Дочь пожирателя. Заключительная часть.

Четвёртка друзей всё ещё находилась в доме Блэков, и рассуждала, где искать остальные крестражи. В тоже время они понимали, что уже нужно искать другое место их пребывания — здесь становится опасно! Кассандра проснулось в комнате, где они ночевали с Гермионой, но подругу не обнаружила. Сделав утренние процедуры и одевшись, Кассандра спустилась вниз, по походу заглядывая в другие комнаты в поисках друзей, но их не где не было. Зайдя на кухню Кассандра остановилась от неожиданности. — С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ! — хором поздравили её друзья и по очереди обняли, а после они обнялись все вчетвером. — Я и забыла. Спасибо, ребята, я вас так люблю! — на глаза девушки навернулись слёзы: она ведь, действительно, забыла, но друзья помнят! — Давайте пообещаем друг другу, чтобы ни случилось и, где бы мы ни находились, помнить друг о друге и никогда не забывать! — предложила Гермиона. — А ты думаешь, возможно забыть тех, кто стал тебе семьёй? — сказала Сандра. — Невозможно забыть семью, — вторил Рон. — Вы — лучшее, что было в моей жизни. Вы — моя семья! — сказал Гарри. — Ой, Сандра, мы тебе тут сюрприз подготовили, — проговорила Гермиона и потянула девушку к столу, на котором был торт. — Вы сами его испекли? — Гермиона. Мы на подхвате были, — ответил Рон. — Загадывай желание и задувай свечи! — сказал Гарри. Желание Кассандры было простым: победить Волан-де-Морта с наименьшими потерями, чтобы все её друзья и близкие выжили в этой войне (под всеми она подразумевала и отца). Загадав желание, девушка задула свечи и всем своим израненным сердцем надеялась, что желание сбудется. Потом они пили чай, веселились, как могли, и пытались, хоть на день, забыть о войне. А на следующий день случилось непредвиденное. Ведь друзья забыли о портретах, и один из них смог-таки передать, где находится Гарри и его друзья. Благодаря защите, наложенной на дом, у друзей было две минуты, чтобы исчезнуть, когда появились пожиратели. Они трансгрессировали в лес. — Чуть не попались, — сказал Гарри. — А где мы? — В лесу, как видишь. Недалеко от него проходил чемпионат мира по квиддичу, — ответила Гермиона. — Просто я перенесла нас в то место, которое первое пришло в голову. — Останемся здесь на пару дней, а потом придётся постоянно перемещаться по лесам, при этом ставя всевозможную защиту, чтобы нас не заметили, — проговорила Кассандра. Ребята установили палатку, вокруг всю защиту, на которую были способны. — Так, медальон у нас, но, как его уничтожить, мы не придумали, — сказала Гермиона, сидя у костра. — Гарри, вспоминай всё, что тебе рассказывал и показывал Дамблдор, он же как-то уничтожил перстень, — Сандра замолчала и задумалась. — Подожди, Гарри!.. Дневник Тома Реддла!.. — И что дневник? — непонимающе спросил Рон. — Гарри уничтожил его клыком василиска; значит, крестражи, может уничтожить яд Василиска! — сказала Гермиона. — Ага, и где его взять? Дамблдор что, по-вашему, где-то раздобыл яд василиска и припрятал, а нам сказать забыл? Решил, поищите ребятки, а то вам скучно?.. — грустно и с иронией сказал Гарри. — Меч Гриффиндора! Когда ты проткнул им василиска, яд попал на него. Вот чем Дамблдор уничтожил кольцо Марволо! — воскликнула Кассандра. — Но яд давно стёрся, — ответил Рон. — Меч гоблинской работы, — сказала Кассандра и, поймав непонимающие взгляды друзей, продолжила: — Оружие гоблинской работы принимает в себя то, что делает его сильнее. Он пропитан ядом василиска. — Это хорошо. Но где его искать? — грустно спросил Гарри. — Найдём, обязательно найдём! — сказала Гермиона. Через несколько дней они собрали палатку, сняли все заклятья, замели следы и переместились в другое место. И так неделя за неделей они перемещались по лесам Англии, размышляя, где может быть меч Гриффиндора и оставшиеся крестражи. Гарри десятки раз пересказывал друзьям всё, что видел в омуте памяти о Волан-де-Морте, всё, что рассказывал ему Дамблдор. Близилось Рождество, а они не продвинулись в своих поисках. Они начали отчаиваться, когда произошло не иначе, как чудо. Было утро, когда, выйдя из палатки, девушки увидели промокших до нитки, но довольных Гарри и Рона. Оказывается, когда парни дежурили, то увидели чей-то патронус в виде лани, и тот привёл их к озеру, на дне которого лежал меч Гриффиндора. Вытянув меч, они смогли уничтожить им крестраж. И, самое главное, им показалось, что за ними кто-то наблюдал, и меч туда положили специально. Но кто может быть этот союзник? Но как он их вычислил? И пока парни рассказывали, у Гарри случился приступ. — Гарри, опять Том? — спросила встревоженная Гермиона. — Что ты видел? — Том зол, он что-то ищет; и, как почувствовал, что крестраж уничтожен, был просто в ярости. И я кое-что ещё увидел. Сначала он пытал Грегоровича. Всё спрашивал, где оно, и требовал отдать это ему, а потом проник в его мозг, и я вместе с ним. И я увидел, как на подоконнике на корточках сидит красивый парень с золотистыми волосами, и по его виду видно, что он доволен собой. Парень кинул в Грегоровича заклинанием и спрыгнул вниз. — И что это может быть? Что нужно Тому? — задумчиво спросила Кассандра. — Видимо то, что украл тот парень с подоконника у Грегоровича, — размышляя, ответила Гермиона. — Возможно, но что нам это даёт? — сказал Рон. — Новую пищу для размышления, — проговорила Крауч. И снова перемещения с места на место и размышления, где крестражи и, что ищет Волан-де-Морт. В феврале Гарри под мантией-невидимкой вместе с Роном переместились в Годрикову Впадину, чтобы найти что-нибудь, ведь там родился Дамблдор и погибли родители Гарри. Вернулись они только ближе к вечеру. — Ну что? Нашли что-нибудь? — поинтересовалась Гермиона. — Нет, только старый дом Гарри и могилу его родителей, — сказал Рон. — Нет, только в одном из заброшенных домов мы нашли вот это колдо, — Гарри протянул его девушкам. — На нём тот парень с подоконника. — Не может быть, я его знаю! — выхватив колдографию, воскликнула Сандра. — И кто он? — спросила Гермиона, и все трое уставились на Кассандру. — Это Геллерт Грин-де-Вальд. Мой прадед по материнской линии… — промолвила девушка, произнеся последнее предложение еле слышно. Сказать, что ребята были в шоке, это ничего не сказать! — Ты никогда не говорила, — опомнившись от шока сказал Гарри. — Да я сама мало что знаю. У нас про него в семье не говорили. — Но откуда ты тогда знаешь? — спросил Рон. — Семья Ричардсон входит в список священных, у таких семей есть семейный гобелен, на котором автоматически показываются все кровные связи. По нему я и поняла, что тёмный волшебник Грин-де-Вальд — мой прадед. Я спрашивала у матери, но она так же ничего не знает, прабабушка ничего не рассказывала. Всё, что она говорила, это то, что она не хотела, чтобы кто-то знал, кто отец её сына, и поэтому дала ему свою фамилию. Но я всё же смогла кое-что разузнать. Грин-де-Вальд и Дамблдор были друзьями в юности, но потом их дороги разошлись. Мой прадед пошел по тёмному пути, а Дамблдор по светлому и, насколько я знаю, у них была клятва на крови: не сражаться друг против друга! Поэтому до знаменитой дуэли они не сражались друг против друга. Но, когда клятва была разрушена, дуэль состоялась. Дамблдор победил, а Геллерта отправили в его собственную тюрьму. И я, кажется, знаю, что ищет Том, он ищет бузинную палочку — самую могущественную палочку в мире. — Что за палочка? — спросил Гарри. — Слышали про дары смерти? «Сказка о трёх братьях»? — спросила Сандра. — Это же просто детская сказка, — ответил Рон. Гарри, видимо, вообще не понял о чём речь. — Да, я читала, у меня даже книжка с этой сказкой есть, — сказала Гермиона и, достав книжку, прочитала сказку. — И что? — Гарри не понимал, к чему клонит Кассандра. — Это и есть дары смерти, а это, — Сандра взяла книгу из рук подруги и указала на рисунок, — знак даров смерти. Вот эта черта посередине — бузинная палочка, круг вокруг неё — воскрешающий камень, а треугольник, в котором находятся палочка и камень, — мантия невидимка, — закончила девушка. — То есть, моя мантия-невидимка — один из даров смерти?! — удивился Гарри. — Получается, — ответила Герми. — Но, как ты связала Грин-де-Вальда, Тома и бузинную палочку, она ведь, как и остальные дары смерти, была утеряна? — спросил Рон. — Не знаю, как, но, видимо, палочка попала к Грегоровичу; вот её и украл тогда мой прадед, а когда его победил Дамблдор, то она перешла к нему. Я знаю, что бузинная палочка была у Грин-де-Вальда, но откуда он её взял, я не знаю. — Но откуда ты тогда знаешь, что палочка была у Дамблдора? — Он как-то вызвал меня к себе, угостил чаем, говорил и говорил о всякой ерунде, а после, видимо специально, но тогда я не поняла, уронил волшебную палочку. Я её подняла и отдала ему, но, когда отдавала, почувствовала что-то странное, даже не знаю, как объяснить. В общем, когда я отдала ему палочку, он сказал, что эта палочка когда-то принадлежала его другу, а теперь ему, но она его не совсем слушается, и добавил, может потому, что она связана со сказкой. Тогда мне было не до сказок, и я не придала этому значения. А теперь понимаю, он делал намёк, что это за палочка. — Палочку похоронили вместе с Дамблдором, а если Том узнает, то у него в руках будет самая могущественная палочка в мире, — сделал заключение Гарри. — Да, но только, чтобы палочка его признала, он должен победить в честной битве, а если он просто её заберёт, я не думаю, что она признает в нём хозяина. Нет, конечно, бывает, что палочка, находясь долго без хозяина, может признать кровное родство волшебника с её хозяином и выбрать его своим новым хозяином, но такое случается очень редко. — сказала Гермиона. — Значит, палочка теперь служит Снеггу? — спросил Рон. — Нет, я был там, когда убили Дамблдора, и это Драко его обезоружил, а потом уже Дамблдора убил Снегг, — ответил Гарри. — Только бы Том не узнал, всё-таки хоть Драко и донимал нас, его жалко, — грустно сказала Герми. — Ладно, с тем, что ищет Том, мы разобрались; считает, что с помощью бузиной палочки он победит Гарри. Но я не думаю, что она ему поможет. Если волшебник слаб, ему не поможет даже самая сильная палочка, а если волшебник силён, то он справится и с обычной палочкой. Ведь палочка — только проводник магии, и она не на много усиливает магию самого волшебника. Давайте теперь думать над тем, что ищем мы, — заключила Крауч. Еще месяц перемещались они по лесам в размышлениях, пока Гарри не совершил роковую ошибку.