Боль давно минувших дней

Чистое небо, яркое солнце, городской шум - всё это наполняло рабочий день жителей Ли Юэ. Каждый был занят своим делом: повара готовили вкуснейшие блюда для своих посетителей, рабочие в порту загружали товар на корабли, миллелиты следили за порядком. Идиллия. Неудивительно, что и в ритуальном бюро Ваншэн также кипит работа. В своем кабинете трудился известный на весь Ли Юэ консультант по имени Чжун Ли. На столе лежал лист бумаги, на котором были нарисованны разные надгробья, форму которых Чжун Ли то и дело исправлял. Дело в том, что перед ним поставили непростую задачу: пару дней назад умер один господин, бывший адвокат с хорошей репутацией и заслугами. Его достаточно богатая семья заказала памятник для него, но так и не решила, какой именно. Однако консультант бюро с радостью взялся за креативное задание - он точно знал, как сделать всё в лучшем виде, по всем канонам и традициям лучше самых опытных ученых, что изучали многовековую культуру Ли Юэ. Оно и понятно, ведь Чжун Ли знает всё не из книг и манускриптов; он наблюдал весь ход истории собственными глазами. Совсем немногие знают, что он не человек, а самый настоящий архонт, да еще и самый древний, ведь ему уже перевалило за шесть тысяч лет от роду. Да это и не нужно. Ведь кто знает, что случилось бы с жизнью Чжун Ли в виде человека, если бы все горожане прознали, что их божество не умерло три недели назад, свалившись с неба во время Церемонии сошествия, а просто решило покинуть свой пост и пустить все на самотёк? Гео архонт совсем не хотел этого знать. Заостренный графит карандаша снова чертит линии, превращая их в идеальные штрихи. Последний вариант надгробья кажется прекрасным из-за своей детализации, но самый первый превосходит его своим исполнением. Чжун Ли решает, что лучше будет назначить встречу с родственниками умершего, чтобы те сами выбрали тот памятник, который придется им больше по душе. Неожиданно в дверь постучали. Мужчина поднял взгляд и бархатным голосом произнес: — Входите. Позолоченная ручка повернулась, а из-за двери показались две пары глаз: одна - светло-карих, другая - темно-синих. — Ах, это вы, — Чжун Ли встал из-за стола, приветсвуя ввошедших; уголки губ машинально приподнялись, — Прошло немало времени с нашей последней встречи, Итэр и Паймон. Итэр по своей натуре был очень молчаливым, потому лишь слегка поклонился и вежливо улыбнулся. В отличии от него, Паймон - совсем другая, ей только дай повод поболтать, что-то обсудить, в особенности, если это касается еды - и она хватается за эту возможность так крепко, как только может. — Здравствуйте, мистер! Мы же Вас не сильно потревожили? Паймон и Итэр жаль, что они пришли вот так без приглашения, но у них есть оправдание! — её взгляд был взволнованным, а маленькие ладошки сотрясали воздух. Итэр кивнул, как бы подтверждая её слова. — Незачем так переживать, Паймон, — Чжун Ли взмахнул руками в примирительном жесте, — Всё в порядке. Я понимаю, что раз уж вы ко мне зашли, то дело не терпит отлагательств. Не стойте у входа, присаживайтесь, — указал на мягкие кресла с оранжевой обшивкой. Они были настолько роскошными, что и самой Воле Небес было бы не стыдно насладиться их качеством, — И я с удовольствием вас выслушаю. Путешественников не нужно долго уговаривать, ведь те сразу приняли предложение, размещаясь на креслах поудобнее. Сам консультант сел напротив них - за свой шикарный темный стол из сосны. На самом деле вся комната просто кричала о том, что здесь работает не какой-нибудь безымянный ритуальщик; эта комната - настоящая обитель Моракса. Итэр недоумевал: как тот мог всё так дорого обустроить, если в кошельке у того всегда ни гроша? Да и бюро не сказать, что купалось в деньгах, о чем говорили скидочные купоны на гробы возле входа в здание. Парень понимал, что похороны и всё, что с ними связано - тоже бизнес и людям, работающим тут, тоже нужно за что-то жить и кушать. Но и желания использовать тот самый купон тоже не прибавилось. — Позвольте перед тем, как вы мне всё расскажете, задать вопрос, — Чжун Ли сложил руки на груди, — Итэр, я заметил, что ты сильно хромаешь на левую ногу, а правой рукой и вовсе не двигаешь, хотя стараешься всеми силами этого не показывать, — светловолосый после этих слов виновато отвел взгляд, — Что с тобой случилось? — Об этом мы и хотели рассказать, — начала Паймон, — Несколько дней назад мы получили задание от местной гильдии приключений. Дело в том, что через неделю в долину Гуйли направляется Дружная организация ученых Мондштадта и Ли Юэ. — Гуйли, значит... — лицо архонта на секунду помрачнело, но он сразу же вернул себе прежнюю заинтересованность. — Да. Но там так много чудовищ, что отправляться обычным ученым туда опасно, хоть их и вызвались сопровождать носители Глаз бога. И вот Екатерина нам поручила пойти и всем накостылять, как мы умеем это делать! — восторженно крикнула она, но затем разочарованно вздохнула, – Вот только накостыляли нам... При чем очень сильно. Итэр вывихнул лодыжку и, скорее всего сломал руку, а ведь он ею меч держит... Когда я предложила пойти лечиться, он отказался! — недовольно зыркнула в сторону своего спутника, — Сказал, что люди не будут просить о помощи покалеченных, ведь его будет выдавать гипс. А если он будет сидеть и ждать, пока выздоровеет, то у нас не будет заданий! А не будет заданий - не будет моры, не будет моры - не будет вкусной еды и теплой кроватки, а не будет вкусной еды и теплой кроватки - нам крышка! — под конец своей речи девочка чуть не заплакала, смотря на Чжун Ли так проникновенно, что тому даже стало не по себе. — Я понял, я понял, — попробовал он её успокоить, тяжело вздыхая, — Действительно, масштаб проблемы огромен... Только вот тебе, Итэр, все равно придется какое-то время отдыхать, а иначе сделаешь хуже и себе, и клиентам, которые останутся недовольными из-за некачественно проделанной работы, — было видно, как путешественник сьежился; он понимал, что архонт был прав и к нему стоит прислушаться, — Я бы помог вам финансово, но у меня самого диллема с деньгами... — Мы знаем, — оживилась Паймон, — Мы пришли не умолять одолжить мору, а просить о помощи. Хоть... Хоть у Вас и забрали Сердце бога, но Вы же все равно очень сильный, так ведь? Вы же... — она запнулась, немного стесняясь продолжить, — Вы же можете вместо нас задать жару монстрам в долине Гуйли? Стольким, скольким сможете! Но чем больше, тем лучше конечно, ведь от этого зависит безопасность ни в чем не виноватых людей... Просто чтобы мы смогли купить лекарства и прожить на зарплату хотя бы пару дней, пока Итэр не поправится... Вознаграждение мы с Вами поделим пополам! Все таки Вы ведь всё за нас сделаете... Ведь сделаете же? Прошу, господин Чжун Ли! — её тоненький голосок заполнял тишину. Отказать ей было просто невозможно. — Хорошо, я помогу вам. Сегодня же ночью отправлюсь в долину. А ты уж, Паймон, не забудь позаботиться о путешественнике, а что касается тебя, — мужчина глянул в сторону светловолосого, — Постарайся быть аккуратнее в следующий раз. — Буду. Большое спасибо, — благодарно молвил тот и с помощью своей подруги встал с кресла. — Да! Большое Вам спасибо, мистер! Вовек не забудем! — беловолосая, взлетев, помахала ладошкой на прощанье. — Всегда рад помочь. Желаю хорошо вам отдохнуть. Так они и распрощались. Было слышно со стороны лестницы, что вела вниз на первый этаж, счастливый девичий смех:"Ну, вот видишь! А ты стеснялся и не хотел идти! Я же говорила, что Чжун Ли поможет. Он человек... то есть, бог слова! Хотя так не говорят же...". Это заставило консультанта улыбнуться. Вместо того, чтобы думать о горьком прошлом, что так плотно ассоциируется у него с этой долиной, он подумал, что это удачный повод размяться. Действительно, пусть Сердца бога и нет, он все еще архонт с невероятными способностями, который имеет за плечами многовековой опыт в сражениях. Решив, что пора бы и вернуться к работе, сел обратно за стол. Пусть эскизы и были готовы, нужно было перепроверить все документы о смерти бывшего адвоката. Их заполняла Ху Тао, и хотя Чжун Ли ей правда доверяет и считает её хорошим директором, он всегда должен убедиться лично, что всё сделано так, как нужно. Так ему было спокойнее. Часы шли так, словно они были минутами - быстро и незаметно. Вечерело. Слоисто-кучевые облака медленно плывут в водах нежно-розовых оттенков неба, в порту звенят колокола, а улицы города стали заполняться все большим количеством людей. Отовсюду слышались радостные приветствия и зазывания продавцов, воздух наполнялся сладкими запахами, от которых текли слюнки, уличные фонари и свет в домах горели так ярко, что вечерний Ли Юэ можно было увидеть, наверное, даже находясь в Каменном лесу Гуюнь. Конец рабочего дня означал одно - пришло время отдыхать и веселиться. И как будто в подтверждение этого, в кабинет консультанта вваливается некий рыжеволосый парень, не дожидаясь ответа после стука. Его улыбка чуть ли не сияла, контрастируя с голубыми, как море, без блеска глазами, а не до конца застегнутый серый пиджак открывал вид на выпирающую тазовую косточку и плоский живот. Красная маска Фатуи привычно сдвинута на левую сторону головы. Одиннадцатый предвестник выглядел так же, как и всегда - до чертиков привлекательным. — Моё почтение, сяншэн*! — Тарталья отсалютовал движением двух пальцев ото лба. — И я рад тебя видеть, Чайльд, — мягко прошелестел Чжун Ли. Он старался не показывать своего удивления, хотя удивляться было чему. Три недели назад весь Ли Юэ хоронил своего любимого архонта, ведь тот, в своей привычной форме дракона, замертво упал с небес. Тогда же и пал Нефритовый дворец, когда на город напало морское чудовище, после чего Чжун Ли в банке Северного Королевства рассекретил своё божественное происхождение путешественнику и Тарталье. И если первый был просто в немом шоке, то второй казался... разочарованным? Тот нервный смех, тот неуверенный взгляд говорили всё о чувствах предвестника. Парня явно било осознание, как замечательно он был оставлен в дураках, как сам Гео архонт обвел его вокруг пальца, сделав актером своего же театра, своей пешкой. Ведь получается, что все их пешие прогулки, знакомство с культурой Ли Юэ, званные ужины - всё это было ложью ради высшей цели. Наверняка его пронзила стрела жгучей обиды. Чжун Ли понимал, что так оно и случится, поэтому не решался что-либо предпринимать. Ему не за что извиняться, но, с другой стороны, поступил он действительно очень некрасиво, особенно с тем, кого бы уже мог назвать другом. — Мы так давно не виделись, что я решил зайти. Не помешал же? Уже около семи часов вечера, и я подумал, почему бы не позвать тебя немного насладиться вечерним Ли Юэ? — оживленно тарахтел Тарталья, раскинув руки в стороны, но затем он внезапно смутился, говоря тише, — Я... Честно сказать, мне очень не хватает нашего совместного времяпрепровождения, пусть для тебя это и было лишь частью твоего замысла... — Ты не прав, — резко оборвал его Чжун Ли, — Это было большим удовольствием - вот так гулять и разделять с тобой многочисленные трапезы, учить тебя есть палочками и рассказывать о местных обычаях. И я буду счастлив, если ты вновь пригласишь меня составить тебе компанию, — глаза бога наливались теплым золотом, а ладонь замерла в предлагающем жесте. Чайльд будто забыл, как дышать, но вовремя собрался, задорно ухмыляясь: — Ах, ну, если так, то прошу, собирайся скорее! Уже через полчаса, если я ничего не напутал конечно, должен быть концерт некой Синь Янь в западной части города. Говорят, она так классно играет, что под конец выступления сцена полностью сгорает! Ну ты представляешь такое? — восторженно кричал он, — Но чтобы поверить, надо самим это увидеть. — Да, у неё и правда большой талант. Я слышал, как она играет, и даже приглашал её выступать на похоронах, — непринуждённо разглагольствовал консультант, раскладывая документы по ящикам; затем он потушил свет в комнате и закрыл окно, — Вот только она по какой-то причине отказалась. — О пресвятая Царица... Выходя из бюро, они продолжали болтать, будто ничего и не случилось и не было никаких обид. Вот только Чжун Ли заметил одну странную особенность, которой не было раньше - пока они покупали вкуснейшие данго в лавке, у его спутника горели уши: верхняя часть раковины была румяной, чуть ли не красной. И дышит парень иногда как-то прерывисто... Может ему нездоровится? Чжун Ли сделал пометку себе спросить об этом после того, как они вдоволь нагуляются. — Одних данго маловато будет, — жуя молвит Чайльд, пока они идут вдоль торговой улицы, — Может возьмем еще чего-нибудь? Только не сладкого. Хочется чего-то острого... — Как насчет кристальных баоцзы с мясом? — Чжун Ли уже как раз доел своё лакомство, лишь палочка, на которых раньше были клецки, и осталась, — Они в меру острые и очень вкусные. Возьмем с собой. Сказано - сделано. Уже с круглой деревянной коробочкой, в которых лежала невероятная вкуснотища прямо из ресторона "Народный выбор", пара побрела к месту проведения концерта. Заслышав громкий гул толпы, стало ясно, что они пришли. Сцена была пуста, а значит представлению еще только предстоит начаться. Устраиваясь поудобнее на мягкой траве, Тарталья и Чжун Ли взяли палочки и принялись уплетать баоцзы. Их вкус оправдывал совет архонта: скользкое тесто прекрасно сочеталось с острым фаршем из индейки, оставляя на языке шикарное послевкусие. — Беда, беда! — послышалось нервно сзади. Архонт и предвестник мигом развернулись. — Синь Янь? И правда: Синь Янь ходила взад-вперед за кустами, что-то явно заставляло её сильно переживать. — Ох, господин Чжун Ли! — крикнула она шепотом, подзывая к себе, — Всё плохо! — Что произошло? — обеспокоенно спросил мужчина. — Человек, которого я попросила стать моим барабанщиком... В общем, у него очень заболел живот и он не может выступать, но без него будет совсем тяжко, а концерт отменять уже поздно! И я совсем не знаю, что мне делать... — Ох, я бы хотел тебе помочь, подменив твоего друга, но, боюсь, что у меня слишком маленький опыт игры на музыкальных инструментах. — Сейчас выбирать не приходится! Прошу Вас, смилуйтесь, господин! — девчушка была готова упасть на колени. — Да ну, сяншэн, попробуйте, а я посмотрю на вас издалека. Так ведь даже интереснее, — подбодрил Тарталья, азартно ухмыляясь. И Чжун Ли, смирившись, согласился. Видимо, придется вспоминать не только, как обращаться с копьем, но и с палочками для баньгу**, что покоились на его мембране. Потянувшись и вдохнув поглубже, он вышел на импровизированную сцену следом за Синь Янь, которая уже представляла их публике. Где-то вдалеке подбадривающе свистел Чайльд, что заставило архонта улыбнуться. При виде этого парня вообще нельзя было грустить... — Отсчитай ритм, который я должен сыграть, — прошептал он гитаристке, — Попробую сориентироваться. — Я в Вас верю, мистер. Ну, была ни была. Раз.. Два.. Раз, два, три, давай! Пальцы левой руки в миг оказались на грифе мандолины, а правой - перебирали струны медиатором. Началось только вступление, а толпа фанатов уже была счастлива. Прошло около четырех тактов, и Чжун Ли, решив, что этого достаточно, начал делать сбивку, далее переходя на более монотонный, но все еще взрывной ритм. Синь Янь ни то пела, ни то рычала, но это совсем не было чем-то ужасным, наоборот - вызывало мурашки по коже, а слаженная игра на баньгу заставляла сердца людей биться в том же ритме, который отбивал Чжун Ли деревянными палочками. "А небо так темно Я не вижу его дно Но твои глаза Говорят мне лишь одно: Как быстрее убежать, Чтоб закаты все встречать, Быть только лишь с тобой Мой милый, дорогой?" Кажется, что большинство пришедших знало эту песню, ибо все начали подпевать и не важно, насколько плохо это у некоторых выходило: все голоса смешались в один поток, создавая нечто прекрасное, нечто, что давало чувство, что никто из присутствующих не одинок, ведь всех их обьединяла песня. И лишь Тарталья выглядил так, будто остался один посреди склона Уван, где ни одной души не водилось. Стуча палочками, Чжун Ли заметил эту грустную улыбку. Возможно, парень просто слишком проникся текстом песни, а может его зацепила музыка... В любом случае, он должен его спросить после выступления. Как только песня закончилась, а люди зааплодировали стоя, послышались недовольные крики. Вдалеке показались миллелиты, что отчаянно бежали останавливать концерт. Скорее всего кто-то из вблизи живущих снова пожаловался на шум. Но и Синь Янь, и её преданные фанаты, что наблюдают такую картину уже не первый раз, знают, что делать в таких случаях. — Приближаются миллелиты! Всем бежать! Спасибо, что были с нами в этот прекрасный вечер! Вы - чудесная публика! — огласила Синь Янь, и все тут же, крикнув ей слова благодарности, разбежались в разные стороны, — Не хватало ещё, чтобы кого-то задержали... Господин, хватайте барабаны и прыгайте со сцены! Сейчас будет мой финальный бридж! Чжун Ли спрыгнул со сцены и со всех ног побежал прочь, туда, где раньше он сидел с Чайльдом. Не нужно быть гением, чтобы понять, что если мандолина Синь Янь начала загораться, то загорится скоро всё. — Время зажигать! — концентрируемая энергия высвободилась наружу; вокруг Синь Янь вспыхнули языки пламени, возносясь далеко в небо. Сцене уже не помочь - она нещадно горела. Сама же девчушка поспешила скрыться, и чем дальше, тем лучше для нее же самой. Пожара, благо, не случилось. Кроме сцены гореть тут было нечему - вокруг одна трава, выступление проходило фактически за городом. Поэтому охранникам порядка осталось лишь тушить то, что могло потухнуть и само через некоторое время. Чжун Ли оглядывался по сторонам в поисках своего спутника, как вдруг его окликнули где-то сверху. — Ах, вот ты где, — протянул он, — Как ты смог залезть на крышу? Тарталья, как ни в чем не бывало, вилял ногами, что свисали с крыши дома. — У всех свои секреты, — подмигнул он, — Сяншэн, это было... Это было нечто. Кто же знал, что ты умеешь даже играть на барабанах? — смеясь, рыжеволосый спрыгнул на землю. — Так я и не умею, — развел руками архонт, — Было время, когда я имел опыт играть на цисяньсине***, правда это было больше сотни лет назад. А так с музыкой я не особо связан. — Даже если и так, то у тебя талант! Я бы послушал, как ты играешь на ци.. циси.. Ну, на том инструменте, — от неловкости Тарталья почесал затылок. — Как-нибудь обязательно. Кстати говоря, Чайльд, — архонт подошел поближе, — Во время концерта я заметил твоё печальное настроение. Да и весь вечер у тебя горели уши. И дышишь ты иногда как-то странно... С тобой всё в порядке? — положил руку ему на плечо. Тарталья был загнан в угол. — А, ну, так... Так ведь погода жаркая нынче, а у нас в Снежной такая редко бывает, до сих пор видимо не аклиматизировался, ха-ха... Консультант лишь хмыкнул, но сделал вид, что поверил. Скорее всего, этот Фатуи что-то скрывает, но выяснит он это чуть позже. — Ах, вот вы где! — запыхавшись, к ним прибежала Синь Янь с мандолиной на поясе за спиной, — Я пришла... Фух... — сдедала глубокий вдох, — Я пришла, чтобы забрать баньгу и сказать Вам огромное спасибо! Ваша помощь была несоизмеримой! Как я могу Вас отблагодарить, господин? — Не стоит, мне ничего не нужно от тебя, — молвил он, отдавая музыкальный инструмент с палочками, — Хотя... В следующий раз, когда я приглашу выступить тебя на похоронах, ты почтишь нас своим присутствием? — Во имя Гео архонта, господин Чжун Ли!... *** — Позволь провести тебя до дома, — Тарталья был уставшим, но крайне довольным, — Так будет время еще немного поговорить. — Спасибо за предложение, но я направляюсь сейчас в долину Гуйли, не домой, — низким голосом прошелестел Чжун Ли; увидев вопросительный взгляд, он поспешил обьясниться, — Итэр и Паймон попросили меня разобраться с местной нечистью. Завтра у меня работа, поэтому необходимо позаботиться об этом именно сейчас. — То есть идешь драться? — восторг был написан на лице у предвестника, — Тогда пошли вместе и я помо... — Нет, Чайльд, — резко отрезал архонт, но поспешил смягчиться - кажется, он заметил тень воления на чужой улыбке, — Я должен сделать это сам. По личным причинам. Тарталья, слегка потрясенный, замолчал, но через пару секунд будто снова ожил: — Ах, вот оно как! Может, я хотя бы доведу тебя до восточных врат? Скучно же одному идти... — его неловкая улыбка гасла с каждой секундой. Чжун Ли согласился. Шли они в полной тишине. Поблагодарив друг друга за насыщенный вечер, они распрощались у входа в город с вежливыми улыбками на лицах. Когда Чжун Ли совсем скрылся из виду, Тарталья приложил ладонь к груди:"Бьется быстрее, чем должно." Он слишком переживает за этого консультанта.