Дочь пожирателя. Заключительная часть.

До конца августа Сандра гостила у Гермионы. Но вот настал день, когда им нужно было в Нору. Герми изменила память своим родителям и отправила их в Австралию, а девушки отправились в Нору. — Гермиона, Сандра, наконец-то вы добрались! — Миссис Уизли радостно обнимала девушек. — Грейнджер, только тебя ждали. Вперёд! — приказал Грюм. Сандра только успела перекинуться взглядом с Джорджем. Джордж, Фред, Гермиона, Рон, Тонкс, Грюм, Люпин, Билл, Флёр, мистер Уизли и Хагрид отправились на тисовую улицу за Гарри, чтобы доставить его в Нору безопасным способом. Миссис Уизли, Мэдисон, Кассандра и Джинни остались ждать. Всё это время сердце Кассандры было не на месте. Стараясь отвлечься от тревожных мыслей, девушка помогала миссис Уизли по дому, только бы чем-нибудь себя занять. Сандре ещё только через две недели семнадцать, и только тогда ей разрешат использовать магию и Министерство снимет надзор, а Джинни и того младше. Девушки находились в комнате Джинни, когда члены Ордена Феникса вернулись. Оказалось, их выследили пожиратели и напали. Грюм был убит, а Джордж ранен с левой стороны головы, половина его левого уха просто болталась. Сандру к нему не пустили, пока не обработали раны. Она сидела вместе с Герми, Джинни, Гарри и Роном в комнате Джинни. — Можешь зайти к нему, там сейчас только Фред, — произнесла Мэдисон, глядя на дочь. Сандра в ту же минуту полетела в комнату близнецов. Остановившись у двери, она аккуратно постучала. — Можно? — зайдя в комнату, спросила Крауч. — Я, пожалуй, пойду, ты в надёжных руках, братец, — с этими словами Фред направился к выходу и, подмигнув Сандре, покинул комнату. Кассандра подошла к кровати, на которой лежал Джордж. Вся левая сторона его головы была покрыта бинтами. Аккуратно присев на край кровати, девушка взяла его руку в свою. — Джордж, ты как? — Кассандра еле сдерживалась, чтобы не заплакать. — Жить буду, но может быть буду плохо слышать, — Джордж пытался шутить. — Я, когда увидела тебя в крови, чуть с ума не сошла. — Прости, я должен был быть аккуратней ради тебя, но пожирателей было слишком много. — Главное — жив! — всё-таки, как девушка не пыталась себя сдержать, эмоции взяли вверх и по её лицу потекли слёзы. — Эй, ну ты чего? Успокойся! Всё хорошо! — утешая любимую, Джордж ласково провёл рукой по её лицу. — Я даже не знаю, что сделать, чтобы тебе легче стало… — продолжала расстраиваться Кассандра, прижимаясь щекой к руке парня. — Ты можешь просто полежать со мной, и я сразу почувствую себя лучше. Девушка не колеблясь легла рядом с ним, положив свою голову ему на плечо. Одной рукой Джордж обнял девушку, ласково поглаживая по спине, другой он накрыл её руку, лежащую у него на груди. — Вот, уже легче! Ну, не плачь, пожалуйста, — оставляя поцелуй на её макушке, успокаивающе проговорил Уизли. — Война ещё не полностью развернулась, а уже нет Дамблдора, Грюма, Билл покалечен, а ты ранен и, что будет дальше, я даже боюсь представить, — переплетая пальцы их рук, произнесла Крауч. — Мы обязательно победим и с минимальными потерями. — Вот именно, с потерями! — девушка приподняла голову и посмотрела на парня. — Джордж, будь осторожен! Я не хочу тебя потерять!.. — Обещаю быть очень осторожным. Но и ты должна мне пообещать быть аккуратней, а то я вас с Гарри знаю: вечно в неприятности попадаете! Девушка снова удобно устроила свою голову на плече парня, а затем ответила: — Хорошо, — она не могла обещать, поскольку знала: её послезавтра утром здесь не будет, и она отправится искать новые неприятности. — Глупый вопрос, но… сильно болит? — Когда ты рядом, почти не болит, — Джордж помолчал минуту, а потом продолжал: — Не волнуйся, до свадьбы заживёт! — До какой свадьбы? — До свадьбы Билла и Флёр уже не успеет, а вот до нашей, точно, пройдёт. Кассандра даже не сразу поняла, что он сейчас сказал. — Шутить пытаешься? — Почему шутить? Вот кончится война, и я сразу на тебе женюсь. Отец с матерью… — Джордж не договорил, почувствовав, как на слове «отец» Кассандра дернулась всем телом. — Прости, я не подумал. — Всё в порядке. А когда на вас напали, там был?.. — Сандра не договорила, но Джордж и так понял. — Нет. Его не было среди нападавших. — Хорошо, — облечено выдохнув, произнесла Сандра. — Папа там с этим безносым ублюдком, а я и мама здесь, на противоположной стороне, но скоро мы окажемся друг против друга, и тогда… — Всё будет хорошо, твой отец не станет сражаться против тебя и твоей мамы. Эви… — парень не договорил, поскольку девушка снова напряглась всем телом. — Что с тобой? — Просто меня всегда только первым именем называли, и только один человек называл вторым, это было давно. Мне его папа дал, и когда я была маленькая, он называл меня Эви. Мама рассказывала, что папа говорил, что мои глаза изучают свет, а имя Эвелин — значит «свет». — Если хочешь, я буду называть тебя первым именем. Главное, что ты рядом. — А Эви хорошо звучит…даже как-то по-особенному, … если хочешь, называй меня вторым именем, пусть так называют меня только два моих самых дорогих и любимых мужчины. Мне это даже нравится, папа ведь маму тоже вторым именем называл, и они были счастливы… пусть и недолго. — А мы будем счастливыми очень долго. Я обещаю… — в порыве воскликнул Джордж. — Сейчас давать обещания очень опрометчиво, идёт война. И каждый день может стать последним. И мне очень страшно. Я, когда тебя сегодня увидела, очень сильно испугалась, что могу больше тебя не увидеть, не поговорить с тобой, не обнять тебя. А ещё страшнее стало, когда представила, что это мог сделать мой отец и… — больше Эвелин говорить не смогла, поскольку её стали душить слёзы. Джордж не знал, что ей сказать, чтобы успокоить, он только сильнее прижал её к себе, и так же гладил по спине. Через несколько минут она немного успокоилась. — Прости. Ты ранен, а я тут тебя своими проблемами гружу. — Правильно делаешь, с кем тебе ещё этим делиться, не со своей же мамой, ей и так тяжело! — Джордж понимал: нужно менять тему. — А голова уже не болит, твоя и моя мамы там столько чар и разных мазей наложили!.. И ты рядом, а когда ты рядом, вся боль проходит; знаешь, ты моё личное лекарство, которое может излечить любую рану. Эви, я очень тебя люблю и моё главное желание сделать тебя счастливой. Ты — лучик света, который указывает правильную дорогу даже в такое тёмное время, и ты вселяешь веру и надежду, что всё будет хорошо и… — Джордж замолчал, почувствовав, что дыхание Кассандры стало ровным, глубоким. — Эвелин!.. — тихо позвал он девушку. Девушка не ответила, лишь, сонно повозившись, устроилась удобнее. — Спи, моя хорошая! — укрыв девушку одеялом, произнёс Джордж. — Сладких снов!