Твой неправильный выбор

1995 год Лера нервно одёргивала подол платья, Пчёлкин же был спокоен как удав. Он с улыбкой поглядывал на волнующуюся возлюбленную. Витя вёз Леру знакомиться с родителями и Лера холодела от одной только мысли об этом. — Вить? — М? — А вдруг я им не понравлюсь. – Лера испуганно смотрела на Витю. Тот улыбнулся и сжав её вальцы в своей руке нежно прошёлся по ним губами. — Как ты можешь не понравиться? – удивился он искренне. – Уверяю тебя, мои родители самые добродушные люди в мире. Ты точно им понравишься. А если выслушаешь батины фронтовые рассказы, всё, считай, ты член семьи автоматически. — Твой папа воевал? — Обижаешь. Офицер пехоты. До Берлина дошёл. — в Витином голосе едва различались нотки гордости. — У меня дедушка воевал. Но он умер, когда я была совсем маленькая. Я его плохо помню. Машина остановилась у девятиэтажки в тихом районе Москвы. Лера оглядела двор, в котором вырос её Витя. — Видишь, беседка? – он кивнул в сторону старенькой синей беседки недалеко от дома. Лера проследила за его взглядом. – Наше любимое место было. Всё время тут торчали. Как приклеенные. – Пчёлкин усмехнулся каким-т о своим воспоминаниям. Он достал из салона машины букет для матери и передал его Лере. Сам взял из багажника пакеты с продуктами и они направились в подъезд. Квартира встретила их уютной обстановкой и умопомрачительным запахом разнообразной еды. Лера рассматривала фотографии на застеклённых полках. Витины родители в день свадьбы. Витин отец в военной форме. И маленький Витя, обнимающий игрушку. — Скоро поставим сюда фотографию с нашей свадьбы. – прошептал Витя ей на ухо и мягко поцеловал в висок. Лера удивлённо захлопала глазами. Витя улыбнулся ей и поцеловал в губы. — Идите к столу! – закричала из кухни Витина мама. У Вити оказались самые чудесные родители. Они были очень вежливыми и добрыми людьми. Расспросили ей о работе, учёбе и жизни. О том, как они познакомились с Витей. Не задали ни одного неудобного вопроса. После прекрасного ужина они отправились в гостиную, где Наталья Викторовна достала старый альбом и показывала Витины детские фотографии. Фронтовые снимки мужа и просто фото из семейного архива Пчёлкиных. Павел Викторович рассказывал фронтовые истории, А Лера с интересом слушала его рассказы, прижимаясь к Витиному плечу, а Наталья Викторовна вязала, и с улыбкой наблюдая за ними. Лера чувствовала себя невообразимо хорошо в объятиях Вити, в уютной квартире его родителей.

***

Лера нервно теребила салфетку. Витя не появлялся дома уже второй день и она совсем не знала где он и что с ним. Телефон не отвечал. В фонд звонить она всё не решалась. Она металась по квартире, словно в клетке. И совсем не знала, что ей думать. В голову лезли самые страшные и ужасные картины. Лера решилась позвонить Шмидту. Что бы он хоть немного развеять её страхи. Дмитрий поднял трубку со второго раза. — Алло? Дима? Дмитрий? Это Лера, Витина – девушка замялась. – Витина девушка. — Да, привет, что случилось? – откликнулся на том конце провода мужчина. — Дим, где Витя? Что случилось? Он второй день не появляется дома. Телефон молчит. Я очень волнуюсь. – мужчина на том конце молчал, обдумывая ответ. Внутри у девушки всё холодело от ужаса, а в голову лезли самые ужасные мысли. — Лер, у них тут некоторые проблемы случились и Витя… — Шмидт замялся на том конце провода. — Что?! Что с ним? – Лера сжала руку в кулак, отчего ногти впились в нежную кожу, но девушка этого будто не заметила. — Ну он немного. В общем, забухал он. У них сделка крупная сорвалась. – у Леры словно гора сошла с плеч. Живой. Самое главное, что живой. Остальное вообще не важно. Запил, загулял, она ему всё простит, главное что он жив и здоров. — Дим, ты знаешь где он? Привези его домой, умоляю. – еле сдерживая слёзы проговорила девушка. — Хорошо. Не волнуйся, Лер. Я постараюсь. Гудки, как она ненавидела эти треклятые короткие телефонные гудки. Лера осела на стул и разжала ладонь. На ней отпечатались четыре полумесяца от ногтей, которые теперь были чуть красными. Шмидт привёз Пчёлкина домой где-то к четырём утра. Лера никогда не видела Пчёлкина в таком состоянии. Внутри всё передёрнулось, от воспоминаний о вечно пьяной матери. Лера стряхнула с себя наваждение и прошла в гостиную, где Шмидт уложил едва живого от алкоголя Витю на диван. — Спасибо, Дим. Дальше я сама. — Уверена, что справишься? – немного насторожено спросил Шмидт. Лера кивнула. Опыт у неё был богатый. Пчёлкин на диване промычал что-то нечленораздельное. Когда Шмидт ушёл, Лера попыталась раздеть Витю. С обувью она справилась легко. А вот что бы снять с него пальто, пришлось потрудиться. Витя мешком лежал на диване и периодически всхрапывал. Валерия тяжело вдохнула, но вскоре Витино пальто тоже оказалось снято. Девушка, безусловно знала, что её любимый имеет пристрастие к алкоголю. С работы он часто возвращался немного под шафе, да и дома бывало пропускал пару стаканов коньяка. Лера реагировала спокойно, потому что в состоянии овоща Пчёлкин дома не появлялся никогда. Да и тем более в таком критичном, как сегодня. Решив не трогать его до утра, Лера отправилась немного поспать, потому что за почти двое беспокойных суток, проведённых в неведении, девушка толком не сомкнула глаз. Утром она проснулась рано. Пчёлкин всё ещё спал. Лера приготовила ему куриный бульон, достала аспирин и холодную минералку. Но на всякий случай приготовила средства «потяжелее», хотя и надеялась, что использовать их ей не придётся. Когда всё было готово, она отправилась будить Пчёлкина. Тот всё ещё лежал безжизненным телом на диване в том же положении, в котором она его оставила вчера. — Виктор Павлович, с добрым утром. – Лера поднесла к носу Пчёлкина заранее смоченную нашатырём ватку. Тот резко дернулся и распахнул полупьяные глаза. Он отбросил её руку в сторону, но девушка, готовая к такому тут же подсунула ему ещё кусок нашатырной ваты, но уже с другой руки. — Лерка! Ты садистка! – пробормотал сонный Пчёлкин, но тут же распахнул полупьяные глаза. — Проснись и пой, Пчёлкин! – улыбнулась она ему. — Я дома? – хрипло уточнил он, оглядываясь по сторонам. — А где бы тебе хотелось быть? – Лера приподняла бровь, ей было одновременно смешно, но она и злилась на любимого. — А как я тут оказался? – Витя попытался подняться. — Шмидт привёз. – девушка стала серьёзной, от чего Пчёлу передёрнуло ещё больше. Он попытался подняться и сморщился от боли, по всей видимости, в голове. — И я был…? — Ты был практически невменяемым. – Лера выпрямилась. – Пошли на кухню. Будем делать из тебя человека. Лера вышла из гостиной и вернулась на кухню. Она поставила на стол стакан с минералкой и две таблетки аспирина тут же отправились туда. Жидкость зашуршала, растворяя лекарство. Витя приплёлся на кухню и сел за стол, подперев голову рукой. — Пей. – она пододвинула к нему стакан. Витя послушно взял его и залпом осушил. — Лер? А коньячку нет? — тихо поинтересовался Витя, заранее зная, что ответит ему Валерия. — Нет. – отрезала девушка, ставя перед ним тарелку с куриным бульоном. Пчёла жалобно на неё посмотрел, зная, что она врёт. Под строгим взглядом он скуксился, опуская взгляд в тарелку. — Не смотри так. Иначе вместо бульона будешь пить марганцовку и лимоном закусывать. – Пчёлкин сморщился и стал тихо есть бульон. Когда с ним было покончено Витя выдохнул. Лера, стоявшая к нему спиной, у окна, обернулась. — Позволь узнать повод такой масштабной попойки? – Витя потупил взгляд. – Вить, ты оглох что ли от синьки? — Лер, ну прошу тебя, не нач… - он осёкся под холодным взглядом любимой. – у нас сорвалась серьёзная сделка. Просто взлетела на воздух, в прямом смысле. Ну и я…я слегка разозлился и вот. — Ничего себе "слегка". – фыркнула девушка, скрещивая руки на груди. – Судя по твоему состоянию, ты был просто в бешенстве. — Витя молчал. Лера поставила перед ним ещё один стакан с водой. — Пей и иди в ванную. – спокойно отчеканила девушка и направилась к выходу из кухни. – Учти, весь алкоголь я спрятала. – бросила она напоследок и вышла. 2002 год Лера и Саша вернулись в машину. Перед этим Саша навестил ещё несколько могил, дав возможность Лере побыть наедине с Витей. Когда Лера вернулась к машине, Белов уже ждал её там. Он курил, задумчиво глядя в сторону дороги. — Саш, мы же не просто так сюда приехали? – Белов долго молчал, смакуя сигарету. — Отчасти, ты права. Но на самом деле, я не хотел ехать сюда один. – просто сказал он. – Столько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю их, будто бы они просто уехали куда-то. – повисла тягучая пауза. – Я так и не смог смириться с этой утратой. Думал, отомщу всем и станет легче. Не стало. – Честно признался он. Лера знала точно, он не врал сейчас. Знала, что легче и вправду не стало. Она до сих пор ждала, что вот-вот откроется дверь и Пчёлкин появится на пороге их квартиры, уставший, сердитый, пахнущий коньяком, кофе и сигаретами, но живой. Но время неумолимо бежало вперёд, а от него не было ни звонка, ни письма, и дверь была по прежнему закрыта. — Саш, я принимаю твоё предложение. Я помогу всем, чем смогу помочь. — Ты ввязываешься в опасную игру. — тихо проговорил Белов, не глядя на невесту погибшего друга. — Ты сам меня в неё ввязал. — так же тихо откликнулась Лера, глядя вдаль. — А ты согласилась. – его губы тронула лёгка улыбка, но тут же растворилась. — Будто бы у меня выбор был. – усмехнулась она в ответ. — Выбор всегда есть. – пожал плечами Белов, глядя на ворота кладбища. — Ну тогда я свой неправильный выбор сделала ещё в 93-м, когда села к Вите в машину и позволила ему себя увезти. ОНи замолчали на мгновение, каждый думая о своём. Хотя, возможно, они оба думали об одном. Но в слух этого никто не озвучил. — Кстати, Пчёла же оказался тихушником. Совсем нам ничего о тебе не рассказывал. Как вы познакомились? – он жестом пригласил её вернуться в машину. Когда она тронулась с места Лера вздохнула и слегка улыбнувшись поведала Белову историю их знакомства с Пчёлкиным. — Просто позволила ему себя увести? — добродушно хохотнул Саша. — Представь себе! — кивнула с улыбкой Лера. — Я сама от себя тогда была в шоке. Но ещё в большем шоке я была от всего произошедшего накануне. Поэтому, даже если бы он сделал бы со мной что-то плохое, я бы приняла это, как судьбу в любом случае. — Вот так Пчёла! Альтруист хренов! – засмеялся Белов. – И ты осталась у него на ночь? — Ага. А утром он накормил меня умопомрачительно вкусной яичницей, и я ушла, думая, что больше никогда не вернусь и не увижу его. — Пчёла накормил вкусной яичницей? — Сашу вправду забавляла эта история. Он и подумать не мог, что его друг, который особенной постоянностью и романтизмом никогда не отличался и вдруг с таким порывом отнёсся к незнакомой девушке. — На самом деле она была ужасной. – они засмеялись. – Но тогда она показалась мне очень вкусной, потому что на фоне стресса я не ела ничего больше двух суток. — А потом? — А потом через месяц он пришёл с Космосом и Валерой в ресторан, в кортом я работала. — А с Валеркой ты была знакома? — Лера кивнула. — Да. Мы случайно познакомились в конце 95-ого года. Он без предупреждения заявился на Витину квартиру, а я работала дома в тот день и…ну в общем мы познакомились. Хотя Витя и прибыл практически сразу после Валериного прихода, и Пчёлкину пришлось нас представить. — И этот жук тоже молчал. — Витя взял с него обещание молчать обо мне. Они приехали на Воробьёвы горы. Машина остановилась на смотровой площадке, и Белов помог Валерии выбраться из неё. — Это наше место было. – констатировал Белов. – Отсюда меня в армию провожали, тут мы собрались, когда я вернулся с 89-ом. Сюда мы приехали, когда в том же 89-ом меня подстрелил ОМОН. – Белов положил руки на парапет и вздохнул. – Сюда мы приехали, когда Валерка впал в кому после взрыва. — он помедлил мгновения, будто сглатывая ком в горле. — Сюда я приехал, когда отомстил. — мужчина оглядел вид, открывающийся со смотровой площадки на Лужники и прилегающую к ним территорию, а затем продолжил: — Здесь мы поклялись в дружбе. У меня бочина навылет прострелена, кровь хлещет, я думал, что мне хана, не умру, значит точно посадят. – он замолчал. Лера молчала тоже. Она знала, что их дружба была братской, нерушимой и вечной. Она видела, что сейчас один Белов, до сих пор хранивший ту клятву, с тоской смотрел вдаль. Его голос снова зазвучал. Хрипловато, надрывно, тихо: — Клянусь, что никогда и никого из вас я не оставлю в беде. – тихо проговори Белов. Лера вздрогнула. Его слова были словно хлёсткие пощёчины из прошлого, которое теперь осталось лишь воспоминаниями, не имеющими продолжения в настоящем. — Клянусь всем, что у меня осталось. Клянусь, что никогда не пожалею о том, в чём сейчас клянусь и никогда не откажусь от своих слов. – Белов снова замолчал. Он продолжал смотреть вдаль, будто искал там что-то. Или кого-то. — Клянусь, что никогда не пожалею о том, что был вашим другом и никогда не забуду вас, братья... Белов говорил, а Лера снова заплакала. Он и сам едва сдерживал слёзы. — Саш. – девушка сжала его руку. — Ты смирилась? – Лера отрицательно покачала головой. – Если бы не Катя, я бы, наверное уже давно лежала рядом с ним. Я живу только ради неё. — Он любил тебя. – Лера кивнула. — Я знаю. Я тоже очень любила его. Больше жизни любила и люблю до сих пор. – Саша приобнял её за плечи и Лера уложила голову ему на плечо. — Поехали, отвезу тебя домой. – Лера кивнула и они вернулись в машину.