for charity | в целях благотворительности

— Чёрт! Я опаздываю! Гермиона! — крикнул Гарри из спальни, просовывая голову в рукав рубашки. — Чёрт… — он стянул её и начал процесс заново. Быстро надел зелёный пуловер, как раз в тот момент, когда Гермиона просунула голову в дверь. — Как я выгляжу? — спросил он с усмешкой. Та окинула его пристальным взглядом. Всё, что увидела Гермиона, это простые драные синие джинсы, пуловер и чёрные носки на ногах Гарри. К счастью, красная рубашка с изображением рычащего льва была прикрыта. Он знал, что подруга не одобрит её, но это дало возможность почувствовать себя немного бунтарём, даже если звучало глупо. — Ты уверен, что хочешь пойти в повседневном? — Я не собираюсь наряжаться ради Малфоя, — покачал головой Гарри. Они обсуждали это уже миллион раз. — Я просто хочу сказать, что мы пока не знаем, что происходит. Может быть, он просто хочет попросить тебя об одолжении. — Гермиона, — медленно произнёс Гарри, натягивая кожаные коричневые ботинки. — Это Малфой, и он заплатил десять тысяч галеонов за этот ужин. Чего бы он ни хотел, он не будет просить об этом. Он будет требовать этого. — Ох, Гарри, — вздохнула девушка, и её выражение лица говорило Гарри, что она полностью с ним согласна и, скорее всего, тоже думала об этом. — Итак, как поживает мой домашний ужин? — Хорошо, — кивнула она, собираясь с мыслями. — Он должен быть готов к тому времени, как вы вернётесь. — Что именно я готовлю для этого маленького засранца? Гермиона усмехнулась, бросив на друга неодобрительный взгляд. — Сосредоточься, Гарри, это не так сложно запомнить, — упрекнула она его, так как Гарри спрашивал меню уже в третий раз с тех пор, как она начала его готовить. — Лёгкий тосканский салат с хлебом, затем филе-миньон с клубникой в бальзамическом соусе, который подаётся с картофельным пюре. — Это стейк из мраморной говядины, Гермиона, почему я испортил её клубникой? — нахмурившись, спросил Поттер, когда они шли на кухню. — Ты сделал это, потому что любишь клубнику и потому что она придаёт пикантную нотку в остальном скучному стейку, — весело ответила Гермиона, зачерпнув ложкой немного клубники с бальзамическим соусом и протянув её Гарри. — Стейк из мраморки не может быть скучным, Гермиона, — покачал головой Гарри, а затем слизал клубнику с ложки. Вкус отличался от того, к которому он привык, но был довольно приятным. — Я думаю, Малфою понравится, — заметила она, тоже попробовав. — А если не понравится мне? — Гарри рассмеялся. — Тогда притворишься, что нравится, так же, как будешь притворяться, что тебе нравится Малфой, в течение следующих двух часов. Помни, Гарри, десять тысяч галеонов. Нам нужны эти деньги, чтобы построить новое крыло в приюте. Его собираются назвать в честь Дамблдора, — взволнованно сказала она. — А что насчёт десерта? — Всё хорошо, он под стазисом, — ответил Гарри. — Я смогу подать его через секунду после того, как мы закончим с основными блюдами. Гермина улыбнулась ему. — Я очень рада, что ты выбрал именно его. Я знаю, это твой фирменный рецепт. Гарри хихикнул, а затем открыл духовку и достал противень, полный маленьких круглых пирожных, покрытых зелёным соусом. — Прежде чем ты так высоко обо мне подумаешь, позволь мне показать тебе кое-что, — он указал на глазурь на каждом пирожном. — Боже мой, Гарри, это же?.. — Ага, — ухмыльнулся Гарри. — Я обязан был сделать что-то особенное, специально для этого маленького придурка. Она рассмеялась, обречённо качая головой. — Я всё ещё думаю, что тебе следует быть с ним помягче. — Я буду, — серьёзно кивнул Гарри, — он даже не заметит. Он поставил противень обратно в духовку, наложив чары стазиса, и огляделся. — Ключи у тебя есть, не забудь, на столе коробка с десертами для Рона. Есть что-нибудь ещё, о чём мне следует знать? — Ах да, напитки! — Гермиона хлопнула себя по лбу. — Вино должно храниться при температуре от десяти до пятнадцати градусов, так что не убирай его в холодильник — оно сейчас под охлаждающими чарами. Если он спросит, какого оно сорта, просто отдай ему бутылку, но если соберётесь пить, сперва перелей вино в графин. — А это ещё что такое? — удивился Гарри, и его брови почти скрылись под чёлкой. — Вот эта штука, — Гермиона указала на стеклянный сосуд, который был скорее похож на необычную вазу. — Дай вину подышать пару минут. В холодильнике есть шампанское, я приберегла его с аукциона, так что оно должно быть качественным. Теперь скотч. Этой бутылке почти столько же лет, сколько и тебе, это односолодовый виски, и когда я говорю «качественный», то имею в виду именно это. — Насколько сильно это ударило по моему счёту в Гринготтсе, Гермиона? — спросил Поттер, осторожно прикасаясь к продолговатой бутылке и проводя большим пальцем по тонкой этикетке на лицевой стороне. — Очень, — ответила она. — Но ты переживёшь. В холодильнике есть лёд, но если он любитель алкоголя со стажем, то попросит воду. Совсем чуть-чуть. Я купила тебе хрустальные фужеры — они в шкафу вместе с остальными. Тебе понадобятся пузатые. — Вино охлаждённое, но не холодное, перелить в графин, шампанское должно быть холодным, скотч — с водой, а не со льдом, — послушно повторил Гарри. — Понял. Что-нибудь ещё? — Веди себя прилично. И не позволяй ему выводить тебя из себя, — мягко улыбнулась Гермиона. — А теперь иди, — она подтолкнула его в сторону двери. Гарри надел пальто и широкий зелёный шарф — рождественский подарок от Молли — взял ключи и помахал Гермионе на прощание. Он уже собирался закрыть дверь, когда она закричала ему вслед: — Гарри, подожди! Цветы! — Ты что, с ума сошла? Я не понесу ему цветы! — крикнул он в ответ с порога. — Давай же, — настояла Гермиона, затем достала свою палочку и наколдовала одну красную розу. — Возьми её. — Роза? Ты чокнулась. Дай мне лучше чертополох, и на этом закончим.

⚡︎ ⚡︎ ⚡︎

Северус уставился на своего крестника так, словно тот сошёл с ума. Вероятно, так оно и было, учитывая то, о чём он его только что попросил. — Позволь мне внести ясность, — его протяжный голос сопровождался изящным жестом руки. — Ты хочешь, чтобы я надел свою лучшую мантию, а затем отправился в неизвестный парк в центре маггловского Лондона и ждал там сюрприз, который ты приготовил мне на день рождения. — Именно, — кивнул Драко, развалившись в кресле. — Я бы вручил его тебе лично, но… всё может пойти не так, как ожидалось. А таким образом ты гарантированно получишь то, что хочешь. — Ты же понимаешь, что я терпеть не могу сюрпризы, верно? — будто невзначай спросил Северус. — Этот тебе понравится. Он хорош, более зрелый, чем ты ожидаешь, и чертовски дорогой. Тебе нравятся такие вещи, не так ли? Северус встал с дивана и медленно прошёлся по комнате Драко. Она была такой же, как и у других преподавателей: гостиная, спальня и ванная. Возможно, эта комната была немного темнее, так как находилась ближе к общей гостиной Слизерина, чем остальные, но Драко всё равно предпочитал эту часть замка — Насколько дорогой? — вдруг спросил Северус, рассматривая книги. На самом деле ему было всё равно, но он пока не собирался говорить «да». Ему нужно было ещё немного времени. — Тебе лучше не знать, — ответ Драко ещё больше заинтересовал директора. — Но я хочу знать, — настаивал он. Последовала короткая пауза, и Северус услышал, как Малфой поднял тяжёлый бокал, сделал глоток виски, и хрусталь со стуком опустился на стол из красного дерева. — Десять… — тихо произнёс он. — Это не так уж много, — Северус закатил глаза, хотя Драко этого не видел. — …тысяч. Его собственный бокал чуть не выскользнул из пальцев. Он крепче сжал его, поворачиваясь лицом к крестнику. — Десять тысяч чего? — Ты что, думаешь, — вспыхнул юноша, — я стал бы расплачиваться грязными маггловскими деньгами за твой подарок? Галеонов, разумеется. — Разумеется, — глубоко вдохнул Северус. Это целая куча денег. Больше, чем он зарабатывал за целый год. — Это не просто подарок для тебя, это ещё и инвестиция. Которая может принести пользу нам обоим в ближайшие годы, если ты включишь мозги и сегодня вечером отправишься в тот парк. И это всё, что я могу тебе сказать. Теперь ты либо идёшь, либо нет. Мне всё равно, — заявил Драко, поднимаясь. — Но если всё-таки пойдёшь, тебе лучше поторопиться. Тебя ждут там в семь. Снейп понимал, что это какая-то подстава, но никогда не умел противостоять собственному любопытству. Драко, конечно же, прекрасно знал о его слабом месте и всегда умело использовал против него же. Он осушил бокал и развернулся; скотч обжёг ему горло, а мантия развевалась вокруг тела. — И ещё, Северус, — крикнул Драко ему вслед. — Если ты останешься там, что бы ни увидел в том парке, я найду тебе профессора по Защите, даже если ради этого мне придётся отказаться от Маггловедения. Северус покинул загадочного юношу, не сказав ему ни слова. Он был не в настроении разгадывать тайны. Было более чем достаточно того, что ему придётся провести ночь своего дня рождения в холодном парке, а не в удобном кресле.

⚡︎ ⚡︎ ⚡︎

Северус аппарировал точно в то самое место, о котором говорил Драко. Он стоял, вероятно, прямо посреди старого парка, рядом с фонарём, но чуть в стороне от его жёлтого света. Его окружало множество огромных голых деревьев, а извилистая дорожка под ногами была вымощена булыжником. Он был совершенно один — даже собачники и бегуны не появлялись, пока он ждал, как ему и было сказано. Слева от него была небольшая детская площадка, но в эти холодные вечерние часы по ней гулял, раскачивая качели, разве что ветер. Несмотря на то, что он был в кожаных перчатках, его руки, помимо всего прочего, мёрзли. Он потёр их друг о друга и попытался согреть, выпустив изо рта клубы белого пара. Жаль, что он не мог сделать то же самое со своими яйцами, потому что они тоже замёрзли. Он подумывал зайти в один из баров Скверного переулка, чтобы получить подарок, в котором он действительно нуждался, и позволить другому человеку согреть его заледеневшие яйца. Возможно, это и не стоило бы десяти тысяч галлеонов, но наверняка было бы приятнее, чем стоять в одиночестве в пустом парке. Несколько минут спустя, когда он уже собирался развернуться и дезаппарировать, послышались шаги. Пальцами он крепко сжал волшебную палочку, едва увидев приближающуюся тёмную фигуру. Почему-то её очертания казались знакомыми, будто он видел их во сне, но он знал, что это невозможно. Кто бы это ни был, он был одет в тёплое пальто, а лицо представляло собой просто чёрное пятно, и была вероятность, что это даже не тот, кого ждёт Северус. Хотя откуда ему было знать, кого он ждёт, когда вся информация, которая у него была, — это расплывчатое: «Ты всё поймёшь, когда увидишь» от, Мерлин его подери, Драко. Незнакомец вот-вот должен был выйти на свет фонарей, всё ещё находясь по меньшей мере в тридцати футах от Северуса, когда тот заметил вспышку — жёлтый луч отразился в круглых очках. Он понял, кто это, ещё до того, как «незнакомец» — он — шагнул на свет. Он не нуждался в этом бледном свечении, чтобы разглядеть непослушные волосы, растрёпанные в стороны и напоминающие птичье гнездо. Он много раз представлял, как проводит по ним пальцами, чтобы понять, какие они на ощупь. Он не нуждался в мягком освещении, чтобы разглядеть широкие плечи, длинные ноги или узкие бёдра. Он достаточно насмотрелся на них в газетах, которые тайком покупал лишь ради этого. Ему не нужен был этот проклятый свет, чтобы разглядеть лицо, которое он знал наизусть. Он частенько видел его во сне. Но свет был безжалостен и показал ему его, отчего пульс внезапно забился в два раза быстрее обычного. О чём, чёрт возьми, думал Драко, устраивая всё это? Потому что Северусу даже в голову не пришло, что это чистая случайность. Такого просто не могло быть; таких случайностей просто не бывает. Это его подарок на день рождения? Гарри Поттер собственной персоной? За десять тысяч галеонов? Грёбаный Мерлин, о чём только думал Малфой? С каждой мыслью и вопросом, проносившимися в голове, Поттер приближался по мощёному тротуару. Если Северус решит сбежать сейчас, он никогда не узнает, что всё это значит, а если же останется, ему придётся столкнуться с чем-то, похороненным глубоко внутри. Достаточно ли у него на это сил? Это ведь Поттер, постоянная переменная в любой ситуации. Нечто, чьё поведение невозможно предугадать, а потому априори опасное и полное сюрпризов. Два качества, которые Северус ненавидел, объединились в человеке, которого он желал. Их разделял всего один фонарь, и Северус глубоко вдохнул холодный воздух, чтобы успокоить или заморозить своё бешено колотящееся сердце. Затем шагнул на свет. Его резкое движение встревожило Поттера, и он тут же потянулся за палочкой. Этот жест был бы незаметен для любого, кроме обладателя намётанного взгляда или, возможно, человека, который, как и Северус, ожидал этого движения. Затем зелёные глаза скользнули по его фигуре, и шаги Поттера замедлились. — Мерлин, только не это… — простонал он, и Северус не мог с ним не согласиться. — Мои мысли аналогичны вашим, — ответил он, сократив расстояние между ними до пары футов. — Полагаю, вы здесь не случайно, мистер Поттер. — Нет, — улыбнулся Поттер, и Северус уловил раздражение в его голосе, что стало ещё одним доказательством того, что обманули не только его. — У меня здесь свидание. — С Драко Малфоем, я прав? — когда Поттер, прикусив нижнюю губу, кивнул, Северус добавил: — Он не придёт. — Да, я это уже понял, — вздохнул молодой человек. Он огляделся, вероятно, пытаясь подобрать слова, чтобы высказать свои претензии Снейпу, не обидев его. Видимо, ничего подходящего не пришло ему в голову, потому что он просто откашлялся и провёл пятернёй по волосам. — Простите, я… Я просто не ожидал вас увидеть. Северус не хотел признавать, что его одурачил кто-то на двадцать лет моложе его, поэтому промолчал. — Знаете что, — Поттера начало потряхивать, и Северус подумал: «Вот оно». Но Поттер не попрощался, а его слова лишь подтвердили правоту Северуса, считавшего этого придурка постоянной переменной в своей проклятой жизни. — Не очень-то радушный приём. Давайте начнём заново, — с этими словами Поттер выжидающе протянул правую руку. — Здравствуйте, профессор Снейп. Северус смотрел на протянутую руку секунду или две, а затем медленно стянул перчатку с правой руки и ответил на рукопожатие. Пальцы Поттера обхватили его ладонь; они были тёплыми, намного теплее, чем его собственные, и ему не хотелось их отпускать. Но затем в голову пришла мысль о том, как эти руки согревают и другие части его тела — например яйца, потому что они на самом деле замерзали, — и он поспешно разжал пальцы. — Добрый вечер, мистер Поттер. Поттер улыбнулся ему и убрал руку в карман. — Как насчёт того, чтобы продолжить разговор у меня дома? Похоже, вы не очень хорошо переносите холод, — предложил молодой человек. Северус фыркнул — это было ещё мягко сказано. — Ведите. Дорога до квартиры Поттера оказалась короткой и безмолвной. Они не разговаривали, пока шли через небольшой парк, и только когда подошли к зданию прямо напротив, Поттер сказал: — Мы пришли, — и это было всё их общение. Северус верил, что молчание — золото, и что меньше — значит больше, но в тот момент у него возник миллион и один вопрос, и он просто не знал, с какого начать. Поттер жил на втором этаже маггловского дома. После приглашения войти, Поттер взял его пальто и провёл по дому. Его гостиная была весьма просторной и, что самое главное, тёплой. Огромный камин, вне всякого сомнения, подключённый к Каминной сети, излучал желанное тепло. Перед ним лежал старый ковёр, и стояли два больших удобных на вид кресла и диван. Стены были сплошь увешаны полками, заставленными книгами. Три двери, как объяснил Поттер, вели в гостевую комнату, спальню и ванную, а кухня была отделена большой аркой. Квартира выглядела уютной и опрятной, чего Северус и представить себе не мог. Они прошли на кухню, и Северус был удивлен, увидев красиво накрытый стол. Элегантные чёрные тарелки, блестящие серебряные столовые приборы и бокалы для вина — всё в двух экземплярах, за исключением свечи. Она стояла в центре, и её свет слегка мерцал, когда Поттер ходил вокруг. Северус с лёгким удивлением наблюдал за этой романтической обстановкой. — Хотите что-нибудь выпить? — мягко спросил Поттер. Возможно, он заметил замешательство Северуса. А может, он и сам был в таком же замешательстве, как и Северус. — Вино, скотч, шампанское? — Какое вино? — поинтересовался Северус, и Поттер тут же протянул ему бутылку. Он бросил на молодого человека нахмуренный взгляд, но Поттер продолжал стоять, прислонившись бедром к стойке и скрестив руки на груди. — Отличное «Каберне», — Северус вернул бутылку, бегло взглянув на этикетку. — Спасибо, — кивнул Поттер и повернулся к нему спиной. Он постучал по горлышку своей палочкой, и пробка легко выскользнула. Он дотянулся до графина и начал разливать бархатистый напиток. — У вас в руках «Мальбек», Поттер. Как так вышло, что вы даже не знаете вино, которое купили для своего свидания? — слово вырвалось прежде, чем он смог остановить себя. Плечи Поттера слегка поникли, и Северус уже приготовился к их первой ссоре, но тут его ушей достиг самый необычный звук: глубокий раскатистый смех Поттера. Он попытался подавить реакцию, которую это вызвало в его теле, но не смог предотвратить внезапное возбуждение. — Уже раскусили меня, да? — рассмеялся молодой человек, облокотившись на столешницу теперь уже руками, но повернув голову в сторону Северуса. Он схватил графин и жестом пригласил своего бывшего преподавателя присесть. После того как Северус сел, он тоже плюхнулся на стул, налив в оба бокала вина на три пальца. Директор покрутил тёмную, почти чернильного цвета жидкость в безупречно прозрачном бокале, наблюдая, как она стекает по стенкам, затем слегка понюхал её. Тот факт, что Поттер уже пил вино, лишний раз убедил его в том, что этот идиот понятия не имеет, что пьёт. Северус, напротив, отлично это знал и потому сперва сделал небольшой глоток и позволил напитку растечься по языку. «Мальбек» имел лёгкий привкус ежевики и был менее кислым, чем «Мерло» или «Каберне», которые он обычно покупал. Он оставлял после себя привкус табака и чего-то более сладкого… — Дамсоны, — он понял, что закончил свою мысль вслух, только когда заметил на себе пристальный взгляд зелёных глаз. Он сделал ещё глоток и позволил бархатистой тёмной жидкости нежно стечь по горлу, словно лаская его. — Дамсоны? — нахмурившись, переспросил Поттер. — Но там нет сливы, — добавил он, и на секунду Северус подумал, что он говорит всерьёз. Но затем его пухлые губы дрогнули, и Северус понял, что Поттер, возможно, был не так глуп, как он думал. Разве что немного. — Послевкусие, — пояснил Снейп, и Поттер на секунду задумался, смакуя вкус на языке. Северус задумался, сможет ли он различить вкус сливы или ежевики на этом языке. Он определенно хотел попробовать. Алкоголь, вероятно, был не лучшим выбором на сегодняшний вечер. Поттер пожал плечами и сделал глоток снова. Увидев, как мужчина закатил глаза, он с улыбкой признался: — Я ничего не смыслю в винах. Мне они нравятся, но я не эксперт. Гермиона принесла этого… этот… Вы сказали «Мальбек»? Да. Ну, Малфой заявил, что не пьёт виноградный сок, так что мне пришлось купить что-то качественное. — Если вы не возражаете против моего вопроса, не знаете ли вы что-нибудь об этих десяти тысячах галеонов, о которых вскользь упомянул мой крестник? — в конце концов, должен же он знать, что именно ему подарили на день рождения. — Ну… — Поттер тихонько хихикнул. — Это был я. Я имею в виду, моя цена. Столько он заплатил за меня. Воздух перестал поступать в лёгкие Северуса, а его сердцебиение внезапно стало неровным. Ему пришлось откашляться, чтобы снова заговорить. — И за какого же рода услуги Драко заплатил, если они также включают вас? — спросил он, пристально глядя на Поттера, надеясь, что юноша поймёт его намёк. Гарри понял, что он пытается что-то спросить, не задавая вопрос напрямую, но лишь молча смотрел на него в ответ какое-то время. Затем он воскликнул: — О! Нет, нет, ничего такого! — раздался ещё один смешок, от которого у Снейпа заныло в паху, а затем он добавил: — Меня продали на благотворительном аукционе в прошлые выходные. Малфой купил меня. Точнее, вечер наедине со мной. Прогулка, напитки, ужин. — Вы имеете в виду свидание, — поправил Северус. — Ну, до того момента, как я понял, что ставку сделал этот придурок, я тоже называл это свиданием, да. Потом оно превратилось в просто вечер, который мне нужно было пережить. Когда же я увидел вас… я был просто сбит с толку. Будучи тот момент довольно злым на Драко, он не стал поправлять Поттера, назвавшего его крестника «придурком». Ведь таковым он и был. — Не то чтобы я по нему скучаю, но что случилось с Малфоем? Он ведь не заболел, правда? Как бы Поттер ни старался, он не мог скрыть надежду в своём голосе. Это почти заставило Северуса улыбнуться. Но только почти. — Вам не о чем беспокоиться, мистер Поттер. Драко в полном порядке и, вероятно, наслаждается вкусным ужином в Хогвартсе, — ответил Северус, делая ещё один небольшой глоток превосходного вина. — И всё же я сижу здесь с вами, а не с ним, — констатировал очевидное Гарри. — Не то чтобы я был против перемен. — Что ж, мистер Поттер, боюсь, я пришёл за своим подарком на день рождения, — неохотно признался Северус. — За вашим чем? — Поттер огляделся по сторонам, словно ожидая, что откуда-нибудь появится коробка, которую он должен отдать, просто никто не упомянул об этом раньше. — Мне сказали, что в том парке я смогу получить свой подарок. А именно нечто симпатичное, более зрелое, чем я ожидаю, и чертовски дорогое. Возможно, вам знакомо нечто, что соответствует этому описанию и ждёт, когда я приду за ним? На щеках Поттера внезапно появился лёгкий румянец, который вряд ли был вызван выпитым бокалом вина. «Ну-ну, это уже интересно», — подумал Северус. Поттер, тем временем, выпрямился на стуле. — Даже не знаю. А я правда симпатичный и более зрелый, чем вы ожидали? Северус позволил своему взгляду задержаться на юноше, сидевшем перед ним. «Симпатичный» было явным преуменьшением, и лицо перед ним, несомненно, повзрослело за последние пять лет. А что насчёт ума? Они сидели за столом, пили вино и вели почти интересную беседу. — Что ж, мистер Поттер, полагаю, так оно и есть. Поттер развёл руки в стороны. — В таком случае, с днём рождения. Я ваш подарок. Всё тело Северуса затрепетало от благодарности за эти слова. У него остался только один вопрос: когда он сможет забрать этот чудесный подарок домой и играть с ним до изнеможения? К счастью, прежде чем он успел что-то спросить, Поттер снова сказал с усмешкой: — Мне всегда нравилось, когда меня объективизировали. Северус тут же вспомнил угрюмого подростка, злившегося на весь мир. Это был неприятный удар под дых, и его реакция оказалось немного более резкой, чем ему бы хотелось: — Ну, вас ведь уже купили, уверен, стать чьим-то подарком — не такой уж большой шаг вперёд. — Само собой, — кротко согласился Поттер, а затем спросил: — Вы хотели получить именно меня в качестве подарка, или это просто такая понятная лишь вам двоим шутка, которую я не в силах оценить? Он был напряжён, Северус это чувствовал. Поттер всегда срывался ещё больше, когда чувствовал себя неуверенно. В этом они были похожи. — Не стоит тревожиться или обижаться — ни то, ни другое, — заверил он молодого человека. Вино было восхитительным, и он не отказался бы от ещё одного бокала, так что нужно было продолжить разговор. Кроме того, истинная причина, по которой Драко послал его сюда, так и осталась неозвученной. Хотя Северус предпочёл бы, чтобы так и оставалось, он всё же должен был признать, что подумывал задать определённый вопрос. В конце концов, Драко заплатил за это десять тысяч галеонов. И у Северуса больше не оставалось сомнений в том, почему именно ему был сделан этот особенно ценный подарок. — Тогда почему? — Поттер, тем временем, так и не смог избавиться от тревожных мыслей. Вполне объяснимо. — Уверен, вы слышали о том, что случилось с моим профессором по Защите от Тёмных Искусств, да? — спросил он юношу, у которого хватило наглости рассмеяться. — Весь Волшебный мир в курсе. Кто преподаёт её сейчас? — Я, — спокойно ответил Северус. Он ожидал ещё больше смеха, или сарказма, или язвительных комментариев, но ничего подобного не последовало. Поттер кивнул, поджав пухлые губы, и сказал: — Хорошо для ваших студентов, но не очень для вас, если всё, что рассказала Минерва — правда. У вас и так полно работы на посту директора. Северус приподнял бровь и даже не попытался скрыть удивление тем, что Поттер, во-первых, общается с его заместителем, а во-вторых, что темой разговора была его рабочая нагрузка. Он решил сказать правду. — По правде говоря, да. Вот тут-то и появился Драко со своим маленьким… свиданием. У меня есть теория, которую Драко считает верной. Он пытается помочь мне по-своему. Какими бы бредовыми ни были эти способы. Молодой человек улыбнулся в ответ на это замечание и налил себе и Северусу ещё по бокалу «Мальбека». — Что за теория? — Уверен, вы слышали о проклятии, наложенном на эту должность. — Да. С тех пор, как Реддл захотел получить эту должность, а Дамблдор ему отказал, никто не задерживался на ней больше года. — Или даже на год в большинстве случаев, — добавил Снейп, покачав головой и вспомнив восемь профессоров за последние восемь лет. — Проклятие нужно снять. — И вы думаете, я могу вам в этом помочь? Северус глубоко вдохнул, а затем медленно и устало выдохнул. — Я и ещё несколько человек считаем, что вы сможете снять проклятие, да. — Постойте-ка, подождите! Вы хотите, чтобы я преподавал в вашей школе? — расхохотался Поттер. — И Малфою пришлось заплатить кучу галеонов, чтобы вы могли сказать мне это лично? Почему вы просто не связались со мной с помощью Каминной сети? Или не прислал сову? Вы же знаете, что сейчас я работаю ликвидатором проклятий, верно? Я имею в виду, официально. Разумеется, он это знал. Он много раз видел новости в «Пророке». Снейп некоторое время молчал, спокойно потягивая вино и наслаждаясь бархатистым, чувственным напитком чернильного цвета, который обволакивал его разум. Он был уверен, что их приятная беседа на этом закончится, потому что его следующий ответ наверняка разозлит Поттера. Он слегка пожал плечами и пристально посмотрел в изумрудные глаза. — Я не прошу одолжений у Поттеров. Поттер, чёрт возьми, ухмыльнулся и ответил почти сразу: — Что ж, вам придётся это сделать. Если вы хотите меня, вы должны попросить. — О, вам бы так этого хотелось, не так ли? Увидеть, как я, стоя на коленях, умоляю вас, — Северус усмехнулся. На щеках Поттера снова заиграл румянец. — Не стану врать, идея весьма привлекательная. Так же, как, я уверен, вам бы хотелось иметь меня в своей власти, верно? Чтобы я выполнял ваши приказы без слов, молча подчинялся, как хороший мальчик? Северус уже собирался сделать ещё один глоток вина, но его рука замерла в воздухе. Голос Поттера изменился. Он внезапно стал глубже. Он ожидал, что юноша начнёт кричать, но Поттер сохранил самообладание. Его голос был ровным и дразнящим. Было ли это хорошо замаскированной попыткой флирта? Сама мысль об этом звучала так нелепо, что Северусу захотелось рассмеяться, но факт оставался фактом. Он медленно поставил бокал на стол и наклонился вперёд. — Мы всё ещё говорим о работе, мистер Поттер? — спросил он, слегка прищурившись. Его голос был похож на «Мальбек» — немного дымный, бархатистый и чрезвычайно тёмный. Поттер откинулся назад, положив локоть на спинку стула, и ответил как можно более непринуждённо: — Конечно да. Северус позволил уголку губ приподняться в полуулыбке. — Конечно. Итак, вы согласны? — Думаю, вы могли бы попросить получше, — самоуверенно усмехнулся Поттер, катая грань донышка бокала по белой скатерти. — Думаю, вы можете поцеловать мою задницу, — усмехнулся Северус, но не со злым умыслом. Гарри вновь рассмеялся, и его голос стал на несколько тонов ниже. — Я мог бы, да, — ухмыльнулся он и наклонился вперёд. Мерцающий свет от маленькой свечи, стоявшей между ними, отражался в зелёных глазах, делая их ещё более озорными. — Когда буду работать под вашим руководством. Северус смотрел на красивое юное лицо перед собой и на секунду представил, каково это — видеть его каждый день, за завтраком, обедом, ужином и на собраниях. Он представил, каково это — вернуться к своим обязанностям директора, спать по ночам, находить время, чтобы выпить чашечку чая с Минервой. Он представил учеников, стремящихся произвести впечатление на молодого героя. А потом представил, как Поттер говорит «нет» и смеётся над ним, а зелёные глаза дразнят его. Он попытался прочесть что-то по лицу Поттера, но увидел лишь, как изумрудные омуты то опускаются к его губам, то снова поднимаются к глазам, словно Поттер не мог удержать их на месте. Северус медленно провёл указательным пальцем по нижней губе, обдумывая свои шансы. Увидев, что Поттер повторяет его движение языком, он решил уступить. — Мистер Поттер, не окажете ли вы мне честь и не согласитесь ли стать моим преподавателем по Защите от Тёмных Искусств до конца этого семестра и на весь следующий год? «Моим, — подумал Северус. — Не Хогвартса и не студентов. Моим». Поттер широко улыбнулся. — Конечно, профессор Снейп, с удовольствием. Когда я могу начать? — с нетерпением спросил он. Как всегда, Поттер снова поступил неожиданно. Северус допил остатки вина и, опершись на стол, встал. — Увидимся в понедельник, Поттер. Улыбка исчезла с его лица, и тёплая рука юноши потянулась, чтобы коснуться руки мужчины и удержать его на месте. — Постойте! А как же ваш подарок на день рождения? Северус уже не в первый раз за этот вечер был удивлён, но на этот раз он изо всех сил старался это скрыть. — Простите? — протянул он. — Я — ваш подарок, помните? — Поттер улыбнулся, не разжимая пальцев. Северус прекрасно помнил, и эта мысль была настолько заманчивой, что определённые части его тела возбуждались весь вечер. — Драко купил меня и передал вам. Да, у него были свои мотивы, но он всё равно дорого заплатил за ужин со мной. Северус медленно опустился обратно на стул, и Поттер наконец отпустил его руку, чтобы коснуться своего бокала. Его большой палец поглаживал хрустальную ножку, и Северус не мог этого не заметить. — Вы хотите поужинать со мной? — осторожно спросил он. Небрежная улыбка и напряженная поза молодого человека стали ему ответом. — Это замечательное вино всё равно уже открыто, — он указал на графин, — а ещё у меня есть отличный стейк — свежий, только со сковороды — и он ожидает под стазисом. Будет обидно, если он пропадёт. К тому же мы теперь коллеги, верно? — Вы ошибаетесь, Поттер, я буду вашим начальником. Но пока ещё нет, нам сперва предстоит подписать кое-какие бумаги. А сейчас мы просто… два индивидуума. — Двое мужчин, — поправил его Поттер, снова понизив голос. — Так что скажете? — Я бы не отказался выпить ещё вина, — согласился Северус. — Считайте это вашим собеседованием, Поттер. — Что угодно, если это поможет вам спать по ночам, Снейп, — ухмыльнулся молодой человек, вставая. Он налил себе ещё вина и, извинившись, ненадолго вышел.