Второе «я»

Тёплое летнее утро не задалось с самого начала. Всё тело неприятно ныло, а живот начинало крутить с такой силой, что стало невыносимо лежать на прохладной кровати и мятых простынях. Невозможно было и лечь на другой бок, чтоб хоть как-то облегчить собственные страдания. Все рёбра были в жутких и больших синяках, которые бы напугали тех, кто увидел бы Диму в таком облике. Молодой человек чуть потягивается, пока позвоночник громко хрустит, а после шумно вздыхает. Слишком больно было проделывать данное действие. Дубин тянется к очкам, что лежали на прикроватной тумбе, а после садится. Наконец-то перед глазами ничего не плыло, а мир стал намного чётче. А самое страшное, что Дима знал того, из-за кого он получил эти травмы, но ничего поделать не мог. Он не сможет достучаться до того человека, не сможет сломать ему нос, хотя очень хочется, не сможет н и ч е г о. Невозможно поговорить с тем, кто живет в собственной голове. Дубин убирает белое одеяло со своих ног и только хмурится от количества синяков и необработанных ран. Душ должен выдаться весёлым. Медленно ставит ноги на пол, вставая с постели. Потирает рукой свою шею, жмурясь от ужасной боли. А ведь сегодня можно было остаться дома, если бы начальство не решило, что именно в этот день Дмитрий в отделе нужен, как воздух, ведь без него никто ничего не решит! А хочет ли он этого сам, никого, по правде говоря, не волнует. Работа есть работа, с ней ты спорить не имеешь никакого права и сил. Да и поругать за вчерашнее, судя по синякам, тоже необходимо. Единственный и заслуженный выходной был испорчен окончательно. Громкая музыка разрывает тишину в комнате. Кто-то решил позвонить в такое раннее утро, но вот кто? Начальник или та, от которой Дима ждал звонка больше всего? Про себя остается надеться, что звонила именно Пчёлкина, с которой молодой человек познакомился совершенно случайно: она помогла, когда Дубин лежал без сознания на земле. Собственно, она и в чувства привела, и в скорую успела позвонить. Но только вот как в тот момент нужно было объяснить, что Дима страдал от очередных выкрутасов одного малоприятного человека? Если его человеком вообще можно назвать. Подходит к кровати, пытаясь найти под подушками и одеялом телефон, но этого сделать не получается. Только когда одеяло было поднято, Дмитрий услышал глухой стук. Мобильное устройство упало на пол, но было быстро взято в руки. Да, звонила Юля. А на часах, оказывается, давно не девять утра, а двенадцать часов. Дима опаздывает на работу. — Да, Юль? — сонно проговаривает юноша, стараясь найти в шкафу хоть что-то чистое. — Привет. Ты как, Дим? Всё хорошо? — спрашивает на том проводе девушка, пока в её динамик со всей силы дул ветер. — Нет, ничего не хорошо. Все тело болит. Ты можешь мне рассказать, что было вчера? Я к тебе приходил? — натягивает на себя светлые джинсы, а после застегивает ремень. Осталось найти футболку. Слышится только смешок в трубку, быстрое «я тебе перезвоню», а после долгие гудки. Да, должно быть, вчера было крайне весело, раз даже Юлия на такое посмеялась. Поверх белой футболки было решено ничего не надевать, что, скорее всего, будет плохой идеей, учитывая переменчивость погоды Петербурга. Закидывает в портфель какие-то папки с бесчисленным количеством бумаг внутри, паспорт и ещё чего по мелочи, что может пригодиться. Выходит в душный подъезд, а после закрывает дверь на ключ. На звонки от начальства боится отвечать, поэтому старательно игнорирует их, поставив телефон на беззвучный режим. Сделают ли ему замечание по этому поводу? Да. Будет ли Диме всё равно? Тоже да. Таксист попался слишком разговорчивым, поэтому приходилось отвечать на его глупые расспросы о том, зачем нужно в отдел полиции, сложно ли там работать, почему именно такая работа и прочее. Но старался Дубин отвечать максимально коротко, чаще одним словом. Не до этих разговоров ему было, на самом деле, пусть по натуре своей молодой человек и любил вести диалоги. В отделе полиции шумные разговоры прекратились, как только зашел Дубин. Все сразу уставились на него. Кто-то хитро улыбался, кто-то тяжело вздыхал, а кто-то и вовсе уже доставал деньги, чтоб сделать привычную ставку. Игра «уволят ли сегодня Диму Дубина или нет» стала некой традицией среди полицейских. И все, как один, ставили, что уволят. Не может же так долго такой человек продержаться на должности майора, верно? Дима поджимает губы, а после поправляет лямку портфеля. — Тебя Прокопенко ждёт, — кивает с ухмылкой один из молодых людей, который Дмитрия в своем коллективе не особо жаловал. — Вчера ты, конечно, показал себя во всей красе. — Ага, спасибо, — саркастично отвечает Дубин, поднимаясь по ступеням к чужому кабинету с панорамными окнами. Стучит несколько раз, а после медленно открывает дверь, спрашивая разрешения войти. Конечно, оно было положительным. Сейчас будут ругаться. Долго и нудно.