Эти люди (These People)

Донсик последовал бы за Хан Джувоном хоть на край света. Старший убедил в этом младшего, когда они размышляли о переезде. И в их случае краем света оказался всего лишь Сеул. Будучи человеком, который всегда доводит дело до конца, Джувон был готов уехать из Маняна. Свой долг здесь он выполнил. И все же Джувону было не по себе от того, что и Донсик намеревался покинуть этот город. Несмотря на неоднократное согласие с его стороны, даже явное желание, Джувон все равно считал, что принуждает мужчину. Естественно, Донсик обозвал его идиотом и сам организовал их переезд в качестве доказательства. Их общие вещи даже не полностью заполнили черный джип. Джувон сразу отказался от идеи взять с собой старую мебель Донсика. После заданного “почему?” он сказал, что та слишком печальная. Донсик в ответ обозвал мебель Джувона “бездушным ансамблем” и тоже отказался брать что-либо из нее в их новое жилище, потому что “в тюрьме и то уютней”. Так что под предлогом нового начала они купили новую мебель. Маняну было дано совсем немного времени на то, чтобы привыкнуть к этим двоим в качестве пары до их переезда. Прощались они коротко, по-простому, без лишних сантиментов. Драматизировать по поводу отъезда - не в их стиле. Джихва пустила скупую слезу, но притворилась, что ей соринка в глаз попала. Джэи строго сказала, чтоб они наведывались хоть иногда, чтобы поесть барбекю из свинины и выпить соджу. После того как они стали жить вместе, Джувон узнал о своем партнере много нового. Донсик был человеком, соблюдающим распорядок дня. Каждое утро в одно и то же время он просыпался и выходил на пробежку. Он выпивал свой кофе в десять утра и обедал примерно в час дня. Ему нравилась еда, которую Джувон для него готовил, чем больше панчханов* - тем лучше. Он выращивал на балконе мяту и базилик. Каждый вечер разминал больную ногу по десять минут перед тем, как лечь спать. У него были лекарства на основе трав на любой случай, и он беспокоился всякий раз, когда Джувон просто шмыгал носом. Были и другие мелочи, которые Джувон смог заметить, только когда стал проводить с Донсиком дни и ночи. Конечно же, лучший друг тоже мог знать такие вещи про Донсика, словно они лежали на поверхности. Даже наполовину хороший частный детектив смог бы разузнать о привычках Донсика за пару дней. И все же, как любовник, Джувон имел доступ к самым сокровенным тайнам. Он знал, что Донсик питал слабость к рукам Джувона и старался к ним прикоснуться при любом удобном случае. Он знал, что Донсик любит спать на краю кровати, но все равно придвигался поближе к Джувону во время сна. Мужчина мог быть на удивление приставучим, но только не на людях. У его партнера также имелись недостатки. Когда они спорили, то Донсик играл совершенно не по правилам. Он точно знал, что именно нужно сказать, чтобы вывести Джувона из себя. И все же именно Донсик всегда извинялся первым, а Джувон каждый раз его прощал. Парой они были довольно необычной. Двое мужчин, один старше другого, не могли не вызвать уйму сплетен вокруг. Соседи тщательно за ними следили. Когда эти двое только переехали, то люди рядом перешептывались и указывали на них пальцем, куда бы они не пошли. К счастью, это быстро прошло. Джувон и Донсик практически ни с кем не общались, и многие считали это странным, но все же уважали их решение. Вскоре обаяние Донсика покорило сердца аджум* с их этажа многоквартирного дома, которые стали приносить контейнеры хорошо выдержанного кимчхи* в обмен на помощь с починкой крана на кухне или с заменой лампочки. Это была спокойная, обыденная жизнь, к которой мог привыкнуть абсолютно каждый.

-

Двое мужчин задержались у витрины одного магазина, они приглядывались к слегка запыленным предметам, после чего зашли внутрь. Колокольчик на двери оповестил хозяйку, что стояла спиной ко входу и выставляла товар на полки. Она поприветствовала вошедших. - Чем могу помочь? - спросила она, улыбаясь. Магазин был старым, и потому Джувон был уверен в том, что у хозяйки немалый опыт. За прилавком виднелась открытая дверь, которая, скорее всего, вела в темную комнату для проявки пленки. - Нам нужен фотоаппарат, как вы уже могли догадаться, - произнес Джувон и повернул голову в сторону Донсика, внимание которого было приковано к старой пленочной модели 90-х годов. Оцепенение мужчины прервалось только после того, как Джувон позвал его по имени. - Мне нужен пленочный зеркальный фотоаппарат на батарейках. И объектив, - изложил Донсик свой тщательно продуманный заказ. Хозяйка явно оживилась от слова “пленочный”. По всей видимости, она была фанаткой “старой школы”. Ее кудрявые от химической завивки волосы так и подпрыгивали, когда она поторопилась из-за прилавка, чтобы проконсультировать Донсика обо всех пленочных фотоаппаратах в ее магазине. Джувон наблюдал за ними со стороны. Его знания о фотокамерах были и так минимальными, что уж говорить о пленочных. К тому же наблюдать за Донсиком было довольно интересным занятием. То, как он использовал свои глаза не для того, чтобы просто осмотреть, а чтобы проанализировать. То, как он использовал свои руки не для того, чтобы просто потрогать, а чтобы исследовать. На долю секунды Джувон даже приревновал к фотоаппарату. Когда Донсик принял решение насчет камеры, он широко улыбнулся Джувону. - Айгу, ты выбрал самую дорогую, - пожаловался Джувон. Хозяйка магазина была совершенно уверена в предложенном ею варианте фотоаппарата, так что она удовлетворенно скрестила руки на груди и прислонилась спиной к полкам. - Да, но, Джувон, ты только посмотри на нее, - мужчина продемонстрировал длину объектива, покрутив его, и навел камеру на лицо Джувона. - Камера на моем телефоне может так же, - поспорил Джувон. И все же на протяжении всего этого времени, несмотря на свои придирки к стоимости, он улыбался. Именно по этой причине Донсик знал, что получит ее. Джувон глубоко вздохнул. - Эту, пожалуйста, и пару пленок к ней. Джувон и Донсик покинули довольную хозяйку маленького фотомагазина. Он находился совсем неподалеку от здания, в котором они жили. Так что мужчины периодически проходили мимо него, когда шли в сторону города, пока в один прекрасный момент Донсик не заявил о том, что ему нужно хобби. - И как долго ты этим будешь заниматься? - подтрунивал Джувон. - Надеюсь, дольше двух недель. Твоя гитара даже еще не начала пыль собирать. Донсик игриво его подтолкнул. - Мне казалось, ты ненавидишь звук гитары. - Только потому, что ты постоянно играл одни и те же песни Guns’N’Roses, снова и снова. Если бы ты взял пару уроков, как я тебе советовал, то мог бы сыграть что-то другое. - Например, что-то из Металлики? Спорить с Донсиком о музыке было гиблым делом. Джувон думал, что тот окажется любителем корейских баллад, ну, или акустики. Но стоило догадаться еще в тот момент, когда медиатр Донсика оказался ключевым доказательством, что он заядлый фанат тяжелого рока. - Ты становишься слишком старым для этого, - возразил он, но Донсик лишь рассмеялся в ответ. - Джувон-а, ты понятия не имеешь о том, сколько лет среднестатистическому фанату Металлики. И я точно снижаю этот показатель на пару лет - минимум. Под добрые взаимные подколы они добрались до входа многоэтажки, в которой жили. Как только оба подошли к дверям лифта, Донсик повернулся к Джувону. - Просто мне нужно хоть чем-то заниматься. Чтобы отвлечься. Джувон кивнул. - Я знаю. Они зашли внутрь квартиры. Донсик снял свою обувь и сел за кухонный стол, чтобы распаковать свое последнее приобретение. Он аккуратно вытащил объектив и камеру из коробки, вставил в нее пленку и сделал снимок Джувона до того, как тот возразил. - Ты не дал мне времени, чтобы принять позу, - пожаловался Джувон. - Не трать пленку на меня. Донсик помотал головой. - Я сделаю кучу твоих фоток, а потом развешу их по квартире. - Только моих? Без чьей-либо компании? Будет выглядеть странно, словно я умер. А если уж я захочу посмотреть на себя со стороны, то воспользуюсь зеркалом. - Ну, может, это мне хочется на тебя смотреть. Особенно в моменты, когда тебя нет рядом, - возразил Донсик. Молодой детектив пребывал в участке с утра и до позднего вечера. Он постоянно был занят из-за последних дел, и даже когда приходил домой, то все его мысли занимала работа. Иногда Джувон приходил домой, когда Донсик уже спал, только чтобы снова уйти ранним утром. - А, - осознал Джувон. Он не совсем понимал, что именно стоит сказать в данной ситуации. Донсик улыбнулся с едва заметной грустью. В последние полгода, что они провели вместе, Донсик ни разу ни на что не жаловался. Он лишь переживал о здоровье Джувона, вынуждая того спать подольше и держать осанку ровнее. И он никогда не говорил о том, что ему чего-то не хватает. Что было нечестно, подумал Джувон. Донсик столько всего для него сделал, и Джувон так мало сделал для него в ответ. - Я возьму пару выходных на следующей неделе, - пообещал он. И, кажется, Донсика это более чем устроило. Его Донсик был не совсем уверенным в себе. Неуверенным из-за того, что старел, из-за того, что отсидел срок, из-за своего тяжелого прошлого и ночных кошмаров, связанных с ним. Но, по правде говоря, Джувон по этому поводу не переживал. Его заботило лишь то, что Донсик с каждым днем казался все менее напряженным. Он выпадал из реальности меньше, чем раньше. И даже нога практически не давала о себе знать, кроме как в дождливую погоду. Мрачные дни сменились светлыми, прошлое сменилось настоящим. Их сердца, наконец-то, были открыты для счастья.