Пополам

      Сережа спал, свернувшись калачиком, и изредка вздрагивал во сне, словно бы его кто-то пинал. Когда он спал, то полностью походил на себя прежнего, но когда сон пропадал, Сережа вновь забивался в угол и смотрел на Олега так, словно бы тот снова пришел его мучать.       Олег прочитал медкарту, которую благоразумно отдала перепуганная медсестра, и понял, что Сереже нужна медицинская помощь, причем серьезная и скорейшая. Только вот где ее взять, если лучший психиатр России ставит на своих пациентах опыты?       — Сереж, поднимайся, надо бы поесть. Ты же не забыл что надо есть? — Олег ставит на стол сковородку жареной картошки и стакан молока. — Ну же, ешь.       Сережа не двигается с места, а лишь смотрит на Олега, ожидая подвоха.       — Ты все еще не веришь, да? Вот, смотри, — отправляет ложку в рот, — не отравлено. Я не хочу тебя убить, я просто хочу тебя хотя бы накормить. Сколько ты не ел? Два дня, три, пять? Ешь, пожалуйста.       Сережа не двигается с места, тогда Олег берет ложку и подносит ко рту друга.       — Давай, как в детстве, помнишь? Ты еще тогда руку сломал, а левой есть не получалось. Поэтому я приходил тебя кормить, чтобы ты супом не облился.       Почему-то воспоминания о прошлом больше всего отрезвляли Сережу, он становился сам собой на какое-то короткое время, которого едва хватало, чтобы запихнуть его в ванну или накормить.       — Вкуфно, — промычал он, потянувшись за добавкой уже самостоятельно. Олег облегченно вздохнул и собирался было уйти, как его остановил срывающийся голос.       — Пожалуйста, посиди тут.       Олег сел на пол рядом с Сережей и принялся не отрываясь смотреть за его попытками доесть хотя бы половину предназначенной порции.       — Интересно, это подействовала сыворотка доктора в очках? Даже если так, я бы хотел чтобы ее действие не заканчивалась как можно дольше. Я практически верю, что ты живой, как раньше. Только вот, почему на тебе нет тотема твоего?       — Отдал человеку, который спас мне жизнь. Сережа замер       — Ты принял его в семью?       — Да.       Сережа улыбнулся и довольный отпил молока.       — Я очень хочу, чтобы ты был счастлив, Олег. Надеюсь с тем человеком вы…       Олег за мгновение встал перед Сережей и взял того за плечи.       — Сереж, хватит. Не рви сердце. Посмотри — я тут, живой, я за тобой пришел, понимаешь? Да, что и говорить, накосячил. Оставил тебя. Но это все — обстоятельства. И только из-за этого всего ты сейчас такой. Из-за меня. Все из-за того, что я не хотел принимать решения, понимаешь? Думал, отложу все — потом решится. А оно не решилось. Кажется, я все только усугубил. И я не собираюсь уходить и оставлять тебя снова. Ты моя семья, я вернулся только за тобой, хотя мне и остаться предлагали. Я вернулся, а ты ушел куда-то глубоко. Мне тебя не достать. Что мне сделать, чтобы ты наконец понял что это я? Что я тебя люблю.       Сережа какое-то время смотрел не моргая на Олега, а потом, после его последних слов, вздрогнул, словно пробудившись ото сна.       — Любишь? Меня? Олег? — Сережа схватил мужчину за лицо и принялся судорожно водить по нему руками, пытаясь найти спрятанную кнопку или что-то типо того.       — Олег? Почему? — Сережа беззвучно плакал, обхватив Олега за шею и обхватив его ногами. — Почему?! Ты же умер. Ты не умер? Ты не умер! Почему! Ты… Так… Как?.. Я… Рад… Что… Ты… Тут… Только…       Сережа всхлипнул и вновь уткнулся носом в плечо Волкова.       — Ты же знаешь, что я убийца? Сумасшедший псих, который убивает людей, детей, который опасен.       — Знаю. Не думаю, что ты опаснее боевиков, ты хотя бы знаешь русский, — Олег глухо рассмеялся.       Сережа всхлипывал бы еще долго, пока Олег не принялся тихо напевать ту самую песенку, которую Сереже когда-то пела бабушка.       — Олег, куда мне теперь? Что мне теперь? Я хочу быть тут, но я боюсь. Мне надо в больницу Олег… — серьезный Сережа вновь вернулся.       — Конечно нужно. Поэтому мы через пару дней летим в Швейцарию. Там есть хорошая клиника. Я буду там, с тобой, не переживай.       — Но как?       — Так же, как забирали тебя из дурки. Нелегально и за деньги. Ты успокоился?       Сережа утвердительно кивнул и наконец ослабил хватку.       — Олег, — парень потянулся в карман все той же медицинской рубашки и достал из него тот самый железный клык, который Олег когда-то отдал ему. — Ты без него не ты. А если ты всегда будешь рядом, мне он не к чему, ведь так?       — Так. А теперь давай еще немного поешь, хорошо?       Олег улыбнулся и погладил Сережу по слегка отросшему рыжему ежику волос.       Сережа грустно вздохнул. Подумав видимо тоже о волосах.       — А волосы жалко. Я такие длинные отрастил. Когда приходил другой Олег, он всегда говорил, что любит меня за волосы. Без волос я совсем ему не нравлюсь. Тебе, наверно тоже…       Олег рассмеялся и дал легкий подзатыльник мнительному другу.       — Дурак. Как ты можешь не нравиться? Волосы — дело наживное.       И Сережа впервые за месяц, что они провели в бегах, искренне улыбнулся. Так, как раньше, словно бы засветившись изнутри.       — Наживное, и правда.