Нет милосердия к нечестивым

— Гарри? Он не мог сдержать усталый вздох, его глаза слегка побледнели, пока комната кружилась сама по себе. Он боялся каждой прошедшей минуты, пыльных фонарей, которые, казалось, всегда носили с собой стражи, жуткой тишины… Пальцы Гарри сжались в кулаки. Он не собирался об этом думать. — Что такое, Миона? — сказал он, резко прикусив внутреннюю сторону щеки. — Ты не очень хорошо выглядишь, - тихо сказала она. Гарри мягко фыркнул на нее, его губы скривились в горькой улыбке, —Я думал, что это довольно очевидно. Гермиона только неодобрительно хмыкнула. Он подумал, что она выглядит довольно сдержанной, несмотря на то что ждала у дверей ада, чтобы поприветствовать их - ее рот был сведен в тонкую линию, а глаза сузились, когда взгляд метался из стороны в сторону. Гарри понял, что она анализирует - думает об охранниках, которые молчали, пока они шли, о воплях страдания, которые звучали слишком по-человечески, о тяжелых заклинаниях, окутывающих тюрьму, как одеяло. Неправильно. Голос в его голове кричал, что это все неправильно, что жестоко и безжалостно быть запертым здесь на всю оставшуюся жизнь. — Мистер Поттер? Он встал за долю секунды, но застыл, когда его кто-то остановил. — Я надзиратель, — сказала женщина с натянутой улыбкой и протянула руку. Она усмехнулась про себя, когда Гарри не принял ее, его лицо было пустым, когда она щелкнула языком, — не ожидали, что женщина возьмется за такую работу, да? — Она говорила мягко и плавно, что заставило его выпрямиться, опасный огонь в её взгляде скрывался за фальшивой улыбкой. Он знал ее типаж - Гарри раньше встречал таких, как она. Людей, от которых все держались подальше. Людей, с которыми никто не осмеливался связываться. — Ах, — промурлыкала она, заметив, что его внимание переключилось на другое - на двух авроров, стоявших рядом с ней, —Мальчики, почему бы вам сейчас не сделать небольшой перерыв? Я займусь этим. Авроры бросили на нее сомнительный взгляд, прежде чем коротко кивнуть, их шаги вскоре превратились в резкую, звонкую тишину. Сердце Гарри забилось еще быстрее, когда женщина повернулась к ним с болезненно-сладкой улыбкой на лице, —Я глубоко сожалею об этом, — она не выглядела сожалеющей, — должна признать охранники здесь, как правило, довольно устрашающе. С кем вы просили о встрече, мистер Поттер? — Драко Малфой, — тихо прошептал он и напрягся. Он мог бы поклясться, что увидел, как надзиратель немного сморщила нос, и даже если бы он попытался, он не смог бы сдержать пламя раздражения, которое вспыхнуло внутри него. Она быстро осмотрела его, прежде чем наложить невербальное заклинание. — Я советую тебе не двигаться, — решительно сказала она ему, приподняв бровь, прежде чем взглянуть на Гермиону, — Боюсь вас разочаровать, миссис Уизли, но нашему маленькому узнику разрешается только один визит в месяц. Маленький пленник. Гарри сжал челюсти, его неприязнь к женщине становилась все сильнее и сильнее с каждой минутой. Маленький пленник, как если бы она говорила о животном в клетке - домашнем животном. — Ой? Вы что, его группа поддержки? — надзиратель закончил свое заклинание сканирования, оставив покалывание на его коже. Она коротко рассмеялась над своими словами, но Гермиона нисколько не выглядела веселой. — Сейчас, мистер Поттер, отдайте свою палочку. Гарри старался не дать своим рукам дрожать, пока рылся в кармане, не обращая внимания на прикосновение бархата к костяшкам пальцев, когда он вытаскивал палочку. Он пристально посмотрел на женщину, которая радостно улыбнулась, без особой осторожности убирая его палочку. — Это из соображений безопасности, — сообщила она ему, поворачиваясь на каблуках, —Пока вы будете следовать моему примеру, я уверена, что мы ... Гермиона выдохнула от болезненного проклятия, зажмурилась и зашипела себе под нос. Гарри мгновенно бросился к ней, его глаза расширились, когда он увидел, что она споткнулась о тонкую магическую нить, светящуюся темно-фиолетовым цветом. Затем он понял, что это была мера безопасности, и ни на мгновение Гарри не почувствовал сочувствия, когда громко крикнул, — Какого черта? Женщина только пожала плечами, отвернувшись, когда Гарри схватился за предплечья Гермионы и помог ей встать. Он почувствовал, как что-то коснулось его запястья под рукавом, но не обратил на это внимания. — Мне думалось, что заместитель главы министерства знает о заклинаниях безопасности в Азкабане, — сказала надзиратель с крохотной сжатой улыбкой, бросая на них невинный взгляд, —Оказывается, я была неправа. — Вы называете это заклинанием безопасности? — Гарри был готов бросить еще тысячу оскорблений в ее сторону, но Гермиона остановила его, резко дернув за рукав - предупреждение. Верно. Его ноздри раздулись, когда надзиратель бросила на него вызывающий взгляд. Гермиона крепко держала его за руку, и когда ее ногти вонзились достаточно глубоко, чтобы причинить боль, он отступил. Он пробормотал тихие извинения. Глаза женщины блеснули, — Итак, я очень занята, мы собираемся навестить мистера Малфоя или нет? Гермиона отпустила его. Гарри проглотил комок, застрявший у него в горле, позволив своей голове опуститься, и ему удалось кивнуть. Тихий стук ботинок по холодному каменному полу звенел в его ушах, маня его навстречу лестнице в дальнем конце, где, как он знал, держали самых ужасных преступников. Он засунул дрожащие кулаки в карманы, следуя за надзирательницей, внезапный шепот его имени заставил его остановиться. — Гарри. Во рту пересохло, — Ага? — Удачи. Гарри бросил на нее последний взгляд, прежде чем улыбнуться, — Пока, Гермиона.

***

Любой человек, который останется здесь, сойдет с ума. И надзиратель, должно быть, тоже знала это по выражению его лица, потому что Гарри был встречен закатившимися глазами, — Если вы не сможете переварить закуску, мистер Поттер, вы никогда не переживете основное блюдо. Гарри подавил желание скривиться, пока они шли по плохо освещенному коридору, в каждой комнате была своя плоская металлическая дверь с вырезанным на ней серийным номером. Он резко закусил нижнюю губу, когда увидел грязные пятна крови на одной, достаточно темной, чтобы ее можно было принять за чисто черную. — Это было тогда, когда заключенный пытался сбежать, — сообщила она ему опасно мягким голосом, — Ему нужно было преподать урок. — Урок, — слабо сказал Гарри и почувствовал, как кровь стынет в жилах. Он не был полностью уверен, было ли это из-за того, с каким восторгом она это произнесла, или из-за темных пятен, к которым они медленно приближались. Он узнал пустые лица, тонкие пальцы, которые, как он мог поклясться, чувствовал на своей коже, и вспомнил прошлые встречи, вспыхнувшие перед его глазами. — Почему так много дементоров? — спросил он, его голос внезапно стал резким. — Я же сказала вам - заключенным нужно преподать урок, — беспечно ответила надзирательница, как будто они были всего лишь двумя друзьями, говорящими о погоде, — Некоторых мы лично держим в камерах время от времени, чтобы они могли научиться себя вести. Он не проявил никаких эмоций по поводу того, что она ему сказала. Он только пошел немного быстрее, чтобы не отставать от ее темпа, и на одном глубоком вдохе прошептал, — Сколько еды они получают каждый день? Смотритель недоверчиво усмехнулась, качая головой. Она не заговорила, пока они не достигли еще одной ступеньки в конце коридора, и Гарри мог только собраться с силами, когда на него обрушилась новая волна заклинаний - заклинаний безопасности, с горечью подумал он. Он задержал дыхание, когда они спустились дальше в другую, более глубокую часть Азкабана, и то, что заставило его голову кружиться, было ужасным, болезненным запахом, наполнявшим его нос, и безжизненными тенями, которые плыли за ним. — Они этого не делают. Дыхание Гарри застряло у него в горле, когда ужасный белый шум заполнил его уши. Он не знал, когда остановился, — Что? Смотрительница посмотрела на него, — Эти люди, с которыми мы имеем дело, не предназначены для того, чтобы с ними обращались как с настоящими людьми, Поттер… — Вот оно; злоба, исходящая от того, как она произнесла его имя, — и я думала, что ты это знаешь. — А как насчет Дра… — Гарри молча проклял себя, — А что насчет мистера Малфоя? Надзирательница приподняла бровь, глядя на него, и на мгновение он мог бы поклясться, что ее глаза слегка сузились, когда она фыркнула, — Никогда не ест, никогда не разговаривает, а потом наводит беспорядок в своей камере. Мы даже выяснили, что он специально разбивал часы, чтобы увидеть охранника, но в конце концов остановился. — Почему? — спросил он еще раз, может быть, потому что какая-то глупая часть его надеялась, что мальчик за этими дверями все еще был человеком. Она только улыбнулась Гарри - он не мог сказать, было это на самом деле или нет, —Другие сказали бы, что он пытался сбежать, — просто сказала она ему, отвернувшись, —Но я думаю, что тюрьма наконец сломила его. Сломила. Он был слишком вне этого, чтобы видеть, как надзиратель поднимает свою палочку, когда крошечные искры трижды постукивают по металлу. Его мысли были слишком оглушительны, чтобы услышать скрип, за которым последовало шипящее проклятие рядом с ним. Но слабый шум протеста заставил его вскинуть голову. — Голову вверх, Малфой. У вас посетитель.