора! — В каком месте я вас оскорбила? Оборзел что-ли? — Сядь! Я продолжала стоять и не реагировала на его слова. Для меня они были пустые. Надо отстоять свою позицию, даже ели она будет стоить многим. — СЯДЬ! — рявкнул Снейп. Но тут я уже не сдержалась. Он не имеет право на меня повышать голос. — Профессор, вы случаем не оборзели? — сердито спросила я. — Мисс Мракс… — Закройте свой рот! — проговорила я очень холодно. — Что вы сказали? — Я сказала закрыть свой рот! — повторила я, а мои глаза сразу изменились на красный цвет. Снейп выпрямил спину. Хоть мои глаза и красные, но Снейп даже не осмелился подойти по ближе. — Мракс… — Я сказала закрыть вам рот. Что из этой фразы вы не поняли? Это было моё терпение, но он выбесил меня немного. — С какой это стати вы повышаете на меня голос? Я вам кто? Дочь? Может сестра? Жена? Нет? Тогда какого хрена вы рявкаете? — А-Алекс… — Снейп уже заикаться начал. — Вы совсем охренели, профессор. Мои глаза реально полыхали красным пламенем, так еще и сами глаза красные. Не позволю себя унижать и на меня же орать. Я слишком люблю себя, но порой бывает пофиг на себя. — Никто не имеет право повышать на меня голос. Никто не имеет права тявкать на меня. Никто не имеет права! — А-Алекс… — Вы правда думаете, что вам это сойдёт с рук? Снейп с каждым моим словом отходил назад на несколько шагов. — По-моему, профессор, вы не в том положении чтобы тявкать на меня. — Что вы хотите, Мракс? — спокойно спросил Снейп. — Извинений, — я посмотрела на него своими красными глазами, он в тот же момент облокотился о свой стол, ну как облокотился, он просто споткнулся о него. — Я желаю чтобы вы извинились искренне, прямо сейчас, в присутствии всех учеников, что тут находятся. В классе была громовая тишина. Никто не решался вообще ничего сказать. — Так же хочу, чтобы эти извинения слышали все. Вы не должны говорить шёпотом или с помощью легилименции. Я хочу, чтобы они (показала в сторону учеников) слышали. Вы не должны мямлить, а должны сказать отчётливо и внятно. Нет, ну реально, он перешёл все границы и я не позволю, чтобы он повышал на меня голос. — Я приношу вам, мисс, свои извинения, — без эмоций сказал Снейп. — Это было не искренне, профессор, — издевательски проговорила я. — И я думаю, что не все слышали ваши извинения. — Вы надо мной издеваетесь? — Как вы догадались? — чуть понизил свой тон, но глаза снова полыхнули красным цветом. Снейп вжался в свой стол. — Я, профессор Северус Тобиас Снейп, прошу прощение у мисс Мракс, — так же без эмоций проговорил Снейп. — Нет, — я улыбнулась. — Не искренне. Он думал, что я быстро отойду? Хм, глупый. Я так быстро не сдамся, поиздеваюсь ещё немного. — Может вы хотите чтобы я ещё на колени встал? Взял на слабо, м-м, понимаю. Знает же, что ненавижу когда стоят на коленях. Я посмотрела на учеников, которые были немного в шоке, но ладно, раз он так настаивает, то хорошо. Эх, гулять так гулять. — Встаньте, может тогда искренне заговорите. Такого унижения он не готов испытать. Он бы сделал все, что я бы захотела, но на колени он не встал бы. Мои красные, пылающие глаза смотрели прямо в его глаза. У него руки тряслись, сам он так же трясся. Над ним так в школе даже не издевались, а я смогла это сделать и всего лишь за пару минут. Понимаю, конечно все боятся ему перечить, но я своим поведением доказываю, что бессмертная и спокойно могу сделать то, что нужно. Я не спорю, мои глаза, которые красные, немного пугают, но это выглядит прикольно со стороны, а меня лучше не пугать. — Это унизительно, мисс. — Естественно. Вы унизили меня, а я унижу вас. На меня так голос еще никто не повышал, а он считает, что может это сделать, ну вот испытает позор. Северус Снейп собрался с силами, сделал несколько шагов вперёд и опустился на колени. Я такого жеста, честно не ожидала. — Я стою перед вами на коленях, — его голос дрожал, понимал, что его реально унизила студентка и он сам ничего не может сделать, — я-я… я прошу у вас прощения за свое поведение по отношению к вам, мисс Мракс. Я был не справедлив… — Снейп говорил теперь уже с эмоциями, громко, внятно и искренне. — Я не должен был… повышать на вас голос. А теперь у меня тряслись руки, я повторюсь, честно не ожидала от него такого жеста. Его глаза были красными и этими красными глазами он смотрел прямо на меня, в мои же красные глаза, этого никто не видел, но я вижу. — Я искренне прошу прощения стоя перед вами на коленях! Повернулась к классу, перед ними взмахнув рукой и невербально произнося заклинание «Обливиэйт». Снейп быстро встал с колен, мои глаза приобрели нормальный цвет глаз, я села обратно. Я не могу пока что вот так просто перед всем классом, чтобы они видели его на коленях. Они не будут помнить, что я тут делала, но будут помнить, что я говорила про справедливость. — Алекс, что ты творишь? — отрезала меня Гермиона от разговора со Снейпом. — Восстанавливаю справедливость, а что? — Почему ты не сказала, про то, что это я помогла? — Зачем? Я конечно люблю над ним поиздеваться, но даже сейчас поняла, что немного перегнула палку. А то, что ты помогла Невиллу, лучше ему не знать, кто знает, может быть снял бы еще больше очков. — Спасибо. — Ладно, идите, а то будет злится больше. — Урок окончен, — раздался звук справа.