***
-Нгха-а-а! Н-нэчжа, я больше не могу! - Колени нещадно болят, слюна во рту такая вязкая, что трудно дышать, глаза покраснели из-за слез, а внутри уже хорошо-больно от мощных глубоких толчков, не попадающих, но постоянно задевающих ту самую сладкую точку. Парень чувствует, как его горячего живота касается чуть более прохладная, большая и надежная ладонь. Его, как котенка приподнимают, и от этой мысли, измученный член дергается. Сзади, совсем близко, опаляя ухо, становится слышно неровное дыхание. Вторая рука аккуратно придерживает его за подбородок, потому что Он явно видит состояние Ао Бина, понимает, что шея уже не держит. Но плоть внутри не останавливается, выдавливает капли удовольствия на простыни. Она так сильно выступает под кожей живота. Дракон скулит, связки уже не дают кричать, потому что хорошо, действительно хорошо так, как никогда прежде. Его мышцы сжимаются в судорогах от оргазма, но эти руки держат в практически вертикальном положении. Сзади еще одно потное и жаркое тело, прижатое плотно, и это дает Ао Бину ощущение полного комфорта, не смотря на усталость. Поцелуй в висок, ухо, а затем и губы. Это сухие, тонкие, и очень приятные губы, самые лучшие в мире. -Все хорошо? - Нэчжа всегда спрашивает. Не больно ли ему, не устал ли, как приятней: сзади или спереди..? Это смущает, это пугает, но это важно, для них обоих. Они пара. -В животе очень горячо... - трудно отдышаться, пот, тяжелыми каплями, скатывается по лицу. Ноги дрожат от напряжения. -Прости, я перестарался. - Дракон сжимается, чувствуя, как из него медленно вытаскивают все еще твердую плоть. Большая головка чуть сильнее задевает сверхчувствительную кожу входа, и это так неожиданно, каждый раз, как в первый. Сразу по внутренней стороне бедра течет теплая вязкая жидкость, которой еще очень много внутри, и Божественная Жемчужина чувствует себя таким слабым, любимым и нужным в этот момент, что из груди непроизвольно вырываются тихие полустоны и хныканье. После, Ао Бина всегда моют, сушат длинные мягкие волосы, укладывают в чистую постель и обнимают всю ночь. Демон знает, что это то, в чем его возлюбленный нуждается после долгих часов занятия любовью. Он еще долго лежит, просто наблюдая за своим супругом, тихо нашептывая слова любви и оберегая от всего.***
Но в последнее время, драконий принц как-то все чаще начал замечать свое бездействие и неумелость в вопросе плотских утех. Конечно, Нэчжа никогда даже вскользь не упомянул бы об этом, и даже намека не сделал. Но дракон находит эту лазейку для самокопания, когда они отдыхают после утреннего парного совершенствования. Это именно та ситуация, когда ты, хоть и уставший, но сытый, не хочешь спать, а потому просто валяешься вместе со своей парой. Ао Бин лениво потягивается, улыбается, чувствуя, как на задней стороне шеи оставляют влажные поцелуи все те же тонкие губы. Все та же крупная ладонь прижимается к телу сквозь легкую ткань шелкового белья. Он игриво переворачивается в этих своеобразных объятиях и отвечает коротким поцелуем в линию челюсти. Его взгляд непроизвольно падает вниз - перед глазами достоинство демона, скрытое одним лишь слоем одеяла. Оно большое, даже в обычное состоянии, и парень каждый раз так сильно краснеет, когда видит его. Даже сейчас он закусывает губу, хочет прикоснуться, но словно боится брать ответственность за реакцию. Изящная бледная ладонь все же касается тела, но выше, намного, опаляет горячую грудь прохладой. Соски кофейного цвета, мгновенно встают, и это так интимно на самом деле, но Нэчжа не видит здесь ничего такого, просто Божественная Жемчужина чувствует, как рука на его талии сжимается сильнее. Он кидает лазурный взгляд наверх, как бы спрашивая, хотя и зная, что ему можно все. И ответны взгляд подтверждает: "Да, ты может делать все, что хочешь, это тело принадлежит только тебе". Его рот наполняется слюной, и Ао Бин как-то неожиданно для себя подается вперед, захватывая губами темную горошину. Сверху моментально слышна реакция в виде томного выдоха. Демону хорошо, и это он дает понять сам, как бы подзывая пару на более откровенные действия. Дракону нравится касаться тела своего мужа, такого прекрасного тела, поэтому его рука сначала сжимает вторую грудь, ощущает твердость мышц, мимолетно касается большим пальцем соска, а после уходит вниз. Ласкает напряженные мышцы пресса, на котором так хорошо стали видны кубики в последнее время. Это так увлекает, что Ао Бин, как загипнотизированный, опускает голову и пробует солоноватую кожу. После мокрого языка она блестит и словно светится. Увлеченный своим занятием, он не сразу замечает член любовника, в полной боевой готовности, пока не натыкается на него щекой, спускаясь все ниже. От тихого чувственного выдоха принц словно опоминается и вновь смотри на любимое лицо. А то действительно переменилось: румянец, капля испарины, стекающая по виску, опасно блестящие глаза, внимательно наблюдающие за ним. Ао Бин так и замер, приструненный аурой опаснейшего хищника. Между ними не скользит даже пары слов - Нэчже не нужно говорить, чего ему хочется далее, а Ао Бину - что он собирается делать. Это выглядит так, будто они уже знают ответы на все вопросы, хотя на самом деле, они просто знают друг друга. Светловолосый аккуратно касается возбужденной плоти любовника. Она такая горячая, твердая и упругая одновременно. Из уретры вытекает капля мутной смазки, и она выглядит, как жемчуг. Парень, словно зачарованный наклоняется и целует нежное местечко, ловя острым слухом резкий вздох. Капля растекается по языку, и ему нравится смаковать этот вкус вместе со вкусом кожи. Не то, чтобы Ао Бин никогда не ласкал тело возлюбленного, просто демон достаточно быстро берет ситуацию под свой контроль, не давая как следует изучить свое тело. Конечно, после, разгоряченный, он втройне возвращает удовольствие, и это не может не нравится, но Божественная Жемчужина хочет иной результат. Поэтому, когда он краем глаза видит движение, то быстро кладет изящную, но очень сильную ладонь на рельеф груди, как бы останавливая. -Нет. Не двигайся, дай мне поласкать тебя. - И даже как-то получается не краснеть особо сильно. Нэчжа лишь пораженно выдыхает. И дракон храбреет: резво забирается на чужие бедра, съезжает еще чуть ниже, и вновь наклоняется над пахом и влажно дует на член. Ему это так нравится. Он касается кончиком языка уздечки, медленно обводит головку и опускается вниз. Парень, увлеченный своим делом не видит, как в карих глазах начинает разгораться целое огненное торнадо. А у них впереди вечность.