Inspirius

Сколько потребуется ещё времени на то, чтобы освоить это заклинание? С тех пор как Гарри вышел из запретной секции с подходящим заклинанием в руках, прошёл год, а успехов всё ещё нет. «И хорошо, что нет. Наверное». Гарри практически передумал использовать инспириус на Малфое. Однако, заклинание всё ещё было с ним, и он всё ещё тренировался на совах. «Больше ни за что не буду подвергать сов никаким заклинаниям», — сдвинул брови Гарри и еле заметно кивнул сам себе.       По высокой холодной башне разносились шорохи и всполохи — совы готовились к дневному сну, некоторые только что вернулись и лениво разделывались с добычей. Здесь никого не было кроме птиц и Гарри. Рон и Гермиона уже наверняка его обыскались. Однако хотелось побыть одному, подумать и справиться со своей ненавистью. Уже какой год подряд Драко Малфой умудрялся выводить из себя всё сильнее. Как только слизеринец появлялся в мыслях, тело тут же откликалось гневом. Гарри резко вскинул голову и тут же ударился о камень, схватился за затылок и замер. Перед глазами заплясал образ насмехающегося Драко. «Что я могу с ним сделать? — Гарри вымучено усмехнулся. — Могу только терпеть. Как обычно. Или слышать от Гермионы: «Не обращай внимания». Он закрыл глаза, подставляя лицо весеннему ещё только набирающему мощь солнцу. Живо представил себе школьные коридоры без Малфоя, уроки, обеды и ужины без насмешек и издёвок. Как бы было спокойно — не будь Малфоя в школе. Конечно, такого не может быть. Гарри не может взять и отправить слизеринского вампирёныша домой, ну или хотя бы заставить его прекратить издеваться над ним, Роном и Гермионой, да и вообще над всеми, кто не принадлежит слизерину. Как бы ненависть не била изнутри, сладкие мечты, весеннее солнце и тишина убаюкивали, и Гарри начала окутывать дремота. Неожиданно он покачнулся и резко, распахнув глаза, ухватился руками за подоконник, на котором всё это время сидел. В лицо подул ласковый ветерок. Гарри взглянул вниз. Как бы Малфой обрадовался, если бы Гарри обнаружили лежащим там, у подножия башни, в виде лепёшки. Слизеринец в первых рядах бы встал над трупом и с самым счастливым лицом объявил всем и каждому, что Поттера сразила дремота. Гарри фыркнул. Ноги коснулись пола. «Малфой. Как бы было хорошо без тебя».

***

— Малфой, — Рон недовольно бубнил. — Когда-нибудь мне надоест и я отправлюсь в запрещённую секцию в библиотеке и возьму оттуда какое-нибудь заклинание. — Он яростно ткнул вилкой в сосиску и кровожадно откусил. — Он напросится у меня, — с новой силой забубнил он с набитым ртом. У Гарри ёкнуло в груди от таких слов. Рон будто бы прознал о том, что Гарри сделал год назад. Но Рон никаких намёков не сделал, продолжал уплетать сосиски. Гарри глянул на слизеринский стол, Малфой как всегда в кругу своих неизменных дружков, куражился и веселился. — Вы, оба. Хватит обращать внимание на этого придурка. Сколько можно? — Пока не закончим школу, — буркнул Рон, проглатывая сосиску. — Или раньше, когда исключат за посягательство на жизнь этого, как ты сказала, придурка. Гарри хмыкнул и Гермиона одарила мальчишек неодобрительным взглядом. Поттер перебрал у себя в голове заклинания, которые попробовал бы на Малфое, если бы тот каждый раз не отражал их. Скручивание языка или заклятие неудачника, чтобы не враг смеялся над всеми, а наоборот. Но ничто не могло вытеснить то желанное инспириус, которым Гарри так и не смог пока что овладеть. За слизеринским столом раздался издевательский хохот — группка Малфоя. Они передразнивали гриффиндорцев, Рон заворчал громче: — Весеннее солнце ударяет им не туда, куда надо. — Рон! — возмутилась Гермиона. — Что? — он тоже улыбнулся и поддел Гарри локтем. — Особенно Малфою. Гарри улыбнулся, но мысленно он блуждал по библиотеке, перебирал в голове варианты заклинаний. Возможно заклинание попроще бы было намного эффективней? Возможно, но не с Малфоем. Гарри практически был убеждён в этом.

***

Темнота окутывала со всех сторон. Замок спал. Невил громко храпел, а Гарри смотрел в потолок, раздумывая над инспириус. Аккуратно сложенный листок с заклинанием, находился в кармане пижамы. Он обжигал и манил, будто шёпотом твердил: дотронься, разверни, прочитай. Хоть Гарри и перечитал об этом заклинании уже бесконечное число раз. Оно было призвано влиять на мысли врага, не подчинять, но внушать свою волю. Словно империо. Гарри похолодел — империо, гарантирующее пожизненное заключение в Азкабан. Невил всхрапнул и Гарри резко раскрыл глаза. Азкабан, — подумал он, — Азкабан светит мне, если на Малфоя подействует заклинание чуть сильнее, чем нужно. И если Гарри обнаружат. А Гарри всего-то нужно было добиться того, чтобы внушить слизеринцу не обращать внимание на него и его друзей, а заодно и остальных гриффиндорцев. Они заслужили покой. «И Малфой заслужил это заклинание. Он же не умрёт, и не будет испытывать физическую боль, да и душевную вряд ли. Я применю это заклинание только пару раз, — внушал себе Гарри, — вдруг получится заставить его заткнуться до окончания школы?» Но что если его, Гарри, поймают? Гарри закрыл глаза и его начали терзать сомнения, а в голове то и дело всплывал образ Азкабана. И почему сегодня вдруг это стало тревожить так же как в первые дни, когда заклинание оказалось в его руках? Гарри не ответил на этот вопрос, потому что не заметил как провалился в сон.

***

Гарри ждал, когда Малфой в очередной раз совершит какую-нибудь гнусность. Нельзя же просто так взять и наложить на него заклятие с пустого места. Хотя поводов он предоставил много. Тем не менее, Драко не заставил себя долго ждать. Всё началось со смешков на уроке. Сначала неназойливые, а под конец слизеринцы уже во всю глумились над гриффиндорцами. В этом году лидировал их факультет и здесь не обошлось без помощи Малфоя. Поэтому он чувствовал себя виновником победы и был уверен, что ему позволялось ещё больше, чем раньше. Невыносимый урок закончился и Малфой завоевал для себя звание ещё и победителя в поединке колкостей. Это только усилило гнев в Гарри, он понял, что пришла пора отыграться. Он скромно отошёл к стене, встал между колоннами, пропуская студентов, и впервые прошептал заклинание, глядя не на сову. Слова потонули в гуле различных голосов. Гарри быстро облизнул губы и спрятал палочку, которую всё это время держал лишь слегка поднятой и спрятанной от чужих глаз. Волнение сдавило грудь, а дразнящее предвкушение защекотало нервы. — Гарри! — раздался крик. Поттер вздрогнул. — Ты чего? — спросил позади него Рон с непониманием. Он обошёл друга и остановился напротив. Растрёпанные рыжие волосы ловили лучи солнца. — Что? — голос у Гарри осип. Краем глаза он следил за слизеринцами. Рон вопросительно выгнул бровь и поколебавшись всё же низким голосом спросил: — Ты как себя чувствуешь? Гарри нервно облизнул губы и посмотрел на друга и снова — сквозь толпу. Он тут же поймал взглядом слизеренца. Малфой вздёрнул подбородок, презрительно усмехнулся и со своими прихвостнями продолжая раскидывать уже новую толпу отправился прочь по коридору. «Не подействовало». — Этот урод напрашивается, — прошипел Рон, ощетиниваясь как пёс, готовый к нападению. «Да, напрашивается», — кивнул Гарри.

***

В первый раз заклинание никогда не срабатывает. На Малфое оно не сработало и во второй раз. Гарри поджал губы — в развеселившейся толпе в коридоре школы его никто не мог заметить, кроме подруги. Она перехватила руку Гарри и тот вздрогнул так, словно его застукала не Грейнджер, а Снейп. Гермиона лишь укоризненно посмотрела на него и взглянула в сторону Малфоя. Вокруг слизеринца тут же хохотом взорвались прихвостни, и их гул заглушил речи Малфоя. — Ты что делаешь? — шёпотом спросила подруга. — Н-ничего, — Гарри поспешил убрать палочку и оба гриффиндорца тут же выпрямились, когда мимо них прошёл профессор Снейп. Гермиона кивнула другу в сторону библиотеки, и Гарри ничего не оставалось делать, как пойти с ней. Девушка уселась за стол и кивнула другу. Гарри опустился и приготовился к вопросам. Они полились незамедлительно, Гермиона говорила тихо, витиевато, так, чтобы никто из подслушивающих, если бы они были, не мог догадаться, о чём идёт речь. И Гарри рассказала, что он делал. Гермиона побледнела и на мгновение замерла, стараясь осмыслить признание друга. — То есть как это? Заколдовать? — пролепетала она. — Незаметно. Вот, — он достал старый пергамент и положил перед ней. Несколько минут в библиотеке стояла тишина. Гермиона внимательно изучала заклинание, держа листок в руках, затем опустила его и посмотрела на друга. — Если тебя заметят — исключат. И это не самое страшное. Гарри хотел было оправдаться, рассказать, что это за заклинание, и что о нём написано, но девушка перебила его жестом руки. — Вечером тут поговорим. У нас сейчас урок, — она с тревогой сложила лист и протянула его Гарри, резко поднялась и всё такая же потерянная и бледная пошла в сторону двери. Гарри поспешил за ней.

***

— Оно из той же серии подчинения. Это очень опасно. Тебе лучше оставить эту затею, — предостерегающим шёпотом сказала Гермиона. Они сидели в библиотеке поздним вечером, на столе были разложены толстые пыльные книги, одну из них подруга держала на коленях. Она буравила своего собеседника жгучим взглядом уже весь вечер, и продолжала рассказывать о последствиях. Поттер сжимал челюсти и молчал, он думал о Малфое. — Слышишь? Ты слышишь меня, Гарри? Гарри кивнул. Заморгал и пришёл в себя. Гермиона закрыла книгу так и не прочитав нужную главу. — Не смей больше использовать это заклинание. — Я понял, Гермиона. Я больше не буду. Гермиону передёрнуло и она глухо произнесла: — Тогда уничтожь его. Гарри наконец взглянул на неё, словно обдумывая поступить ли ему так, как она советует. Затем всё же достал листок с заклинанием. Девушка напряжённо выпрямилась и задержала дыхание. Гарри смял листок, положил на подоконник и подсжёг. — Что?! — пискнула Гермиона и соскочила со стола. Волосы её встали дыбом, но она не двинулась с места. Листок быстро превратился в пепел. — Не в библиотеке же… — медленно прошептала подруга. Затем снова нарушила молчание и дотронулась до плеча друга. — Он не стоит всего этого. «Да, Малфой не стоит всего этого». Но Гарри сделал это снова. Снова прочитал заклинание. В третий раз, когда слизеренцы спускались к себе в подземелье. Гарри прятался в тёмном сыром коридоре, но Драко его заметил. Малфой замедлил шаг и переменился в лице. — Постойте-ка, — сказал он двум своим приспешникам. — Кто это тут? Покажись. — Его голос ударил по телу и отразился от стен. Гарри напрягся и задержал дыхание, пытаясь слиться с камнем и тишиной. Неожиданно Малфой, как тень, появился прямо перед ним. И так же неожиданно сказал: — Проследите, чтобы никого не было рядом. Крэб и Гойл тупо, хищно ухмыльнулись, однако нехотя нырнули за угол, встать на страже. Гарри сжал в руках палочку и выступил из-за колонны, пока Малфой с самодовольным лицом пятился назад. Он остановился посередине коридора. Конечно, подумал Поттер, сюда никого не пустят. И запретное заклинание не подействовало. Оставалась только дуэль. И они оба решили её провести, рискуя попасться под гневное око Снейпа. Декан слизерина точно доведёт до исключения. Может быть, Малфой бы и отделался, а вот Гарри — нет. Чёрт. Малфой первым поднял палочку. Его немигающие глаза и перекошенное лицо говорили об одном — видел он только Гарри и больше ничего. «Спокойно, Гарри. Отразить атаку и попытаться ретироваться. Ты сам виноват, что пришёл сюда». — Тебе не хватило на уроках, Поттер? — с насмешкой провоцировал Малфой. Гарри не собирался нападать первым, и приготовился к защите, сокрушаясь про себя тем, что инспириус не подействовал. Неожиданно Малфой дёрнул рукой и Гарри произнёс заклинание слишком быстро, молниеносно и даже сам этого не осознал. Вспышка была яркой, так что Гарри успело ослепить, но через мгновение коридор снова прояснился. Малфоя Гарри не обнаружил. — Ты слишком нервный, Поттер, — прорычал откуда-то слизеринец. По его голосу Гарри заподозрил, что перестарался. Прошиб озноб. Он снова сжал древко палочки. «Идиот. Я идиот. Нужно уходить». Он отступил назад. «По-тихому. Вот так, чтобы Малфой не успел опомниться». Но в шею ткнулось что-то острое. Он услышал дыхание и почувствовал затылком дышащую в него ненависть. — Ты что задумал, Поттер? — напряжённо прошипел Малфой. Гарри похолодел. — Ты хотел дуэли? — холодный голос. Гарри помедлил, собрался с духом и медленно стал поворачиваться, ощущая как по шее царапает палочка Малфоя. — Не шевелись. — голос слизеринца дрогнул. — Я сказал… — Малфой начал запинаться, но Гарри всё равно повернулся. — Прекрати… — голос окончательно потерял уверенность и Гарри взглянул в глаза слизеренца. С ним всё было в порядке. Правда рука Малфоя дрожала, а на лбу выступила испарина. Гарри на всякий случай замер. Губы Малфоя нервно дёрнулись. — Шухер, декан, — донёсся голос прихвостня. — Мы сваливаем, Драко. В тени ещё недолго раздавалось пыхтение, а потом торопливые шаги. Прихвостни уходили. Гарри успел рассмотреть бороздки узора в глазах слизеринца прежде, чем послышались уверенные шаги декана. Малфой с долей замешательства на лице быстро убрал палочку в тот момент, когда Снейп показался из-за угла. Гарри повернулся, заводя руку, в которой сжимал палочку, за ногу. Снейп через мгновение уже нависал над обоими. Стало не по себе, как ведьме перед инквизитором из магловских историй. — Вам не терпится уменьшить очки для своих факультетов? Малфой сглотнул и первым отвёл взгляд. — Похоже это, Поттер заблудился, — губы всё ещё всё ещё дрожали. Он больше ничего не сказал и его сдуло словно ветром, а Снейп уставился на Поттера. — Простите, — он попытался точно так же, как Малфой, свалить, но декан сделал то, что должен наверное был сделать. Гарри уменьшил очки гриффиндора. Поттер уходил по коридору быстро, петляя. Словно за ним мог кто-то увязаться и помешать. В голове вертелся голос Малфоя: «Гарри Поттер». Малфой не произносил его имя, но Гарри отчётливо это слышал. Он остановился у окна. Прижался к косяку и посмотрел вдаль. Не видя природы — он видел коридор и Малфоя, и словно слышал его голос. Гарри прислонился к подоконнику, лишённый сил. Малфой бы применил заклинание в ответ. Но он не стал этого делать. Он не смог. «Неужели, — подумал Гарри, — заклинание подействовало?» Его губы дрогнули, намереваясь превратиться в улыбку, но голос разума чётко проговорил: «это всё твои фантазии».