Проклятие

Я никогда не позволю тебе узнать, Как разбитое сердце может страдать, Я слишком горд И я знаю как скрыть Боль и печаль, что сжигают меня, Я буду плакать под каплями дождя. Фрагмент из «Crying In The Rain» by Everly Brothers Спустя восемь дней после бесцеремонного снятия мерок с его фигуры портным, который, казалось, не совсем понимал, что от него в итоге хотят, Северус наконец получил свою одежду. Восемь крупных сов, на последнем издыхании приземлились на стол учителей во время завтрака. Снейп бы непременно покраснел, если бы все еще был на это способен. По залу прокатились тихие смешки, когда он поспешно забрал пакеты и двинулся в сторону двери. Этот идиот портной в результате прислал все на целый день позднее обещанного срока. Северус почти бегом спускался в подземелья, чтобы примерить новую одежду. За утро целых три пуговицы его пиджака успели отлететь, когда он просто присел на кровать, чтобы завязать шнурки! Он скинул старые вещи и тут же переоделся в новые. На его лице проступило явное разочарование. Одежда, которая на нем сейчас была, идеально бы подошла неделю назад, но теперь и она становилась слишком мала. Ничего не оставалось, кроме как снова воспользоваться расширяющими чарами. На следующий день его ждали совмещенные зелья с Гриффиндором и Слизерином. Будучи главой Слизерина, обычно он благоволил к этим маленьким гнилым ублюдкам, но теперь все изменилось. После смерти Волдеморта отпала всякая необходимость стелиться перед отпрысками пожирателей смерти. Баллы с его собственного факультета снимались с той же легкостью, что и с других, а некоторых личностей он презирал открыто. Он видел, как многие из них перешли на сторону зла во время войны, и не сомневался, что они были привержены ей до сих пор. Насколько ему было известно, единственным, кто действительно отрекся от Волдеморта, был Драко Малфой, в этом он убедился лично. Учитывая тот факт, что Малфою на процессе пришлось отказаться от своих родителей, можно было не сомневаться, что мальчик наконец осознал весь ужас, ожидавший его, если бы он остался на стороне тьмы. После войны молодой человек стал тихим и нелюдимым. Колкие замечания и надменный взгляд умерли в тот же день, что и его родители. Северусу было невероятно жаль мальчика, хотя он понимал, что Альбус теперь будет опекать его так же, как когда-то опекал его самого, сделавшего непростые первые шаги на сторону добра. Не завидовал он и тем суровым испытаниям, через которые пришлось пройти парню, так как слишком хорошо знал каково это. Как обычно он написал ингредиенты очередного зелья на доске, а затем повернулся к студентам и бархатным голосом объявил, что сегодняшнее зелье только немногие из них смогут сделать правильно. От этого глаза Гермионы Грейнджер загорелись стремлением и решимостью, так же сильно, как и отчаяние, вспыхнувшее во взгляде Невилла Лонгботтома. — Это зелье одно из тех, что при правильном приготовлении способно завладеть разумом человеческого существа. Вы почувствуете себя очарованными, вы почувствуете себя обновленными, и вы влюбитесь в первого человека, который попадется вам на глаза, — девочки начали хихикать, а среди мальчиков раздались недовольные стоны. — Но если вы допустите ошибку, зелье может стать взрывоопасным. Поэтому я прошу вас не добавлять корень имбиря или панцири жуков прежде, чем я взгляну на ваш результат. Вы должны следить за тем, чтобы зелье не нагрелось слишком быстро, оно должно едва закипеть, иначе будет безнадежно испорчено. Это было одно из сложнейших зелий, которое проходили студенты. Теперь, конечно, оно не так широко использовалось, как раньше, но изучалось, как дань традиции, а также в качестве проверки знаний и навыков. — Когда зелье будет приготовлено, мы испытаем его на самом удачливом студенте, — Северус не смог сдержать садическую ухмылку, когда он услышал испуганные вздохи молодых людей, прокатившиеся по всему классу. — Но вам не о чем беспокоиться, у меня есть антидот, и он здесь, — сказав это, он похлопал по нагрудному карману, где он держал маленький флакон с серебристо-голубой жидкостью. — Однако, когда вы попробуете зелье, вероятно вы будете влюблены настолько, что откажетесь его принимать. Из года в год наблюдать за этим было каждый раз весьма увлекательно. Блеск в глазах Северуса можно было ошибочно принять за злорадство, но сейчас он всего лишь неплохо проводил время, наблюдая за тем, как ученики потеют от напряжения. В этой комнате был лишь один человек, которого в любом случае миновала бы участь «подопытного кролика», — это его соулмейт. Студенты приступили к работе над своими зельями. Гермиона выглядела настолько сосредоточенной, что, казалось, полностью отгородилась от внешнего мира. Невилл, как обычно, с трудом сдерживал слезы. Последние несколько месяцев Снейп относился к нему довольно доброжелательно, но Невилл вбил себе в голову, что профессор решил поиздеваться над ним, отчего боялся его еще сильнее. Поэтому Северус предпочел оставить его в покое, нежели пытаться помочь. *-* Час спустя класс наполнился ужасным запахом. Тринадцать котлов были испорчены из-за слишком быстрого нагрева их содержимого. Пока что только Гермионе удалось закончить зелье без ошибок. И теперь оно мирно кипело в котле, окрасившись в светло-голубой цвет, Гермиона при этом выглядела такой гордой, что Северус готов был поклясться, что видел, как ее уши поползли вверх. Невилл был единственным, кто даже не начал нагревать зелье. Растерянный и напуганный, он метался между корнем имбиря и панцирями жуков. Северус сжалился над мальчиком. — Так, Невилл, давай я помогу тебе! — он направился вдоль рядов со студентами, чтобы оказать Невиллу необходимую помощь. Ледяной ужас застыл на лице Невилла, когда Северус приблизился к нему, никто даже не успел моргнуть, как он схватил горсть измельченного корня имбиря вместе с панцирями жуков и швырнул их в котел. — Невилл, НЕТ… — голос Северуса прервал оглушительный взрыв. Ударная волна прошла через его живот и отбросила назад через весь класс, он влетел в доску с противным грохотом. Последнее, что он помнил, было то, как он открыл глаза и увидел наполненную паникой комнату, а затем потерял сознание. *-* Происходящее казалось непостижимым. Взрывная волна от зелья прокатилась вдоль класса и взметнулась высоко вверх. К счастью, никто не стоял в этот момент рядом, за исключением Северуса Снейпа. То, как он пролетел через всю комнату и врезался в стену, показалось Гарри настолько нереальным, что он был уверен — все это происходит во сне. Но крики и горелый смрад были самыми настоящими, и не могли быть просто сном. Студенты начали в ужасе убегать, спасая свои жизни, и хотя никто из них не пострадал от взрыва, все были сильно напуганы. Гермиона кричала на рыдающего Невилла, как на самого большого идиота в мире. Рон подбежал к Снейпу, чтобы проверить, что он еще дышит, а Гарри так и остался сидеть на месте, неподвижно, как камень, не в состоянии двинуться ни на дюйм. Неужели страшное желание, которое он загадал несколько месяцев назад, наконец сбылось? Нет! Он не хотел этого! Он не хотел, чтобы Северус умер! Ослепленный слезами, кое-как поднявшись он подбежал к стене, где лежал Снейп — он не двигался. — Он… — Гарри опустился на колени возле Рона, который проверял пульс профессора. Нет, он не мог умереть, не мог! По нижней губе мужчины стекала тонкая струйка крови. — У него есть пульс и он дышит, правда с большим трудом, — сказал Рон с облегчением, услышав признаки жизни, доносившиеся из горла лежащего перед ним человека. Ослабив галстук вокруг шеи Снейпа, он расстегнул несколько верхних пуговиц его рубашки. От этого Северус сразу пошевелился и открыл глаза. Его охватила паника, когда он попробовал сесть, но не смог. — Не пытайтесь двигаться, профессор. Вас серьезно приложило спиной об стену, и более правильным решением сейчас будет немного передохнуть, — Рон успокаивающе похлопал его по руке и снял с себя мантию, чтобы подложить под голову Снейпа. — Нет, — Снейп все еще пытался подняться, — ребенок. — Одинокая слеза тихо скатилась по его щеке. — Я не чувствую ребенка, — прошептал он, — от этих слов желудок Гарри резко скрутило. Он хотел поддержать мужчину, но вместо этого замер, не в силах пошевелиться. Рон напротив, сохранял удивительное хладнокровие. — Не волнуйтесь, профессор, — думаю, с ним все хорошо! Немного шокирован, возможно, но в порядке. Все что вам сейчас нужно — это хорошенько отдохнуть. Не возражаете, если мы попросим Гермиону, чтобы она наложила на вас заклинание левитации. Вам потребуется просто лежать на спине и наслаждаться поездкой. Как по сигналу, тут же появилась Гермиона, после преследования Невилла в коридоре, она снова зашла в класс. — Чары левитации, значит, говоришь? — тяжело дыша она закатила рукава. Через три минуты Северус уже был доставлен в кровать. Слишком бледный, даже для своего состояния. Гарри стоял позади Рона, не понимая, что делать дальше. Ему так хотелось утешить своего предполагаемого соулмейта, но сейчас, казалось, его покинула способность говорить. — Ребенок, — прошептал Снейп снова, и дрожащими пальцами провел по животу, — я не чувствую его, почему он не двигается? — Гермиона подошла ближе, положив руку ему на живот, она попыталась найти признаки жизни. — Хотите, я позову мадам Помфри? — спросил Рон Северуса, который в этот момент нервно закусил губу. — Нет… я не знаю, — Северус выглядел напуганным. Гарри догадывался, что он не хочет, чтобы мадам Помфри узнала его секрет, но в то же время очень опасался за жизнь их еще не рожденного ребенка. — Я знаю, есть заклинание, — сказала Гермиона, сосредоточенно что-то обдумывая, — оно довольно простое и позволяет послушать сердцебиение ребенка, почти как стетоскоп у магглов. — Стиллорион, — выдохнул Северус, похоже снова начиная терять сознание. — Да, это оно! — Гермиона подняла палочку и наложила заклинание. Чудесным образом звук бьющегося сердца заполнил все пространство вокруг. — Оно бьется слишком быстро! — прошептал Рон Гермионе. — Как и положено, после такого потрясения! — сказала Гермиона, улыбаясь, — с ребенком все в порядке! Бледное лицо Северуса немного оживилось. Мадам Помфри ворвалась в комнату, как раз в тот момент, когда Гермиона плотно укутала покрывалом своего профессора зелий. — Я только что узнала, Малфой рассказал мне про инцидент, — она тяжело дышала, не каждый день случалось так бегать по коридорам. — Мы думаем, что с ним все будет в порядке после того, как он проспит несколько часов лежа на спине, — сказала Гермиона тоном опытной медсестры, — он получил сильнейший удар в живот, а когда взрыв откинул его к стене, он упал на спину. Мадам Помфри пристально посмотрела на бледного, как мел, мужчину. — Я должна его как следует осмотреть, — сказала она и сделала шаг к кровати. — Стоять на месте, — прошипел Северус, собрав последние силы, оживление промелькнуло в его глазах, когда он увидел, что она собирается подойти, — как следует осматривать будете кого-нибудь другого, и перестаньте говорить обо мне так, словно я здесь не присутствую! — Не говорите глупости, Северус! Возможно вы повредили спину, мне нужно убедиться, что с вами все в порядке! — Я в порядке, женщина! — с трудом выдохнул Северус, — мне просто нужно отдохнуть. — Она смотрела на него, словно пыталась просканировать глазами, на ее лице начало проступать негодование. — Я успокоюсь, только когда буду уверена, что… — Нет. — Северус не подавал никаких признаков, что ему лучше, и похоже мог потерять сознание в любую секунду. Мадам Помфри обреченно вздохнула, понимая, что бороться с ним бесполезно. — Так, понятно. Я могу доверить кому-то из вас посидеть с ним, пока ему не станет лучше? Если у него что-нибудь будет болеть, когда он очнется, незамедлительно вызывайте меня. Он тот еще упрямец, но если к вечеру он не почувствует себя лучше, я осмотрю его, как бы громко он не возмущался! Гарри проводил взглядом мадам Помфри, и ему отчаянно захотелось выйти за дверь вслед за ней. Во всем этом был виноват он! Если Снейп потеряет ребенка — это будет его вина! Как только Помфри закрыла за собой дверь, Северус тут же отключился. Гарри стоял и смотрел, как Гермиона и Рон сняли с профессора ботинки. — Гарри, расстегни ему пиджак, он слишком тесный, — сказала Гермиона, аккуратно выставив ботинки возле кровати. Гарри молча посмотрел сначала на нее, а затем на Снейпа. — Ну же, Гарри! Да что с тобой?! Скорей, помоги ему! — твердо велела Гермиона и подтолкнула его к кровати. Гарри нервно сглотнул. Волна вины подкатила к самому горлу. — Это моя вина, — прошептал он. Гермиона и Рон посмотрели на него с недоумением. — Что? — Я желал этого. В ночь, когда я впервые узнал про связь и о ребенке. Я желал им смерти… — Гарри выглядел намного старше своих лет, в ужасе отступая назад, подальше от кровати, — я хотел этого, и вот, это едва не произошло, — по щекам Гарри текли слезы. — Это все ерунда, Гарри, и ты это знаешь! — мягко сказала Гермиона и обняла его за плечи. — Это было сильным шоком для тебя, при таких обстоятельствах ты мог подумать все что угодно. В глубине души ты знаешь, что не имел этого ввиду, это была всего лишь мимолетная мысль, Гарри. — Да, Гарри, не бери в голову! В тот момент я бы подумал то же самое, будь я на твоем месте! — Рон похлопал Гарри по спине. — Пойдем, Миона, оставим Гарри ненадолго одного. Гарри молча смотрел, как они выходили из комнаты. Он остался один. С кровати послышалось, как Северус тихо застонал, будто увидел дурной сон. Гарри вытер слезы и подошел ближе, чтобы выполнить доверенное ему задание. Он медленно снял покрывало, Северус продолжал стонать. Он выглядел испуганным. — Тшшш, я здесь, ты не один, — прошептал Гарри, приложив руку к щеке Снейпа. Мастер зелий затих от такого прикосновения, и его лицо вновь стало спокойным. С огромной осторожностью Гарри начал расстегивать пиджак Северуса. Гермиона была права, он оказался жутко тесным. Гарри пришлось нелегко, когда он пытался справиться с пуговицами так, чтобы не потревожить лежащего без сознания мужчину. Его пальцы слегка дрогнули, когда из-под пиджака постепенно начала появляться белая рубашка Снейпа. Было так странно прикасаться к нему. Незнакомое ощущение наполнило сознание Гарри, когда он коснулся тонкой ткани и почувствовал натянутую кожу под ней. Никогда еще он не был к Снейпу так близко, его сердце бешено заколотилось, когда он закончил с последней пуговицей. Северус выглядел красивым. Гарри сам чуть не рассмеялся, когда эта мысль пришла ему в голову. Но теперь что-то настойчиво разгоняло застилающие его глаза тучи, все больше открывая истинные чувства. И когда его душа начала осознавать свою судьбу, Гарри наклонился и поцеловал живот Северуса Снейпа. *-* Северус оклемался к вечеру, все тело пронзила серьезная боль. Он колебался, стоит ли ему открывать глаза. Ему не хотелось просыпаться в полном одиночестве, и уж точно он не хотел очнуться с осознанием, что внутри него что-то умерло. Долгое время он накладывал на ребенка защитные чары. Это могло защитить его в определенный момент, но не факт, что спасало от всех ударов. Он издал стон невероятного облегчения, когда ножка ощутимо толкнула его в ребра. — Северус…ты проснулся? — Северус удивленно распахнул глаза. Он не был один. Гарри был рядом с ним. Он сидел на краю кровати и выглядел весьма оживившимся. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Гарри, который похоже не собирался вставать с кровати, и в глубине души Северус был очень этому рад. — Немного взболтан, но не смешан, — ответил он и слегка нахмурился, что, конечно, не помогло скрыть охватившую его радость. Ребенок задвигался в животе, погладив его изнутри маленькой ручкой. Северус скинул покрывало, кем-то заботливо подоткнутое под него, и попытался сесть. Но центр тяжести откинул его обратно на кровать, уложив прямо на больную спину, что не добавило приятных ощущений. — Не уверен, что тебе стоит пытаться встать прямо сейчас, — с беспокойством во взгляде сказал Гарри. — Прекрасно, но у меня нет особого выбора, если я не хочу намочить постель, — простонал Северус и попытался подняться еще раз. — Стоп, разреши я помогу! — Гарри протянул к нему руки, отчего Северус замер на месте, совсем сбитый с толку. Он не привык принимать какую-либо помощь, по крайней мере, будучи в сознании. Но заглянув в глаза Гарри Поттера он увидел там сострадание, искру решимости и кое-что еще. Он растворился в этих сверкающих зеленых глазах, ощущая безопасность, невероятную поддержку и нечто новое, чего не мог объяснить даже себе. Северус принял предложенную Гарри руку, и позволил проводить себя до ванной. Это вызывало чувство защищенности, но в то же время пугало до безумия. Он не должен слишком привязываться к молодому человеку, с которым придется расстаться сразу после рождения ребенка. Он боялся, что в какой-то момент его сердце этого просто не выдержит и разорвется на части, чего никак нельзя допустить, ведь есть ребенок, которого нужно вырастить. Поэтому он не поскупился на одну из своих презрительных усмешек, чтобы поскорее выпроводить Гарри, когда тот помог ему вернуться в кровать. Ему нужен был отдых, по крайней мере, это можно было считать за оправдание. Гарри ушел весьма расстроенным. Казалось, он хотел что-то сказать, но передумал, когда Северус повернулся к нему спиной. Когда дверь закрылась, Северус осознал, что все еще почти полностью одет. Сделав несколько жалких попыток вылезти из кровати, подобно выброшенному на берег киту, он наконец решил, что не нуждается в ночной рубашке, и имеющаяся на нем одежда вполне сойдет. *-* Гарри так и не удалось заснуть этой ночью. Его разум лихорадило новыми пугающими чувствами, а тело невыносимо горело. Образ спящего мужчины не выходил у него из головы, как бы он не старался его прогнать. Но почему его это должно так сильно волновать? Снейп повел себя холодно и неблагодарно, всем своим видом демонстрируя, что он не нуждается в компании Гарри. Но с другой стороны, умиротворение на его лице, когда он спал, секрет, который он так деликатно хранил глубоко в сердце, и его взгляд, когда Гарри протянул ему руку — вносили неясность. Гарри метался по постели, не в состоянии найти удобное положение. Он снял футболку в надежде охладиться, но ощущение, что он горит все равно его не покидало. Что же с ним творится? Как только рассвело, он встал, оделся и решил прогуляться. Это наверняка должно было помочь ему успокоить разум и немного остыть. Свежий воздух и холодный мартовский ветер играли в его черных волосах, когда он проходил мимо озера. Постепенно он ускорил темп, его шаги становились все быстрее, а сердце колотилось все сильней. Его голову настойчиво одолевали мысли, слишком тяжкие для столь юного возраста. Быстрый шаг перешел в бег. Ноги несли его по земле с такой огромной скоростью, что со стороны можно было бы подумать, будто он одержим. Он и правда чувствовал себя одержимым. Что-то проникло в его разум, и отказывалось покидать, как бы сильно не хотелось это вытрясти. Бездонные черные глаза преследовали его, и он бежал, пока не выдохся и рухнул на траву, судорожно хватая ртом воздух. Слезы застилали его глаза, когда он постепенно начал приходить в себя после быстрого бега, в попытке скрыться от того, от чего в сущности не было никаких шансов сбежать. В последующие дни он избегал Снейпа. Он убедился, что с ним все в порядке и на этом прекратил какие-либо контакты. Гермиона и Рон время от времени заходили проведать его в дни, когда он был еще слишком слаб, чтобы встать с постели. Но Гарри держался в стороне. Что-то в Снейпе делало его уязвимым и это очень пугало. Он не хотел ничего менять между ними в ту или иную сторону, особенно после всех этих дней, принесших еще большую путаницу. Он не знал, что его так мучает, но точно понимал одно: если дать этому чувству разрастись — станет только хуже. Через пару недель он должен стать отцом, и сейчас этого было более чем достаточно.