Стремясь получить одобрение, можно вступить на скользкую дорожку

Если бы Элизабет обладала даром предвиденья, то даже и в этом случае она не стала бы ничего менять. Она уже привыкла к своей спокойной жизни, где муж практически живет на работе, но при этом безмерно её любит и готов на всё, что она хочет. А недостатки… А недостатки есть у всех, правда? Кто-то любит выпивать, кто-то изменять, кто-то упиваться своей властью, а её муж просто педант до мозга костей и не представляет себя без своей работы. И Элизабет считала, что это не является недостатком. Во всяком случае, не для неё. Ей нравилось, что со времени их знакомства муж практически не изменился. Он также боготворил её, как и во время учебы в школе. И если кто-то пытался сказать Элизабет, что муж не выражает по отношению к ней должных эмоций, то она лишь слегка улыбалась и сообщала, что это не их дело. Сама она знала, что муж скуп на эмоции, но он так её любил, что со временем она перестала обращать и на это внимание. Спустя пару лет после заключения брака, Элизабет забеременела. Муж в это время перешел на работу в Департамент по магическому законодательству, так что практически жил на работе. Как-то раз он заявил её, что она должна понимать, что он за неё переживает, но в Министерстве разрабатываются новые законы и он, как сотрудник Департамента, обязан сделать всё возможное, для этого. Женщина не имела ничего против. Наоборот, она видела, что мужу сейчас необходимо продолжать работу, ведь ещё немного, и он сможет стать главой Департамента, а там, если подсуетится, то сможет заменить Игнатия Тафта на посту министра Магии. К тому же, за время беременности Элизабет смогла найти общий язык со своей свекровью Чарис, которая практически каждый день навещала невестку, чтобы та не оставалась одна и не впадала в уныние. Правда, той было не до скуки. Она неожиданно поняла, что её хочется проводить больше времени за приготовлением зелий, так что свекровь уже не удивлялась, когда прибывала в пустую гостиную. Она прекрасно знала, где искать невестку. Однажды, узнав об этом, он возмутился. — Ты должна заботиться о ребёнке! — строго заявил он жене, когда Чарис вдруг сообщила, что невестке нравится часами варить зелья. Элизабет возмущенно посмотрела на мужа, прищурив глаза. Она даже не успела ничего сказать, как муж изменился в лице. — Прости, — неожиданно заявил он. — Я был не прав. Элизабет сама удивилась, что муж решил извиниться за своё поведение. Лишь позже она узнала внезапную причину изменения поведения мужа. Оказалось, того захлестнула волна стыда за свой поступок. Поговорив с матерью, он понял, что это, скорее всего, был первый магический выброс его малыша. Пол ребёнка они не обсуждали, но Элизабет была уверена, что если это будет девочка, то на одном ребенке муж не остановится. Ему нужен наследник, преемник, а девочки для этой цели не подходят. — Знаешь, — заявил он как-то жене, — в нашей семье все всегда рождались в декабре. Элизабет пожала плечами и положила руку на живот, ощущая, как пинается малыш. — Мы не можем предугадать, когда на свет появится наш малыш, — ласково сказала она. После того разговора мужчина долго ходил хмурым, будто обиделся на то, что ему сказала Элизабет. Нет, он, конечно, понимал, что ребенок может родиться как в декабре, так и в январе, но все же в их семье дети всегда появлялись в декабре. Тридцать первого декабря муж Элизабет проснулся в плохом расположении духа. Начальник Департамента назначил совещание на раннее утро, а его коллеги так и не подготовили требуемых отчетов. Но зато он подготовил свои отчеты. Если сегодня всё получится, то он поговорит с мистером Трэверсом и сможет подобрать новых сотрудников в отдел. Таких, которые будут работать, а не создавать видимость работы. Он встал с кровати и подошёл к окну. За окном была самая настоящая вьюга, а это означало, что в Министерстве сейчас будет столпотворение в каминном зале. Он посмотрел на жену, которая ещё спала, и нахмурился ещё сильнее. Кажется, она была права. Ребенок не родится в декабре. От этой мысли он напрягся ещё сильнее. Но, к его радости, не успел он побыть в Министерстве и пару часов, как с ним связался Каспер, его отец, и сообщил, что Чарис и Элизабет отбыли в больницу Святого Мунго. Мужчина попросил отца держать его в курсе и связаться с ним, как только ребенок появится на свет. Сам он планировал закончить поручение начальства в этом году. Но когда с ним снова связался отец и сообщил, что его присутствие необходимо, муж Элизабет впервые в жизни отпросился с работы и переместился в больницу к семье, раздражаясь от того, что сегодня все идет не по плану. Роды длились долго. Мужчина уже ни на что не злился, он только просил Мерлина, чтобы в этих родах Элизабет выжила. И чтобы ребенок тоже выжил. Ему уже было всё равно: родится ли он в старом году или в новом. Главное, чтобы они остались в живых. После полуночи, когда магглы праздновали наступление Нового 1962 года, к их семье вышел целитель, который принимал роды у Элизабет. — У вас мальчик, — сообщил он отцу. — Элизабет пока ещё слаба, но вы можете навестить её утром. Муж Элизабет на слова целителя кивнул и гордо посмотрел на своих родителей. Он был рад, что с женой всё хорошо. И также был доволен, что родился мальчик. — Мы прибудем завтра утром, — сообщил он целителю. А Элизабет в это время кормила сына. Она с полуулыбкой смотрела на младенца, который казался ей самым прекрасным ребенком на свете. — Ты самый лучший малыш, которого я только знаю, — произнесла она и поцеловала сына в лоб. — Ты станешь самым лучшим, Бартемиус Крауч-младший.