Твой неправильный выбор

2002 год (продолжение)

***

Шмидт приехал на следующий день, ближе к обеду. Лера сидела на диване и пустым взглядом смотрела в телевизор. На появление мужчины она никак не отреагировала. Шмидт присел рядом и выключил его. Лера перевела на мужчина усталый взгляд. Глаза были опухшими от слёз. — Не спала? – она отрицательно покачала голосовой. Некоторое время они оба молчали. Каждый думал о своём. Наконец, Лера тихо спросила: — Почему ты не отдал мне письмо раньше? — Боялся, что ты не сдержишься. Что сделаешь с собой что-нибудь. – снова тягучая пауза, липкая. – Прости. Надо было сделать это раньше. — Как Саша? — В порядке. Ведёт неравный бой с сильными мира сего. Из своего прошлого. — Всё слишком серьёзно? – Шмидт кивнул. — ФСБ, спецслужбы. Это мало изменилось с 90-х, они продолжают всё держать под контролем. Если они решат, что его лучше убрать, а по правде сказать, скорее всего они так и решат, его уберут. В этот раз они не промахнуться. Тогда… — Тогда я его спасла. – закончила за него Лера. Шмидт кивнул. — И что нам делать? — Тебе, пока ничего, ты уже сделала всё. Сейчас тебе нужно побыть здесь. Здесь безопасно. Снова пауза. Молчание. Долгое молчание, Шмидт хотел ещё что-то сказать, но не торопился. Лера же терпеливо ждала, когда он решится. Она поняла, что он испытывает к ней какие-то чувства, не как к девушке своего друга, а как просто к девушке, где-то спустя полгода после Витиной смерти. Он не так уж сильно ухаживал или был романтичным. Но в какой-то момент девушка осознала, что ей просто нужно отогреться с кем-то. А надёжный, как скала, Шмидт был для этого достаточно приемлемым вариантом. Хотя и мысль эта была до ужаса циничной. Их отношения начинались долго и напряжно. Но в какой-то момент лёд тронулся. Хотя и продлилось это не так уж долго. Чем дальше они заходили, тем чётче казалось ей, что она предаёт Витю. Их любовь. Долго притворяться она не смогла, как и полюбить Шмидта хоть немного. И вскоре после начала этих отношений, Лера их прекратила. Но Шмидт всё равно не оставил её и Катю и продолжил им помогать, словно и не было никаких между ними отношений. — Дим, прости меня за всё. Я столько боли тебе причинила. – Шмидт грустно улыбнулся и отрицательно покачал головой. — Да нет. Я знал всегда, что ты никогда никого не полюбишь, так как Пчёлу. Просто думал, что вдруг получится, хотя бы немного урвать этого. — И ты урвал. – грустно улыбнулась девушка. Шмидт улыбнулся в ответ, у него в кармане зазвонил телефон. — Алло? Да. да, у неё. Хорошо. Ждём. – Шмидт убрал телефон. – Саша едет к нам. 1997 год Время тянулось нестерпимо долго и мучительно. Была уже глубокая ночь, а от Вити всё не было никаких новостей и Лера не могла заснуть из-за волнения. Она нервно теребила в руках телефон и ждала звонка. Но его всё не было. Она так и задремала на кухне, с телефоном в руках, облокотившись на оконный косяк. Телефон наконец зазвонил около пяти утра. Лера тут же подскочила на месте и приняла вызов. — Алло? — Лер? – это был Витя. Голос был очень странным, но тот факт, что он был жив и звонил ей сейчас, уже успокаивал. — Ты у родителей? — Да. Ты где? — За тобой сейчас приедет Шмидт и привезёт ко мне. Катю оставь у родителей, мы заберём её чуть позже. — Хорошо, я поняла. – Лера быстро сбросила звонок. Она оставила Витиным родителям записку, где объяснила, что ей нужно срочно уехать и что скоро они вернуться вместе с Витей за Катюшей. Шмидт приехал через минут двадцать и повёз её в сторону института Склифосовского. — Что с Витей? С Валерой? — Витя в порядке. Правда окосел немного после переливания и синьки, но уже в порядке. А Валера… - Шмидт обдумывал, что ей сказать. – А вы разве знакомы? — Да, в прошлом году случайно познакомились. — Валерка в коме. Не знаем, выберется ли. – Лера закрыла рот рукой. — Этот взрыв…Витя, он..? — Лер, давай Пчёла тебе сам всё объяснит, ладно? – девушка кивнула и вопросов больше не задавала. Вскоре они подъехали к Склифу. Из дверей вышел Пчёлкин, Белов с женой имя которой она не знала и Космос. Витя подошёл к машине. Шмидт уступил ему место за рулём, сам же он направился к другой машине. Витя был бледным. Руки у него подрагивали, под глазами залегли глубокие синяки усталости. Он внимательно следил за Беловым и его женой, которую тот сажал в машину, сам же он пошёл в другую, куда до этого сел Шмидт. Когда они скрылись в машине, он взял её за руку и притянул к себе. Они сидели так очень долго, но когда Витя разжал объятия, Лере показалось, что он отпустил ей слишком быстро. Хотя она до сих пор крепко держала его за руку. Пчёлкин завёл машину и они выехали со дворе больницы и поехали в сторону центра. Вскоре машина остановилась на Воробьёвых горах. — Посиди немного тут. – он поцеловал её руку и вышел из машины. Лера наблюдала за Пчёлой и его друзьями. Они подошли к парапету и молча встали у него. Витя, следом Белов и Космос. С Александром Беловым она познакомилась практически сразу после рождения Кати. Они вместе обедали в Метрополе, где по мимо обеда, и знакомства с ещё одним другом Вити они подписали некоторые бумаги, по которым всё имущество и счета Пчёлкина переходили ей и дочери. «На всякий случай»: - так мотивировал своё решение Витя. Космоса же девушка совсем не знала и не была с ним знакома лично. Только иногда слышала его имя в разговорах Вити и Шмидта или в разговорах по телефону. Она помнила лишь, что видела его пару раз в ресторане с Витей, когда ещё работала там. Мужчины стояли у парапета и молча смотрели вдаль. Витя курил, делая глубокие затяжки. Саша внимательно следил за горизонтом, Космос хмурился и морщился каким-то своим мыслям. Девушка тихо сидела на переднем сидении и наблюдала за ними. Что же будет дальше? Что будет с Валерой? Как дальше повернутся их жизни? Мужчины вскоре разошлись по машинам. Витя сел за руль и завёл машину. Они, стройным кортежем выехали с Воробьёвых и вскоре разъехались кто куда. — Куда мы едем? – тихо спросила Лера. — Домой. Приведём себя в порядок и потом к родителям за Катей. – Лера кивнула. — Расскажешь, что произошло? – Пчёлкин дернул щекой и глубоко вздохнул. — В машине была бомба. Её заложил один очень не хороший человек. Валеркин типа партнёр по киношным делам. – Пчёлкин скрипнул со злостью зубами. – Бомба сработала, когда ребята были в машине, а я уже ехал в аэропорт. Мы должны были ехать вместе, но я поехал не с ними. И поэтому… - Витя тяжело вздохнул. – Я живу в таком мире и играю по правилам, которые указали на меня. Я не улетел, поехал обратно в Москву из Шарика. Если бы не Оля. – он замолчал. — Оля, это Сашина жена? – Пчёлкин кивнул. Он замолчал и какое-то время обдумывал, что сказать дальше. — Она смогла кое-что узнать. И привезла доказательства моей невиновности Белому и Косу. — Они бы тебя убили? – Витя пожал плечами. Затем неуверенно кивнул. — Скорее всего. – Лера молча смотрела на дорогу и старалась не заплакать. Дома Витя быстро принял душ и вышел к ней в одном полотенце на бёдрах. Лера сидела в их спальне в кресле, подобрав под себя ноги и уложив подбородок на колени. Витя прошёл мимо и раскрыл шкаф. Он быстро достал брюки, рубашку и свитер и бросил их на кровать. Лера наблюдала за ним, любовалась. На его теле ещё не до конца высохли капли воды, они перекатывались по его прессу и сильным рукам. Лера подошла ближе и дотронулась до его предплечья, стирая с него несколько капель воды. Витя перехватил её руку и сжал запястье, заглядывая в глаза. Несколько секунд он молча смотрел на неё, а затем поцеловал. Страстно, жадно и одновременно очень нежно. Она прижалась к нему всем телом. Витя разорвал поцелуй и прошептал в её губы. — Я боялся, что больше не увижу тебя. – Лера не ответила, а лишь снова поцеловала. Витя подхватил её под бёдра и она обхватила его ногами. Он уложил её на кровать и, не разрывая поцелуй, начал расстёгивать рубашку. Это было не похоже ни на что, что было между ними раньше. Витя всегда был нежным и аккуратным с ней, словно боялся разбить или поранить. Сейчас же его ласка стало более грубой, напористой. Поцелуи были рваными, страстными, животными. Он сжимал её бёдра, оставляя синяки от прикосновений. Лера же, открывала его для себя будто бы заново. Он пристально смотрел в её глаза, кусал пухлые губы. Ей было немного больно, но от того, наслаждение, казалось ещё более приятным. Оно было не терпко сладким, как обычно, а горьковато-острым, словно тысячи маленьких ложей пронзали её тело, на каждом месте, где он оставлял свой поцелуй или прикосновение. Когда они дошли до предела, Лера широко распахнула глаза и впилась в его плечи ногтями, не сдерживая громкий стон наслаждения.