Заворот судьбы

      ... Короче, крепость стала наша. Ну, как… Нас-то четверо вместе с Хуаном, а Минас Тирит – большой. И раз уж мы его взяли, не отдавать же обратно, да? Госпожа моя любимая, как очнулась и с силами собралась, спела туман вокруг острова – навроде Завесы, только пожиже, чтоб никакой враг покамест сюда не проник. Надобно было в Нарготронд весть послать, а до той поры Минас Тирит удерживать как-то. Тут мы все сошлись, а вот насчет дальнейшего – мнения разделились. Но сначала мы нашли… ну, пленников. Были они там. Вот только освободить довелось… Скажу так – немногих.       Я спервоначалу-то еще удивлялся – на кой Саурону тут пленники? Не, я понимаю, когда Моргот у себя в Железной Темнице эрухини неволит, мучает и работать на себя принуждает. Типа, выгоду свою блюдет, в рабство обращает или же склоняет к предательству. Это – понятно. Но у Тху тут рудников не было. Ради бесполезного мучительства мучить столько несчастных душ? Особенно когда мы спустились туда, в темницы, и я увидал…        А потом понял. Ему не рабы были нужны и не жертвы для мучений, а эти, как там Турка-то объяснил… Объекты экспериментов. Оказалось, что Тху много всякого знает и знания свои на практике применяет. Здесь, на Тол-ин-Гаурхот, потому что в Ангбанде ему, видать, сам Моргот развернуться не дает. Большинство этих самых объектов были еще живые. У некоторых даже сохранились лица. Эльдар, атани, гномов несколько, орки тоже попадались, зверье всякое… Помочь никому из них мы не могли, хоть и старались. Даже оркам. Посмотрел Турка на такое дело да и стал выталкивать нас оттудова. Я, говорит, тут сам управлюсь, мне, дескать, не впервой. Да только мы не вытолкались, ни я, ни Соловушка. Что ж ему, одному за нас всех столько смертей на душу брать? А Лучиэнь только молвила, что хочет отцу своему да матери вот это вот все показать. А потом – запела. И не пришлось нам с Туркой самим. Уберегла она нас, одна со всем справилась. Быстрей у нее вышло и милосердней. Сколько бы мы вдвоем проколупались? А так - всех разом...       Не, вот ты как хочешь, а подробностей я тебе излагать не стану. Если тебе в деталях надо, что там Тху с живыми эрухини вытворял, тогда лови вашего Турку и его выспрашивай. Если он тебя не пошлет. А я и понял-то едва десятую часть из того, что увидел. Но мне и того хватило.       Тех, кого, видать, не начинали еще обрабатывать, полтора десятка набралось, трое эльфов, остальные аданы. Эльдар еще от ородретова гарнизона остались. Видать, Тху их берег и расходовал экономно. Новых-то поди еще налови, живьем да чтоб не изрубленные…       И опять у нас заминка вышла. Пленников, конечно, освободили… но а ну как на них уже черная воля? Или, если про нас, людей, говорить – какая болячка присажена? Вот выпустим мы их, и пойдет мор по всему Белерианду, а? Надо было целителей дожидаться, а пуще того – дознатчиков из нарготрондских эльдар. Они, пленники бывшие, и сами так решили. Страх в них был, что они погибель друзьям да родичам принесут, большой страх.       Послали весть в Нарготронд (Турка сам послал, как да с кем, про то я его не выспрашивал), спасенных обиходили, те начали потихоньку… ну, прибираться. Приборка-то большая нам всем предстояла. А мы втроем собрались и стали думу думать. Ну, и Хуан с нами, куда без него. И заспорили мы промеж собой так, что я все ждал, может, и пес чего ляпнет? У каждого было свое соображение, отчего б Хуану тоже мнение не высказать? Но, слава тебе Эру, хоть собака смолчала.       Заспорили, но до драки все-таки не дошли. Мы с Туркой на Соловушку насели, мол, куда ты вздумала соваться? А ну как тебя Саурон изловил бы да в те свои эксперименты приспособил? Турка-то и пожестче высказался. И Клятву снова припомнил, и сильмариллы, и по бате ее, Тинголу, прошелся ласковым словом. Но госпожа моя уперлась, и аргументы у нее были те же: а если б Саурон поймал нас? Поймал и к хозяину своему отправил? Моргот, видать, скучает по сыновьям Феанора. Цепь у него на Тангородриме пустует. Рыжего сняли, так теперь Резвый решил сам вместо брата повисеть? А на меня только глянула так, что я язык прикусил. А потом молвила: про то, что отец за нее Сильмарилл брачным выкупом назначил, уже весь Белерианд откуда-то знает. И долго ли ждать, пока другие желающие найдутся? Куда б мы с нею не скрылись, покоя нам не видать из-за того тинголова зарока. Поэтому надобно брать судьбу в свои руки. Если сын Феанора, Берен Барахирион и Лучиэнь Тинувиэль вместе сумеют Камни добыть, то что Тинголу останется, кроме как смирить свое сердце? У феанариони-то попробуй те Сильмариллы отбери! Так что втроем нам в Ангбанд идти… Тут Хуан гавкнул, и Соловушка улыбнулась. Значит, вчетвером.       Дожидаться, пока государь Фелагунд войска пришлет и вновь в Минас-Тирите гарнизон поставит мы не стали. Нельзя нам было медлить. Потому что первым сюда наверняка Куруфин прискачет, а там и остальные феанорычи подтянутся. И никто уже никуда не пойдет. Положим, меня одного в Ангбанд и отпустили бы – кому я нужен? А вот Келегорма – уже вряд ли, недаром он тайком со мной ушел. Про Соловушку вообще и говорить нечего. Война с Дориатом – это последнее, что сейчас нужно нолдорским князьям. В общем, раз решили идти дальше и все вместе, то выходить надо было прямо сразу. И тут желание уперлось в отсутствие возможностей.       Поясняю. Анфауглит – равнина, обширная, плоская, да к тому же выжженная. Ну, предположим, за столько-то лет там какая травка и пробилась уже, дожди-то всяко идут. Но укрыться там негде, а идти – долго. Верхом скакать – и то порядочно, а пешком? А еще по Анфауглит орки туда-сюда шарашатся. Ладно, Лучиэнь мы на валинорского пса посадим, но Хуан не вынесет троих. Коней на Тол-ин-Гаурхот не было: орки на варгах ездили, а Саурон вообще, говорят, летал. И как быть? Ловить орков и спрашивать у них, как пройти к Ангамандо? Или варгов приручать? Задачка!       Решили все-таки пешком, а в пути, если получится, попробовать одичавших лошадей приманить. Сразу скажу – не получилось. И вышли мы в путь, едва лишь Турка почуял приближение конницы из Нарготронда. Еле успели. Соловушке пришлось нас чарами укрыть, да не от врагов, от своих же. Но ускользнуть мы сумели. И опять в путь – по долинам и по взгорьям, до самых Сереховых Топей.       Сколько через Анфауглит топать, ты получше меня знаешь, эльда. Разведка-то ваша там и поныне ходит, верно ли? Раз уж собрались Морготу в рог заехать? Государь Финголфин от Хитлума намётом за один переход проскакал, сказывают, да вот сколько в том сказании правды? От Топей подале будет, да и мы не верхами на скакунах валинорских, а на своих двоих. Турка-Резвый, Соловушка на Хуане и я, в ту пору тоже удалец быстроногий. Ночами шли, аки тати или орки поганые, днем в ложбинках укрывались. Равнина-то хоть и Выжженной зовется, а кой-что на этой гари все-таки проросло. Снизу – грязь да пепел, да кости павших, сверху – то снег мокрый, то дождь вонючий. Ноги вязнут, пить охота, согреться негде и нечем. Тот еще поход. Все дни в один бесконечный слились. Так что я даже и сказать тебе не смогу, сколько мы на самом деле шли. Помню урывками. Вот Соловушка моя к Хуану прижимается. Вот Турка губу грызет да волглую эту копоть со лба утереть пытается, а сам все глаза в сторону отводит да отмалчивается. Вот я, обессилев, лежу, в камень уткнувшись. Пить хотелось все время, это точно помню. Ляжешь, глаза закроешь, а вместо сна – вязкая муть; встанешь – а будто не просыпался. И только Железные горы все ближе и ближе… А потом – разом – мы взяли и дошли. Дошли до Ангамандо.