Солнцеворот.

Джэта испугало состояния матери, но холодный рассудок пинком загнал панику в глубины сознания. — Что с ней? — белый байкер, в отличие от парня, не скрывал беспокойства. — Я думаю мама под действием лекарств. — Джэт внимательно посмотрел на Винни. — И ещё, нам нужно уезжать, её будут искать, прежде всего тут. — на пол мастерской опустились два собранных рюкзака. — Есть идеи, куда рванём? — спросил Дроссель, глядя на парня. — Само собой, всё предусмотрено. Мама, именно для такого случая, купила дом по поддельным документам, будто готовилась.— тяжелая кожаная куртка, привычно легла на плечи Джэта. Он обратил внимание, что Винни резко выдохнул. Ага, дедова, она как же! Ну мама, везде наврать умудрилась! — Модо, проверь броню, надо сохранить гараж. — серый здоровяк кивнул лидеру. Какая ещё броня? Ответ он получил когда байки вырвались в душную ночь. На гараж опустились серебристые стены. Блин, а что так можно было? Они с мамой часто гоняли вот так, звёздными, летними ночами. Джэт посмотрел на укутанную в одеяло и прижатую белым хвостом, женщину. Вот откуда в нём взрывной темперамент, который он так старательно подавлял. Его отец совсем не скрывал эмоций. Мама же, всегда учила холодному расчёту. Вообще, предсказать как отреагирует мисс Дэвидсон, так и не ставшая миссис, на появление возлюбленного, было сложно. Интересно, в их жизни хоть что-то будет легко и просто?

****

Ей снился странный сон, один из тех самых, особенных. В этом сне Винс пришёл за ней. Теплые, большие ладони гладили лицо. На руках, он вынес её в окно, не обращая внимания на решётки. Сознание было затянуто туманом, он как патока, не давал мыслить здраво. Санитар, по его же словам, нанятый Карасём, честно сказал, что сделает ей передозировку. Сил хоть как-то защищаться не было. Всё? И это всё, Дэвидсон? Сын так и не узнает кем был его отец. Она столько еще не доделала. Так страшно умирать, чёрт. И судя по тому, что за ней пришёл Винни, она действительно умирает. Чёрт, Ван Хамм, хотя бы сейчас мы вместе!

****

Его девочка, будто вовсе не изменилась. Не едь на соседнем байке их сын, он бы подумал, что вернулся в прошлое. Пожалуй, он останется на Земле. Всё оставшееся ему время, он посвятит любимой и сыну. В конце-концов, какая разница где отдавать богам душу? Сейчас, спустя восемнадцать лет, Винс чётко осознавал, что он идиот. Из-за глупой причины он не взял Чарли на Марс. Гордость. Мда, его чёртова гордость. Он не хотел, чтобы любимая видела его слабым и больным. Пусть лучше запомнит сильным. Каков итог? Он прожил восемнадцать лет в сером мире, без красок и без неё. А Чарли, в это время, дала жизнь его сыну и вырастила того хорошим парнем. Ну так что, Ван Хамм, стоило оно того? Нет. Даже выживание не стоило того, что он не смог обрести. Теперь, у него большой выбор. Он мог остаться или забрать их с собой. Только, захочет ли Чарли? Нужен ли ей калека, изувеченный войной и пленом? Небольшой домик прятался в густом лесу, к нему вела грунтовая дорога. Несколько комнат, кухня и гараж. А вокруг леса на мили вокруг. Край в котором о цивилизации даже не слышали. Идеальное место, чтобы спрятаться.

****

Чарли снился сон, пыльный и серый. Марс и смерть Винни, без красок, без звуков. Она, впустую открывала рот, рвалась в погребальный костёр, но между ней и тем, кто лежал на помосте будто выросла стена. Вдруг, всё накрыла чернота. Впереди мелькнул свет и она побежала к нему. В чёрном пространстве висел алый огонёк. Чарли притронулась к нему и он доверчиво порхнул в ладони. Жар. Это его душа? Он мёртв? Она упала, обернувшись всем телом вокруг огонька, душили рыдания. Нет, пожалуйста, нет! Тьма расступилась, Чарли стояла у дома. Яркое солнце заливало двор. Белый забор, тяжёлые ветки яблонь гнулись от плодов. В висящем мареве разлился смех. Она шагнула во двор. Винни, со смехом, ловил Джэта, совсем маленького ещё. У Чарли перехватило дыхание. На крыльцо вышла она сама, в лёгком сарафане, туго обтягивающем большой живот. Женщина, смеясь, что-то крикнула и Винни, подхватив на руки сына, ушёл в дом. Она сама, стояла и пристально смотрела себе же в глаза. Что это? Зачем показывать ей несбыточные мечты? Зачем это всё? — Ты всё испортила! — прошелестел голос, той, счастливой Чарли. Мир затопила тьма. Она очнулась, выныривая и откашливаясь. Сон оставил ей слёзы на щеках и вкус яблок во рту. Больничная сорочка, насквозь мокрая, оплела ноги. Она огляделась. Лунный свет заливал комнату. Она в доме в лесу, но как? Неужели сын не послушался и что-то сделал? С трудом встав, она по стенке направилась в коридор. У лесенки, что вела вниз, ноги затряслись. Чарли вцепилась в перила. Темнота заливала дом, лишь у лестницы небольшой квадрат лунного света. Уже стоя на предпоследней ступени, Чарли пыталась отдышаться. В лунный свет, с таким знакомым звоном сапог, шагнул он. Дыхание перехватило. Чёрные, высокие сапоги, штаны с накладками на коленях, кожаная куртка и маска отливающая серебром. Красные глаза светились. Её догнал призрак прошлого? Чарли не смогла даже закричать. Высокая фигура опустилась на одно колено и тёплые пальцы коснулись свода её стопы. — Спасибо, что сохранила ему жизнь. — голос был хриплый, но чёрт возьми, его. —Это ты? Ты настоящий? Винни? — ноги затряслись. Он, легко, подхватил оседающую Чарли на руки. — Ты ждала кого-то ещё? — прошептал белый ей в висок. Винни внёс её на кухню, попутно включая свет. — Но как? — голова отказывалась работать. Такие знакомые руки и самый любимый запах. Сколько раз он так вот держал её на руках, восемнадцать лет назад, не счесть?! Он тут, он вернулся. — Ты вернулся. — вырвалось помимо воли. Винс замер, тёплые губы прижались к виску. Лишь на секунду, он сжал её в объятиях, как раньше, а после, усадив на стул, отвернулся к плите. Винни был напряжён, это чувствовалось. — Не совсем так. На Земле зашевелились старые враги и нас направили проверить. Само собой, мы к тебе, а там... — голос его затих, плечи окаменели. — Джэт. — прошептала она. — Я до конца не хотел верить, но тут любому ясно, что он... — снова он не смог договорить. — Твой сын. — Чарли закусила губу. — Да, мой сын! О котором я не знал. Я не видел как он родился, не видел как пошёл. Чёрт, да я ничего не видел в его жизни! И всего этого лишила меня ты! — он резко повернулся и красные глаза, с болью, уставились в её зелёные. — Ты ничего не понял? Я спасала тебя. И сделала бы это снова. — голос дрожал слезами. — Снова? Ну нет, милая, больше ты ничего у меня не отнимешь! — Винс поставил перед ней чашку чая и вышел из комнаты. Чарли вздрогнула. Обхватив горячую кружку, чуть пригубила. Хм, он до сих пор помнит какой она любит чай.

****

Винни вышел на улицу. Хотелось хлопать дверями, может подраться. Даже самые нерадивые ученики не могли вывести его на эмоции. Эта женщина, парой слов разметала самоконтроль к чертям. Возможно, дело в том, что он так и не перестал любить. За восемнадцать лет, эта любовь так и не превратилась в ненависть или хотя бы равнодушие. Его губы исказила горькая усмешка. А возможно ли вообще было забыть её? Женщину, что подарив однажды свет, после одним взмахом руки скинувшая его в кромешную тьму. Нет. Он так и не смог. Там, на Марсе, он так и не нашёл ту, что смогла бы заменить Чарли. У братьев, да даже у Огонька давно были семьи и дети. А он? Ну что он? Детьми стали мальчишки сироты, а женой, школа при базе. А тут, на Земле, была она и как выяснилось, растила его сына. А он, Винс, всё пропустил. Взрослому парню, вряд ли нужен свалившийся неизвестно откуда отец. Скрипнула дверь, Винс скрытый в густой тени и сидящий на перилах, замер. Джэт выскользнул из дома, на ходу накидывая капюшон толстовки. И куда собрался этот мальчишка? Усмехаясь, Винни, крался за парнем. Джэт прошёл в гараж и плюхнулся у своего байка. Белый застыл у двери. — И? Что мне делать, братишка? — хрипло, спросил парень. Лишь, через секунду, Винс понял, мальчишка как и Модо, говорит с мотоциклом. — Как мне с ним себя вести? Я совсем его не знаю. Он совсем чужой. Из-за него, мама так и не стала счастливой. Как вообще она его полюбила? Как могла, так много лет, хранить ему верность? Так, спокойно, Дэвидсон не распаляйся! Успокойся! Ты же умный, к счастью в маму! — Винс поперхнулся, в гараже повисла тишина. Со вздохом, он вошёл внутрь, походя зажигая свет. — Возможно ты прав и всё хорошее в тебе от матери, но это было прям обидно. — со смешком, он подошёл к застывшему мальчишке. — Что ты здесь делаешь? — вызов в глазах и вздёрнутом подбородке. — Пришёл байк проверить. А тут ты. — ответил Винс. — Мама очнулась? — попытка перевести тему. — Да. Когда я ушёл, пила чай на кухне. — Винни вздохнул. — Ты оставил её одну? Она же ещё под действием лекарств, за ней по хорошему, ещё пару дней надо наблюдать! — Джэт всполошился. — Не шебуршись, ты и не представляешь насколько Чарли сильная. — Винс улыбнулся, но выражение лица парня, заставило улыбку увянуть. — Сильная? Мама сильная? — красные глаза, заледенели — Да что ты вообще о ней знаешь? Притворяться сильной она умеет. Но... Хотя кому я объясняю, ты не удосужился даже проведать её, за все восемнадцать лет. — Джэт шагнул ближе. Ледяная ярость наполнила помещение, обжигая лёгкие. — Она сама вышвырнула меня из своей жизни! — хрипло ответил Винни. — Она тебя спасла, ценой своей жизни. — парень сжал кулаки. — Нет, не буквально. Знаешь сколькие за эти восемнадцать лет готовы были связать с ней жизнь, даже несмотря на досадное недоразумение в виде меня? Восемь человек. Восемь достойных мужчин. Мама была бы счастлива, не люби она тебя. Она плакала ночами, знаешь. Думала, что я сплю и плакала. Каждая слеза моей матери, на твоей совести, марсианин! — Джэт пытался успокоиться, как учила мать, считал до десяти. Но свалившийся как снег на голову, папочка, бесил неимоверно. — Джэт Дэвидсон, закрой рот, немедленно! — окрик, заставил двоих в гараже обернуться. В дверях стояла Чарли, с побелевшей кожей и трясущимися губами. Руки соскользнули по потемневшему от времени дереву ворот. За долю секунды, Винни оказался рядом, подхватывая на руки и прижимая к груди. Нос тут же зарылся в волосы, губы прижались к виску. — О, потрясающе! Ты, выходит, тоже не жил нормально! — Джэт подошёл к родителям и со злой улыбкой прошипел— Глядя на вас, я чётко понимаю, что любовь самое страшное зло! — он уже унёсся в дом, а Винни всё смотрел в след. — Прости его. Он не знает всего. Не понимает, что несёт. — Чарли закрыла рот ладонью, боясь заплакать по-настоящему. — Нет, детка, всё он понимает. И сказал правду. — красные глаза прикрылись. — Нет, Винс, нет. Ты ни в чём не виноват. Это я была такой глупой. Мне надо было лететь с тобой, надо было быть с тобой. — слёзы всё же хлынули. — Я бы не позволил, ты же помнишь каким я был?! — тёплые губы собирали солёные слёзы. — Был? А сейчас ты бы позволил? — так тяжело говорить. — Да. Но ты вряд ли захочешь. — он снова вдохнул её запах, наполняя им лёгкие и сердце. — Почему? — спросила она, касаясь рукой краешка маски и заставляя смотреть в глаза. — Я смертник, любимая. Живу от укола до укола. И той жизни мне отмерено уже совсем немного. — боль и отчаяние в алых глазах. Сердце Чарли будто разорвалось в ту же секунду. —Винни, не оставляй меня одну, не снова. Хватит. — её дрожащие губы нашли его рот. Он грустно улыбнулся, прервав поцелуй. — Знаешь, Дэвидсон, я за эти восемнадцать лет уже понял, что никуда мне от тебя не деться. — Винс внёс её в дом, вверх по скрипучей лестнице. На кровати она прижалась к нему, зарываясь в шерсть на затылке пальцами. — Он на меня всё же похож, ты заметила? — губы его сами собой расползлись в улыбке. — Нет, Винни, он себя так никогда не ведёт, вообще-то. Джэт холоден и прагматичен. И эта его вспышка, удивительна. — Чарли прижалась к его груди. — Если честно, я не очень тебя сейчас понял. — Винс обнял её сильнее. — Винни, наш сын гений. Он читать начал в четыре года. В десять штудировал талмуды по квантовой физике. В тринадцать закончил школу. Экстерном институт. Джэт вундеркинд. У него и бумаги об этом есть. — белый дёрнулся и сел на кровати. — Ты хочешь сказать, что он врал, его эмоции ложь? — удивление застыло в глазах. — Эмоции да, а вот слова правда. Он сказал всё, что думает. Подтолкнул нас друг к другу. — Чарли придвинулась к Винсу, он тут же помог ей оседлать его бёдра. — У него получилось, знаешь. — он покрывал её шею поцелуями. — Бесспорно. Вот это в нём твоё, он всегда добивается чего захочет. — поцелуй вышел болезненно сладким, как в первый раз.

****

Услышав скрип кровати со второго этажа, Джэт улыбнулся. Расчет оказался верен. Он просчитал родителей и придумал план. Правда не ожидал, что всё пройдёт так гладко. На самом деле он ждал недели осад и метаний, но всё оказалось куда проще. Что же перекур и можно спать. Через несколько минут гамак на веранде принял его в свои объятия. Излом лета, да? Что принесёт ему так резко вильнувшая жизнь?

****

Утро ворвалось в окна убойными басами, заставив Винни подскочить на кровати. Гремела гитара, причём близко и живо. Он спустил с кровати ноги и зевнул, чувствуя в теле лёгкость после ночи с той, которой уже не надеялся обладать когда-либо. Чарли за спиной зашевелилась, к нему прижалось тёплое тело. — Ммм, вернись в постель, милый. — шею оплели руки, на плечо лёг подбородок. — Хм, я бы с радостью, родная. Но эта какофония похлеще сирены. — он переплёл пальцы с её. — Мда, вот она ирония в чистом виде. Наш с тобой сын отомстил вредным марсианам за мои ранние побудки. Весь в папочку. — Чарли, со смехом, плюхнулась на постель, раскидывая руки. Винс обернулся и хвостом накинул на неё одеяло. Во время, дверь открылась и в помещение ввалились братья. Судя по вмиг потемневшим щекам, они не ожидали увидеть Чарли и Винни голыми и в постели. — Марс всеблагой, что творит ваш сын? Что это за ужас? — Модо прижал уши. Дроссель с облегчённой улыбкой смотрел на Винса. — Да ладно вам ребята, вот он щас петь начнёт, тогда будет катарсис. — женщина, кутаясь в одеяло, засмеялась. — В смысле петь? Подпевать?— переспросил Винни. — Нет, щас он пока только на гитаре играет. У этой группы долгие проигрыши. Скоро запоёт, правда я не понимаю ни слова. Это Джэт за три месяца этот язык выучил, чтобы понять о чём поют эти рокеры. Он вообще билингв. Учит языки легко. — Винни прижал уши. — Марсиане языки интуитивно понимают, видимо поэтому ему легко. — Дроссель улыбнулся. Джэт всё же запел.

Разбивать ебальники в очередях к серым детским садам… Выходные еще вчера, завтра – уже среда… Вздрагивать каждый раз, когда слышишь жалобный визг – это плачет маленький теплый комок нашей с тобой большой любви… Пойти купить ружье и стрелять в толпу! Пойти купить ружье и стрелять в толпу! Пойти купить ружье и стрелять в толпу, а застрелить себя… Странно: вроде бы всё хорошо, но кажется – что-то не то… Вроде бы в жизни добился всего… Как НЕВЫНОСИМО ЛЕГКО! Вроде всё есть: дом, работа, семья… СЧАСТЬЕ, АУ, ТЫ ГДЕ? Так снова тошную водку вливать в себя и ненавидеть ВСЕХ ЛЮДЕЙ! Ты так хотел изменить весь мир, но изменился сам… Злой город словно себя возлюбил и возненавидел леса… Долгие годы бежал от себя, и вот – прибежал к себе! Тебя наебали фатально сказав: »Дурак, доверься своей судьбе! А рассмешить весь мир! Весь этот блядский мир! Ведь этот бездарный мир! Весь этот глупый мир! Весь этот скучный мир! Весь ебанутый мир… (Порнофильмы— Ружьё)

— Знаешь, Чарли, у парня похоже депрессия. — единственный глаз Модо дёрнулся. Винс, сбивчиво перевёл песню. Секунду, женщина смотрела на марсиан, а после расхохоталась. — Ребята, как же я по вам скучала. И нет, с Джэтом всё хорошо, просто он обожает грохот рока. Весь в отца, говорю же. — Винни взглянул на неё с ужасом. — Милый, а как по твоему звучал для меня хэви-металл? В любом случае сон откладывается, так что встретимся на кухне ребята. — Дроссель и Модо, позёвывая, вышли. А Винни шмыгнул в душ следом за Чарли.

****

Он подперев щёку наблюдал как она готовит завтрак, чёрные бриджи в облипку и старая футболка. После невероятной ночи и секса в душе утром, у Винса было прекрасное настроение. Он легко встал и ладони легли на её бёдра. Больше пальцы потёрлись о выступающие косточки таза.Чарли развернулась в его руках. Зелёные глаза тонули в алых. — Я тебя люблю, знаешь? Ни на секунду не переставал любить, все эти годы. — улыбаясь, сказал он. — Я тебя тоже, Винни. — она сама потянулась к нему, целуя. Кто-то постучал по столешнице. Не хотя, Винс обернулся. Джэт смотрел на них, иронично вздёрнув бровь. — Я понимаю, что у вас вроде как медовый месяц, но кушать то хочется. — парень плюхнулся на стул. — Ну ты и язва... сынок. — запнувшись, ответил Винни. — Ну видимо у вас двоих мог получиться только такой как я, отец. — отчеканил Джэт. У Винса внутри, что-то дёрнулось. Так просто? Сын так просто принял его как отца? Завтрак прошёл весело, Чарли долго обнималась с Модо и Дросселем. — Вот так, милая. У Модо двое мальчишек, близнецов. У Дросселя дочка и сын. Марс возрождается, хотя это дело не одного поколения. — А ты? Как жил ты? — вопрос Джэта застал Винса врасплох. — Ну, после больницы, помотался по мотокроссам. Когда стало хуже, ушёл в преподавание. Как сказал Стокер, у меня незаменимый опыт. Учу сирот, помаленьку. — Винс обратил внимание как братья напряглись, а Чарли вскочив загремела посудой. — Это конечно интересно, но я спрашивал о семье?! — пристальный взгляд, следивший за ним и Чарли. — Нет у меня семьи. Нет и не было. Или ты о женщинах хочешь узнать? Так с ними у меня ничего не получалось, ни одна не была похожа на твою мать. Или ты о детях? Так у меня их за восемнадцать лет много было, всех по именам помню. Ученики мне детей заменили. Как когда-то мы Стокеру. Я удовлетворил твоё любопытство? — Винни смотрел в спину Чарли, худенькие плечи тряслись. — Вполне.— Джэт встал и подхватив рюкзак шагнул на порог. — Я в лес, джи пи эс и телефон взял. Карту и компас, на всякий случай, тоже. — да он был жесток. Только, пусть лучше сейчас всё выяснят, прежде чем это всплывёт неожиданно и приведёт к ссорам. — Не слишком ли ты их жёстко? — Дроссель спускался с крыльца. — Нет, в самый раз. Лучше так, чем потом будет хуже. — он накинул куртку и глянул на рыжего. — И как ты живёшь то такой умный? — шутливо спросил Дросс, а в глазах серьёзный вопрос. — А ты как? — парировал Джэт. — Туше, парень. Вот возьми на всякий. — в руки полетел жучок. Парень кивнул и направился в лес.