Добро пожаловать в класс превосходства

После того, как Машима-сенсей покинул класс, Сакаянаги Арису, слегка постукивая тростью, вышла в переднюю часть класса. Как будто это было самой естественной вещью в мире, Камуро тоже встала со своего места и встала рядом с Сакаянаги. Она наблюдала за остальной частью класса. Было около двух или трех учеников, которые все еще не были удовлетворены тем, что Сакаянаги была лидером. Именно они поддерживали Кацураги. Но после того, как Кацураги предал их и перешел в класс В, они были не в том положении, чтобы выступать против нее. — Все, должно быть, слышали объявление, которое Машима-сенсей дал нам прямо сейчас, да? С гордостью и чувством превосходства, просачивающимися с каждым произнесенным словом, она начала говорить. Ученики не произносили ни слова, не кивали головами в знак согласия и просто продолжали смотреть на нее. Вот как обстояли дела в классе. Никто не говорил и ничего не делал, когда она говорила. Это было почти железное правило. — Позвольте мне все рассказать вам здесь и сейчас. Пожалуйста, воздержитесь от каких-либо действий на этом экзамене. В классе было тихо. Хотя они хотели спросить, почему, они этого не сделали. Потому что было правило, что никто не будет говорить, пока Сакаянаги не закончит. — В этом тесте я знаю, что вы все очень нетерпеливы из-за огромного количества личных баллов, которые вы получите в награду за то, что выясните лидера других классов. И не говоря уже о том, что это также помогло бы нам выяснить, каким будет код для других классов. Но позвольте мне сказать вам заранее, что вы не должны вмешиваться в это, несмотря ни на что. Это была не просьба, а приказ. Абсолютный порядок. — Но почему? Кто-то поднял руку и заговорил. — Почему, ты спрашиваешь, Янаги-кун? Это просто потому, что я этого не хочу. Сакаянаги говорила с сарказмом, нет, это был не просто сарказм. Она произнесла это, прямо-таки принижая всех остальных. Тот, кто говорил, был Янаги Дайсуке. Говорили, что он один из членов фракции Кацураги. Да, так говорили, и никто не знал, каковы его настоящие чувства, но он не чувствовал необходимости поправлять других. У него было стройное тело со средним телосложением. У него были черные волосы, и он был довольно средним по внешности. Он был нормальным учеником, который хотел жить нормальной жизнью и иметь девушку. А завести девушку было одной из его главных целей в жизни. Хотя он, как говорили, был членом фракции Кацураги, другие ученики знали, что он задал этот вопрос не только для того, чтобы пойти против Сакаянаги. Он искренне хотел узнать причину ее слов, но, как и ожидалось, не получил ответа. Но он все еще не собирался сдаваться. — На этом экзамене мы также можем получить классные баллы. Если нам удастся выяснить коды всех классов, то мы сможем получить в общей сложности 150 классных баллов. Это будет огромное количество классных баллов, которые увеличат разрыв между классом А и остальными классами. Итак, независимо от того, как ты на это смотришь, то, что ты только что сказала, означает, что мы вообще не должны участвовать в этом экзамене. Разве это не было бы невыгодно для класса? Хотя они были в классе А, у них всегда был риск быть обогнанными другими классами. Таким образом, они должны были как можно больше увеличить разрыв между ними и другими классами. Конечно, Сакаянаги тоже все поняла. — Фуфу. Твоя забота о классе искренна, и то, что ты сказал, должно быть тем, что мы должны делать, то есть, если бы условия были благоприятными. — Условия были благоприятными? Что ты хочешь этим сказать? — спросил Янаги, так как понятия не имел, о чем она говорит. — Есть много вещей, которые все еще скрыты в этом экзамене. Есть много правил и условий, о которых вы все не знаете, и это потому, что тот, кто организовал этот экзамен, намеренно не хотел, чтобы вы их знали. Я просто скажу вам одну вещь. Если вы не будете держать свои руки подальше от этого, вы понесете огромные последствия. Все, что она сказала, прошло через их головы. — Какие огромные последствия? — снова спросил Янаги. — Я не могу тебе сказать. Нет, на самом деле, я не хочу тебе говорить. У тебя есть какие-нибудь проблемы с этим, Янаги-кун? Ее голос был сладким и в то же время внушительным. Теперь Янаги был уверен, что, как бы сильно он ни хотел, он не получит никаких ответов от Сакаянаги. После того, как Янаги сел на свое место, Сакаянаги снова заговорила. — Позвольте мне рассказать вам все. То, что я делаю, идет на пользу классу. Им не нужно было ничего говорить. Сакаянаги была несправедлива и деспотична. Она обращалась со своими одноклассниками так, словно они были ее пешками. Но даже после того, как они подверглись такому обращению, какими бы недовольными они ни были, они не восстали против нее. Ответ был прост. Они доверяли Сакаянаги. Они верили в ее сверхчеловеческие способности. Они все знали, какая она потрясающая. И она также показала результаты. Итак, все они знали, что Сакаянаги никогда не сделает ничего такого, что поставило бы ее класс позади. Ее гордость этого просто не позволит. Сакаянаги тоже чувствовала то же самое. Она хотела доказать, что она лучшая, прирожденный гений. Вот почему она не позволит своему классу утонуть. И была еще одна вещь, которая усиливала ее желание сохранить свое превосходство как ученицы класса А. Это было из-за того, что сказал ее любимый соперник, Аянокоджи Киётака. Она знала, что это не более чем провокация, но тем не менее хотела доказать это. Потому что это было то, что сказал ей единственный мужчина, которого она когда-либо желала в своей жизни. Она все еще помнила, как он сказал, что ее поместили в класс А только потому, что ее отец был председателем. Она хотела доказать ему, что эти провокационные слова в конечном итоге приведут к обратному результату. Она знала, что, когда дело касалось его, все было совсем иначе. Он не стремился попасть в класс А. Он просто хотел провести свои дни в мире. Чего он хотел, так это нормальной школьной жизни. Но, тем не менее, она хотела это сделать. Это было все, что она могла сказать. Она думала о том, чтобы вернуться на свое место, когда Камуро окликнула ее. — Ты о чем-то думаешь, не так ли? — Фуфу. Она впечатлена. На самом деле она думала о чем-то, что, как ей казалось, не отразилось на ее лице. Но Камуро сумела это почувствовать. Возможно, именно потому, что она провела с ней много времени, она могла догадываться о таких вещах. — В награду за правильную догадку я дам тебе кое-какую работу. Камуро почти проклинала себя за то, что заговорила. Из-за этого ей снова пришлось заняться чем-то неприятным. Нет, она была уверена, что она сказала бы ей сделать это, даже если бы она молчала. Как бы она ни сопротивлялась, она опустила ухо, достаточно, чтобы Сакаянаги прошептал ей: — Не спускай глаз с Янаги-куна. И не забудь сообщить мне, если кто-нибудь из класса D попытается связаться с ним. У Камуро было много вопросов, которые она хотела задать ей. Во-первых, зачем следить за Янаги, и что именно она имела в виду, говоря, что кто-то из класса D вступит с ним в контакт? Но она также знала, что спрашивать ее было бы бессмысленно. Она слишком хорошо ее знала, а также знала, что больше никаких подробностей она не расскажет. Не обращая внимания на внутреннее раздумье Камуро, она элегантно направилась к своему месту.