Теологическая трилогия

Ласковое солнышко величественно выплыло из-за горизонта, щедро даря всем обитателям свой теплый свет. Восход небесного светила возвестил о начале нового благословенного дня. Лучики разбежались по всей огромной территории, спеша разбудить тех, кто посмел не встретить новый день до их торжественного появления. Один из шаловливых лучиков заглянул в окно уютного двухэтажного белоснежного домика, поначалу робко обойдя углы комнаты, он скользнул на кровать. Медленно, но уверенно подобравшись к краю одеяла, из-под которого торчали рыжие крылья и встрепанная светлая макушка, чуть выше светлых вихров приглушенно сиял золотой нимб. Ангел наслаждался заслуженным сном в не менее заслуженном отпуске и не подозревал, что в скором времени его нагло потревожат. Лучик продвинулся ещё немного вперед, замер, словно специально поджидая, когда ангел перевернется, и радостно пристроился на носу, согревая и золотя веснушки. Александр недовольно наморщил нос и впечатляюще чихнул, резко распахивая глаза и сразу же их прищуривая. Сколько раз он сам себе обещал купить ночные шторы вопреки принятым в Раю традициям и хотя бы в свой законный отпуск не вскакивать с первыми лучами солнца. Может, он хоть раз позволить себе нарушить маленькую традицию? То есть не раз, а два, ну может три или четыре. Алекс тяжело вздохнул, откинул покрывало, со вкусом долго потянулся и поплелся на кухню с обязательным посещением ванной комнаты по пути. Уже сидя на кухне в обнимку с большой ярко-красной кружкой крепкого чая, он придавался размышлениям о планах на предстоящий день. Отпуск почти подходил к концу, впрочем, в этом году ему не очень повезло с отдыхом. На третий день блаженного ничегонеделанья его вызвали на подмогу отделу по поимке «зайцев» — душ, не прошедших должную проверку, но каким-то образом попавших в Рай. Дружественный отдел никогда не сидел без работы и мог похвастаться интересными приключениями, как и родной отдел быстрого реагирования, который всегда был на передовой. И очень часто им не хватало своих сотрудников, и привлекались все свободные или отпускные. Но сегодня у него, кажется, будет спокойный выходной день, который можно провести… можно провести… к примеру, можно провести в саду Хрустальной песни или на берегу Розового моря или… Мечтания были прерваны появлением голубя с посланием. Судя по красной ленточке, кому-то опять нужна помощь. Нормальный отпуск может только приснится, даже если вы потомственный ангел. Александр отвязал послание, тоскливо вздохнув. Надо было переносить отпуск сразу же, как только узнал, что его любимый крылатый пойдет в отпуск через две недели. Райские выходные во всей красе! Развернув послание, он обнаружил просьбу в помощи от Распределительного центра, что было весьма странно. У них всё же не Ад, чтобы укрощать и стращать строптивые души. Так что же у них случилось, что они решились вызвать начальника боевых ангелов? Что ж, раз зовут на помощь, то он просто обязан незамедлительно туда направиться. Оказавшись в Распределительном центре, Александр внимательно осмотрелся, не понимая, почему его вызвали. Вокруг всё было как обычно, спокойно, чинно и относительно тихо. Детские души ожидали своей очереди в специальном игровом углу, взрослые терпеливо расселись на удобных диванчиках, милая девушка-регистратор что-то неторопливо объясняла представительному седовласому мужчине в военной форме. Хмыкнув, Александр подошел к Иллине и вежливо поинтересовался, что случилось и зачем его вызывали. — Одну минуту, — Иллина извиняющее улыбнулась военному. — Привет! Эрик чем-то заболел, а мы ожидаем с минуту на минуту миллиардера и группу монахов, сам знаешь, как они реагируют! Мне нужна охрана! — Хорошо, — Алекс усмехнулся. — Не нервничай, лебедь мой, посторожу я тебя. Иллина широко улыбнулась, изящно поправила светлые волосы, нимб, пригладила перышки на правом крыле. — Рядом с тобой не страшны никакие катаклизмы, — стрельнула она своими голубыми глазками в самого завидного жениха среди боевых ангелов. Александр на очередную попытку соблазнения не обратил никакого внимания, а седовласый военный чуть укоризненно качнул головой, не одобряя такое поведение юной ангелессы. Иллина в ответ поджала губы и продолжила объяснения. Алекс, пожав плечами и взяв какую-то книжку, устроился в удобном кресле охранника. Возможно, хоть этот день будет обычным отпускным, а не из серии «Александр на помощь! У нас экстренная ситуация!». Но как говорится, мы предполагаем, а высшие силы располагают. Так и ожидания Александра совершенно не оправдались. Прибывший миллиардер со свойственной ему наглостью, не поинтересовавшись, кто последний в небольшой очереди, решительно прошел к стойке и весьма громко поинтересовался, где он и куда дальше. Иллина недовольно поджала губы и спокойно попросила подождать своей очереди. Оттолкнутый молодой парень возмущенно посмотрел на проклятого богатого придурка, которым всегда закон не писан, пробормотал что-то весьма нелестное в его адрес и остался стоять рядом с ангелессой, ожидая, когда разберутся в ситуации. Александр с коротким вздохом поднялся из такого невероятно уютного кресла и подступил ближе. Между тем конфликт набирал обороты, богач расслышал пожелания молодого парня и теперь наступал на него, с кривой усмешкой победителя. — Ты что-то тявкнул щенок? Бедность, конечно, не порок, но раз не сумел в жизни заработать ничего кроме синяков, то молчи, когда успешные люди разговаривают. — Да, всем известно, откуда ваша «успешность» растет, все вы воры, разбойники и убийцы. Ничего в вас святого, как только в Рай попал, жирун.  — Ах, ты нахал нищий! Ты на что намекаешь, дрянь. Это кому ещё здесь не место, так это таким отбросам общества, как ты! — Я, в отличии от тебя, жил на свои кровно заработанные, а не у простого народа наворованные. Мы честно ждем своей очереди, а не лезем по чужим головам вперед! — Спокойно! — Александр вмешался, отодвигая хмурого парня себе за спину. — Здесь не ринг, соблюдайте правила и тишину. — Я требую, чтобы меня обслужили без очереди! — оскалился миллиардер. — Я жил праведно и хочу получить заслуженную награду, а не терять время на общение с отрепьем! — Во-первых, вам уже спешить некуда, мертвые не пользуются таким понятием, как время, а во-вторых, в Раю нет деления на богатых и бедных, перед Господом все равны, — ровно произнес Александр, не обращая внимания на довольное громкое «так его!» из-за спины. Миллиардер высоко вздернул брови и открыл рот, собираясь высказать всё, что он думает обо всем этом, несмотря на то что перед ним самый настоящий ангел, с внушительным мечом в ножнах на поясе. Но начать привычный скандал он не успел, высокие стеклянные двери распахнулись, впуская в Распределительный центр большую группу монахов, из какого-то горного монастыря, погибших при сходе лавины. День определенно предстоял нелегкий. Вновь прибывшие поначалу не собиравшиеся вмешиваться, при первых же словах миллиардера праведно возмутились и активно вмешались. Вскоре в центре стоял неподобающий шум, гам, и разгоряченные оппоненты, засучивающие рукава, дабы доказать свою точку зрения старым добрым способом — кулаками. К несчастью, души, взбудораженные разгоревшимся спором, перестали бояться ангелов, так что Александр был вынужден вызывать подкрепление. Такие случаи были редки, но всё же были. Спустя три часа практически вывалившись из дверей Распределительного центра, Александр с горечью констатировал, что очередной отпускной день успешно провалился. Но где-то глубоко-глубоко внутри он ещё надеялся спасти его остатки. Возможно, ему всё же удастся отдохнуть. Неужели он так много просит? Осмотревшись, Алекс встряхнулся, пригладил торчащие перья, поправил нимб и направился в свою самое любимое место в Раю, без которого, наверное, не сможет прожить. Определенно пора расслабиться, решил он, взмывая в такое изменчивое, но ласковое небо. Для каждого свой Рай. Он никогда не был и не будет постоянным. Его невозможно изобразить однообразным, скучным, шаблонным, скорее он эфемерен, изменчив, мягок и гибок. Он такой, каким ты хочешь его видеть. Он для каждого становится таким местом, в которым ты счастлив. И неважно кто ты, ангел или простая душа, а быть может, ты веселый купидон. Однако несколько мест были постоянными, любимыми и красивыми во всех трех мирах, а не только в Раю. Самыми же красивыми и самыми большими по площади по праву считались Райские сады. В них можно было уединиться и отдохнуть, отрешившись от всех мыслей. А главное сады четко разделялись на три сектора: для ангелов, для душ и для всех. Каждый находил себе здесь занятие по душе. Вот и сейчас на изумрудной траве под роскошным ветвистым дубом с крупными золотистыми желудями и несколькими маленькими облачками-«барашками», которые как-то зацепились за самую макушку, безмятежно дремал молодой ангел. Раскинув рыжие с легким золотым отливом крылья, он наслаждался заслуженным отдыхом, точнее его остатками. Недавно его имели наглость отозвать из законного отпуска, и напряженная неделя подошла к концу и его, вроде бы, снова отправили догуливать. Правда, сегодня его опять вызывали в первой половине дня, клятвенно обещая, что это в последний раз. Но разобравшись с очередным конфликтом, он, наконец-то, добрался до своего любимого уединенного местечка, где всегда было можно расслабиться без посторонних раздражающих факторов. Ангел лениво шевельнул правым крылом, особо двигаться не хотелось, но он всё же решил подумать о планах на остатки отпуска, которого оставалось совсем мало. К несчастью, запланированное свидание отменилось совершенно неожиданно и неизвестно смогут ли они встретиться завтра. У его родного любимого крылатого опять что-то там случилось. Господь свидетель, тот постоянно куда-то умудряется влипать. И ведь работа у него совершенно не опасная, не то, что у него самого. Александр вздохнул и сел, с легким шуршанием складывая крылья за спиной. Настроение побыть одному исчезло и захотелось с кем-нибудь поговорить. Чем обычно занимаются ангелы в отпуске и на выходных? Конечно, играют в хевенбол. На поле, как обычно, было полно народу — и ангелы, и души, и мелкие пакостливые купидончики. Александр недовольно передернул плечами, поправляя светящийся нимб над головой. С этими мелкими гадами у него были свои счеты. — Эй, Алекс! Он обернулся на смутно знакомый голос, ему активно махал какой-то ангелочек. Присмотревшись, Алекс узнал его, один из молодых ангелов-хранителей людей. — Арти, — Александр улыбнулся, подходя к старому знакомому, когда-то они вместе проходили стажировку и обсуждали проблемы своих подопечных. — Давно здесь? — Нет, — мотнул тот головой, сияя ответной улыбкой. — Только подошел. — Кто против кого играет? — Как обычно. Там, кстати, Миша команду набирает, присоединимся? — Арти махнул рукой в сторону небольшой группы. Александр чуть прищурился, оценивая столпившихся ангелов. Два архангела — Михаил и Габриил, два хранителя — Макс и Лекс, два сослуживца Александра — его заместитель Джейк и его младший брат Скотт. В принципе хорошая команда, к такой не стыдно присоединиться. Он кивнул Арти, и они вместе направились к активно размахивающему руками архангелу. — Благослови Господь всех, — поприветствовали они остальных. На них оглянулись, хором благословили в ответ и предложили присоединиться к команде. Через несколько минут обсуждения тактики было решено Лекса поставить в воротах, Арти и Макса на защиту, Миша и Гейб отвлекающие, а Алекс, Джейк и Скотт нападающие. Команда противников подобралась из четырех душ и пяти нагло улыбающихся купидонов, любовно поглаживающих свои луки. Александр чуть нахмурился, начиная опасаться за свою задницу. Нет, надолго эти сволочи его влюбить не смогут, поскольку у него есть настоящий любимый крылатый. — Нервничаешь? — фыркнул Джейк. — Хмм. — Признавайся, ты чего успел им сделать? — Ничего. — Да? — недоверчиво протянул Джейк. — Эта мелочь просто так не гадит. — Зато гадят по приказу, — скривился Алекс, словно от зубной боли. — Тогда что ты сделал их Большому Босу? — заинтересовался Скотт, разминая плечи, складывая и разворачивая крылья. — Просто влюбился по-настоящему без его помощи и отказываюсь называть имя своего избранника, — признался Алекс, смущенно потирая нимб. Джейк со Скоттом челюсти на положенном месте не удержали. Ангел влюбился без помощи купидона! Их суровый Александр, который при упоминании серьезных отношений кривился, словно ему предлагали съесть килограмм лимонов без сахара, ухитрился самостоятельно найти избранника. — Нет, — неожиданно заявил Александр. — Что «нет»? — удивился Джейк. — Нет, я о нем рассказывать ничего не буду. — А… — И намекать тоже. — Но… — Это моё личное дело. Я люблю своего крылатого, а остальное совершенно не важно. Устроить допрос своему непосредственному начальству не удалось, Миша позвал их на поле. Игра началась. Александр несся к воротам противника, крепко прижимая к груди заветный мяч, отвоеванный у растерявшейся души. Он сложил крылья за спиной, помогая себе лишь кончиками на крутых поворотах. Рядом бежали Джейк и Скотт, страхуя и отталкивая другие наглые душонки, которые в пылу игры совсем страх перед ангелами потеряли. Впереди маячили Миша и Гейб, старательно сверкая нимбами и хлопая крыльями, создавая мини полевые бури. Александр скосил глаза на табло. 10: 10. До конца игры полторы минуты. Он должен забить, ангелы никогда не сдаются и никогда не проигрывают. И последний рывок… Дженсену удалось сделать обманный маневр и закинуть мяч в почти пустые ворота. Под общее ликование он совершил одну огромную ошибку. Победно вскинув руки, он распахнул крылья и с ужасом ощутил, как в левую ягодицу впивается острая стрела, а за спиной счастливо ржут довольные собой купидоны. Магия в стреле оказалась убойной. Перед глазами мгновенно поплыл розовый туман, на лице расплылась глупая улыбка профессионального дебила, в ушах победно заиграл свадебный марш. Постояв немного на месте, пережидая первую волну всепоглощающей любви и чувствуя, как последние разумные мысли спешно растворяются в нирване, он взглядом мартовского кота обвел окружающих. — Мой крылатый! Любовь моя! — завопил он радостно и кинулся к офигевшему таким поворотом событий Михаилу. Несчастный архангел тормозил какое-то время, потом инстинкт самосохранения взвыл не хуже иерихонской трубы. Архангел Михаил, главнокомандующий армией ангелов улепетывал от свихнувшегося капитана боевого отряда быстрого реагирования, отчаянно хлопая крыльями. Александр, абсолютно не осознавая своих действий, и свято уверенный, что его крылатый всё-таки решил прийти, летел за Михаилом, радостно вопя какую-то романтическую чушь. Вслед за ним неслись остальные участники их команды и кто-то из зрителей-болельщиков, но всё они безбожно отставали. Да и разве смогут они угнаться за первыми двумя, когда первый спасает свою шкуру, а второй под кайфом от купидонской магии. К импровизированному залету присоединялось всё больше участников, попутно пытаясь выяснить первоначальную причину, из-за которой случился весь этот сыр-бор. — Его надо немедленно поймать и обезвредить, — проорал Габриил, опасаясь за своего брата. — Попробуй, — огрызнулся тяжело пыхтящий Джейк. — Александр самый быстрый в нашем отряде и самый выносливый, к тому же находится под действием магии этих придурковатых психов, по недоразумению именующимися купидонами. Гейб процедил сквозь зубы что-то явно не достойное архангела. Они уже два часа носились по всему Раю. За всё это время к ним то присоединялись, то отставали различные ангелы, но никому так и не удалось поймать «сладкую» парочку, стойко лидирующую и не собирающуюся сдавать набранные обороты. Макс и Скотт с полчаса назад улетели на поиски Главного Купидона, чтобы тот прекратил творящееся безобразие. А в первой тройке среди преследователей по-прежнему держались Габриил, Джейк и Арти. Хотя и их силы уже были на пределе — плечевые мускулы сводило, крылья шумно хлопали за спиной, неохотно удерживая их в воздухе. — Когда они уже выдохнутся? — прохрипел Гейб. — У меня скоро крылья заклинит, и войду я в красивый штопор. — Может, у них сведет быстрее, — делая длинные выдохи после каждого слова, предположил Джейк. — Ага, и тогда они дружненько, фьють, и камнем вниз, а потом шмяк, и у нас два мясных блина с начинкой из перьев, — добавил Арти, стараясь реже хлопать своими крыльями и поймать попутный ветер. — Милый! Куда же ты! Я так соскучился, родной мой! Крылатый! Единственный! Неповторимый! Уникальный! — неустанно вопил на весь Рай Александр, не обращая внимания на боль в крыльях и хрипоту, почти сорванного голоса. — И как он ещё орать умудряется, — возмутился Гейб, неожиданно ему на ум пришла потрясающая идея. — Ми — ша!!! Вправо давай!!! Впра — во!!! И вниз!!! К озеру Летающих Рыбок!!! Слышишь?! — Ты их утопить хочешь? — хмыкнул Джейк, заставляя себя продолжать двигаться вперед. — Не утопнут, но лететь дальше точно не смогут. У нас просто нет другого выхода. Потому что ещё немного и мы все, фьють, и камнем вниз, как предсказал Арти. К всеобщему счастью, Михаил всё-таки услышал совет, а Александр не предал значение посторонним звукам откуда-то сзади, и они, дружно сложив крылья за спиной, спикировали к озеру. Расчет младшего архангела был прост. Александр хоть и быстро летел, да и на реакцию никогда не жаловался, но накаченный убойной дозой любовной магии и приобретя за счет неё дополнительную выносливость, всё же реагировал совсем не так, как прежде. Спустя какое-то время Рай огласил чей-то недовольный вопль, громкий всплеск, а потом наступила зловещая тишина. Троица встревожено переглянулась и из последних сил поднажала. Спустя мгновенье, их глазам предстала не менее, чем до этого безумная картина пера неизвестного, но талантливого художника. По берегу взволнованно бегал Михаил, периодически заламывая руки и причитая, как девица на выданье. На отмели сидел абсолютно мокрый и несчастный Александр, некогда рыжие крылья безвольно поникли, густо покрытые тиной, ряской и водорослями. Он что-то бормотал, шмыгал носом и не пытался подняться. Габриил с запозданием понял, что здесь было не озеро Летающих рыбок, а пруд Поющих Лягушек, весьма обалдевших от нового обитателя их водоема. И всё бы ничего, но подлетев ближе, они смогли расслышать причитания Михаила. Услышанное повергло их в такой шок, что все трое забыли взмахивать крыльями и грохнулись на землю. К счастью, падать оказалось не высоко, всего лишь метра два. Когда шустрые купидончики ухитрились подстрелить архангела никто не смог понять. Но теперь Александр сидел абсолютно безучастный, зато Михаил пытался признаться в любви и уговорить объект своей страсти, хотя бы на один поцелуйчик. Коротенький. В щечку. — Вот жежж, — Гейб проглотил несколько выражений, не достойных архангела. — И когда они успели в Мишу попасть? — Зато Александр в порядке, — обрадовался Джейк. — Лучше не стало, — ворчливо заметил Арти. — Смотри, чего вытворяют. Михаилу надоело бегать по берегу без активных действий в сторону своей новоприобретенной неземной любви. Он решительно вытащил Александра из пруда, усадил на стоящую неподалеку лавочку и стал осторожно очищать правое крыло, уделяя внимание каждому перышку. — Вы такой красивый, — не прекращая чистку, нежно шептал он. — Замечательный. Удивительный. Необыкновенный. Единственный. Незабываемый. Обычно вспыльчивый Александр, всегда твердо пресекающий любые попытки пригласить его на свидание, сейчас мило краснел, смущенно хлопая ресницами. — О, Господи, всё намного хуже, чем казалось на первый взгляд, — вздохнул Гейб. — Ну, чего расселись, вперед. Их надо разделить, а то, когда очнутся сами, всем за бездействие достанется. Джейк переглянулся с Арти, и оба решительно двинулись на спятившего от убойной дозы любовной магии архангела. Михаил отрываться от объекта своей трепетной несчастной любви не желал. С легкостью отшвырнув от себя своего брата и двух других ангелов, он опустился на колени перед Дженсеном, бережно взял его ладони в свои и медленно перецеловал каждый пальчик. — Кошмар, — Джейк потер шишку на лбу. — Если они это потом вспомнят. — Почему если? — фыркнул Арти. — Они потом ещё долго не смогут находиться в прямой видимости друг от друга. Не удивлюсь, если Александр свалит на Землю. — Но он же в отпуске. Разве нет? — припомнил Габриил, сердито посматривая в сторону старшего брата. — Какая теперь разница, — хмыкнул Джейк. — Мой босс будет в жутком расстройстве, когда очнется. Ему бы к своей второй половине рвануть и расслабиться в его объятиях хорошенько. — Только интересно, кто эта загадочная вторая половинка? — Арти пристально вгляделся в смущенного Александра. — Что они ему вкололи? Он же похож на девицу перед свадьбой! — Наконец-то, Макс и Скотт возвращаются, — радостно выдохнул Джейк, заметив коллег-друзей быстро к ним приближающихся. Те притащили с собой не только шефа купидонов, но и всех остальных архангелов. Скрутив невменяемого Михаила, они дружно решили, что Дженсену особая помощь не нужна. Как сообщил весьма недовольный Главный Купидон, истинная любовь почти избавилась от наведенной любовной магии. — Кто бы мог подумать, — Главный Купидон недовольно скривился. — Но он действительно искренне любит. Более того у них там всё настолько серьезно, что даже самая сильная магия быстро начала выветриваться. Пусть отдохнет, выпьет крепкого чаю, выспится и всё окончательно пройдет. — Мы им займемся, — заверил Джейк, при помощи Скотта поднимая своего начальника, который всё ещё краснел, робко, из-под ресниц наблюдая за вырывающимся Михаилом. Оставив архангелов разбираться со своим самым старшим братом, при помощи Главного Купидона избавляя от последствий наведенной любовной магии, Джейк и Скотт, потащили любимого начальника в сторону коттеджей ангелов. Доставленный домой не совсем ещё адекватный и слабо сопротивляющийся Александр рассеяно поблагодарил своих друзей — подчиненных и нерешительно прошел на кухню, вдали от Михаила непонятная влюбленность и робость отступала всё больше. Джейк не стал настаивать на помощи, понимая, что тот и так будет в ужасе, когда очухается, и вместе с братом ушел. Алекс, оставшись один, бесцельно побродил по дому, добрел до кухни, сделал себе крепкого чая, медленно прошел в гостиную, баюкая в ладонях любимую чашку, заглянул по пути к креслу в большое зеркало и застыл. От увиденного задергался левый глаз, а руки дрогнули. Чудом не расплескав чай, он медленно поставил чашку на тумбочку и приблизился к зеркалу почти вплотную. Его крылья, его роскошные рыжие крылья с чудесным золотистым отливом, всегда аккуратно уложенные перышко к перышку, находились в ужасном состоянии. Если точнее, полтора крыла — одно левое и половина правового. Перья топорщились в разные стороны, кое-где сохранив свой первозданный цвет, они в основном стали грязно-зелеными, почти коричнево-черными. А в некоторых местах их и вовсе не было! Дальше хуже. Ровно светящийся теплым желтым светом нимб был плотно облеплен бурыми водорослями. Волосы стояли дыбом, на висах засохла ряска. Одежда тоже находилась в ужасном состоянии, всё ещё влажная, грязная, а из кармана торчала лягушачья лапка, кажется, несчастное земноводное оглушило. Господи, что же с ним случилось?! В голове стоял вязкий молочно-белый туман. Где-то на краю сознания робко заскреблась мысль, что он успел искупаться в пруду. Но зачем? Казалось, что вместо мозга у него кисель, сваренный из чужеродной любовной магии, и эта желеобразная субстанция работала в пять раз медленнее, чем обычное серое вещество. И, тем не менее, спустя долгие пятнадцать минут, мозг неохотно начал выдавать какие-то разрозненные кусочки пазла, которые отказывались складываться в общую картинку. Но постепенно до Александра дошел весь ужас ситуации. Купидоны, Михаил, пруд, нелепые признания, осторожные поцелуи. — О, Господи, Отец наш Всемогущий! Какой жуткий кошмар, — просипел Александр, и ещё раз диким взглядом окинув своё отражение в зеркале, рванул в ванную комнату. Три часа водных процедур, две бутылочки геля для душа, бутылочка шампуня, бальзам-кондиционер, пять сломанных щеток и вуаля. Закутанный в темно-зеленый махровый халат, Александр уселся в любимое кресло, дотянулся до телефона и быстро набрал знакомый любимый номер. Пару долгих гудков, кажущихся почти вечностью, и родной голос мягко ответил, рождая своим завораживающим бархатом приятную дрожь во всем теле. — Это я. — Мммм, мой золотой, что у тебя стряслось? У тебя усталый голос. Ты же вроде в отпуске? — Да, у меня выходные, просто сегодня день такой… не особо удачный. — А я-то считал, что райские выходные — это чистый кайф без каких-либо проблем, — мягко рассмеялся любимый. — Наивный, — протянул Александр с улыбкой, хорошее настроение медленно, но уверенно возвращалось. — Только с тобой, мой золотой. Что ж, увидеться сейчас мы не сможем, но ты можешь смело исповедоваться мне, как прошел твой… не особо удачный день. — Не уверен, что хочу рассказывать, а ты это слышать, — вздохнул он, с ужасом припоминая, что кричал вслед удирающему архангелу и, представляя, как на это отреагирует его ревнивый собственник. — Тааак, ты меня заинтриговал ещё больше. Теперь тебе не отвертеться, не отстану, пока не расскажешь, как проходят выходные в Раю. — Ладно, — Александр прикрыл глаза, глубоко вздохнул и, как в омут с головой, начал свой рассказ. — Утро началось спокойно и лениво, но потом пришло письмо из Распределительного центра с просьбой о помощи… Над Райским горизонтом от оранжевого теплого солнышка оставался маленький краешек. Ещё чуть-чуть и оно окончательно скроется, погружая окружающий мир в сонные сумерки. Скоро все — и архангелы, и ангелы, и купидоны, и души, и другие обитатели Рая — заснут, отдыхая после тяжелого насыщенного или размеренного спокойного дня. И только Александр Рассел Блум, потомственный ангел, капитан боевых ангелов отряда быстрого реагирования и лучший дипломат по разрешению земных конфликтов, не спал и даже не думал ложиться. Он честно рассказывал о злоключениях сегодняшнего дня, попутно пытаясь убедить своего любимого крылатого, что не надо немедленно мчаться сюда и ощипывать всем купидонам крылышки, утыкав их при этом дурацкими стрелами для верности. Но кто осудит ангела за честность и всепрощение.