тихий прощальный скрип снега под ногами.

меркьюри сжимается, кашляя от долгого надрывного крика. в руках обрывки предсмертной записки, что уже стали мятыми клоками мокрой от слез парня бумаги. почему это произошло? что пошло не так? ред испортил все, или у отои были проблемы? теперь он уже никогда не узнает ответа. открытое настежь окно периодически хлопало, снег засыпал подоконник и пол комнаты, холод пробирал до костей, но реду было все равно. метель усиливалась, многие хотели скорее попасть домой, в тепло. в в квартире иттоки уже давно не было тепла – из-за долгов ему отключили отопление. парни грели друг другу ладони и стопы, много обнимались. это спасало их. ну и черный чай с корицей. запах отои – корица и чай. ужасный запах, которым, казалось, пропитались стены квартиры, даже кафель в ванной. меркьюри еле нашел в себе силы встать с пола и подойти к окну. сетки на нем не было. он встал на подоконник, и теплые шерстяные носки, подаренные отоей на их пятилетие вместе, тут же промокли. всего шаг, казалось бы просто, но меркьюри медлит. хотя тут и думать нечего. без отои его улыбка не будет прежней. без отои его руки не будут теплыми. без отои ред не сможет жить. тихий прощальный скрип снега под ногами – и он летит вниз. рука против воли взлетает вверх, ища широкую мозолистую ладонь. такую родную и любимую.

но её нет.