Лилит

Надо мной пролетел транспорт везущий высокорангового человека. Тонированные стёкла скрывали его лицо от посторонних глаз. Это был кто-то из “возвышенных” - людей находящихся на самом высоком ранге из существующих. По сути, они являлись святыми во плоти, и мало кому удавалось увидеть их вживую. Дрожь пробирала всё моё тело от мысли, что я когда-нибудь смогу встретить их. Но перед этим, мне следовало пройти длинную дорогу, постепенно поднимаясь по ранговой шкале. А в самом конце жизненного пути, получить благословение биореактора и вознестись, откинув телесную оболочку. Но мне не стоило мечтать об этом. Пока я даже не работал, а лишь учился на первом этаже биореактора. Безусловно, люди моего ранга могли дойти почти до самого верха башни без каких либо ограничений, но это противоречило нашей собственной морали. Мы не достаточно чисты, для совершения столь ответственного действия. Да и к тому же, башня была видна из моего окна так близко, что я мог разглядеть идущие от неё к распределителям потоки энергии. И пока мне этого хватало с лихвой. На данный момент, я работал тестировщиком обеспечения для простой аппаратуры. Используя симуляцию нейролимфы, с помощью различных эмуляторов и приложений я проверял программы на работоспособность. Дальше только больше. Я как обычно пришёл в офис за несколько часов до начала его работы. Это доставляло мне крайнее удовольствие. Я включал повсюду свет и садился на любое рабочее место, которое захочу. Все симулятивные конструкции находились под моим руководством. У меня словно был собственный кабинет, который имеют только высокоранговые работники. Особенно удобно было работать над моим проектом для перевода в следующий отдел. Мне оставалось только несколько небольших правок до финальной версии, и тогда я смогу запустить его уже на настоящей аппаратуре с применением реальной нейролимфы. Нейролимфа использовалась практически всей техникой: начиная от светофоров и заканчивая научными центрами. Она самостоятельно подстраивалась под любую аппаратуру связывала нас с биореактором. Нейролимфа служила проводником Его воли и помогала городу функционировать правильно Подобно нервам она транслировала от мозга импульсы к остальному телу. Симулятивная нейролимфа не работала как настоящая. Она имела более стабильное состояние и не могла так явно видоизменяться. Во многом такое поведение обусловлена её искусственным происхождением. В то время, как природа настоящей нейролимфы до сих пор являлась до конца не изученной загадкой. Нейролимфа вела себя подобно живому организму, постоянно меняясь и создавая новые структуры. Поэтому обеспечение для аппаратуры, работающей с ней, постоянно переписывалось и улучшалось. Программы нужно всё время обновлять, а иногда и разрабатывать заново, ведь даже нейросети не могли подстраиваться под поведенческую структуру нейролимфы. Пока я работал со своим проектом, в коридоре послышались голоса. Только два человека могли прийти ко мне в такую рань, по дороге весело обсуждая глупые шутки. Манго не спеша зашёл в офис, а ввалившийся за ним Мандарин, сразу же подбежал ко мне. -Ну что, готов занять моё место? - он наклонился к монитору, присматриваясь к происходящему на нём. Я немного отодвинулся, позволяя ему рассмотреть экран лучше и сказал: -Уже сбился со счёта, сколько раз перепроверял программу. Но меня всё ещё гложит мысль о том, что тут может быть глупая ошибка, которую я до сих пор не заметил. -О да, знакомое волнение перед “проверкой”. Когда ты всю ночь сидишь и перезапускаешь программу, думая, что завтра она сломается на самом старте. - Манго сел на один из свободных стульев. -У меня есть предложение получше. Пока не начался рабочий день, предлагаю сходить немного выпить. - Мандарин вдруг подмигнул мне. - А мы с Манго заодно выступим в качестве проверяющей комиссии. Никого из нас не нужно было уговаривать, и через несколько минут мы уже шли к ближайшему бару. Несмотря на его расположение рядом с высокоранговом районом, куда люди с низким социальным уровнем практически не ходили, мы всё же решили сделать небольшое исключение из правил. К тому же, по словам Мандарина, там делали превосходное крафтовое медовое пиво. -А что всё-таки будет, если мы попробуем пройти вглубь района? - спросил я, когда мы перешли условную границу. -Не знаю, я никогда об этом даже не задумывался. Мало кто, вообще, хоть раз посещал более высокоранговые части города. - Мандарин шёл практически в припрыжку. Судя по всему, он уже определился со своим заказом на сегодня. Главное, проследить за тем, чтобы он не перебрал, как он любит это делать. Пристрастие к алкоголю считалось сильным грехом, никак не способствующим возвышению. -Я бывал там пару раз. Они не очень любят гостей с низким социальным уровнем. Те не вписываются и нарушают темп их жизни. Ты просто чувствуешь, как сильно окружение отлично от нашего, при продвижении по ранговой шкале люди действительно становятся другими. Абсолютно всё там показывает, насколько ты чужой в этом месте. - спокойно произнёс Манго -А это правда, что они не занимаются сексом? - внезапно спросил Мандарин. -Мне откуда знать. Я в постель к ним не лезу. -Да, я тоже слышал об этом. Сексуальное влечение - это животный инстикт, который по мере роста социального уровня просто атрофируется. - я кивнул головой, соглашаясь с Мандарином. -Да вряд ли они уже так сильно близки к превосходству. Биореактору до сих пор не удалось вывести идеального человека. Я, конечно, верю, что мы постепенно приближаемся к этой цели, однако... Но Манго не успел договорить, впереди раздались чьи-то крики и на улицу выскочило несколько теней. С прыткостью хищника они перебегали из одного места в другое, разбрасывая повсюду дымовые шашки, которые тут же выпускали свои чёрные клубящиеся внутренности. Дым поглотил всю улицу, и у одной из теней в руках вспыхнул маленький огонёк. Она замерла, выискивая глазами жертву, а потом остановила свой взгляд на находящемся неподалёку сетевом аппарате-смотрителе,. Если нейролимфа являлась нервами биореактора, то смотрители служили его глазами. Получая информацию с помощью множества датчиков и специальных устройств, они обрабатывали её и передавали нейролимфе. Смотрители полностью контролировали движение каждого человека, находящегося поблизости, и выдавали всю информацию, касательно его поведения, действий и направления движения. Полученные данные помогали нейролимфе лучше регулировать городское движение и перемещения каждого гражданина, подстраивая среду, вовремя вызывая для него городской транспорт и давая подсказки по дороге до ближайшего магазина. Но к сожалению, смотрители не умели читать мысли, а также могли работать только на открытом пространстве, поэтому даже их контроль не был стопроцентным. -Да здравствует смерть порядка и рождение хаоса! Голос тени будто исходил от самой масок, а не от её владельца. -Настало время сжечь здесь всё дотла, окунув мир в безумие. Сказав это, человек бросил бутылку с горючей жидкостью в смотрителя. Антипожарные системы отключили его от остальной сети. Первое время никакой явной опасности не предвещалось, за исключением порчи самого оборудования. Но тут смотритель начал наливаться кровью, вещество за его прозрачными стенками безумно заметалось из стороны в сторону. В защитной программе устройства произошёл сбой, и случайно оставшееся внутри нейролимфа разрывала его оболочку. Она билось в агонии беззвучного крика, постоянно меняя формы, пока не вырвалась наружу. От взрыва всю аппаратуру разнесло на части, и освободившаяся масса полилась на землю, разъедая всё на своём пути и создавая клубы едких испарений. Резкое нагревание от контакта с огнём превратило неролимфу в жидкого демона, в один момент выпустив всю накопленную в ней энергию. -Это только начало конца. Мы уничтожим всё, на чём стоит ваша ложная жизнь- человек в маске поднял руки кверху. Ео слова утопали в шуме и криках. Кого-то вытаскивали из под обломков, но густой дым застилал всю область видимости, создавая сильнейшее жжение на слизистой оболочке глаз и рта. Бригада пожарных автоматов уже с гудением подъезжала к месту происшествия. Среди всего хаоса из ядовитых испарений и разрастающегося пламени маячили животноподобные тени. Кружась в безумной пляске, они громко смеялись, и их смех смешивался с происходящим вокруг безумием, порождая непостижимую какофонию, в которой невозможно было уловить ни единого звука. *** Миндаль сегодня был чрезмерно весёлым. Чаще всего он вёл себя так после очень удачного соединения с биореактором. Возможно, он увидел важное послание в образах, которыми тот наполнил его. Каждый из нас немного завидовал “пророкам” за способность лучше других понимать Его мысли. Никому Он не раскрывался так сильно, как им. “Пророков” можно было считать Его возлюбленными детьми, пасторами, ведущими остальных к садам блаженства. На протяжении всего вечера я старался намёками выпытать у Миндаля информацию про людей в масках. Он запретил любое их упоминание в нашем семействе, за исключением тех моментов, когда Миндаль, с присущим артистизмом, сам затрагивал эту тему. Все “пророки” понимали: угроза исходящая от людей в масках разрасталась всё сильнее. Теперь они совершали всё более немыслимые и разрушительные действия, но никто так и не мог остановить их. Вчера, инцидент со смотрителем унёс жизни троих человек. Скорее всего, я просто не заметил этого из-за царившей вокруг суматохи. Во время несчастных случаев иногда случались жертвы, но их количество было столь низким, что практически равнялось нулю. Однако за последнюю неделю, их численность уже превысила показатель за несколько лет. Люди в масках лишь молчаливо следовали своему плану, не обращая внимания на погибших. Возможно, смерти являлись их основным средством достижения цели. Каждое их действие было похоже на древний ритуал, на котором они совершали жертвоприношение во имя… чего? Паприка представляла явную противоположность Миндалю, и на все попытки как-то поднять ей настроение отвечала неохотно. В последнее время её многочисленные споры с Миндалем всё чаще превращались в обыкновенную ссору. -Очень скоро они полностью успокоятся. Нужно лишь немного потерпеть - как бы невзначай сказал Миндаль. Он знал, данная фраза лучше всего спровоцирует Паприку на конфликт. -Возможно, нам стоит понять, чего они конкретно хотят? Мы даже не знаем их намерений и планов. -С ними нельзя вести диалог! Это не просто сбой в системе, а зло в чистом виде, стремящееся неизвергнуть наш мир в бездну. Они свернули на кривые пути и должны быть оставлены остальными! -И каким же образом мы должны остановить их? -Они ожидают от нас жестокости, но не получат её. Даже, если они будут убивать людей, сдирать с них кожу, а головы насаживать на копья, мы не ответим им жестокостью. - настроение Миндаля внезапно поменялось. На место радостного лица пришло скрытое желание, прятавшееся глубоко внутри. -Но они не начинали совершать подобного. - испуганно признесла Паприка. Ей не следовало слишком сильно препираться перед Миндалем, родитель всегда стоит выше своего порождённого. -Биореактор сильнее зла, сподвигающего их на путь греха, и они прекрасно осознают это сами - Миндаль приблизился к Паприке. Его руки тряслись и были готовы вот-вот схватить её за горло. Как можно скорее, я вышел из кухни, закрыв за собой дверь. Я не имел права вмешиваться в конфликт между родителем и порождённым, поэтому просто ушёл и оставил их наедине. Всё, что будет происходить дальше не моё дело. Так было сказано биореактором: “Mежду родителем и порождённым не существует жестокости и греха”. Я поступил правильно. Я поступил правильно! Я поступил пра… На кухне раздался крик Паприки. Почему бы мне не навестить Корицу? Это же такая превосходная идея! А сейчас я закрою уши, чтобы не услышать ничего лишнего. Корица весь день делала вид усердной занятости, стараясь не попадаться на глаза прародителям. Сейчас она несколько часов сидела у себя в комнате работая над чем-то. Но стоило мне зайти, как она сразу сняла VR-шлем и тихо спросила: -Где прародители? -Они на кухне ссорятся, опять. Теперь это их излюбленное времяпрепровождение - я закрыл за собой дверь. Мне не следовало рассказывать ей о последствиях соры. Хотя Корица сама прекрасно обо всём знала, и старалась не затрагивать нежелательные темы. -Я посмотрела данные моей версии. Буквально недавно поступила информация об её нестабильности. Она превышает норму аж на десять процентов.. - Корица быстро открыла на своём персональном компьютере множество вкладок с информацией про версии людей. -Статистика всегда даёт усреднённый результат. Если для твоей версии и свойственно такое высокое отклонение, это не значит, что ты будешь им обладать. - я попытался успокоить её. Корица опустила голову и неуверенно кивнула: -Да, но вполне вероятно, именно нестабильность моей версии, обуславливает столь сильный страх перерождения. -Тебе не стоит так сильно переживать. Каждый, кто узнаёт о своём скором перерождении, испытывает сильное беспокойство. Не зря, людей предупреждают всего за несколько часов до самого процесса - я присел рядом с Корицей и взял её за руку. -Кстати, у твоей версии отклонения ещё сильнее, чем моей. Но по тебе такого не скажешь. - Корица попробовала усмехнуться, но у неё получилось это не особо хорошо. -Вот видишь, я просто не обращаю внимание на статистические данные. Отклонения - всего лишь предрасположенность к нестабильному поведению личности, но никак не его первопричина. Биореактор подарил нам возможность рождаться безгрешными. -Пожалуй ты прав. В любом случае, мыслей о краже или убийстве у меня пока не возникало, а значит, не всё потеряно. - она прикусила губу, а потом уже более жизнерадостно произнесла - Я тут немного посмотрела информацию по типам наших прародителей. Корица вывела на экран две вкладки, отображающие абсолютно весь материал про версии Миндаля и Паприки: начиная от среднего показателя роста, заканчивая списком самых распространённых хобби и характером. Но самыми главными показателями всегда являлись “чистота” и процент отклонения. Они определяли, насколько сильно человек той или иной версии неустойчив к грешным мыслям или поступкам. -Как я и предполагала, версия Миндаля, выдаёт очень хорошие результаты. Эта статистика, сохраняется уже долгое время и если меняется, то только в лучшую сторону. Но это не так интересно, как информация про версию Паприки. Она не обновлялась уже несколько дней. - Корица открыла “спрятанную от посторонних глаз” вкладку со всей информацией. -И что это может значить? -Я не знаю. Возможно, на сервере произошла ошибка, либо подсчёт данных оказался гораздо сложнее, чем у остальных версий. Вообще, ты у нас тут техник и должен разбираться в таких вещах. Я поднял руку, поправляя её: -Между прочим, статистикой версий занимаются социологи. А к работе с их сайтами и базами данных неопытные техники не допускаются. Да и система никогда ещё не давала таких сбоев, только если… Я вдруг замолчал. -Кто-то умышленно не обновляет информацию - сказала Корица. -Если специально не обновлять информацию по самым нестабильным версиям, то и общая статистика по населению будет выглядеть нормально, ведь их данные не учитываются при подсчёте. - продолжил я. Корица приблизилась ко мне и тихо прошептала: -Появившиеся из неоткуда люди в масках, и резкий скачок нестабильности большого числа версий связаны между собой. Им удалось пробраться в систему гораздо глубже, чем нам кажется. Предателем может оказаться абсолютно каждый. *** Паприка закрыла за собой дверь и неспешно подошла ко мне. Ей всегда требовалась моральная поддержка после ссор с Миндалем. А точнее, после того, что следовало за ними. -Прости нас за сегодняшнее. Я знаю, как некомфортно тебе выслушивать постоянные пререкания. - она положила руку мне на плечо. -Я больше беспокоюсь не за себя, а за Корицу. Вы слишком давите на неё. Но Паприка лишь улыбнулась и, наклонившись ко мне, произнесла: -Тебе не стоит так сильно привязываться к ней. Вижу, вам удалось узнать пароль от сейфа. Я не скажу об этом Миндалю только по той причине, что мне придётся сдать вас двоих. А он очень не любит, когда вы совершаете плохие поступки - она подмигнула мне, -Ты же помнишь главное правило отношений между родителем и порождённым? -Родитель всегда имеет право получать всё, что пожелает. - я опустил глаза. Но она, усмехнувшись, покачала головой: -Порождённый моего порождённого - мой порождённый. Это значит, я не смогу защитить тебя от его гнева. - Паприка взяла меня за подбородок - Но всё в порядке, Миндаль не узнает о нашей маленькой тайне. -Но я совершил грех и должен понести наказание. Паприка приложила палец к моим губам и прошептала: -Тише. Все мы грешны, и в этом нет ничего плохого. Главное, осознавать свою природу и принимать её такой, какая она есть. -Мы должны соблюдать правила, написанные биореактором. Они помогают бороться с нашими внутренними демонами. -Или просто прячут их как можно дальше? Только увидев зверя в самом себе, ты сможешь побороть его. Законы лишь преобразовывают нашу жестокость в оптимальную форму, пряча её от посторонних глаз. Позволь, я покажу тебе. Паприка обнажила своё плечо, демонстрируя иссечённую продолговатыми рубцами кожу. -Он вычитал в каких-то старых книгах о временах, когда ярые последователи некоторых религий занимались самобичеванием. И теперь, пытается освободить меня от греха через страдания. - Паприка сняла с себя комбинезон и повернулась ко мне спиной. Её некогда гладкая кожа была иссечена многочисленными ранами. Уже зажившие рубцы и следы горячего воска были перекрыты свежими кровоподтёками. Миндаль не хотел, чтобы Паприка заживляла их с помощью медицинской станции. По его мнению, так кожа выглядела чище. Я коснулся спины Паприки, почувствовав под рукой тепло её тела. -Тебе было очень больно. Почему он совершает такие вещи? Она повернула голову в мою сторону и сказала: -Это у него скорее профессиональное. Святошам всегда хочется добиться чистоты от своих отпрысков. А страдания, по их мнению, очищают человека лучше всего. Многие из родителей совершали гораздо более жестокие вещи со своими порождёнными. Это позволяло им переправлять свою злость, высвобождая её. Они очищались и не совершали ужасные поступки в повседневной жизни. Выплеснув свою агрессию, похоть и другие низменные инстинкты, мы могли освободить умы для служения биореактору. Удовлетворение сексуальных потребностей - лишь вершина айсберга. К тому же, мне самому нравилось делать Паприке приятно. Ведь привязанность между родителем и порождённым была сродни связи хозяина и любящего питомца. Правда, не все хозяева отвечали взаимностью. Паприка придвинулась ко мне ещё ближе, намекая, что я должен проявить инициативу самостоятельно: -Мы лишь животные, пёсик. Ты ещё не осознаешь, насколько наше общество неправильно. - она положила мою руку на свой истерзанный шрамами живот.