Прошлое

—И где мы?—прошипел Алёнка от боли, потирая ушибленное место. —Я не знаю.—недовольно протянула Алиса и поскорее встала с мощенной дороги, дабы не запачкаться ещё больше.—Но где бы мы не были, эти платья ужасны и совершенно не модные.—указав на прошедшую недалеко от Патруля женщину с коромыслом и двумя пустыми ведрами. —Алиса как всегда со своей модой.—пробурчала волшебница Ветра и принялась стряхивать с себя пыль. —Кто бы говорил, Варечка...—язвительно протянула Маша, протирая очки, с грустью замечая на стекле небольшую трещинку. —Девочки, ну не ссорьтесь, это же пустяки.—пролепетала Снегурочка, снова призывая подруг к миру и дружбе, и помогла Алёнке встать. —Девочки не ссорьтесь...—писклявым голосом передразнила подругу Варя.—Мы и не ссоримся... —Девочки...—испуганно протянула Хранительница Времени, отшагнув от волшебниц и смотря куда-то в даль, и указала пальцем на какой-то домишко. —Что случилось, Алис?—поинтересовалась Рыжова, пытаясь понять куда показывает девушка, до рези в глазах смотря на небо. —Моей башни... нет.—сглотнула розоволосая и перевела взгляд на испуганных подруг.—Кажется, мы попали в прошлое... В далёкое прошлое.

***

—Мам, куда мы идём?—нытливо протянул брюнет, искренне жалея своё попусту проведённое время и идеальный план, который просто пропал, ибо такого дня придётся ждать ещё целый год, а именно именины Царя. День, когда можно по-настоящему поживиться. Можно было бы поживиться, однако женщина испортила всю его задумку. —Помнишь, я обещала тебе всë рассказать?—тихо произнесла она, словно пытаясь надавить отпрыску на жалость. —Ну помню.—смягчившись, пробормотал мальчишка и с жалостью посмотрел на стражу, которая прошла мимо парня, что только что, прямо у них под носом стащил с прилавка пекаря целый батон хлеба.—А ты не могла повременить с правдой? Сегодня был просто идеальный день...—последние слова он сказал как бы для себя, но родительница услышала именно их. —Идеальный для чего?—грозно посмотрев на сына, спросила женщина, резко повернувшись к пареньку лицом.—Опять воруешь? —Не-ет...—протянул мальчик, поняв, что попался, но попыток, грубо говоря, отбрехаться не оставил.—Погулять. —Сынок...—тяжело вздохнула женщина и присела около него.—Я понимаю, что ты хочешь помочь, но воровать это не выход.—она вновь отпустила вздох и, улыбнувшись куда-то в сторону, продолжила, осторожно положив руки ему на плечи.—Но... Теперь ты можешь оставить свою деятельность. —Всмысле?—с подозрением посмотрев на мать, пробормотал мальчишка и почувствовал как на его плечо, поверх материнской руки легла чья-то тяжёлая, чужая ладонь. Брюнет дëрнулся от неожиданности и медленно повернул голову назад. Его взгляд сразу упал на ножны, висящие около левой руки незнакомца и украшенные царским гербом. Подняв глаза наверх, он обнаружил по-доброму улыбающегося мужчину-шатена с тёплыми карими глазами и с аккуратной бородой, покрывающей весь подбородок. —И кто это?—незаинтересовано спросил голубоглазый, смерив старшего презрительным взглядом. —Это человек, который полюбил меня и готов стать моим мужем и твоим...—женщина запнулась, словно подбирая нужные слова.—...отцом.—голос её стал значительно тише: она боялась реакции сына. —От... цом?—как бы переспрашивая, растерянно пробормотал парнишка.—А ты уверена, что он не окажется таким же предателем, как и он?—специально выделив последнее слово, произнёс брюнет и сложил руки на груди, возращая голосу былую уверенность. —Не все люди одинаковы, сынок.—ласково проговорила женщина, обняв своего ребёнка, однако парень отреагировал довольно резко. —Я не собираюсь жить с этим человеком...—холодно отозвался голубоглазый, отпрянув от родительницы.—Или я, или... —Молодой человек, нельзя так разговаривать с матерью.—с упрёком одëрнул парня Царь, которому явно не понравился тон пасынка. —Не учи меня!—огрызнулся юный вор и бросился бежать по оживлённым улицам, стараясь затеряться в толпе. —Ох, прости, Мария. Я не хотел быть таким грубым.—досадливо протянул мужчина, который представлял первую встречу с названным сыном иначе. —Ты не виноват, Владимир. У него такой характер.—тяжело вздохнула женщина и обняла саму себя за плечи.—Что же мне с ним делать? —Давай так: пусть он побудет один, а мы пока присоединится к празднеству. А как наступит вечер, мы с тобой найдём его и я поговорю с парнем как мужчина с мужчиной, идёт?—добродушно проговорил правитель мира людей, обняв будущую супругу со спины. Скажем честно, мальчишка ему не понравился. Несмотря на то, что у него была мать, он больше походил на беспризорника. Гордый, упрямый, своенравный—нет, не таким хотел видеть Владимир своего сына и будущего правителя, что займёт его место. Но Марию... Машу, он полюбил всем сердцем, поэтому готов был принять непутевого юнца под своё крыло и дать ему будущее воина. Хорошая работа для приемного сына царя, а главное, он всегда будет далеко от настоящего наследника престола—их с Марией общего ребёнка, которого он так ждёт.

***

—Для начала позовëм Кота или Друи... Брюнета вдруг зашатало. Ноги стали словно ватные и их пронзила мелкая противная дрожь. Стенка с картинами, что стояла напротив Князя резко поплыла, в глазах помутнело, закрывая всё, что он видел, чёрной пеленой. Тело перестало слушаться, и начало медленно отключаться, собственно, как и голова. Мысли начали неприятно роиться и мелькать перед этой самой темнотой белыми пятнами, вызывая неприятную, навязчивую боль, пока и вовсе не пропали. Тело начинает стремительно падать, а голова вскоре с грохотом коснулась твёрдого и такого холодного пола. —Влад?—на шум оглянулся блондин, до этого серьёзно рассматривающий толстый свиток с непонятными буквами сказочного алфавита.—Морок? Сейчас не лучшее время для шуток.—устало пробормотал Сидоров, возвращаясь к записям. —Вась... По-моему он не шутит.—со стоном выдал Саша, но, поморщившись от неприятного осадка боли, встал и на шатающихся ногах подошёл к брюнету. Князь лежал словно мёртвый, ибо никаких признаков жизни не подавал. Лицо стало ещё бледнее, чем обычно. Абрикосов, сглотнув, с опаской потянулся к телу парня. В этот момент Морока пронзила судорога, и он резко дёрнулся, а Саша, забыв про боль, с диким воплем, отпрыгнул назад, спрятавшись за друга. Невозмутимый Вася утружденно посмотрел на факира «а-ля ты дурак» и прикоснулся ко лбу Влада. —У него жар и, похоже, ещё бред.—вынес вердикт Сидоров.—Надо перенести его на кровать и бежать за Ибн Дюком. —Может очухается?—тихо предположил Абрикосов, глянув краем глаза на брюнета, и поймал осуждающий взгляд друга.—Ладно...—не хотя протянул он и наклонился к Князю, который напряженно бормотал что-то невнятное и, обняв себя за плечи, поджал ноги к груди, будто замёрз. С трудом перенеся парня на кровать, Саша не отрывая глаз смотрел на беспомощного, чуть живого союзника Патруля, пока блондин искал чем накрыть Морока. —Вась... Это же не я, правда?—дрожащим голосом пробормотал обладатель карих глаз и посмотрел на Сидорова, который слова друга ввели, мягко говоря, в заблуждение. —Ну... Нет, конечно...—рассеянно проговорил он и отвёл взгляд. —Я же его не тронул, ты ведь видел, верно?—вновь, но уже довольно испуганно спросил Абрикосов, отходя подальше от постели. —Саша, прекрати истерику.—тяжело вздохнул Вася и положил мокрую холодную тряпку на лоб Князя.—И сходи да Ибн Дюком. —Д-да, конечно.—парень будто очнулся и направился к двери.—Я скоро.—кинул он и выбежал на улицу. —Ага...—озадаченно пробормотал Вася и продолжил рассматривать книги, за которыми сидела Маша.