Тропою шёлка

      Подойдя к зданию Дозора и обнаружив там нездоровую суету, я прислонился к стене на противоположной стороне улицы, поставил небольшую холщовую сумку у своих ног и мирно закурил сигарету, наблюдая за происходящим. Множество посыльных-«чаек» сновали туда-сюда, куда-то спешили патрульные группы, и я заметил, как в стоящее рядом здание на носилках занесли Смокера. Мне предстоит снова дёргать смерть за усы и, дьявол побери, мне это нравится!       Смокер на ближайшие день-два минимум не боец, но и я не в лучшей форме. Если там будет кто-то хотя бы уровня Инги, мне придётся бежать со всех ног.       Пока я осматривался, ко мне подошёл молодой дозорный:       — День добрый, я могу вам чем-то помочь?       Понятно. Дозор всё же военная организация, и подозрительную фигуру на улице, явно что-то выжидающую, солдаты не могут пропустить.       — Приветствую, — дружелюбно поздоровался я. — Видите, в чём дело: мне удалось убить пирата. Как я слышал, за него дают награду.       — Это достойное дело, — кивнул мне служащий. — А почему тогда вы ждёте на улице и не проходите внутрь?       — Поймите, — замялся я для виду. — Я никогда этим не занимался и не хочу толкаться и отвлекать всех от более важных дел. А их, судя по всему, у вас немало.       — Обычная рабочая суета, — отмахнулся дозорный. — Вы же понимаете, что награду дают только после предъявления доказательств?       — Конечно, — согласно кивнул я и ногой легонько пнул сумку.       — Я вас провожу. Пойдёмте.       Повернувшись спиной, парниша направился к зданию, а я, подхватив сумку, последовал за ним.       Лепота. Какое всё же преимущество даёт отсутствие листовки с наградой за мою голову, ведь меня как преступника знают в лицо пока только Смокер и Инга, зеваки около банка, если успели рассмотреть, и случайные свидетели нашего с капитаном боя на главной площади. Допускаю, что меня могли сфотографировать, всё же я за этим не следил, но должно пройти какое-то время, чтобы эти снимки попали к Дозору вместе с описанием моих преступлений.       Если не хочу канонного курьеза с рисунком, то стоит, помимо ограбления на деньги и кайросеки, озаботиться хорошим фото. Осталась малость: понять, как это всё осуществить.       Без помех миновав караульный пост, мой сопровождающий провел меня на третий этаж к двери с бронзовой табличкой «Капитан Смокер» и, постучав, открыл её.       — Мастер-главный старшина Ташиги, к вам посетитель. Насчёт награды за голову.       — Спасибо, — поблагодарил я сопровождающего и, войдя в кабинет, осмотрелся.       Справа от входа стояли несколько застеклённых шкафов, в которых виднелись пара фотографий в рамках, портсигар и стопки каких-то листовок. Там же на отдельной полочке стояли в ряд шесть улиток Ден-Ден Муши, среди которых я сразу подметил нужную мне их фоторазновидность.       Слева располагался большой ростовой портрет незнакомого мне черноволосого мужчины — дозорный был одет в чёрный китель с накинутой на плечи белой курткой с красными эполетами, отороченными кисточками, его густые черные волосы стояли ёжиком, хотя виски уже тронула седина, а не менее густые усы обрамляли белозубый широкий оскал и перетекали в аккуратную бородку. Дальше от портрета на стене находились места для крепления оружия.       Напротив входа под окном разместился массивный стол из тёмного дерева, за которым сидела стройная девушка в прямоугольных очках и с иссиня-чёрными волосами, коротко остриженными чуть ниже ушей. Одета она была в несерьёзную рубашку желтого цвета с крупными красными подсолнухами.       Сейчас старшина была просто завалена бумагами, отчего мило, но раздражённо покусывала кончик перьевой ручки, и, залюбовавшись ею, я не сразу заметил прислонённую к стене катану с гардой в виде четырёх клиновидных, расположенных перпендикулярно лезвию лепестков. На первый взгляд казалось, что оружие беспечно прислонено к стене, но так считать было бы ошибкой: рукоять катаны была в зоне досягаемости Ташиги, и она могла ею воспользоваться в любой момент.       — Спасибо, Оги, — поблагодарила девушка своего подчинённого, отвлекаясь от документов. — Свободен.       — Простите, — демонстративно удивился я, подходя к одному из стульев, стоящих перед столом, видимо, для посетителей. — Но на двери написано «Капитан Смокер»…       — Всё правильно, — кивнула Ташиги. — В городе объявился опасный преступник, и капитан занят его поимкой. Вы, конечно, можете его подождать, но пока обязанности капитана Смокера выполняю я.       Моя собеседница произнесла это настолько уверенно-небрежно, что я даже на секунду засомневался в том, что Белый Охотник избит до потери пульса, хотя лично сделал это примерно полчаса назад.       — Ну что вы, — мягко улыбнулся я, немного склонив голову, обозначая поклон, и уселся на стул для посетителей. — Я не в обиде. Когда ещё представится случай пообщаться не только с грамотным специалистом, но и с приятной девушкой?       — Вы принесли голову пирата? — холодно поинтересовалась дозорная, слегка дернувшись, пресекая мой флирт на корню и откладывая ручку в сторону.       А она, оказывается, прилично так нервничает… Учитывая всё то, что я натворил в городе — обосновано.       — Конечно, — я поднял сумку, демонстрируя ту собеседнице, а затем поставил её на пол.       — Хорошо, — кивнула Ташиги. Отодвинув ящик стола, достала бланк и положила его перед собой. — Кто вы, где и кого устранили?       — Вы не против, если я закурю? — вежливо уточнил я, вытаскивая пачку сигарет.       — Против, — дёрнула уголками рта, возражая, мечница.       Театрально вздохнув и закатив глаза, я убрал курево обратно. Уверен, что это её маленькая месть за то, что на привычки своего начальства Ташиги никак повлиять не может.       — Санджи, скромный повар команды Мугивар, не так давно прибывших в ваш замечательный город.       — Я так понимаю, вы — пираты? — жёстко и грубо уточнила собеседница.       — Мы — вольные искатели приключений. За нас не назначено награды, и мы не совершали ничего противоправного, — прикрыв глаза, помотал я головой и развёл руками. — Неужели то, что мы не члены Дозора, в состав которого весьма сложно попасть, делает нас равными мерзким грабителям, насильникам и убийцам?       — Значит, вы Соломенные Приключенцы? — переспросила дозорная, уходя от скользкого вопроса.       — Точнее, просто — команда Соломенной Шляпы, — поправил я её, спокойно откидываясь назад на спинку стула.       — Хм… — задумалась Ташиги и снова очаровательно прикусила кончик ручки. — Ваш капитан — охотник на пиратов Ророноа Зоро?       — Он лишь старпом, а на корабле главный — внук знаменитого Гарпа, Монки Д Луффи.       — О! Неужели?! — оживилась собеседница и бросила взгляд на портрет на стене. — Стоит ли вам с таким капитаном говорить о сложности поступления на службу? Внука Живой Легенды примут в Дозор с радостью!       — Он не хочет пользоваться своими связями: хочет добиться всего сам. Своими силами. Чтобы потом прийти в Дозор не простым матросом, а сразу стать вровень со своим легендарным предком.       — Хм! — возмущённо фыркнула и поджала губы Ташиги, высказывая своё отношение к такому пути. — Вас всего трое в команде?       — А это важно? — удивился я.       — Нет, — с сожалением произнесла девушка и перешла к другому вопросу. — Где и кого вы устранили?       — Арлонга, который основал свою базу в деревне Кокояси.       — Что?.. Вы шутить со мной вздумали?! В деревне Кокояси нет никаких пиратов! — гневно воскликнула Ташиги, вскочив и хлопнув по столу ладонями. — А вы утверждаете, что там мало того что есть пиратская база…       — Была, — уточнил я, но разошедшаяся девушка меня не услышала.       — …так ещё и такого сильного и знаменитого преступника, как Арлонг! И вы ещё вздумали прикрываться именем Гарпа?!.. Вон! — разозлившись, непререкаемо указала она рукой на дверь.       — Мда… Теперь понятно, почему Зоро говорил, что выбить с Дозора деньги — это целое приключение.       — Пф!.. Я смотрю, вы продолжаете настаивать на своей лжи? Даже несмотря на то, что у вас даже нет листовки с его наградой?! — парировала дозорная.       — Поверьте, в бою с ним это меньшее, что меня заботило, — развёл я руками, мягко ей улыбнувшись. — А в городе я не нашёл ни одной листовки с его изображением…       Ташиги, не скрывая своего раздражения, подхватила меч у стены и подошла к шкафу. Открыв его дверцы, достала пачку листовок и, резко развернувшись, попыталась бросить стопку бумаги в меня вместе с очередной колкой фразой, однако от излишней скорости её нога подвернулась, и девушка, всплеснув руками, потеряла равновесие. Быстро шагнув ей навстречу, я оказался рядом и обхватил старшину за талию, не дав ей упасть.       Вначале Ташиги не поняла, что произошло, но стоило ей осознать себя в кольце моих рук и увидеть моё лицо вблизи, как она вспыхнула гневным румянцем на скулах и, одним движением выскользнув из объятий, обожгла меня хлёсткой пощёчиной. Повернувшись спиной, дозорная несколько деревянной походкой пошла к своему месту за столом. Я, задумчиво потерев отпечаток ладони, про себя ехидно оскалился и, присев на корточки, собрал разлетевшиеся по полу листовки.       — Вот, прошу, — подал я девушке стопку бумаг некоторое время спустя, после чего сел обратно. — Интересующие вас листовки в самом верху. Кстати, не знал, что за его команду тоже назначены награды.       Взяв листовку, Ташиги начала её рассматривать, задумчиво кусая нижнюю губу.       — Значит, вы утверждаете, что именно его убили в деревне Кокояси, в зоне ответственности капитана Нэдзуми?       — Именно, — кивнул я.       — Показывайте!       Открыв сумку, я достал голову пилоносой акулы, купленную на рынке после боя со Смокером. Ташиги несколько раз ошарашенно сверилась с листовкой, после чего, вновь вскипая, гневно воскликнула:       — Это же просто голова рыбы!       — Мда? — я «задумчиво» потёр подбородок.       — Вы что, выловили обычную акулу и решили, что сможете её выдать за голову рыбочеловека?!.. Мошенник и аферист!!!       — А откуда я знал, что это акула, а не пират? Ведь один в один с листовкой! — с наигранным недоумением поддразнил я дозорную, наблюдая за быстрой сменой эмоций на её лице.       Голова рыбы мне нужна была только для того, чтобы без боя попасть внутрь и иметь возможность ограбить Дозор без лишней суеты. На самом деле я и сам удивлён тем, как долго продержалась моя легенда.       — Это возмутительно! Вы мне в лицо врёте, клевещите и очерняете Дозор! Отвлекаете от важных дел, и на основании чего?! Головы рыбы?!.. Хватит! С меня довольно… Вы арестованы! — с этими словами Ташиги вышла из-за стола и положила руку на рукоять катаны.       — С большим удовольствием отдамся в ваши нежные ручки, — улыбнулся я, расслабленно откидываясь на стуле и закладывая ногу за ногу. — Хотя я уверен, что это всего лишь небольшое недоразумение.       — Руки! — громко скомандовала дозорная. — Сейчас я отправлю тебя в камеру и посмотрю, как ты будешь при этом кривляться и шутить! Там уже есть один такой клоун!       — Боюсь, с этим могут возникнуть сложности, ведь я — Фруктовик.       — Ты хочешь, чтобы я поверила и в эту ложь? — обнажив клинок, спросила прекрасная мечница.       — Вообще-то я ни разу не соврал, — вздёрнув нос, «оскорбился» я, на что Ташиги только зло сузила глаза. — Эх… И почему никто не верит таким честным людям, как я, просто на слово? — театрально вздохнул я и, вытянув вперёд руку, соединив большой палец со средним, направил «щелчок» в сторону деревянной дверцы шкафа.       У моего щелбана было достаточно силы, чтобы оставить на дверце шкафа вмятину, несмотря на разделяющее нас расстояние. Увидев это, красавица старшина с силой сжала рукоять катаны, осознав, что, направь я удар на неё, она бы не смогла защититься.       — Не стоит так нервничать, — я миролюбиво поднял руки. — Я не собираюсь с тобой сражаться.       — Ты не воспринимаешь меня как противника, раз у меня нет Фрукта? — с напряжёнием в голосе спросила Ташиги.       — Нет, просто я изначально не собирался оказывать сопротивление. Можешь меня арестовать в любой момент, только учти, что обычные замки против меня бесполезны.       — Ну ничего, и на такого, как ты, управа найдётся! — раздражённо сообщила Ташиги и, подойдя к шкафу в углу, нагнулась, позволив мне полюбоваться на обтянутую синими брючками попку. Достала из нижнего отсека тяжёлые на вид наручники.       Отлично. Цель достигнута.       Весь этот фарс был разыгран, чтобы заполучить кайросеки: просто так никто бы мне не сказал, где хранятся оковы из этого металла, а пытать девушек мне противно. Я не исключал, что специальные наручники могут в данный момент находиться где угодно, вопреки уставу, но для большей доступности, как и оказалось на деле. Однако, видимо, моя удача на этот раз дала небольшой сбой: Ташиги держала кайросеки голой рукой и точно не являлась Логией. А жаль… Я-то уже надеялся проверить все свои теории в этом городе.       — Большое спасибо, ты сэкономила мне кучу времени, — встав со стула, я потянулся всем телом. — А теперь, будь так добра, положи все наручники в мою сумку.       — А? — широко распахнула глаза Ташиги, недоумённо замерев на середине движения.       — Что?.. Это ограбление, — оскалившись, подмигнул я, поясняя ситуацию.       Дозорная метнула в меня наручники и, обнажив катану, сделала горизонтальный взмах. Я, отклонив голову, лениво пропустил снаряд мимо себя и сделал шаг назад, избегая клинка. Противница атаковала снова, нанося мощный рубящий удар сверху вниз, от которого я без труда ушёл, двумя шагами заходя ей за спину. Она рубанула мечом назад — но я был вне досягаемости.       Уклоняясь от череды рубящих ударов, достал сигарету и закурил, выдохнул дым в лицо девушки. Закашлявшись, она замахала рукой перед собой и, взяв меч двумя руками, встала в стойку. Сделав шаг вперед, Ташиги повернула клинок острием вниз и нанесла резкий удар снизу вверх, а затем, сделав ещё один незаметный подшаг, не теряя набранного импульса, перевернув оружие, рубанула сверху вниз, стараясь накрест разрубить цель своей атаки.       У-у-у… И вот «это» — уровень заместителя Смокера, который меня едва не одолел?.. Как всё печально.       Похоже, это её лучшая атака. Для кого-то, возможно, движения девушки и могли показаться неуловимыми, но мне не составило труда от них уклониться. А ведь на фоне Ташиги Зоро действительно выглядит просто гением фехтования, несмотря на свой достаточно посредственный уровень как мечника. Причём, на мой скромный взгляд, Инга одолела бы Ророноа, даже не используя свои способности.       Замерев после атаки, Ташиги попыталась незаметно перевести дух.       — Как и ожидалось, — горько произнесла она. — Очередное доказательство того, что всё вышесказанное — ложь!       — Почему это? — спросил я, давая красавице поблажку. — Я действительно убил Арлонга, и он действительно жил лет десять в деревне Кокояси.       — Продолжаешь настаивать на этом? Я лично читала отчеты капитана Нэдзуми! — вскинулась старшина.       — А среди Дозора нет ни взяточников, ни мошенников, готовых прикрывать преступника за небольшое вознаграждение?       — Будь твои слова правдой, то ты принёс бы голову пирата, а не эту подделку! — выкрикнула Ташиги и стремительно меня атаковала новым выпадом.       Скрутив корпус, я пропустил её клинок мимо себя, вновь заходя противнице за спину, плавно провёл рукой по её руке и боку и в конце шлёпнул по симпатичной заднице, ощутив под ладонью упругое и приятное на ощупь полушарие.       — Ай!.. Я — офицер Дозора! — искренне возмутилась жертва.       — В первую очередь, ты — прекрасная и очаровательная девушка, — помотал я головой, пропуская её клинок на расстоянии пары сантиметров от глаза: разозлённая Ташиги постаралась лишить меня зрения.       — Я не потерплю пренебрежения мною как мечником!       — Пф! Было бы чем пренебрегать, — снисходительно ответил я, отпрыгивая в сторону и спасая свой пах от коварной атаки снизу.       — Я не дам тебе совершить ограбление! — ярилась противница.       Зайдя ей за спину, приобнял Ташиги и, дунув в аккуратное ушко, спросил:       — А как ты мне помешаешь?       — Трус! Только и умеешь, что нападать сзади! — старшина ударила локтём назад, но меня там уже не было.       — Извини, но спереди у тебя пока не на что «нападать», — насмешливо возразил я.       Ташиги безрассудно бросилась вперёд, но, запутавшись в ногах, вновь потеряла равновесие. Я успел подхватил её в воздухе, придержав одной рукой снизу в районе груди. Мечница мгновенно скатилась с моей конечности, нанося удар мечом вслепую и снова промахиваясь.       — Что?!.. Что ты делаешь?! — спросила Ташиги с лёгкой паникой в голосе.       — Не хочу, чтобы ты ушиблась или поранилась, — с извиняющейся улыбкой пояснил я.       — Ты не сражаешься со мной всерьёз! — утвердительно произнесла девушка, стискивая рукоять меча, полыхая румянцем и гневно поджимая губы.       — В точку!       — Это потому, что я — женщина?!       — Прикинь? — отозвался я с лёгкой усмешкой.       — Я всё равно тебе не проиграю!       Пафосно выкрикнув это, Ташиги бросилась на меня, отведя клинок назад и опустив его к земле. Скорость у неё немного возросла, но очень незначительно. Мечница нанесла резкий удар снизу вверх, прыгнула боком вперёд и, присев, проехала на ботинках пару метров, чтобы во время движения ударить сверху вниз, целясь, по задумке, в мою спину.       Не обнаружив никого перед собой, дозорная закрутила головой и, увидев меня, стоявшего у стола и тушащего сигарету о секретные документы, с силой втянула носом воздух.       — Слушай, давай прекратим всё это? — предложил я ей. — Я возьму, что мне надо, и просто уйду.       — Я этого не позволю!.. Сражайся! Тебе придётся либо убить меня, либо уйти ни с чем!       — Ути, какие мы самоуверенные, — оскалился я с предвкушением. — То, что я не хочу драться с тобой, не значит, что из этой ситуации есть только два выхода…       — Хм! И что же ты тогда будешь делать?       — Ты действительно хочешь это узнать? Как я «сражаюсь» с девушками?       — Покажи всё, на что ты способен! — решительно произнесла Ташиги, готовясь к моей атаке, и я не стал её разочаровывать, устремившись вперёд.       Мечница попыталась ударить навстречу, но мне не составило труда немного сместиться и уйти с линии выпада. Оказавшись рядом, я резко приблизился и, когда между нашими лицами осталось меньше пары сантиметров, громко выдохнул:       — Бу!       Инстинктивно отшатнувшись, Ташиги стала заваливаться назад, но я придержал её за локоть и ловко снял с лица очки, лишая девушку чёткости зрения.       — А?! — закрутила она головой, стараясь различить хоть что-то.       — Признаю: в одном я тебе всё же соврал. Мы не приключенцы, а Пираты Соломенной Шляпы, и, как порядочный мерзавец, я не собираюсь действовать честно.       К чести девушки, она только зло стиснула зубы, но не стала просить вернуть ей окуляры, а настороженно закрутилась на месте, пытаясь нацелить клинок на плохо различимого перемещающегося врага.       — Ты что-то потеряла? — насмешливо спросил я, беззвучно подходя к ней сбоку. От звука моего голоса Ташиги отчётливо вздрогнула и, не глядя, отмахнулась мечом.       — Ты не умеешь ориентироваться на слух и в такой ситуации… — приблизившись, я обхватил её сзади, положив правую руку на маленькую, но аккуратную грудь, а вторую на пах, и прошептал ей на ушко: — Абсолютно беспомощна.       — Но сейчас я знаю, где ты! — Ташиги перехватила клинок обратным хватом и ударила им назад, вынуждая меня отступить. Когда это произошло, старшина постаралась понять, куда я уйду, и совершила горизонтальный взмах клинком, который я пропустил над головой, присев.       — Сдаёшься? Или продолжим нашу «битву»?       — Это всё, что ты можешь?.. Это твой способ сражения? Ждать, когда противник сдастся?.. Этому не бывать!.. Пусть мы, женщины, физически и слабее мужчин, но мой дух твёрд, и волю тебе никак не сломить!       — Похоже, уговоры здесь бесполезны, — констатировал я.       — Либо победа, либо смерть! — торжественно провозгласила Ташиги, правда, сообщала она это в сторону от меня, портрету на стене, что было по-своему эпично.       — А ты знаешь, что любая женщина рискует в бою не только и не сколько своей головой?       — Вступив в Дозор, я готова отстаивать справедливость любой ценой, чего бы мне это ни стоило!       — Значит, не понимаешь… Позволь мне это наглядно продемонстрировать, — мрачно подытожил я.       В ответ Ташиги рубанула мечом на звук. Когда клинок был в конечной точке удара, я зажал лезвие между указательным и большим пальцем, одновременно с этим второй рукой обхватил навершие рукояти и резким движением вывернул его их рук девушки.       — Сигурэ! — вскрикнула она.       — Это имя твоего меча?.. Он не достоин его иметь.       — Это один из Вадзомоно, вообще-то! — гневно возразила Ташиги, уперев руки в бока и стоя ко мне спиной.       — И что? Он не пьёт кровь, не убивает, не растёт и не развивается, — отозвался я, прислушиваясь к ощущениям от катаны.       — Такому лжецу и подонку, как ты, этого не понять! Великие мечи сейчас находятся в руках бандитов и пиратов, служат для добычи славы и денег. Они плачут! — провозгласила Ташиги с железобетонной уверенностью в своих словах.       — Они плачут, когда не льют кровь, — возразил я ей, постучав по поверхности клинка пальцем. — Это оружие войны и убийств, они созданы для этого. Истинное счастье меча — это выполнять своё предназначение, а для защиты невинных или ради наживы — неважно.       — Но это неправильно! Моя мечта — освободить все Великие Мечи из лап пиратов!       — И что ты с ними будешь делать?.. Повесишь на стену, убив их суть?       — Уж лучше на стене, чем в руках бандитов, убийц и насильников! — непререкаемо объявила девушка.       — Потому что ты так решила? Значит, они для тебя не более чем трофеи, украшения, галочка в списке. И с таким подходом ты зовёшь себя мечником? — с глухим раздражением переспросил я.       — Они должны быть только в руках достойных людей! — продолжала стоять дозорная на своём, пропустив мою предыдущую фразу мимо ушей.       — А кто достоин, решит она сама… — тихо продолжил я, обращаясь к катане, и, проведя вдоль лезвия Сигурэ пальцем, заключил: — Спорить с ней бесполезно. Прости, подруга, но, похоже, тебе придётся ждать другого хозяина, чтобы развиться.       Положив меч на стол, я подошёл к Ташиги и огладил пальцами щёку девушки. Дёрнувшись от прикосновения, та вслепую отмахнулась и встала в защитную стойку, держа руки на уровне лица.       — Не пора ли тебе позвать на помощь? — насмешливо спросил я.       — Не дождёшься! Это будет моим поражением, и я никогда этого не сделаю!       — Мне же лучше, — произнёс я себе под нос и, сблизившись с Ташиги, легонько прикоснулся к её бедру, на что она тут же отреагировала сильным ударом ноги. Поймав ладонью лодыжку красавицы, я свободной рукой провёл по её щиколотке, оглаживая ногу с внутренней стороны, и когда почти добрался до паха, дозорная, оттолкнувшись от пола, попыталась ударить меня второй ногой, оказавшись полностью в воздухе.       Я без труда уклонился от взмаха и подхватил девушку за бедро второй ноги. Ташиги и не думала держать равновесие, хоть и инстинктивно сжала ноги, обхватив ими мой торс, после чего закономерно начала падать головой вниз. Рассчитывала она на это или нет, но я перехватил девушку одной рукой за попку, а другой за спину, удерживая от падения, что стоило мне удара, пришедшегося вскользь по скуле. В два шага очутившись около стены, я прижал к ней противницу, максимально надавливая на неё всем телом, заставив мечницу резко выдохнуть.       — Не боишься того, что с тобой может произойти? — намекнул я ей на двусмысленность нашей позы.       — Даже если мне будет грозить смерть, я не отступлю! — провозгласила Ташиги, сопротивляясь, и, не поняв, на что я намекаю, попыталась ударить меня головой. Когда я немного отклонился, прижавшись плотнее к её паху, она нанесла несколько техничных, но слабых и медленных ударов, целясь, вероятно, не в меня, а в мой смутно различимый силуэт. Отпустив девушку, я позволил ей встать и перевести дыхание. Не видя противника чётко, она тут же попыталась меня спровоцировать, выкрикнув:       — Сбегаешь, трус?!       — Нет, что ты, — слегка пригнувшись, я приблизился так, что остался незамеченым и, выпрямившись, буквально промурлыкал ей на ушко, оглаживая соблазнительное тело правой ладонью: — С женщинами дерутся только трусы.       Дозорная попыталась достать меня кулаком, но, схватив её за запястья, я поднял обе девичьи руки вверх над головой и прижал их к стене.       — Ведь трусы знают, что они сильнее, и им нравится «сражаться» с противником, у которого против них нет никаких шансов.       — А чем ты лучше? — зло бросила Ташиги, попытавшись ударить меня коленом в бедро, но я, предвидя это, его заблокировал. — Они хотя бы бьются в полную силу!       — И что в этом хорошего? — наклонившись, я обдал своим дыханием шею девушки и прикоснулся к ней губами. — Если женщина берёт в руки оружие, то не всё хорошо на этом свете…       — Что ты хочешь этим сказать? — дёрнувшись, напряжённым голосом уточнила Ташиги.       — Долг мужчины — защищать и оберегать прекрасный пол, — продолжил я, фиксируя оба запястья наверху одной ладонью и запуская освободившуюся руку под жёлтую рубашку, оглаживая пальцами беззащитный бок и скользя выше. — И если девушка взяла в руки оружие, то они не справились со своей ролью и функцией.       — А если это её выбор, а не нужда? — спросила Ташиги, слегка подавшись мне навстречу и приоткрыв губы.       — Это не делает им чести как бойцам…       — Даже против таких пиратов, как Йонко Биг Мам? — прошептала она с заметным усилием.       — Это говорит не о силе женщины, а о слабости мужчины, — отозвался я и подался вперёд, искушённый её манящими губами. Но вместо поцелуя меня больно укусили, практически вцепившись зубами в губу. Резко отстранившись, мне удалось освободиться, однако пришлось отпустить девушку, которая сразу же попыталась меня пнуть вдогонку.       Зараза!..       Я аккуратно провёл по пострадавшей губе большим пальцем и, посмотрев на него, крови не обнаружил. Вот дьявол! А я уже как минимум нацелился на глубокое и неспешное исследование её рта и поиск слабых местечек… Совать что-то снова в этот капкан — ищите дураков в другом месте.       — Лицемер и сволочь! — ультимативно и зло провозгласила Ташиги. — Ты даже не допускаешь возможности того, что мы, женщины, можем быть сильными!       На редкость непробиваемая личность… Ну что же. Перейдём от слов к делу, раз так она ничего понимать не хочет.       Пусть Ташиги и не совсем правильно меня поняла, но она, бесспорно, не ошиблась в том, что я тот ещё лицемер: рано или поздно я встречусь с Йонко или её семейкой, и я знаю, что есть враги с большой буквы, которых категорически нельзя оставлять в живых. Понимаю, что против них мой способ «сражения» будет неэффективен, но над этим я как следует подумаю позже, ближе к Новому Миру. В Раю вроде бы такие личности не водятся, кроме разве что Робин.       — Почему же? Я в это охотно верю. И ты вскоре сможешь мне продемонстрировать всю стойкость своего духа, — раздражённо заметил я, меняя местоположение, и Ташиги машинально ударила в сторону моего голоса.       — Значит, сражения я не достойна, только пыток? — презрительно бросила она.       Приблизившись к девушке сзади, я прошептал ей на ушко:       — Смотря что считать пыткой. Для меня — это бить и убивать цветы нашей нации…

***

Дальше идут сцены флирта, бондажа и 18+ практически до конца главы.

***

      Схватив девушку за руки, я завёл их за спину. Создал длинный коричневый платок и дважды обернул им изящные запястья, после чего, просунув концы ткани сверху и снизу от пут, протянул их между рук девушки, завязывая поперёк стяжки, заключая дозорную в мягкие, но плотные и надёжные «кандалы».       — Связать мне руки?.. — дрогнувшим голосом произнесла Ташиги, попытавшись безрезультатно ударить ногой назад. — Как и ожидалось от труса и мерзавца!       — Ну, я всё же пират. А от нас можно ожидать любую гнусность…       Создав длинный широкий розовый отрез ткани, завязал посередине тугой узел, после чего, сложив ткань пополам, затянул под первым поочерёдно ещё несколько узлов друг за другом так, чтобы они образовывали плотный продолговатый выступ.       — Ну и что ты приго… Мгх!       Не давая договорить девушке, я просунул связку узлов ей в рот, насколько смог — она вовремя сжала зубы, прикусив ткань.       — К примеру, такую пакость.       — Мерхзамф!       — Да, спасибо за комплимент. Я старался. И, надеюсь, она тебе «понравится».       Я положил ладонь на рот девушки, мягко надавливая на центральную часть своеобразного кляпа, готовясь воспользоваться любым мгновением слабости и протолкнуть оставшиеся узлы глубже. Свободной рукой бесцеремонно расстегнул пуговичку на рубашке дозорной между её грудей и, запустив ладонь, нащупал край чашки бюстгальтера, весьма твёрдого на ощупь. Провёл пальцем по его верхнему контуру и, не дождавшись реакции, начал медленно оттягивать край лифчика, приоткрывая доступ к груди.       — Мхамыф! — попыталась возмутиться Ташиги, временно перестав стискивать зубы, чем я и воспользовался, затолкав последние узлы ей в рот, и, натянув концы материи, завязал кляп на затылке.       Дозорная поперхнулась, подавилась, с трудом сдержав рвотный рефлекс, согнулась в поясе, прижавшись попкой к моему паху, а затем с трудом выпрямилась.       Я мог только предполагать, каково ей. Эта последовательная цепочка узлов на ткани — не что иное, как имитатор фаллоса по длине и толщине, и фактически я сейчас заставил пленницу «взять в рот», не рискуя своим главным достоинством. Не знаю, насколько это всё понимает сама Ташиги, ведь она, судя по всему, весьма неискушена в отношениях, а вот Инга сразу бы всё поняла. И это — только начало…       — Пухыхми!       С этим криком Ташиги попыталась сбежать, но я перехватил дозорную и, прижав к себе, провёл пальцем от щеки до лба, чтобы негромко прошептать:       — Всё только начинается…       Крутанув девушку вокруг себя, заставил её потерять равновесие и, подхватив, аккуратно уложил на пол, после чего темно-синим платком связал ей щиколотки.       Даже в таком состоянии Ташиги не сдавалась и, дёрнувшись всем телом, сдвинулась от меня на десяток сантиметров. Подтянув её ближе, я перевернул девушку на живот и обернул чёрным шарфиком острые локти, сводя их за спиной. Затягивая концы, следил за состоянием пленницы: она обладала впечатляющей гибкостью, отчего это удалось сделать без стона и напряжения со стороны жертвы. Не знаю, сколько Ташиги здесь пробудет и когда её спасут, поэтому рискну сделать путы менее тугими и надёжными, но более безопасными. Ослабив шарф на локтях, я несильно его затянул, ограничивая подвижность связанных конечностей. Перевернув дозорную набок, принялся расстегивать рубашку на её груди.       — Мхукхак! — дёрнулась девушка от моих рук, но от этого ткань рубашки лишь натянулась и одна пуговица, не выдержав, оторвалась. Пусть сама Ташиги этого видеть и не могла, но зато отчетливо услышала.       — Спасибо за помощь! — благодарно похлопал я жертву по голове и, растрепав чёлку, приспустил расстёгнутую рубаху ей на плечи до середины груди, открывая взору очень скромный белый лифчик с медвежатами.       — Умхму!       Сдвинув бретельки вниз, отогнул чашечки и закономерно не обнаружил и подобия того великолепия, что было у неё в Новом мире. Жаль. Я первым делом грешил на то, что плотный лифчик скрадывает объемы, а тут он фактически их увеличивает…       — Фхмухмфуть! — возмущённо-отчаянно замычала Ташиги.       — Извини, тебя плохо слышно, — наклонившись, я легонько щёлкнул её по лбу.       — Мхымфмфыхфу!       Оставив пленницу в покое, я сходил за очками и аккуратно надел их на неё. Неизвестность пугает больше всего, и я отдаю должное Ташиги: она хорошо держалась, не особенно понимая, что происходит.       — Мхмы… — промычала пленница, но стоило ей посмотреть вниз, и перетянутые розовым кляпом щёки отчётливо покраснели.       Присев у её ног, я подмигнул девушке и, огладив стройные бёдра, скользнул руками к паху, на что Ташиги яростно замотала головой.       — Не переживай, всё не так страшно, как тебе кажется, — попытался я успокоить мечницу, но только заставил судорожно дёрнуться всем телом в сторону от моих рук. — Уверяю, с моей стороны тебе ничего не грозит. Джентльмен я или погулять вышел?       — Мкхмму?!       — Ну, я всё же ещё и пират по совместительству, вот и приходится выкручиваться, — пожал я плечами, поддевая верхний край её брюк, и, нащупав пуговицу, расстегнул их. Слегка надавил указательным пальцем на живот и провёл им от пояса вниз до самых сокровенных мест, скрытых пока материей, и обратно.       Стоило взяться за язычок молнии, как Ташиги яростно замотала головой, да так, что чуть не слетели очки:       — Мхххммымм! — и, судя по шевелению рта, она постаралась вытолкнуть связку узлов, но «фаллический» кляп сидел плотно. В каждом деле важна сноровка…       Расстегнув пленнице брюки, я начал медленно спускать их вниз, наблюдая за тем, как на лице Ташиги меняется целый калейдоскоп эмоций, по окончании которых дозорная крепко зажмурилась. На девушке оказались милые трусики с медвежатами, составляющие комплект с лифчиком.       Проведя пальцами по бархатистой коже, отчего жертва тут же сжала вместе бёдра, я скользнул ими от колена вверх, поглаживая доступную мне часть бедра изнутри. Ташиги начала бить едва заметная дрожь, и я перестал.       — Мухммых… — с явным облегчением отозвалась девушка в протяжном мычании. Я усмехнулся и, создав зеленый шарф, просунул его под спиной дозорной, затем завязал концы шарфа на талии. Ташиги вскинула голову и посмотрела вниз. Увидела одетого, вопреки ожиданиям, меня и ошарашенно моргнула.       Улыбнувшись связанной красавице, я приподнял её попку руками и, поддев край трусиков, быстро, пока девушка не опомнилась, спустил их вниз, Ташиги дёрнулась и вновь залилась краской. Не давая ей испугаться окончательно, я «достал» новый синий узкий шарф, один из концов которого привязал к поясу аккурат над пахом. Опустив второй вниз и оценив необходимое расстояние, завязал два тугих узелка так, чтобы они шли друг под другом, затем просунул шарф между бёдер и, ухватив его за конец, продел тот под поясной полосой сзади.       Перевернув девушку спиной вверх, вынудил её отереться обнаженной грудью о шершавый пол, максимально согнул стройные ноги в коленях и продел платок с узелками через путы на щиколотках. Вернув руку к паху, тщательно и аккуратно заправил узелки на повязке напротив влагалища, после чего с силой натянул ткань, крепко и туго закрепляя путы.       Ташиги от такого вторжения в святая святых испуганно задёргалась всем телом, попыталась выпрямить привязанные ноги, но продетая через пояс паховая лента сдвинулась следом, парализуя девушку. Синий шарф заскользил по половым губам, дразня клитор и задевая его при сильном натяжении, а узелки вдавились внутрь, дразня вход во влагалище, но не проникая в него.       Попытавшись выпрямить колени, Ташиги замерла натянутой струной, добившись того, что узелок скользнул дальше, начал тереться о край входа, но не смог покинуть сокровенную впадину. Стоило пленнице прекратить попытки выпрямить ноги, как коварная повязка, почуяв слабину, немного провисла и вернулась к своему прежнему состоянию: скользнула вверх по половым губам, и узелок плотно вжался обратно, цепляя клитор.       Ташиги испуганно замерла на месте, пытаясь свыкнуться с ощущениями, но в таком положении паховый шарф все равно был сильно натянут и серьёзно стимулировал девушку.       Перекатившись набок, пленница с трудом удержалась от стона, ведь каждое её движение торсом или ногами приводило в действие шарф, который двигался верх и вниз по половым губам, постоянно дразня жертву.       В попытках ослабить натяжение Ташиги несмело развела колени, но от этого качнулись её щиколотки и повязка, протянутая по сокровенным местам, снова сдвинулась в сторону — дозорная с протяжным мычанием стиснула колени вместе и попыталась сжаться в комок. От всего этого шарф вновь напомнил о себе, и она с силой выпрямилась, насколько позволяли путы, и, издав протяжный стон, распахнула глаза и посмотрела на меня, густо краснея всем лицом.       Я прекрасно видел, что Ташиги уже не грызёт, а скорее, посасывает свой кляп и явно стесняется такой реакции своего организма и меня, свидетеля всего этого. Ну что ж, облегчим немного девушке участь… Приблизившись, я незаметно снял с неё очки: зрение для фантазий только мешает.       Собравшись с силами, мечница перекатилась на спину и, поджав к попе ноги, постаралась максимально ослабить натяжение повязки. В данный момент она замерла, выпячивая вверх пах, и невольно опять раздвинула ноги, но уже не обращая на это внимание, ведь коварный шарф, получив послабление, скользнул обратно, уменьшая давление и по-новому распаляя пленницу.       Ну, такими темпами он навряд ли может выскользнуть со своего места, но стоит подстраховаться.       Подойдя к пленнице, я с силой свёл вместе её колени, добившись от неё протяжного стона, и после некоторой заминки вернул на место трусики, чтобы предотвратить выпадение важных узелков из ключевых мест.       Глубоко дыша носом, Ташиги с отчаянным стоном завалилась набок: в неудобной позе затекали ноги, и теперь она постаралась их инстинктивно выпрямить, тем самым снова натянув между ног шарф, прижатый к телу трусиками.       Пошевелив связанными за спиной руками, девушка нащупала так ненавистную ей повязку, идущую от пояса к ногам, ещё не понимая, что тем самым открывает для себя наибольшее искушение. Теперь, натягивая руками или ослабляя путы, она могла контролировать что, как и с какой интенсивностью будет стимулироваться.       Да… Вечно можно смотреть на три вещи: огонь, воду и на то, как кайфует связанная девушка.       Создав жёлтый платок, я завязал и без того закрытые глаза Ташиги, чтобы она могла ещё глубже погрузиться в свои фантазии.       Чёрт, жаль, что Ноджико далеко, а то это зрелище — перебор даже для моей выдержки. Ну а мне пора делать то, зачем я сюда явился.       Достав из шкафа фотографирующую разновидность Ден Ден Муши, я встал так, чтобы Ташиги не попала в кадр, и сделал несколько снимков. Один из них бросил рядом с извивающимся телом дозорной, другой — на стол рядом с окурком, ещё один подложил под сам Ден Ден Муши.       Обыскав шкаф, из которого Ташиги достала наручники, я под аккомпанементы её стонов нашёл ещё несколько подобных изделий из кайросеки. Опасный металл я забирал с помощью Сигурэ, перекатывая его в горловину своей сумки. Провёдя пальцем по ткани, срастил её края, создал лямки, переделав сумку в рюкзак, и надел его на плечи. К моему удивлению, трое наручников весили больше, чем камни сопоставимого размера. Возможно, это мне кажется от усталости, или минерал может ослаблять, но не лишать сил полностью, несмотря на несколько слоёв ткани? С этим буду разбираться уже на корабле.       На моё счастье, сейф в кабинете всё же был, и там, где я и ожидал, — за портретом. Правда, я рассчитывал на сейф размером с меня, а он оказался объемом не более кубического метра, зато без проблем проходил в окно.       Может, это и не казна Дозора, но с другой стороны… А нафига им тут тонна денег? Дорогих пиратов в Ист Блю не водится, а триста миллионов влезут всего в пару чемоданов…       Помахав корчащейся на полу пленнице рукой, я произнёс:       — Ну, не скучай! — и выпрыгнул со своим грузом в окно.